Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
Активизм и политика: корректировать или менять Систему?
Статья об общественно-политической ситуации в обществе, оценке протестных движен...
№13
(366)
01.11.2019
Общество
Большое Ухо ФСБ…
(№22 [52] 22.11.2000)
Автор: Николай Лавров
Прежде чем взяться за эту статью, я провел экспресс-опрос знакомых и друзей, задавая всем один-единственный вопрос: "Известно ли вам что-нибудь о программах СОРМ, "Эшелон" или CALEA?" Продвинутые "юзеры" и даже "чайники", иначе говоря, все, кто имеет обыкновение "бродить" по Интернету и обычно бывает в курсе сетевых новостей и событий, само собой разумеется, что-то где-то слышали; люди, далекие от компьютерных технологий, делали удивленные глаза.

Однако прямо на наших глазах облекаются в плоть самые мрачные предсказания авторов антиутопий от Олдоса Хаксли до Джорджа Оруэлла. И вообще, наивысшим процентом попаданий "в яблочко" среди фантастов отметился вовсе не Жюль Верн, как этого следовало бы ожидать, а Герберт Уэллс со своими мрачными картинами безрадостного будущего человечества.
Но, похоже, всех их переплюнет американский футуролог Б.П.Бэквит! В некогда нашумевшем исследовании "Следующие 500 лет: научное предсказание главных социальных тенденций" американец исключительно верно подметил, что главной приметой грядущего станут "прорывные" достижения в области электронно-коммуникационных технологий и обеспечение тотального контроля над обществом: "…К 2200 году абсолютно все жители планеты должны будут сообщать правительству исчерпывающие сведения личного характера, необходимые для работы полицейских служб, социальных исследований, евгенического реформирования и прочих общественных целей…"

Бэквит абсолютно точно определил главные социальные тенденции развития социума, однако ему и в голову не могло прийти, что реализация планов построения тоталитарного полицейского государства станет возможной ровно на две сотни лет раньше.
Ни для кого не секрет, что новейшие технологии, делающие нашу жизнь все более комфортной и в определенном смысле более прозрачной, используются спецслужбами всех государств для насаждения тотального надзора. Взять, к примеру, те же кредитные карточки: с одной стороны, пластиковые деньги разгружают финансовые потоки, сокращают непроизводительные расходы на печатание тех же купюр, с другой, позволяют регистрировать не только кредитоспособность индивида, но и отслеживать его местонахождение чуть ли не по минутам.

Мы с почтением внимаем планам американцев вживлять датчики солдатам армии США, чтобы оператор, сидя за сотни миль от театра военных действий, мог считывать показания устройства от температуры тела до давления - вот, мол, как заботятся о своих парнях.
Некий оригинал вживил себе в руку дистанционный пульт управления, и телевидение с восторгом демонстрирует обалдевшим россиянам чуть ли не андроида из фантастического боевика, включающего и выключающего "ящик" на расстоянии.

Уже сейчас в некоторых американских штатах уличенным в злоупотреблении спиртным шоферам в принудительном порядке вшиваются микропередатчики, позволяющие полиции контролировать все их передвижения по стране. Немцы стали освобождать из тюрем социально не опасных правонарушителей, снабдив каждого из них электронным браслетом, передающим информацию о его владельце в полицейский участок.
В технологически отстающую Россию технократические изыски доходят в менее экзотическом виде - мобильная связь, внедрение единой электронной системы голосования... Но тенденция налицо!
Удивляет, что спецслужбы "оплота мировой демократии" - США - и уверенно продвигавшейся по пути построения правового государства России практически одновременно пришли к идее организации тотальной слежки за согражданами. Американский проект электронной слежки CALEA был практически идентичен российскому СОРМ (Система оперативно-розыскных мероприятий), мало того, обе программы родились в недрах ФБР и ФСБ в одном и том же году - 1994-м. Цели и принципы штатовского и отечественного проектов были во многом схожи и предназначены для массового прослушивания обычных и мобильных телефонов, а также устройств пейджинговой связи.

Я далек от мысли утверждать, будто бы российские или какие угодно другие спецслужбы не имеют права на защиту собственного конституционного строя и проведение всякого рода оперативных, розыскных и прочих мероприятий. Более того, всегда существовавшие и существующие на деньги налогоплательщиков "органы" просто обязаны защищать этих самых налогоплательщиков.
Вопрос в другом: где пролегает та граница, которая отделяет секретного сотрудника от "сексота", где та грань, за которой действия спецслужб становятся вмешательством в личную жизнь сограждан и нарушением их гражданских и конституционных прав? Наконец, кто должен регламентировать действия спецслужб? Гражданское общество в лице своих представителей и закон, скажете вы, - и будете совершенно правы.

Именно таким путем и пошли американцы, во всяком случае, американский законопроект появился на официальном сайте ФБР в том же 1994 году. Документы по СОРМ вообще не были опубликованы, а российская общественность, само собой разумеется, так никогда и не была об этом проинформирована.
Нельзя утверждать, что законопослушные американцы молча проглотили пилюлю местных спецслужб, - вовсе нет: граждане Америки, трепетно относящиеся к своим гражданским правам и свободам, вернее, к тому, что они считают гражданскими свободами, возмутились и поднялись на борьбу с ФБР, которое и было наголову разбито.

Ни в коем случае не подумайте, что победа эта была достигнута благодаря крепости позиций и традиций американской демократии или же непреклонности поборников гражданских прав. Ни в коем случае! Оказалось, что в насквозь прагматичной Америке экспансии спецслужб с успехом могут противостоять интересы коммерции и большого бизнеса. Судьба CALEA, этого, в общем-то, безобидного по сравнению с СОРМ проекта, решилась в августе 1998 - причем не в пользу ФБР. Тогда 1200 североамериканских телефонных компаний обратились в суд - и не с претензиями по поводу нарушения прав и свобод граждан США, а с исковыми заявлениями в связи с возмещением дополнительных затрат на установку оборудования и так далее.

Летом 1998 года по Сети поползли упорные слухи о том, что ФСБ намеревается взять под колпак Интернет и использовать глобальную компьютерную сеть для организации тотальной слежки за гражданами, - якобы будет установлена спецаппаратура, позволяющая контролировать переписку по сетевым каналам; мол, даже разрабатывается программа для считывания информации. Многие этому не верили…
Действительно, на рубеже столетия человечество обрело еще одно оружие, не менее разрушительное, чем ядерное, - так называемое "информационное", причем доступ к этому оружию имели не все. По мере создания единого мирового информационного пространства, стержнем которого становился Интернет, некоторые страны фактически монополизировали информационный контроль над мировым сообществом.
С этой точки зрения совершенно естественными выглядят шаги любого государства, направленные на укрепление информационной безопасности и защиту страны от компьютерной преступности. Например, в США приняты и действуют не менее шести федеральных законов, направленных на борьбу с преступлениями информационного характера, в Великобритании - пять, в Германии - четыре.

Как обычно, в России на тот момент (да и на нынешний тоже!) законодательная база напрочь отсутствовала, а имелись в наличии ельцинский Указ "О мерах по соблюдению законности в области разработки, производства, реализации и эксплуатации шифровальных средств, а также предоставления услуг в области шифрования информации" и непомерные амбиции ФСБ, ни много ни мало намеревавшейся не только застолбить за собой возможность санкционированного анализа практически всей информации, проходящей через отечественный сегмент глобальной сети, но и осуществлять оперативный перехват этой информации.
В лучших традициях чекистской фразеологии В.В. Путин, бывший тогда директором ФСБ, заявил: "…Конечно, ФСБ не собирается брать Интернет под контроль, но мы имеем в виду, что современные средства телекоммуникации могут быть использованы во вред безопасности страны. Мы должны строить свою работу так, чтобы потенциальный противник не мог спокойно получать закрытую информацию через Интернет…"

"Мягкий" вариант проекта СОРМ 1998 года, предоставивший ФСБ постоянный доступ к информации на серверах более 350 российских Интернет-провайдеров, предусматривал санкционирование "прослушки" в каждом конкретном случае. Однако уже в декабре 1999 года проект СОРМ был внедрен в жестком путинском варианте, то есть госбезопасность получила возможность разрабатывать "фигурантов" без санкции судебных органов.
Интернетовская общественность вяло огрызалась в Сети, прекрасно понимая двусмысленность своего положения. Проекты подобного рода действительно диктуются соображениями национальной безопасности - например, натовский "Эшелон" еще со времен холодной войны взял "под колпак" не только средства коммуникации тогдашних соцстран, но и впоследствии большинство собственных граждан, пользовавшихся электронными средствами связи.
Тот же СОРМ, кстати говоря, во много раз уступает ему по эффективности и масштабам - достаточно сказать, что "Эшелон" координирует действия нескольких спецслужб: британской Government Communications Headquarters (GCHQ), канадской Communications Security Establishment (CSE), австралийской Defense Signals Directorate (DSD) и новозеландской Government Communications Security Bureau (GCSB).

Базовый принцип действия программы "Эшелон" в весьма отдаленном приближении и упрощении выглядит примерно следующим образом: сканирующие поисковые системы отбирают нужные сообщения по ключевым словам, выражениям и тембру голоса, затем отправляют отобранные сообщения в блок накопления информации, где они записываются, сортируются по темам; на завершающем этапе специально разработанные программы анализируют сообщения. Отфильтрованная таким образом информация попадает к узким специалистам-экспертам АНБ.
Итак, вяло огрызаясь в Сети, интернетчики ждали развития событий. Тем временем из и.о. президента В.В. Путин стал полноправным Президентом России и гарантом Конституции РФ, первым же своим указом обозначив приоритеты, по крайней мере, внутренней политики. Широкие круги общественности совершенно не занимали виртуальные проблемы Сети еще и потому, что в конце лета у нас всегда что-нибудь да происходит, кроме того, было чем заняться измордованному "реформами" и тяжелой жизнью народу и помимо Интернета: россияне предавались старинной национальной забаве - разгадыванию загадок, ребусов и шарад! Нечто вроде: А. и Б. сидели на трубе, потом на алюминии, следом Б. и Г. сидели уже на башне - в конце концов, Г. упало, Б. пропало, - кто остался на трубе? - и так далее…

Гром грянул в первой декаде ставшего уже роковым августа, когда министр связи Леонид Рейман подписал приказ № 130 от 25 июля 2000 г. "О порядке внедрения системы технических средств по обеспечению оперативно-розыскных мероприятий на сетях телефонной, подвижной и беспроводной связи и персонального радиовызова общего пользования". Страна безмолвствовала, хотя надо было бы бить во все колокола: в этом сравнительно небольшом документе составители умудрились нарушить не только Декларацию прав человека, но и Конституцию вместе с Гражданским кодексом РФ.
"Во исполнение Федерального закона от 12.08.95… "Об оперативно-розыскной деятельности", а также Федерального закона от 03.04.95 "Об органах Федеральной службы безопасности в Российской Федерации" для проведения оперативно-розыскных мероприятий на электронных телефонных станциях, центрах коммутации систем подвижной и беспроводной связи, а также системах персонального радиовызова общего пользования, находящихся в эксплуатации и вводимых в эксплуатацию, на сетях электросвязи, входящих в состав Взаимоувязанной сети связи Российской Федерации, независимо от форм собственности и ведомственной принадлежности, должны устанавливаться технические средства для обеспечения оперативно-розыскных мероприятий (далее СОРМ).

Приказываю:
…1.2. План мероприятий по внедрению технических средств СОРМ на конкретных типах электронных телефонных станций, центрах коммутации систем подвижной и беспроводной связи, а также системах персонального радиовызова общего пользования (далее коммутационное оборудование) согласовывается с территориальными органами ФСБ России. Операторы связи, ранее согласовавшие установленным порядком план мероприятий по внедрению технических средств СОРМ на коммутационном оборудовании, вправе руководствоваться имеющимся планом…" (Цитируется по тексту Приказа Минсвязи РФ от 25 июля 2000 года "О порядке внедрения системы технических средств по обеспечению оперативно-розыскных мероприятий на сетях телефонной, подвижной и беспроводной связи и персонального радиовызова общего пользования". Зарегистрировано в Минюсте РФ 9 августа 2000 г. Регистрационный № 2339.)
Всеобщая декларация прав человека предусматривает не только право каждого на тайну связи и переписки, но и право каждого на защиту от посягательств на тайну корреспонденции. Статья 23 Конституции РФ закрепляет за каждым гражданином право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, при этом ограничение этого права допускается только на основании судебного решения.

Проведение оперативно-розыскных мероприятий, предусмотренных пунктами 9, 10 и 11 статьи 6 Закона "Об оперативно-розыскной деятельности", ограничивает конституционные права граждан, закрепленные статями 23 и 24 Конституции РФ. Таким образом, являясь нормативным актом Минсвязи, Приказ № 130 регламентирует реализацию конституционных прав граждан, что противоречит пункту 3 статьи 55 Конституции РФ, согласно которой все ограничения гражданских прав регламентируются исключительно федеральным законодательством.

"…2. Операторам связи:
2.1. Осуществлять приобретение и установку технических средств СОРМ на коммутационном оборудовании при наличии в сертификате соответствия информации о выполнении конкретным коммутационным оборудованием технических требований к техническим средствам СОРМ.
2.3. Считать работы по внедрению технических средств СОРМ на сетях электросвязи конфиденциальными и проводить их ограниченным кругом специалистов по согласованию с органами ФСБ России.
2.6. Учитывать, что передача в правоохранительные органы информации об оказанных абоненту услугах связи осуществляется в порядке, определенном Федеральным законом "Об оперативно-розыскной деятельности".
Ответственность за соблюдение законности при организации и проведении оперативно-розыскных мероприятий в соответствии со статьей 22 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности" несут руководители органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность.
Информация об абонентах, в отношении которых проводятся оперативно-розыскные мероприятия, а также решения, на основании которых проводятся указанные мероприятия, операторам связи не предоставляются..."
Возлагая на операторов связи обязанности по приобретению и установке технических средств и оборудования независимо от форм собственности, пункт 2.1 Приказа № 130 противоречит статье 19 Закона "Об оперативно-розыскной деятельности", предусматривающей финансирование оперативно-розыскных мероприятий исключительно из федерального бюджета. Кроме того, пункт 2 Приложения к Приказу № 130 возлагает на оператора обязанность заключить контракт на закупку оборудования, что противоречит действующему ГК РФ, нарушая принцип свободы договора.
Пункт 2.3 настоящего Приказа противоречит статье 6 Закона "Об оперативно-розыскной деятельности", предусматривающей использование научных, технических, любых других специальных познаний должностных лиц только с их согласия.
Наконец, пункт 2.6 Приказа № 130 не предусматривает предоставление операторам связи решений суда, санкций судебных органов и информации об абонентах связи, в отношении которых проводятся оперативные мероприятия, а с учетом того, что оперативно-технические средства представляют собой выносные пульты управления, с которых принципиально и технически возможен несанкционированный перехват информации, Приказ № 130 не только не предусматривает никаких защитных механизмов, гарантирующих соблюдение конституционных прав, но и в определенном смысле провоцирует подобного рода нарушения.

Опять возникает вековечный русский вопрос: что делать? - вернее, кто виноват? И ответов на эти вопросы нет. Попытки внедрить нечто аналогичное на Западе заканчивались шумом в прессе и оглушительными скандалами в правительстве. В России же такие номера спокойно проходят, приказы регистрируются и подписываются. Мало того, в Сети упорно ходят слухи, что, как и реализованная программа СОРМ-1, проект СОРМ-2 давно уже задействован, кроме того, большинство ISP-компаний - поставщиков услуг Интернета - давно уже сотрудничают с "органами", а большинство провайдеров уже оплатило и установило "черные ящики". Так что нынешняя компания - это либо попытка легализации уже практикуемых методов "прослушки", либо неприкрытое желание госбезопасности модернизировать дорогостоящую технику за чужой счет.
Значит, все как встарь: "они" нам картошку, а мы им бунт в ответ; "они" нам антиалкогольную компанию - а мы им, вернее, себе, "табуретовку"; "они" нам СОРМ - а мы им шифрование электронной почты с 72 000 000 000 000 000 индивидуальных ключей!
__________________________

P.S. 26 сентября 2000 года Верховный суд РФ удовлетворил иск петербургского журналиста Павла Нетупского к Минсвязи РФ и признал пункт 2.6 Приказа № 130 "незаконным и не подлежащим применению". Этим решением был создан важный прецедент для тех, кто намеревается защищать свои конституционные и гражданские права в судебном порядке.

_____________________
©Лавров Николай
Мегапроекты нанокосмоса
Статья о тенденциях в российских космических программах на основе материалов двух симпозиумов в Калуге
Физика в поисках эффективной теории
Эволюция взглядов на происхождение вселенной: от простейших законов к Мультиверсу и модельно-зависимому реализ...
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum