Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
Главлит придет, уверенно и беспощадн
Воспоминания и размышления журналиста и деятеля СЖ СССР в связи с приказом ФСБ...
№10
(388)
07.10.2021
Образование
Пособие для господ учителей, не потерявших дар учиться
(№12 [134] 20.06.2006)
Автор: Яков Бендерский
«Если против болезни предлагают слишком много
лекарств, то значит эта болезнь неизлечима»
.
А. П. Чехов

Последние годы, поставившие под сомнение многие школьные методики и традиционные предметы, обернулись сущим наказанием для преподавателей русской литературы. От классической литературы открыто отвернулось молодое поколение, ее втайне предало учительство. Все чаще и чаще в голову человеку, избравшему учительскую стезю, лезут непрошенные мысли.
- Когда я ошибся: когда полюбил литературу или когда пришел в школу ее преподавать? Стоит ли ее вообще учить - мою проклятую, мою любимую русскую литературу? Ну, где я ошибаюсь? Почему классу неинтересно то, что для меня является безусловной ценностью? Как можно не наслаждаться лирикой Ахматовой? Неужели им непонятны шутки Бабеля?
Вот в такую минуту и откройте данное пособие, вздохните поглубже, попробуйте подняться над своими проблемами и взглянуть на дело со стороны.
Судя по всему, наша прославленная школьная методика, которая столетиями жила да поживала в полном отрыве от школы, в полной уверенности, что все в школе идет прекрасно, так вот эта методика слепого тыка, наконец, очнулась от долгого летаргического обморока и поняла: она проиграла поединок с учеником полностью и окончательно. Вот тогда она вдруг громко возопила: что случилось со школой? Почему не действуют наши образцовые официальные установки? Куда делись послушные, исполнительные дети, которые безупречно вписывались в наши схемы, не портили планы? Почему они не читают? Что будет с великой русской литературой?
- Растет потерянное поколение, - сурово заключили они.
В действительности учителю-практику, лицом к лицу стоящему перед классом, к тому же честно скинувшему маску всезнающего пророка, все сложнее пробить лед отчуждения и недоверия, сковавший детские сердца. То, что раньше казалось само собой разумеющимся, не требующим никаких доказательств, вдруг в одночастье рассыпалось, развеялось на ветру современности. Теперь учителю следует хорошо потрудиться, чтобы заставить класс согласиться с каким-то из общепринятых тезисов, например:
- чтение – вот лучшее учение;
- прежде всего следует изучать образцы классической литературы, а потом уже читать, что вздумается:
- стыдно современному молодому человеку не знать произведений Льва Николаевича Толстого и Федора Михайловича Достоевского;
- великая русская поэзия оказала огромное влияние на мировую культуру.
- и прочее, и прочее...
На любое из данных утверждений продвинутые школяры приведут массу обоснованных возражений. Кстати, весьма любопытных.
Не думаю, будто следует уподобляться беспомощным теоретикам – методистам, сваливающим все беды на глупого ученика. Бессмысленно и прятать голову в песок, отворачиваясь от назойливых проблем (перемелется – мука будет), как это делают бесхитростные учителя. Недостойно и делать вид, как будто ничего не происходит, позиция министерств и школьных ведомств, заведомо возлагающих ответственность на учителя.


Правило первое: «Спасение утопающих – дело рук самих утопающих».

Мне кажется, отчаявшемуся учителю, потерявшему надежду на спасительные научные разработки, следует опереться на методику силового единоборства, принятого в японских школах борьбы: при проведении острых боев все внимание обратите на действия противника. Его энергию и силу удара обратите в свою пользу, а ваши явные слабости в поединке должны перерасти в силу. В рукопашной схватке ведущий поединок (в нашем варианте - школьный учитель) должен с самого начала захватить инициативу и стараться удерживать ее до конца.
Можно выиграть каждый отдельный поединок, но нельзя внушать себе, будто уйдешь ты с ковра непобежденным. Учитель может даже проиграть раунд, два, три, но при любом раскладе обязан выиграть бой, - таковы невысказанные правила профессионалов.
Теперь опустим летучие поэтические метафоры на прозаическую почву.
Наша схватка – совместная работа с классом – начинается с выработки общих правил ведения борьбы. Наши действия должны быть скоординированными, связанными с помыслами и целями класса. Не спущены ему с небес, не заданы кем-то заранее, а будто бы определены - оговорены по обоюдному согласию. Они должны быть согласованы и подписаны обеими заинтересованными высокими сторонами. Но уже заключив такой договор, стороны дружно идут к намеченной цели.
Учителю-практику не следует смотреть на спущенный ему учебный план сквозь розовые очки идеалиста (достаточно и обычных линз), тем более странно ставить перед собой заведомо неразрешимые, глобальные задачи: посеять и вырастить в душах зерна знаний, привить любовь к русской классической литературе, открыть сердца гармонии, раскрыть тайну Достоевского, научить понимать современную поэзию. Достаточно и вполне скромной, но ответственной позиции: подготовиться и сдать экзамен по литературе. Другое дело – учитель должен вывернуться наизнанку, поставить на карту свою репутацию, но получить высокие результаты.
Какие сильные стороны класса использует учитель?
Любознательность, любовь к новому, энергию поиска, желание быть первым, стремление к хорошей оценке...
Какие свои слабые стороны не показывает, не акцентирует на них внимание учитель: невнятные раздутые программы; стандартный школьный путь, по которому шли другие, но в конце концов ни к чему не пришли; отсутствие сильных стимулов (разве двойкой ты что-то решишь), невозможность силовых давлений и решений, свою разочарованность ...
Для решения даже самых скромных задач учитель должен подобрать наиболее эффективный метод. Методика преподавания русской литературы представляет собой огромное меню всевозможных аппетитных блюд, записанных и любовно собранных за последние 200 лет. Следует лишь осознать печальную истину: нет универсальных решений. Поэтому каждый учитель выбирает свое блюдо, принимая во внимание свой художественный вкус, свое понимание русской литературы, психологические особенности и темперамент, учебные пособия, подготовку класса...
И это еще не все. Для того, чтобы выиграть современный воспитательный поединок не только с упрямым учеником, сколько с его ленью, нежеланием учиться, отвлекающими факторами, друзьями, возрастом, удовольствиями, несобранностью, следует не только подобрать нужную лучшую методику, а скорее овладеть серией приемов, применимых на разных этапах. Если раньше универсальная методическая отмычка вскрывала любые замки, то сегодня стандартный ключ подходит к одной двери; а каждая самостоятельная методика – лишь ступенька на длинной лестнице учебного процесса.
Перед нами некоторые из них. Описав общие черты, подходы и предпочтения, мы отметим границы их применения, области, в которых они работают.

Формально – эстетический метод

Применяется исключительно в начале большого курса, когда одним ловким ударом следует поразить класс, завоевать его доверие, ошеломить перспективами.
Настоящая же задача: ввести в оборот ряд литературных терминов: сюжет, композиция, жанр, образная система – и обозначить их место в литературе. Вот тогда учитель и распустит перед глазами учеников разноцветный веер тем, идей, проб и ошибок, экспериментов и находок в мире литературы.
Метод был взлелеян и выпестован энциклопедически образованными учеными – формалистами, которые попытались свести уникальность художественного произведения к совокупности технических приемов.
Формально – эстетический метод появился в 20-е годы двадцатого века и пропагандировал «медленное или интуитивное чтение», нацеливал учителей на изучение техники приемов, методов и композиционных особенностей авторов и базировался на эстетике культуры «серебряного века». В его защиту выступили интереснейшие критики и теоретики формальной школы: Эйхенбаум, Жирмунский, Тынянов, Фишер, Гершензон.
Ведущей темой такого рода уроков становятся композиция, сюжет, фабула (чем-то неуловимо отличающаяся от сюжета), жанры, темы, динамика движущихся образов, стилистические средства украшения текста и другие. Причем архиважную роль играют сложные детали - как всей конструкции текста, так и каждой ее части. Отдельное произведение, разобранное на мельчайшие детали, представляет собой чистый анатомический образец, который мы и сопоставляем с прочими образцами, выведенными на широкое поле мировой литературы.
Подлинные знатоки – универсалы в области изящной словесности, формалисты, свободно манипулировали всеми драгоценными находками мировой эстетики: и мифами Древней Греции, и новеллами европейского средневековья, и открытиями нового французского романа 20 века, и русской классикой 19 века, и русским модерном 20 века. Любое произведение, разобранное таким способом, приобретало совершенно новые краски, невиданные очертания.
Несмотря на огромные преимущества такого метода, он ограниченно применим в школе, так как требует энциклопедических знаний, тонкой художественной интуиции, большой начитанности и общей культуры.

Научно – исторический метод

Созданное в середине девятнадцатого века академическое направление в изучении изящной словесности, пережило своих основателей (Буслаева, Галахова, Поливанова) более чем на 150 лет и обрело новое дыхание в работах советских академиков–методистов: «Многие из них пропагандировали филологическое изучение литературы, разрабатывали методику логико-стилистического анализа текста. В своих разборах они чаще всего следовали за эстетической критикой. Последователи академизма в преподавании особое внимание уделяли лекциям, устным выступлениям и письменным работам...» (Богданова, Леонова, Черткова «Хрестоматия по истории преподавания литературы»)
Солидный, практикуемый до сих пор, работающий без сбоев метод, дающий хорошие результаты при любом политическом раскладе. Любой писатель в данной системе отсчета – кирпичик, уложенный в свой ряд. А все вместе кирпичики составляют Дом, в котором мы живем. Нет такого понятия – «нравится – не нравится», ты должен знать. Особый упор при таком подходе ложится на общие историко-литературные темы, связывающие весь изученный материал в общий узел. Учитель должен так умело группировать материал, чтобы тот был компактным и точным, отбрасывая мелочи и детали, не вписывающиеся в систему. Ровное сумеречное освещение предмета не привлечет детские сердца, не зажжет их страстной любовью к литературе, зато даст хорошее систематическое образование тем, кто выберет этот путь. Подспудно проникаешься чувством, что методистам нет никакой разницы, что именно систематизировать: историю литературы или историю науки, техники, медицины или архитектуры, лишь бы вписать изучаемого автора в нужную строчку, построить безукоризненную «систему Менделеева» в литературе.
Разбудите среди ночи бывшего троечника, ныне пожилого человека, прошедшего суровый путь советской школы, спросите его внезапно:
- А расскажи-ка, милый, о типичном представителе дворянской молодежи начала девятнадцатого века? Назови-ка быстренько героя, которого можно назвать лишним человеком? Вспомни, кого критик назвал «лучом света в темном царстве» - и прочие невеселые слоганы «века минувшего».
Во-первых, он ничуть не удивится; во-вторых, вы получите четкий и ясный ответ. Мозг до сих пор не избавился от тяжеловесных формул, намертво ввинченных в подсознание. А вы говорите - «любовь к литературе»?

Воспитательный метод

Сторонники воспитательного метода в русской литературе (Водовозов, Стоюнин, Острогорский, Балталон и др.) «...смотрели на литературу, прежде всего, как на средство нравственного и эстетического воспитания учащихся. Педагоги, пропагандировавшие «воспитательное чтение», большее внимание уделяли общению с учащимися, беседе как одной из форм этого общения, выступали против засилья голого академизма, крайних проявлений филологического метода...»
На заре перестройки закружились головы даже у самых косных учителей, заколебались старые методики, отыскались живые нити в литературе, уцелевшие от повальной заразы марксистской эстетики. Родились долгие беседы с классом на высокоморальные темы, подбирались современные писатели, чутко уловившие новые взгляды. Как будто открылось окошко и пахнуло свежим воздухом. Стали звучать на уроках другие имена - Александра Солженицына, Михаила Булгакова, Василия Гроссмана, Анатолия Приставкина, Фазиля Искандера, Чингиза Айтматова, Валентина Распутина, Юрия Нагибина. Длились дискуссии, восторженно бились сердца. Вдруг многое стало возможным. Свобода пьянила и очаровывала, открывались новые дали. Но за всем этим стояли старые программы, надоевшие до смерти сочинения на правильные темы. Литература неожиданно стала жизнью, а жизнь – хорошей литературой. Разве учителя заставляли кого-то читать «Мастера и Маргариту», «Ночевала тучка золотая», «Буранный полустанок»?
Но из громокипящей шампанской благодати не вызрело чистое вино, не пало в закрома надежной методики – все ушло в свисток, разговоры.
Сегодня воспитательный метод хотя и реже встречается, и хуже прививается в школьной практике, но, видоизменяясь, присутствует неявно, лишь принимает другие формы и обличья.
Одной из разновидностей воспитательного метода выступает эмоционально – чувственный подход в изучении любимого предмета. Глубокий восторг педагога должен телепатически передаться классу и пробудить жаждущие красоты души. Чаще всего он практикуется молодыми учителями, для которых изучаемый писатель или поэт еще не превратился в привычный объект, материал изучения.
- О! О! О! Великий Александр Сергеевич! Божественная Анна Андреевна! Лев Николаевич – Человечище – Великанище! Блестящий Бабель! Любимый Сергей Есенин!
Как полны мы восторженных чувств и переполняющих молодую душу эмоций! Как хочется поделиться этой благодатью, которая и изливается теперь пенящейся лавой на ошеломленные головы. От полыхающих искр может иногда загореться и заполыхать весь класс. Но невозможно только на бурных эмоциях одолевать тернистый путь. Не всегда, даже самое страстное сердце способно зажечь весь класс, разочарование учителя и полная неподготовленность класса – вот чаще всего чем заканчивается такой подход.

Исследовательский или эвристический метод

«Исследовательский метод заключается в развитии умения самостоятельного анализа литературного произведения. Приемы: построение логически четкой системы вопросов, что поможет осуществить самостоятельное добывание знаний, построение системы заданий по тексту, постановка проблем».
Эвристический метод - сравнительно молодой и перспективный, заключающийся в том, что чтение и анализ художественного произведения предваряется серией продуманных тонких и хитрых заданий. Вся соль приема именно в постановке опережающих вопросов. Самостоятельно прочитав текст, ученики не идут дальше вслепую, а ведомые учителем, в процессе анализа и комментария к прочитанному материалу, отвечают на вопросы. По мере того, как они отвечают на них, по замыслу авторов исследовательского подхода, глаза ученика все больше раскрываются, и проступает вся картина, проявляется фотография произведения. Вместо плоского однолинейнего сюжета выстраивается объемная картина многослойного текста, связанная с общей картиной бытия.
Что самое забавное? Открытие текста должно ненавязчиво и неожиданно произойти в сознании учащегося, как будто бы спонтанно, самостоятельно. На самом деле режиссер – учитель - умело и непринужденно прячется в сторонке, подводит крючок с наживкой – вопросом под самый носик ретивого открывателя нового, а тому остается лишь проглотить наживку – сделать очередное открытие «велосипеда». Зато остается впечатление первооткрывателя и толкового парня. Гамма положительных эмоций.

Психологический метод

Получил распространение в начале 20-го века в разработках крупных ученых Овсянико–Куликовского, Потебни, Шалыгина.
«Внимание к внутренней, психологической стороне художественного творчества, подход к литературному произведению как выражению субъективных авторских переживаний, интерес к проблеме читательского восприятия характеризуют многие методические работы и учебники этого времени».
Психологический метод – это прием медленного погружения в душевный мир персонажей. Мы пытаемся перевести тонкие психологические переживания героев классических произведений далекого прошлого на современный язык чувств. В воображении учимся ставить себя на место Печорина и Грушницкого, Наташи Ростовой и Марьи Болконской, тщимся понять и оценить их поступки, вообразить себя в подобной ситуации (в сакле, в бурке, на коне, на поле брани). Мысленно дорисовать картину, восстановить то, о чем умолчал автор. Заглянуть по ту сторону экрана. Уметь копаться в мелочах, находить и связывать порванные нити. Короче, выступить в роли настоящего режиссера, делающего новую постановку в театре – оживить героя, дать свою интерпретацию знакомого текста.
- Мне кажется, что Родион Раскольников, в сущности, добрый человек...
- Я думаю, Базаров – авторская жертва, а не подлинный герой...
- Печорин не герой своего времени, но и предателем его назвать нельзя...
- Онегин вовсе не пошляк, хотя и часто ведет себя крайне пошло...
- Доктор Старцев мещанин поневоле, потому не следует возлагать вину на него...

Метод интернетских открытий

Автор хотел бы предложить и свой метод изучения литературы, если бы не боялся упреков в плагиате. Хотя я и не встречал полного описания такого метода, но отдельные детали его давно уже применяются на практике.
Метод интернетских открытий заключается в погружении в мир писателя в виртуальной интернетской сети. Ученик, занимаясь предложенной темой, попадает в огромный безграничный невообразимый мир, чувствует его напряженность и современность. Здесь перед его изумленным взором предстают кроме текста все виды материалов: визуальные, звуковые, мультипликационные, кинематографические. А уж письменные материалы охватить невозможно: и архивные, и биографические, и критические, и иллюстративные, и графические, и философские, и прочие. Десятки, сотни, тысячи сайтов – мир, в котором легко утонуть, но соблазнительно поплавать. Каждое движение, переход, любой нырок в сторону приносит открытие, а нырнув поглубже, пловец наберет груду драгоценных раковин. Учителю останется только отобрать из них подлинные бриллианты, выбросив за борт фальшивые. При такой широкой сети, включающей всех учеников класса, заброшенной в интернетовский океан, можно выловить много ценной и необычной информации.
Здесь задача учителя сводится к тому, чтобы ограничивать порывы молодых исследователей, опасаясь, как бы они не утонули в океане информации.

Правило последнее

«Легче изменить сознание целой группы людей,
чем каждого из них в отдельности
»
Курт Левин

Цель данного неформального пособия для людей, избравших в жизни столь странное занятие, – преподавание русской литературы, можно сформулировать коротко, но неоднозначно.
Попробуй, прочувствуй и проверь на своих уроках различные методики, отбери только те, которые принесут лучшие плоды.
Никогда не забывай о партнере – своем классе. Ведь идете вы по этой дороге вместе, рука об руку, исследуете неизведанный лабиринт: прочитываете классику заново и с точки зрения молодого человека двадцать первого века.
Если ты хочешь сохранить уважение к самому себе, принципиальную позицию в выбранной профессии, внутреннюю душевную гармонию, то выбери путь поиска.
__________________________
© Бендерский Яков Михайлович



Человек-эпоха. К 130-летию Отто Юльевича Шмидта
Очерк о легендарном покорителе арктики, ученом-математике О.Ю.Шмидте.
Виноградари «Узюковской долины»
Статья о виноградарях Помещиковых в селе Узюково Ставропольского района Самарской области, их инициативе, наст...
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum