Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
Активизм и политика: корректировать или менять Систему?
Статья об общественно-политической ситуации в обществе, оценке протестных движен...
№13
(366)
01.11.2019
Образование
Совместное заседание попечительских советов Сибирского и Южного федеральных университетов
(№6 [169] 25.04.2008)
Автор: Дмитрий Медведев
Дмитрий Медведев
24 апреля в Москве состоялось совместное заседание попечительских советов Сибирского и Южного федеральных университетов. Его вел избранный 2 марта Президент Российской Федерации Д.А. Медведев, возглавляющий оба совета попечителей.
В заседании участвовали члены попечительского совета ЮФУ A.M. Абдулкеримов, председатель Совета директоров «Русславбанка»; Ю.А. Башмет, народный артист РФ; А.И. Бедрик, заместитель главы Администрации Ростовской области; Н.С. Бондарь, судья Конституционного суда РФ; Н.И. Булаев, руководитель Рособразования; Ю.В. Васильев, председатель Комитета по бюджету и налогам Государственной Думы ФС РФ; B.C. Верба, генеральный директор 000 «Концерн радиостроения "Вега"»; Ю.А. Домбровский, председатель правления компании TELE 2 Россия; Н.А. Евтихиева, генеральный директор Российской ассоциации бизнес-образования; Д.Н. Козак, министр регионального развития РФ; Ю.С. Осипов, президент РАН; Пантелеймон, митрополит Ростовский и
Новочеркасский; Г.А. Рапота, полномочный представитель Президента РФ в ЮФО; А.А. Фурсенко, министр образования и науки РФ; А.Б. Чубайс, председатель правления РАО «ЕЭС России»
.


Д. МЕДВЕДЕВ: Уважаемые коллеги!
Мы с вами договаривались некоторое время назад провести совместное заседание попечительских советов Южного и Сибирского федеральных университетов. Ради этого мы и встретились.
Что сегодня будем обсуждать? Очевидно, что наши университеты — это новая модель высшей школы, построенная на интеграции науки, производства и образования. И, по сути, это такие полигоны для модернизации нашего образования, которые мы сознательно создали и за развитием которых мы самым внимательным образом следим.
Результаты, которые были достигнуты за последнее время, и должны стать предметом нашего сегодняшнего разговора. Но мы понимаем, что в конечном счёте такими главными для нас результатами будут не доклады о том, какие удалось создать аудиторные возможности, сколько денег истрачено, и даже не сообщения о появлении хороших студентов и преподавателей, приглашённых из-за границы, а сообщение о том, что часть программ этих университетов, надеюсь, хотя бы к 2015 году получила международную аккредитацию, а по ряду дисциплин — мы рассчитываем и на это — заняла ведущие позиции в международных рейтингах. Вот что является интегральным показателем деятельности двух новых университетов.
Мы должны, конечно, позаботиться и о том, чтобы вокруг университетов возникла полноценная разнообразная инновационная среда: и инжиниринговые фирмы, и венчурные фонды, и технопарки — в общем, все те возможности, о которых мы, кстати, не так давно говорили во время проведения президиума Государственного совета в Дубне.
Для нас очень ценен опыт работы двух представленных здесь университетов, потому что мы думаем о будущем. И весьма вероятно, что в ближайшее время будет принято решение о создании целой сети федеральных университетов как новых отдельных научно-образовательных комплексов. Такого рода документы готовятся, и сегодня мы поговорим и об этом.
Соучредителями подобного рода федеральных университетов могут выступить структуры Правительства, такие как Министерство образования [и науки РФ] и Российская академия наук. Кроме того, я думаю, что финансирование, которое будет у этих университетов: это и бюджетное финансирование, и государственные гранты, и финансирование по линии коммерческих организаций в форме того же самого целевого капитала, — должно составить основу работы подобного рода образовательных учреждений на будущее.
Естественно, что будущее федеральных университетов связано и с тем, какие кадры мы сумеем привлечь для работы в этих университетах. Сегодня мы тоже об этом поговорим, потому что совершенно очевидно: образовательная мобильность, передвижение студентов, передвижение преподавателей — это основа современного образовательного учреждения, основа жизни современного университета.
Невозможно представить себе обучение без инфраструктуры, поэтому разговор зайдет и о университетской структуре, я имею в виду создание полноценных кампусов для студенческой жизни, для студенческой учёбы, [о том,] что для этого сделано, что ещё предстоит сделать.
И сегодня очень немаленькие деньги направлены на финансирование двух созданных федеральных университетов. В этом году предполагается израсходовать 4,7 миллиарда рублей; кроме этого, должны подключиться и регионы (в рамках тех обязательств, которые регионы на себя принимали), и бизнес. Давайте тоже обсудим, как здесь идут дела. Обращаю внимание, что это значительные ресурсы, и они должны использоваться максимально результативно. Максимально результативно. Здесь должен использоваться и тот проектный подход, о котором мы с вами неоднократно говорили, и должно использоваться нормативно-подушевое финансирование в рамках деятельности университетов. Мы договорились: в конечном счёте произойдет их преобразование в автономные учреждения. Это, по всей вероятности, станет неотъемлемым признаком любого нового федерального университета — то, что он будет работать в такой современной форме. Но соответственно он за это будет получать и преимущества определенные, которые даёт соответствующая форма и дают государственные решения на эту тему.
Мы, уважаемые коллеги, говорили о создании специальных фондов целевого капитала, эндаументов университетов. Насколько я понимаю, они пока не созданы (или если созданы, то на бумаге). Я бы хотел услышать от присутствующих здесь членов попечительского совета, что делается для создания фондов целевого капитала и когда там появятся уже первые, так необходимые для их развития деньги.
Важнейший вопрос — система оценки качества образования. Мы об этом тоже с вами неоднократно говорили. Остановимся и сегодня на этом. В любом случае мы с вами должны понимать, что опыт первых двух университетов, университетов Сибири и на Юге, — это основа для работы в будущем. И сегодня эта основа сопровождается и государственными финансами, и государственной поддержкой, вниманием, которым окружено даже сегодняшнее заседание двух наших попечительских советов. Но эта радость свалилась не навсегда: нужно будет доказать, что всё это не случайно и что результаты работы всё-таки показывают, что мы идём правильным путем. В противном случае можно не только попасть в соответствующие элитные списки, но и вылететь из них, мы тоже должны это понимать. В этом — основа конкурентоспособности нашей образовательной отрасли в целом.
Поэтому такой перечень сегодняшних вопросов. И я предлагаю сейчас дать высказаться нашим уважаемым коллегам, ректорам двух основных вузов, а после этого выступит ещё коротко Министр образования, и мы обсудим уже существующие проблемы.
Начнем с Сибирского федерального университета. Евгений Александрович Ваганов, ректор. Прошу Вас.
Е. ВАГАНОВ: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги!
2007 год — это полный год жизни Сибирского федерального университета, в новом качестве созданного. И, естественно, одна из важнейших задач, которая решалась в течение этого года — это доработка программы развития. Теперь мы называем эту программу развития университета среднесрочной, на 2007—2010 годы.
Доработка этой программы привела к чёткому позиционированию университета в мировом образовательном пространстве, точно определила наши фокусы на подготовку кадров в трёх главных для нас и для региона технологических кластерах: это горнодобывающий и металлургический кластер, это топливно-энергетический кластер и информационно-коммуникационный и космический кластер.
В 2007 году в рамках выполнения программы развития университета были проведены конкурсы инновационных образовательных программ, были определены приоритеты и начали формироваться центры превосходства по основным направлениям развития университета, определённым шести основным направлениям. Были заключены более 20 договоров с ведущими российскими вузами и с иностранными вузами, и в первую очередь, для нас очень важно, это с крупными инвесторами — компаниями, которые работают на территории Сибирского региона.
Была сформирована и запущена совместная программа исследовательских работ с институтами РАН, в первую очередь, естественно, Сибирского отделения РАН. Очень большую поддержку оказал принятый по инициативе администрации и законодательного собрания края закон Красноярского края о поддержке развития Сибирского федерального университета.
Из средств, которые были отпущены на реализацию программы развития, мы начали формировать крупные центры исследовательского и научно-производственного характера, например, суперкомпьютер, который сейчас является 53-м в рейтинге суперкомпьютеров среди университетских суперкомпьютеров в мире; полностью доукомплектовали станцию приёма и обработки космической информации, что очень важно, учитывая огромные территории Сибири и, естественно, те работы, которые будут проводиться с использованием этой информации; провели централизацию служб. В конце этого года вышли на объединённый бюджет Сибирского федерального университета, что тоже очень важное событие, потому что мы получили полное представление о правильности расхода средств. И сейчас завершается разработка генплана университетского городка.
В прошлом году был достроен (с использованием средств региональной помощи) корпус, который позволил нам ввести новые учебно-лабораторные помещения на 10 тысяч квадратных метров. С начала этого года мы вышли и с новой структурой университета, и эта структура укрупнённых факультетов или институтов — 16 вместо 4 университетов, которые объединились в конце 2006 года, — эта структура уже дала свои результаты в плане оптимизации, например, звонковой нагрузки: мы уменьшили звонковую нагрузку на 20 процентов.
Есть несколько индикаторов — вернее, целый комплекс индикаторов, которые используются...
Д. МЕДВЕДЕВ: А что это такое, скажите нам, Евгений Александрович.
Е. ВАГАНОВ: Звонковая? Это то, что преподаватель общается постоянно со студентами.
Д. МЕДВЕДЕВ: Имеется в виду аудиторная нагрузка?
Е. ВАГАНОВ: Аудиторная, да, виноват.
Д. МЕДВЕДЕВ: У Вас какой-то свой «сибирский сленг» — мы ничего не понимаем. Переводите на русский.
Е. ВАГАНОВ: Хорошо. Прошу прощения. Да, аудиторная нагрузка, конечно.
Целый спектр индикаторов, которые используются для развития. Этот спектр индикаторов обсуждался и на межведомственной рабочей группе, и внутри университета. По этим индикаторам мы отслеживаем, насколько продуктивно мы работаем.
Вот только некоторые из этих индикаторов (я привёл здесь как иллюстрацию), очень важный показатель, как мы считаем, — это увеличение НИР (научно-исследовательских работ) в пересчёте на одного работающего. Если говорить о взаимодействии с крупными компаниями, которые работают на территории Красноярского края и Сибири, то если прошлый год дал увеличение НИОКР на 30 процентов, то уже в этом году — практически удвоение финансирования на совместные НИОКР от заказчиков основных компаний. И это не только на подготовку кадров, это ещё и на проведение научно-исследовательских и научно-производственных работ.
В 2008 году, мы считаем, что помимо, естественно, тех мероприятий, которые чётко прописаны у нас в программе развития, мы сконцентрируемся на оптимизации новой структуры университета, на организации нового приёма через созданный в прошлом году институт фундаментальной подготовки; на укреплении образовательной и научной базы новых институтов (то есть усилении центров превосходства и центров коллективного пользования). И очень большая работа предусматривается по согласованию программ подготовки, образовательных программ подготовки бакалавриата и магистратуры.
Ясно, что видение среднесрочной перспективы, которая изложена в программе развития 2007—2010 годов, даёт нам ориентиры и на более продолжительный срок. И в соответствии с поручениями Президента мы должны видеть эту перспективу. И эта перспектива связана с тем, что формирование образования Сибирского федерального университета является некоторым центром формирования, как мы называем, «университетского консорциума» совместно с другими вузами как города, так и Сибири и структурами Российской академии наук и оптимизации совместных с другими вузами программ подготовки. Это усиление международного статуса университета; это формирование крупных междисциплинарных научно-исследовательских и научно-производственных институтов и лабораторий (три таких междисциплинарных лаборатории сейчас формируются в соответствии с договоренностями с крупными компаниями, такими как «Норникель» и «РусАл»); это увеличение притока средств на развитие университета от инновационной деятельности университета; это формирование технопарковой зоны.
Мы сейчас реализовали первые шаги, запустив городской бизнес-инкубатор. Мы очень рассчитываем, что в дальнейшем во взаимодействии, безусловно, с основными работодателями эта работа будет продолжена и усилена.
У нас по реализации плана программы развития университета есть специальный раздел, который сфокусирован на развитии партнёрских взаимоотношений с основными работодателями, и есть концепция. И эта концепция сейчас переложена уже в конкретную программу действий. Это, безусловно, и создание совместных центров превосходства, это и целевые заказы на подготовку, это определение основных качественных требований по подготовке специалистов теми структурами, теми компаниями, которые приходят в университет вместе со своими и научными, и научно-производственными задачами.
Ну и Сибирский федеральный университет всё-таки расположен в азиатской части России, которая является европейской страной, поэтому у нас отдельная задача на перспективу — это создание Центра стратегических исследований Шанхайской организации сотрудничества. И в этом плане мы сделали первые шаги, заключив достаточно серьезное соглашение и прописав мероприятия, по которым мы будем действовать, с такими мэтрами нашего высшего образования, как МГИМО и Высшая школа экономики, в этом направлении.
Кратко обозначив результаты работы 2007-го, планы на 2008 и вплоть до 2012 года, как это было поручено в ноябре, после посещения университета Президентом и Вами, Дмитрий Анатольевич, мы считаем, я могу сказать от имени всего коллектива, это и мера доверия, и мера ответственности, и могу заверить, что мы постараемся и оправдать доверие, и ответственно подойти как к решению задач среднесрочной перспективы, так и долгосрочного развития Сибирского федерального университета.
Д. МЕДВЕДЕВ: Спасибо, Евгений Александрович.
У меня три вопроса. Не уходите.
Первый. Что произошло в области научно-исследовательских работ после создания университетов, слияния, соответственно, университетов, на основе которых был создан Сибирский федеральный университет? Они выросли? Если выросли, то насколько?
Е. ВАГАНОВ: 2007 год дал, конечно, прирост НИР небольшой — там на проценты. В этом году очень серьезная подвижка и с точки зрения научных проектов, и проектов особенно с теми вузами, с которыми у нас есть соглашение, то есть новое насыщение. А с институтами Российской академии наук, я в первую очередь имею в виду Сибирское отделение, просто расширился спектр тех инициативных проектов, которые мы сейчас выполняем. И я считаю, что здесь очень хорошая перспектива. Во всяком случае, химики обогнали всех, потому что они сразу же включили современные приборы и очень быстро получили новые результаты. И даже получили международные гранты — успели ещё до начала этого года.
Д. МЕДВЕДЕВ: Ну, что гранты получили — это, конечно, молодцы. Означает, что работать умеют. Но всё-таки нужно, чтобы и объем, и качество научно-исследовательских работ возрастали, причём по-серьезному.
Второе. Что происходит с зарплатой у преподавателей?
Е. ВАГАНОВ: Зарплата — только то, что мы имеем из текущего бюджета: это основная зарплата плюс, естественно, тот, кто ведёт определённые хоздоговора... Я говорю, что в 2008 году увеличение в два раза будет по хоздоговорам...
Д. МЕДВЕДЕВ: Я имею в виду среднюю заработную плату по университету.
Е. ВАГАНОВ: Средняя — это только текущая.
Д. МЕДВЕДЕВ: Что значит текущая? Раньше было определённое количество университетов, которые и создали Сибирский университет, она увеличилась против того, что они получали до момента создания университета, или таких данных у Вас нет?
Е. ВАГАНОВ: Нет, почему? Если брать только основную часть, которая бюджетная, она не увеличилась, это стандарт.
Д. МЕДВЕДЕВ: Я имею в виду общий объем выплат, средняя зарплата, не бюджетная. Понятно, что вы такие же государственные структуры, как и были. Потому что это очень важно, мы же хотим добиться именно вот этой самой пресловутой образовательной мобильности, чтобы педагогов можно было приглашать из других университетов. Для этого самые разные источники даются — и те деньги, которые вы получаете по линии федерального бюджета, и эндаумент мы всё пытаемся создать для того просто, чтобы работать в Сибирском университете было привлекательно. Ведь у вас есть и другие университеты.
Е. ВАГАНОВ: Дмитрий Анатольевич, стратегического решения пока нет по увеличению, но то, что появляются дополнительные возможности и за счёт проведения научных, научно-производственных исследований, и так далее, то есть это тоже ведь сказывается на дополнительной зарплате. Но базовая всё равно остаётся пока ещё...
Д. МЕДВЕДЕВ: Я не про базовую говорю, Евгений Александрович. Вы поймите, Вашим коллегам...
Е. ВАГАНОВ: Я волнуюсь и не понимаю.
Д. МЕДВЕДЕВ: А Вы не бойтесь и не волнуйтесь.
Вашим коллегам абсолютно всё равно, базовая это зарплата или не базовая. Если они работают в новом университете, который мы профилируем как один из ведущих университетов в стране, они должны осознавать, что это, как Вы сказали, и большая ответственность, и лучшие возможности. Если мы этого не добьемся, то тогда мы зря всё это сделали.
Можете больше эту мысль не развивать. Значит, Вы меня услышали.
Е. ВАГАНОВ: Да.
Д. МЕДВЕДЕВ: И последнее, что я спрашивал: как обстоят дела с целевым капиталом, то есть с эндаументом? Создан фонд целевого капитала или нет? И если создан, то сколько там денег?
Е. ВАГАНОВ: Значит, вот так.
Я могу сказать: всё, что касается правового обеспечения, всё создано, счета открыты. Но мы специально не инициировали наполнение этого фонда до проведения вот этого совещания.
Д. МЕДВЕДЕВ: То есть Вы хотите, чтобы я призвал присутствующих здесь бизнесменов поучаствовать в наполнении фонда?
Е. ВАГАНОВ: Дмитрий Анатольевич, просто какая-то должна была быть, наверное, все-таки...
Д. МЕДВЕДЕВ: Коллеги, надо быстрее всё это делать. Мы когда приняли решение о создании университетов? Когда университет появился юридически?
Е. ВАГАНОВ: Юридически — это конец 2006 года, декабрь.
Д. МЕДВЕДЕВ: А у нас сейчас конец апреля 2008 года. Закону и ряду связанных с ним документов об эндаументах, о фондах целевого капитала, тоже уже немало времени. Вполне можно было подключить уже к этой работе и попечителей ваших, и просто заинтересованных бизнесменов. Кстати, мне это обещали все, в том числе и руководители регионов — в том, что мы соберём деньги бизнеса для того, чтобы эта работа шла активнее.
Е. ВАГАНОВ: Хорошо.
Д. МЕДВЕДЕВ: Срочно надо это делать, иначе просто вы будете находиться в прежней ситуации. Мы же специально создавали эти университеты, как особые площадки. Двигайтесь дальше.
Е. ВАГАНОВ: Хорошо.
Д. МЕДВЕДЕВ: Спасибо.
Пожалуйста, Владислав Георгиевич Захаревич, ректор Южного федерального университета.
В. ЗАХАРЕВИЧ: Не трогая общие места, которые, безусловно, есть в Южном и Сибирском федеральных университетах, я хочу коснуться некоторых проблем, которые находятся в процессе, понятно, решения. Но и без соответствующей помощи государства вряд ли мы эти проблемы решим.
Стратегические цели создания обоих университетов определены распоряжением Правительства, они совпадают, вы видите это на слайде. И целевая установка, для чего созданы, каких параметров должны достичь эти университеты, Дмитрий Анатольевич, была фактически Вами единственным сформулирована: 10-й год — войти в десятку ведущих вузов России, 20-й — войти в первую сотню ведущих университетов мира.
И если как бы первый пункт оказался не очень сложен, потому что просто системный эффект объединения разных вузов уже дал сам по себе результат, состоящий в том, что и мы, и Сибирский университет, мы уже находимся в первой десятке лучших классических университетов России. Следующий слайд, это выглядит вот так (по результатам 2006 года), когда мы были образованы. Повторяю, мы ещё ничего не делали, не считая оформления какой-то соответствующей документации и так далее.
То есть я считаю, что просто укрупнение не всех, наверное, вузов, но определенных вузов в такие большие университеты — это уже положительный эффект. И я считаю, что мысль в этом направлении была правильная.
И в том числе могу сказать, что наши 30 инженерных программ прошли эквивалентизацию в достаточно авторитетном американском аккредитационном агентстве «Эббит». И результат состоит в том, что это аккредитационное агентство американское признало наши программы инженерные существенно эквивалентными тем программам, по которым выпускают эти специальности в американских университетах. То есть фактически с нашим дипломом человеку не нужно ничего доказывать, а просто он может поехать туда, куда он желает, и работать.
Д. МЕДВЕДЕВ: Это достаточно важно, Владислав Георгиевич. Речь идет об аккредитации уже нового диплома, то есть того, который вы будете выдавать? Или это все-таки аккредитация тех составных частей, из которых возник Южный федеральный университет?
В. ЗАХАРЕВИЧ: Нет, это аккредитация старого диплома, на основании чего возник новый университет.
Д. МЕДВЕДЕВ: Я имею в виду, когда появятся уже выпускники с новым дипломом, на них будет распространяться вот эта аккредитация?
В. ЗАХАРЕВИЧ: Мы постараемся, чтобы она распространилась, потому что аккредитация не дается на бесконечно длинное время, она, как правило, ограничена.
Д. МЕДВЕДЕВ: Её подтверждать надо просто.
В. ЗАХАРЕВИЧ: Да, её нужно будет подтверждать. У нас на семь лет, поэтому мы будем говорить, новые дипломы Южного федерального университета ещё какое-то время, вообще-то говоря, будут соответствовать этой аккредитации.
Теперь, пожалуйста, следующий слайд.
Войти в сотню лучших университетов мира — хороший показатель.
Д. МЕДВЕДЕВ: Попечители, вы слушайте, что происходит.
В. ЗАХАРЕВИЧ: Но он настолько отличен, наши рейтинги, наши отнесения к лучшим, худшим, средним и так далее, вот здесь приведён процент, по каким результатам лондонская «Таймс» или шанхайский рейтинг относит тот или иной университет к лучшим или худшим. И то, что это очень сильно зависит от числа нобелевских лауреатов, которые работают в университете, это неправда. От этого зависит, но в очень небольшой степени, то есть зависит от того, насколько эффективно тот или иной университет проводит свои научные исследования.
Здесь у нас есть проблема, которая состоит в том, что распоряжение Правительства нас обязывало с Российской академией наук найти какой-то обоюдоприемлемый результат сотрудничества. Мы его на сегодня не нашли. Не значит, что мы его не искали, но фактически Российская академия наук на сегодняшний день работает сама по себе, мы — сами по себе. То, что у нас на Юге одни и те же ученые какую-то часть времени работают или в Южном центре РАН, или возвращаются к нам, от этого, как бы, от перемены мест слагаемых, как известно, сумма не меняется. И, безусловно, что здесь нам нужно с академией еще долго искать какие-то варианты, где бы мы не соперничали, а сотрудничали.
Д. МЕДВЕДЕВ: Желательно только не долго искать — найти их, наконец.
В. ЗАХАРЕВИЧ: Насчёт быстроты, да, у нас...
Д. МЕДВЕДЕВ: У нас здесь как раз Юрий Сергеевич [Осипов, президент Российской академии наук] на месте. Сейчас об этом тоже поговорим.
Ладно, продолжайте, пожалуйста.
В. ЗАХАРЕВИЧ: Не получается.
Если можно, еще предыдущий слайд, еще раньше.
Я хочу обратить внимание, Дмитрий Анатольевич: статья 34 Бюджетного кодекса. Она, понятно, для нас — закон и так далее. И нам, как ректорам, это я говорю как бы консолидированное мнение, и Евгения Александровича, и своё, о том, что математически это правильно, то есть выделенные средства использовать наиболее эффективным образом и добиться максимально возможного результата — первый подход. И второй — какие-то заданные параметры достичь с наименьшими затратами. Всё здорово.
А о федеральных университетах — я её представляю всё-таки задачей государственной — её ведут по первому варианту. Вам дали 10,5 миллиардов — уходите и не просите, никаких кампусов мы не знаем, и то, что у вас общежитий не хватает и так далее. Идет такой вот разговор, как мне представляется, не очень правильный. Или это всё-таки...
Д. МЕДВЕДЕВ: С кем у Вас идёт такой разговор? Называйте конкретно переговорщиков.
В. ЗАХАРЕВИЧ: Мне бы не хотелось сейчас говорить.
Д. МЕДВЕДЕВ: Владислав Георгиевич, лучше скажите, потому что у нас не так часто такие встречи бывают. Здесь представлены все те, кто отвечает за бюджетный процесс, за финансирование, за образование, спонсоры представлены. Это кто, это чьи сотрудники всё-таки?
В. ЗАХАРЕВИЧ: Это сотрудники, почти все сотрудники Правительства. Агентство говорит: «Ребята, что вы еще бумажки принесли? Что, вам ещё чего-то не хватает?» Если я появляюсь у министра и говорю: «Посмотрите (я дальше покажу), наука — просто уничижительно мало финансирование». Он говорит: «Подожди, вон у тебя есть средства, там давай и разруливай. И всякие разговоры о том, что это проект «Образование», и Минфин ругает, что нельзя эти средства использовать на науку, на инновации и так далее. Мы, вообще говоря, никакой силы не имеем.
Д. МЕДВЕДЕВ: Всё-таки с кем конкретно такие разговоры Вы ведете? У нас здесь три министра присутствуют. С Фурсенко [Андрей Александрович, Министр образования и науки РФ] у вас есть такие проблемы?
В. ЗАХАРЕВИЧ: Есть.
Д. МЕДВЕДЕВ: Хотя бы откровенная позиция. Понятно.
С МЭРТом есть разночтения какие-то, с Министерством экономического развития и торговли, по финансированию?
В. ЗАХАРЕВИЧ: Есть.
Д. МЕДВЕДЕВ: С Минрегионом, Дмитрием Николаевичем Козаком?
В. ЗАХАРЕВИЧ: Пока нет...
Д. МЕДВЕДЕВ: Но будут. После этого совещания точно будут, сомнений нет.
Ладно, хорошо. Продолжайте.
В. ЗАХАРЕВИЧ: Я очень коротко.
Хочу обратить внимание, что специфика проекта состоит в том, что даже в бизнесе слияние организаций вместе, в единое целое, с достаточно жесткой структурой подчиненности, соподчиненности — достаточно сложная проблема. И в мире на сегодня есть некоторые как бы описанные опыты, хорошие и не очень хорошие, а слияние университетов — вообще публикаций нет об этом.
С этой точки зрения я хочу показать, что Правительство задумало и Вы, в том числе, Дмитрий Анатольевич, достаточно сложную задачу. Она сложная как бы по определению.
Д. МЕДВЕДЕВ: Я, естественно, это понимаю, Евгений Александрович. Только Вы имейте в виду, что такого количества университетов, как у нас, тоже нигде нет.
Вот прикиньте — мы только что разговаривали, я просто ко всем обращаюсь тоже — у нас сейчас около тысячи высших учебных заведений и ещё две тысячи (правильно я понимаю?) филиалов, которые действуют с правами юридического лица. Три тысячи университетов. Я не уверен, что это мало даже для Китая. У нас никогда такого количества университетов не было. Мы с вами понимаем, результат чего это и каковы последствия. Последствия очень простые: девальвация образовательного уровня.
Вы же знаете, что в некоторые университеты стыдно заходить, а еще более стыдно показывать диплом этого университета. При приёме на работу это как «волчий билет» просто. Поэтому-то и придумали соединяться.
Пожалуйста.
В. ЗАХАРЕВИЧ: Ну и там, где специфика проекта — это то, чем мы точно отличаемся от сибиряков, она состоит в том, что у нас на Юге относительно благополучная демографическая ситуация. И с этой точки зрения мы ставим свою задачу, чтобы университет был как плацдарм перераспределения специалистов не с плохой квалификацией, а с достойной квалификацией, будь это центр России или та же Сибирь.
Миссия университета принята, она вот здесь есть, одобрена учёным советом, конференцией, вошла у нас в устав. (Следующий слайд.) Мы видим себя так, как это осуществляют ведущие университеты в мире, то есть как исследовательские университеты инновационно-предпринимательского типа, за что нас со всех сторон слегка ругают за такие слова.
Потенциал наш достаточно велик. (Следующий слайд, пожалуйста.) Опять не буду здесь особенно на него опираться, но тем не менее 50 тысяч студентов у нас находятся, почти 10 тысяч сотрудников. Общее количество объектов в федеральной собственности около 500, около — площадь земельных участков, то есть как бы университет сам по себе не беден.
И очень важная составляющая — на следующем слайде: слагаемое нового качества образовательной деятельности. Здесь очень часто дискуссия, она больше философская, что наше образование лучшее в мире и прочие хорошие слова говорят, и ракеты у нас летают, и Енисей перекрыт и так далее. Ситуация такая, что мы в динамике...
Д. МЕДВЕДЕВ: Пока, слава Богу, не перекрыт ничем.
В. ЗАХАРЕВИЧ: В динамике современного профессионального образования очень сильно отстали от Запада. Мы просто прозевали то, что они уже давно делают. Они делают кредитно-модульные технологии, они делают индивидуальные, по крайней мере предоставляют студентам возможности планирования индивидуальных траекторий обучения. То есть для нашего университета в пределе должно быть: 50 тысяч студентов учатся, они должны учиться по 50 тысячам только каждому из студентов присущих индивидуальных траекторий. Понятно, что этого на самом деле не будет, но теоретически это так должно быть.
У нас ограничительные гос[экзамены], которые, мы никак не договоримся, каким образом и как быстро их снять с тем, чтобы это сделать. Потому что студент не будет просто как бы из головы или с потолка брать и придумывать эту траекторию. Безусловно, им будет руководить возможность больше в последующем зарабатывать. А больше зарабатывать — это, конечно, он будет прислушиваться к работодателю. А работодатель сейчас, фактически, — «быстрый работодатель», которому не через 5 лет нужны специалисты, ему нужен в крайнем случае через полгода механик с химическим образованием, и не вообще с каким угодно химическим образованием, а химией покрытий, например. И понятно, что в нашей системе мы такие вещи выполнить быстро не можем.
Далее. Текущее финансирование, обратите внимание, Дмитрий Анатольевич, финансирование науки, — из научной части у нас при текущем финансировании около 1,5 миллиарда рублей — 46 миллионов. И понятно, что сколько бы я не говорил, что неправильно это, не может быть высшее профессиональное образование при таком соотношении — 3 процента или чуть больше 3 процентов, когда преподаватели подключаются к науке. О том, что они должны гранты, о том, что РФФИ [Российский фонд фундаментальных исследований] нужно увеличивать, РГНФ [Российский гуманитарный научный фонд], это всё как бы понятно, но это всё равно баснословно мало.
Далее. Проблемы — дефицит площадей, ну это у всех вузов. Я не буду о них говорить. Мы обсуждали этот вопрос в Красноярске, где договорились о том, что все-таки проблема кампуса имеет место быть. Если современный университет, нужно где-то искать — в ФАИПе [Федеральная адресная инвестиционная программа], здесь уже вместе с МЭРТом — какие-то дополнительные средства и, наверное, с Дмитрием Николаевичем [Козаком, Министром регионального развития РФ] в его региональных программах, чтобы строить такие общежития.
Далее. Мы, кроме того, что я рассказал, тоже стараемся сделать современную систему управления новым университетом. И у нас существует кроме сегодняшнего попечительского совета еще наблюдательный совет под председательством губернатора [Ростовской области Владимира] Чуба. И вообще-то говоря, его эффективность достаточно серьезная. Я знаю, что это делается и в Сибири. Потому что, когда губернатор собирает всех основных действующих лиц субъекта, вообще-то ведут они себя немножко по-другому. И это, я считаю, мы постараемся всячески внедрять.
Плюс привлечение, создание некоторых студенческих систем самоуправления и так далее.
Программа развития — она у нас похожа на Сибирский, и не буду... Существует областная программа (далее, пожалуйста) развития Южного федерального университета. Здесь перечислены объекты, которые область нам обещала (и при Вас даже, когда Вы у нас в Ростове были): типа передать совершенно замечательную базу отдыха на берегу Черного моря. Выполняется она не так быстро, как нам хотелось, но я считаю, что здесь область, раз уже взялась помогать, поможет.
К сожалению, у нас область дотационная, напрямую средствами не очень как бы можно это сделать, но с объектами областной собственности здесь у нас, я считаю, полное взаимопонимание. Я считаю, что особенно важно, как Вы понимаете, у преподавателей жильё с их зарплатой — это всегда проблема. Областное Законодательное Собрание рассматривает сейчас приравнивание федеральных бюджетников к областным с тем, чтобы пропустить их по схеме предоставления жилья — 35 процентов платит сотрудник, 35 процентов платит область, 35 процентов дает в кредит. Но ссуду банковскую область берёт на себя. Понятно, что такая схема весьма была бы интересна.
На этом, я, наверное, закончу.
Д. МЕДВЕДЕВ: Владислав Георгиевич, у меня тоже один вопрос будет (не три, а один всего) к Вам по поводу заработной платы педагогов, преподавателей. Что с ней происходит?
В. ЗАХАРЕВИЧ: Дмитрий Анатольевич, здесь ситуация как бы двойная, если честно о ней говорить. Некоторые преподаватели зарабатывают в месяц по 100, по 120 тысяч (их немного) путем активного участия в науке. В том числе гранты наши, гранты зарубежные. Всё в порядке. Это, наверное, процента три.
Процентов 30, будем говорить, к тому финансированию, которое идёт по учебному процессу, они зарабатывают по науке половину, наверное, этого. Остальная часть держится только на бюджетных средствах.
Мы провозгласили ученым советом, что тот профессор или доцент, который вообще никаким образом в грантах ни в зарубежных, ни в наших, ни вместе с Российской академией наук, ни в чём не участвует, он не может быть долго сотрудником или преподавателем Южного федерального университета. Это быстро не делается, это пока объявили, пока мы начнём, потому что так быстро не заменишь, замены не всегда есть хорошие и так далее, то есть мы идём по этому пути.
Д. МЕДВЕДЕВ: Спасибо. Присядьте, пожалуйста.
Теперь короткое выступление Министра. Пожалуйста, Андрей Александрович [Фурсенко, Министр образования и науки РФ].
А. ФУРСЕНКО: Уважаемый Дмитрий Анатольевич!
Д. МЕДВЕДЕВ: Я предлагаю, Андрей Александрович, знаете, на чём сконцентрироваться? Не на результатах, потому что они в общем нам приблизительно понятны, они только что были доложены ректорами, есть изменения достаточно позитивные. Очень много пока нерешенных проблем — вот на проблемах, если можно, ладно?
А. ФУРСЕНКО: Я хотел бы сказать о двух вещах: первая — это по поводу этих университетов, вторая вещь — что мы рассматривали эти университеты, и это было сказано неоднократно на президиуме Совета [при Президенте России по реализации приоритетных национальных проектов и демографической политике], что это модель, которая должна быть использована для того, чтобы создать концепцию развития федеральных университетов.
Какие проблемы мы видим?
Первое. Это те проблемы, которые отчасти значительно сегодня преодолены. Это то, что был психологически достаточно тяжелый момент по переходу от группы университетов в один, страхи по поводу того, что люди потеряют свой статус, свое место. И оказалось, что всё-таки эти страхи, они надуманы, и это означает, что вообще работа по консолидации образовательных учреждений, она может быть решена при условии, что идёт очень активная работа и университета самого, и региональных властей. Ну и должно участвовать, конечно, наше Министерство.
Проблема в том — если развивать эту сеть, проблема, наверное, в том, что отношение к этому разное, и пример этих университетов, наверное, ещё не всех убедил. Вот это опасение потерять статус, статус ректоров и так далее, оно существует.
Д. МЕДВЕДЕВ: Понятно вполне. Если, так сказать, нет изменений, на которые мы рассчитываем, конечно, он не убедит в полной степени.
А. ФУРСЕНКО: Второй вопрос. Те проблемы, которые есть, о которых говорили оба ректора, — это то, что этот процесс, он всё-таки достаточно пролонгированный.
Средние зарплаты растут, они растут быстрее, чем росли до этого. При этом я хочу сказать, что развитие этих университетов происходит на фоне нарастающих проблем у высшей школы в целом из-за демографического спада. И если конкурсы в эти два университета росли и в Ростове [-на-Дону], и в Красноярске, то я могу сказать, что в целом ряде регионов Сибири конкурсы в этом году падали. И тут мы видим, что создание вот таких федеральных университетов позволило консолидировать наиболее интересных студентов и абитуриентов. Но эта проблема существует. И развитие университетов будет сталкиваться с тем, что происходит очень серьезный демографический спад (наверное, в большей степени это касается Сибири). Мы прикидывали, что если у нас сегодня 780 тысяч только очников, то количество выпускников 11-х классов в 2010 году будет 760 тысяч. То есть это означает, что мы просто на все, я бы сказал, очные бюджетные места выпускников не наберём. А мы должны помнить, что у нас есть учреждения среднего профессионального образования, начального профессионального образования, которые тоже надо обеспечить молодыми людьми. Это системная проблема, которая касается всех.
Проблемы с финансированием и с зарплатами: что касается финансирования, это действительно Владислав Георгиевич старался, я считаю, вывести меня из-под удара: он сначала сказал, что проблемы у него есть, но потом решил не рассказать с кем.
Д. МЕДВЕДЕВ: А потом все-таки признался, что с Вами.
А. ФУРСЕНКО: Признался, да.
Проблема есть в каком плане? Я считаю, что действительно финансирование должно расти, но при этом должна быть очень чёткая формулировка: а на какие цели нужно это финансирование?
И когда мы говорим о финансировании научных работ (это касается обоих университетов), то я считаю, что в основном это финансирование должно прирастать за счет конкурсных процедур. Сегодня на конкурсной основе распределяются большие деньги. Они идут и на развитие центров коллективного пользования, они растут на выполнении работ. И я считаю, что университеты хоть и не очень быстро, но разворачиваются в эту сторону: быстрее — Сибирский университет, в меньшей степени — Южный тоже поворачивается. Я считаю, что базовое финансирование должно, может быть, увеличиваться точно в случае, если мы видим, что нарастает финансирование, полученное по конкурсу. Тогда понятно, ради чего давать базовое финансирование, понятно, что это некая помощь в развитие, я бы сказал, такой инфраструктуры, широко понимаемой. Эта проблема существует, потому что желание сохранить подходы такие традиционные, несмотря на то, что университеты новые, много сделали для того, чтобы изменить подходы, оно всё-таки есть. Эти проблемы будут, кстати говоря, и при развитии сети: что просто воспринимается создание федерального университета как получение дополнительных денег.
Дальше проблемы, которые правильно указаны, — это проблемы, связанные со стандартами. Сейчас мы создаём стандарты третьего поколения. В принципе они дают возможность достаточно широко использовать новые методики, потому что в стандартах нового поколения до 50 процентов материала попадает в вариативную часть для бакалавриата и до 70 процентов — для магистров. Это означает, что у вас есть небольшая базовая часть, а остальное всё вы решаете сами. Но мы считаем, что в перспективе ведущим университетам — вы знаете, что мы предложили сейчас в качестве первого шага это сделать для Московского и Питерского университетов, — дать право самим разрабатывать стандарты. Но это тоже право, которое необходимо обосновать, защитить. И эта проблема есть, потому что одного желания это сделать недостаточно, должно иметься очень серьезное обоснование, которое бы шло под такое решение.
Далее. Существует проблема очень острая, это проблема, связанная с общежитиями, потому что эти университеты принципиально, они даже по названию федеральные: они должны привлекать абитуриентов из других регионов и в общем, я думаю, из других стран.
У нас сейчас подготовлена Федеральная целевая программа «Научные и научно-педагогические кадры», и в этой программе предусмотрено строительство общежитий, причём общежитий не только для студентов, но и для профессоров (какие-то такие гостиничного типа), с тем чтобы была обеспечена мобильность не только тех, кто учится, но и тех, кто учит. Концепция утверждена, программа доработана. И, несмотря на то, что мы какие-то вопросы выясняем ещё и с Минэкономразвития, и с Минфином, но в целом подходы мы имеем единые. По крайней мере, я считаю, что у нас тут есть достаточно высокая степень консолидации наших взглядов и усилий.
Далее, что касается проблем. Это вопросы, связанные с софинансированием со стороны регионов. У нас есть определенные проблемы, в том числе в первую очередь это касается дотационных регионов. Вообще решение нормативное существует. Там сказано, что региональные бюджеты не могут финансировать те структуры, которые находятся как бы в федеральном мандате, за исключением тех случаев, которые оговорены в законодательстве.
Мы считаем, что в принципе, если в законодательстве указать, что региональная власть имеет право участвовать в софинансировании, например, федеральных университетов, то это даст возможность создавать такие программы, как программа развития, которая создана в Красноярске, и делать поддержку. Это регулятивная такая мера. Я думаю, что...
Д. МЕДВЕДЕВ: Мы же об этом говорили во время проведения соответствующего совещания с участием Президента в Красноярске — о том, чтобы подготовить предложения по изменениям в ряд документов. Насколько я помню, даже в том числе и в Бюджетный кодекс. У нас что с этим происходит?
А. ФУРСЕНКО: Мы подготовили Концепцию развития федеральных университетов, и сейчас она на согласовании у наших коллег в Минфине, и в МЭРТе, и там в том числе вот эта мера тоже предложена. Там был поставлен срок. Надеюсь, к этому сроку мы эту концепцию согласуем.
Д. МЕДВЕДЕВ: Но это у нас связано не только с университетами. Это же некие общие предложения. Мы сейчас поговорим об этом. Хорошо.
А. ФУРСЕНКО: Дмитрий Анатольевич, я могу еще много, просто Вы сказали — коротко.
Д. МЕДВЕДЕВ: Много не надо, точно.
А. ФУРСЕНКО: По-моему, основные проблемы я все-таки сказал.
Д. МЕДВЕДЕВ: Основные проблемы сказали. Я еще хотел бы вот какой от Вас услышать ответ. Мы предполагаем, что и действующие университеты федеральные — возможно, и новые университеты — будут создаваться в форме автономных учреждений. Как далеко мы сейчас находимся от этой программы? Что нам еще нужно сделать для того, чтобы действующие образовательные учреждения перешли в этот статус?
А. ФУРСЕНКО: У нас есть некоторые акты, связанные с формулированием оценки имущества, которое будет передано в университеты. По крайней мере, у меня такие сведения.
И вторая вещь. Мы должны четко сформулировать, каким образом оценить услугу, которая будет заказана этим университетам, потому что, если они переходят в автономные учреждения, то финансирование перейдет от сметной формы в форму заказа, реализацию определённых услуг.
Вот сейчас мы ведём работу как бы по оценке норматива: какое финансирование необходимо для того, чтобы университеты эти готовили соответствующих специалистов.
Д. МЕДВЕДЕВ: Так когда это произойдет?
А. ФУРСЕНКО: Мы считаем, что предложения по нормативам (у нас на этот год запланирована была эта работа), мы считаем, что до конца года мы эти нормативы сумеем разработать.
Д. МЕДВЕДЕВ: А когда они станут автономными учреждениями?
А. ФУРСЕНКО: Мы считали бы правильным, если бы в этом году эти решения были приняты.
Д. МЕДВЕДЕВ: Ладно. Спасибо, Андрей Александрович.
Сейчас мы с вами, коллеги, приступим к обсуждению ряда проблем. Отпустим наших представителей СМИ и поговорим по всем вопросам, которые прозвучали — естественно, в коротком режиме.

Мегапроекты нанокосмоса
Статья о тенденциях в российских космических программах на основе материалов двух симпозиумов в Калуге
Физика в поисках эффективной теории
Эволюция взглядов на происхождение вселенной: от простейших законов к Мультиверсу и модельно-зависимому реализ...
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum