Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
Посткоронавирусный социальный синдром: регулируемый капитализм и кризис дем...
В статье изложены представления автора о том, какими будут социально-экономическ...
№06
(374)
23.05.2020
Общество
Записки сумасшедшей квакушки или беспримерный поход «Во имя великой дури». Рассказ о путешествии на Саяны.
(№15 [195] 20.10.2009)
Автор: Надежда Белозерова
Надежда Белозерова
«…что мне энцефалит, что хронический бронхит, когда рюкзак котом смердит...»
lynx, 11.07.09 г
.


Думается, что отныне эти строки станут гимном всех адептов Великого Ква.

Не знаю, врожденное это или приобретенное раздолбайство, но излагать свои мысли связно и последовательно у меня получается очень редко, поэтому выплеск впечатлений, скорее всего, будет происходить в виде отдельных зарисовок, возможно в несколько хаотическом порядке, потому как записывать их по мере поступления в течение похода я постоянно забывала, а когда вспоминала – то было откровенно лень. Согласитесь, ведь намного приятнее качаться на качелях под пышными кедрами, зависая на удивительно красивый закат над гладкой поверхностью озера или валяться на каремате, бездумно глядя в синеву неба, провожая глазами пробегающие облака и периодически сгоняя с себя кровососов, или просто сидеть перед костром, наслаждаясь долгожданным покоем, сухостью и теплом, чем корпеть над блокнотом (да простят великодушно меня Серж и Вико).

Итак, день Ч – отъезд

В столь длинный поход я собиралась впервые, поэтому остро стоял вопрос о том, что брать, а что нет, чтобы с одной стороны не замерзнуть, а с другой – не ругать себя весь поход за лишний груз. После тщательной сортировки кучка вещей уменьшилась втрое, но все равно пришлось поиграть в тетрис с велорюкзаком. Метаний, сомнений и тревог было много, мысли о том, что багажник может не выдержать такого груза, обод может сложиться на какой-нибудь кочке и т.д. и т.п. – это мелочи, основной проблемой были стертые в ноль колодки заднего тормоза (в экстренном порядке объехав все веломагазины города, запасных я так и не нашла). В итоге было принято авантюрное решение ехать в поход на одном переднем тормозе (надо сказать, что все прошло на удивление благополучно и передние колодки умерли героической смертью только в последний день похода, за что им честь, хвала и вечная память).

Чем ближе был момент старта, тем чаще в голове билась одна единственная мысль: «я что-то забыла, что-то очень важное!». Проверив документы и все девайсы, успокаивалась, но минут через 10 все начиналось сначала. Наконец-то прибыли гонцы за общаком и, облегченно вздохнув, присев на дорожку и попрощавшись с домашней живностью, стартовали на вокзал.

Провожать нас пришла такая уйма народу, что немногочисленные участники похода просто затерялись в ее гуще…

При погрузке в вагон сталкиваюсь в тамбуре с бородатым дядькой в шлеме (им оказался Максим, девятый и доселе незнакомый нам участник похода), на мою робкую попытку познакомиться он заявляет: «Меня зовут Максим и я патологоанатом». Растерянно пробормотав что-то типа: «Очень приятно, надеюсь, ваши профессиональные навыки нам не понадобятся», ретируюсь на перрон...

Далее было все как всегда: прощальный гудок паровоза, воздушные поцелуи в окошко, пиво-шампанское-минералка, плов-салат-пирожки, смех-шутки-приколы и прочие неотъемлемые составляющие подобных путешествий. И томительное ожидание чего-то неведомого и удивительно интересного…

Оленья речка - Каменный городок - Ширыштык

Впечатления от этой части похода смазались и частично подзабылись, может, от того, что этот участок был самым первым в нашем походе, а может, они затмились событиями, произошедшими после. Помню бескрайние оранжевые поля жарков, аццки холодные первые ночи (моему спальнику тоже было присвоено сомнительно-почетное звание «Некропак»), свое первое знакомство с курумом* (чувствовала себя эдаким бегемотиком, возомнившим себя балериной), удивительно красивые скалы городка, так похожие на наши Столбы, замечательный спуск, стоянка, получившая название «Комариная», вечернее купание в Амыле, удивительно вкусное парное молоко.

* Курум – «каменные реки», каменистая осыпь, образовавшаяся при разрушении скал, свойственная старым горам.

Нажмите, чтобы увеличить.


Нажмите, чтобы увеличить.

Нажмите, чтобы увеличить.


Ширыштык – Имисское
(день, когда на нас снизошла благодать Великого Ква)

«Вода, вода, кругом вода» – строчка, полностью отражающая состояние природы и организма в тот день. Надо сказать, что лично мне ехалось на удивление комфортно, новый эмо-дождевик прошел испытание на «отлично», поэтому дорога под проливным затяжным ливнем не произвела на меня такого тягостного впечатления, как на остальных участников. После встречи с Борисом у нас с Надеждой возникла робкая мажорная мысль предложить скинуть груз ему в УАЗик и налегке долететь до Петропавловки, но мечте не суждено было сбыться. Во-первых, мы так и не осмелились озвучить сию крамольную идею нашему предводителю, во-вторых, как оказалось позже, Борис ехал в сторону, противоположную нашей.
Разочарованно вздохнув, катим дальше. В какой-то момент замечаю, что все вокруг стало каким-то белесо-серым и мутным. Странно, вроде дождь, не туман... Снимаю запотевшие очки, мир вновь приобретает привычные краски, и мы с Надеждой с радостным гиканьем, улюлюканьем и кваканьем летим вдоль Кизира. Ну а дальше случилось то, что случилось – смазав цепи и проехав от силы метров 20, обнаруживаем прожеванную покрышку. С грустью понимаем, что из всего ремкомплекта у нас на двоих есть только монтажки и заплатки, разбортируемся и усаживаемся на обочину ждать более подготовленных в этом плане соплеменников, благо Великий Ква утомился и временно перестал низвергать на нас потоки небесной влаги. Дальше был Коля со своими ништяками и поеданием пирога ложкой прямо из рюкзака (гы-гы), Серж, Вика, Макс, шоколадка, штопанье покрыхи в условиях, приближенным к боевым, неблагозвучные комментарии в сторону автомобилей, периодически обливавших нас жидкой грязью, дорога до Имисского.
И если с прибытием в «общинный дом» виссарионовцев ква-история на тот день для многих из нас завершилась, то моя с успехом продолжалась. Так как в походе кроме хранительницы котелка и поварешек я исполняла еще и почетную роль свиньи-копилки, то логично, что в магазин отправили именно меня. За это время Великий Ква передохнул, набрался сил и небеса разверзлись вновь, и в то время, когда основная часть группы уже блаженно сушилась возле печки, переодевалась и обустраивалась, я, шепотом бормоча под нос выражения, которые в приличном обществе не принято произносить вслух, судорожно металась по дворику, снимая вещи с вела, мыла картошку с морковкой под струями дождя и мечтала-мечтала-мечтала о той счастливой минуте, когда наконец-то надену сухую одежду, поужинаю и упаду в спальнике на гладкий пол без всякого намека на кочки. Кроме того, в тот вечер я еще успела изгваздаться в какой-то хрени, когда ползала по чердаку в тщетной попытке найти свободную балку для сушки вещей; и, пропустив лекцию Лехи о правилах поведения в этом месте (в «общинном доме»), заперлась с рюкзаками в запрещенную зону алтаря, где с них тут же натекла большая грязная лужа (мне было очень стыдно, правда-правда). Далее общинный ужин и вот он – счастливый момент отхождения в царство Морфея…
Нажмите, чтобы увеличить.





Озера Тагасук – голец Козя
(«Девять придурков и два полупроводника» или «Туда и обратно»)

Дорогу до Петропавловки помню очень смутно, ибо по натуре я «сова» и подъем в пять утра для меня смерти подобен, в итоге, подгоняемая периодическими пинками, группа собралась и пелотон выдвинулся. По пути обнаруживаю, что спросонья прикрепила нарульную сумку только на одну липучку вместо трех, но, вовремя поймав разгневанный взгляд Сереги, поняла, что если я не хочу навечно остаться в этом благословенном месте и быть похороненной под какой-нибудь березкой, с моей стороны было бы очень опрометчиво заикаться с просьбой об остановке.
Уехали всемером, оставив ребят шаманить так загадочно и не вовремя отвалившийся Димкин переклюк. Наш новый амулет – благословенная виссарионовская Ква – мирно сидит на руле Викиного велосипеда, силой своей ауры разгоняя тучи и приманивая к нашей группе столь желанные лучи солнца. Сухо, солнечно, но катится тяжело, как в каком-то кумаре; постоянно забываю о неработающем заднем тормозе, жму на ручку – приходится останавливаться, переворачивать груженый вел вверх тормашками и разжимать колодки отверткой.

Петропавловка… магазин… мороженое, газировка – вот оно, нехитрое счастье байкера!!!

О том, как мы закупались продуктами в автономку на Козю – это отдельная история, рассказывать ее нет ни сил, ни желания. Как-нибудь потом, может быть. Скажу одно – продавщицу магазина мне тогда хотелось убить самым жестоким, самым извращенным способом!

Перепаковались, попрощались с велами, загрузили вещи в танкетку. Ждем-с… Припекает непривычно жаркое солнце, жужжат всякие мушки, блеют козы и резвятся на мягкой зеленой травке умилительно забавные щенята… деревенская идиллия. В процессе ожидания выдули нехилую емкость пива и заточили пару упаковок сыра (не кажется ли вам, что этими подробностями я кого напоминаю?)

Ну а далее были 4 часа экстремальной езды по аццким говнам на чудо-технике, описывать словами сей процесс бессмысленно, фотками атмосферы тоже не передашь, кто был – тот знает, а всем остальным придется довольствоваться видюхой (Николай, вся страна в этот момент смотрит на Вас!).
Очень интересный разноплановый лес – высоченные толстые деревья, уходящие ввысь, и плотно растущий, как бамбук, молодняк; грунт каменистый, лишь сверху прикрытый тонким слоем почвы, в связи с этим корни вывернутых из земли деревьев представляют собой весьма причудливое зрелище, эдакие плоские ажурные сюрреалистичные скульптуры, в очертаниях которых каждый видит что-то свое.
Озера Верхний и Нижний Тагасук. Переплываем первое озеро в самое красивое время – на закате. Глядя на розово-оранжевое небо с кучками облаков, похожих на каких-то неведомых фантастических животных, я зависла. Время остановилось. Домики на далеком берегу кажутся игрушечными, лес подступает близко-близко к воде и издалека невозможно понять, где она – грань между живыми деревьями и их отражением, идеально гладкая зеркальная поверхность озера изредка идет рябью и кругами от внезапно налетевшего ветерка да всплеснувшей рыбы. Это рай! Рай для фотографов и рыболовов, мир непуганой живности и суровых таежных охотников. На душе удивительное спокойствие, голова пустая, как бубен, ни единой мысли, кроме одной – «остановись, мгновение!»
Нажмите, чтобы увеличить.


Нажмите, чтобы увеличить.


«… я сегодня козю – я ползю на Козю...»
Nadeжda


Я не знаю, какой путь на Козю мне показался тяжелее – туда или обратно. На пути туда я сдуру впопыхах запихала в свой рюкзак двойную дозу общака, из-за чего практически сразу стала очень сильно болеть спина, и всю дорогу мне хотелось умереть, а обратная дорога была тяжела тем, что наши доблестные предводитель и навигатор видимо, решили испытать нашу группу на стойкость и выносливость, и поставили перед нами стратегическую задачу – проскакать обратно за один день весь путь, который туда мы прошли за два. Изверги!!! Радовалась я только одному – что не пожадничала и купила-таки треккинговые палки! Думается, что выплеск впечатлений об этом участке похода будет построен на проведении параллели между дорогой туда и дорогой обратно.

Болото по дороге туда проскакала без особых эмоций, кроме вошедшего в историю ныряния Димки в топь, скакала довольно-таки радостно и сухо, с кочки на кочку до того момента, пока не провалилась обеими ногами чуть ниже колена в черную жижу, после этого условная чистота и сухость одежды отошли на второй план. «Ква-ква... кря-кря... хрю-хрю» – то и дело слышалось со всех сторон. Как-то неожиданно для меня появилось целое полчище комаров, они были везде!!! Мальчики надели головные уборы пасечников, девочки – шляпки с вуалью, но эти охочие до теплой человеческой крови бестии умудрялись залезть и под сетку; противовампирные средства помогали слабо и максимум полчаса с момента нанесения. Дальнейшая дорога сложилась в бесконечную череду спусков и подъемов – вверх-вниз-вверх-вниз и так до бесконечности, было до боли обидно терять на спусках с трудом отвоеванные у травы и кустарников метры подъема. Где-то здесь я практически перестала реагировать на внешние раздражители, поэтому сначала не обратила внимания на восклицания идущих сзади ребят, а оказалось, что они видели медведя. Небольшого такого, толстого, почти черного молодого медведя.

Второй день пути ознаменовался выходом на курумник. С одной стороны это радовало, значит, приближаемся к заветной цели – Козе, с другой – неумолимо приближало тягостный момент превращения меня из прямоходящего двуногого существа в бегемотика на четырех конечностях. Первый большой снежник, снежная бомбардировка всех подряд без разбора, перекус и выход к триангулу. Скажите честно – есть среди нас хоть один человек, который удержался и не умыкнул оттуда на память гвоздь?... Курум-бурум-курум – потихоньку привыкаю к скачкообразным движениям и временами даже ухитряюсь перепрыгивать, а не переползать, с камня на камень, иногда даже без помощи рук. В глубине души начинает теплиться надежда, что мне все-таки удастся подружиться с этим неприступным курумом. Наивная…

Стоянку под Козей разбили на склоне, на альпийском болоте, в гуще черемши, цветов и кристально чистых ручьев, стекающих из тающего снежника. Надежда очень заботливо подготовила для нашего предводителя командирскую кочку, но каким-то непостижимым образом она оказалась подо мной, в результате чего две ночи подряд я скатывалась то вправо, то влево, по очереди придавливая Димку и Колю. Кроме того, именно на Козе была самая холодная из всех ночей Бррр… Перед упаковкой в «Некропак» приходилось надевать на себя не только собственный запас теплых вещей, но и отдельные детали одежды соседей по палатке – счастливых обладателей теплых спальников. В результате вышеперечисленных манипуляций становишься похожим на личинку бабочки, зато относительно тепло.
Утро встречает нас небом, обложенным хмурыми серыми тучами, и противным мелким моросящим дождем – Великий Ква вспомнил о своих несчастных адептах! Однако нет худа без добра: после завтрака руководство решает, что в такую погоду лезть по мокрому куруму вверх на Козю – это самоубийство (чему я, честно сказать, несказанно рада, ибо и с сухим-то курумом не дружу, а уж с подмоченным – подавно) и дает отмашку на дальнейшее батонство в лагере. Сытые и довольные, мы с Надеждой залезаем в палатку, треплемся некоторое время о своем, о женском и незаметно засыпаем. Да, в тот день мы выспались за всю нашу команду, вместе взятую!! Периодически просыпаясь, слышу гул голосов соплеменников, мерный стук капель по тенту палатки, переворачиваюсь на другой бок и продолжаю смотреть свой сказочный, нереально-красивый сон.

Однако ничто хорошее и приятное не может длиться вечно, и часа в четыре вечера Димка бесцеремонно будит нас и выгоняет на улицу – все, дождь окончен, небо расчистилось, пора лезть на Козю. Курум, жди меня! Я иду!! Надо заметить, что бурчала я не вслух, а про себя, ухитряясь при этом сохранять на лице дружелюбную улыбку (ну, во всяком случае, мне так казалось…) По пути наверх опять видели медведя, на этот раз большого и весьма упитанного. Этот «камень с ушками» сидел наверху и наблюдал за неведомыми двуногими существами во фриковских нарядах, так бесцеремонно вторгшихся в его владения. Обнаружив, что его заметили, Топтыгин степенно поднялся и удалился за хребет. Странно, но страха перед диким зверем не было.
Поколдовав с GPS, обозрев окрестности и сверившись с картой, наш навигатор уверенно показывает пальцем на одну из вершин – «Нам туда! Это Козя, я уверен!» Смиренно ползем вверх и обнаруживаем на вершине остатки цитадели, сложенной из кусков курумника. Погадав, чьих рук это дело, прячемся внутри от ветра, отмечаем восхождение благородным напитком (Николай, страна опять на Вас смотрит, видео-действа - в студию!), торжественно вносим лепту в возведение цитадели и разбредаемся в разные стороны. Непередаваемое чувство – находиться выше облаков, когда это белесое нечто клочками проносится внизу, периодически открывая для взгляда кусочки далекой земли. Охватывает какое-то дикое неконтролируемое желание раскинуть руки и полететь!! Хребет со снежниками выглядит сурово и немного угрожающе, небо опять затягивает серыми тучами и, вспоминая рассказ о Борусе, начинаешь чувствовать себя на вершине несколько неуютно. В ускоренном режиме играем в лягушек-парашютистов, решаем не лезть на соседнюю вершину и, запечатлев себя на память, спешно спускаемся в лагерь.
Нажмите, чтобы увеличить.

Нажмите, чтобы увеличить.

Нажмите, чтобы увеличить.


Нажмите, чтобы увеличить.

Нажмите, чтобы увеличить.

Нажмите, чтобы увеличить.


А вечером того же дня, когда я тихо млела на камнях в лучах закатного солнца, и был озвучен тот аццкий садистский план ускоренного возвращения на озера с целью выделения целого дня батонства на базе. Цель была перед глазами – далеко-далеко внизу маленькими голубыми лужицами светились оба озера, но в тот момент мне было так хорошо, что трезво оценить грандиозность предлагаемого плана не получилось, сначала я лениво возразила, что сомневаюсь в своих силах одолеть такой путь за один световой день, но быстро сдалась под пылкими уверениями Сержа и Димы: «Что ты, мы пойдем другой дорогой, чуть-чуть траверснем, получится короче!» Ключевой фразой в том разговоре было: «Главное успеть пройти болото засветло», но, сосредоточившись на блаженном состоянии организма, я благополучно пропустила ее мимо ушей.

Обратная дорога напоминала сюжет из фильма о доисторической эпохе – продираясь сквозь аномально высокий папоротник, постоянно ждала, что вот-вот из-за него выйдет какой-нибудь диплодок или бронтозавр, а над головой прошелестит кожистыми крыльями уродливый птеродактиль. Папоротник, кусты, деревья, привычная уже жижа под ногами, опять папоротник. Смеркается, а в голове беспрестанно, как мантра, бьется одна единственная мысль – «главное успеть пройти болото засветло!» Наконец-то выскакиваем к озеру Подгорному, конец пути становится все менее призрачным, еще чуть-чуть – и мы на месте. Беззаботно проскакав половину болота, дернул же меня черт чуть-чуть отстать и посмотреть под ноги идущей впереди Кати. Мама дорогая!! – после каждого шага поверхность колыхалась волнами, как живая, моя бурная фантазия тут же нарисовала масштаб той бездонной топи, от которой нас отделяет тонюсенькая прослойка из травы и корней, ноги тут же онемели и отказались идти вперед. Борясь с волной паники, поднимающейся из самых недр души, я стала вслух описывать все свои фантазии, чтоб страшно было не только мне (простите, пожалуйста), за каждой кочкой мерещились пакостные кикиморы, лешие и прочие злобные сказочные обитатели болот, коряги и сучки деревьев удивительным образом трансформировались в уродливые конечности невиданных тварей... Брррр… было ОЧЕНЬ страшно!! Поэтому, выскочив на берег и увидев лодку, я обрадовалась как никто другой. Отправив Диму с Колей за моторкой, очень уютно скоротали время у костра. Ночь, еще светлое небо, черные верхушки окружающих гор, лес, отражающийся в глади ночного озера. Тишина, ощущение первозданности.. И тут нас с Викой пробило на дикий, безудержный ржач. Не помню, что послужило причиной, думаю, что мой организм таким образом отходил от стресса после перехода через аццкое болото.

День откровенного батонства, баня, постирушки, удивительно вкусная уха из щуки и окуней, костер, лица ребят, на тот момент ставшие уже практически родными, качели с видом на безмятежно спокойное озеро. Сборы в авральном порядке следующим утром, лодка, танкетка и – здравствуй, такой любимый, родной байк!

Нажмите, чтобы увеличить.

Нажмите, чтобы увеличить.


Гуляевский порог – Курагино – Кошурниково – Мана

Стоянка на Гуляевском пороге прошла под знаком батонства и беспардонного обжорства. Пиво с рыбой, парное молоко, традиционный ужин из круп с консервами, разнообразные ништяки – не стол, а настоящая скатерть-самобранка – после похода на Козю народ отрывался, как мог, а я наконец-то реализовала свою гастрономическую фантазию, весь поход до помутнения рассудка хотелось оладьев со сгущенкой и джемом, они мне даже во сне снились)) До сих пор удивляюсь, как наши организмы выдержали ту гастрономическую вакханалию и не отомстили за столь извращенное издевательство над ними!

Хочется сказать, что Гуляевский порог особо не впечатлил, хотя вполне возможно, что впечатления от него впоследствии были вытеснены эмоциями от созерцания Манских порогов. Да, красиво, тут не поспоришь, но особых эмоций не было.


«Вот она какая, Жопа Роковая»

Утром следующего дня в нашей группе произошли ожидаемые допустимые потери – Серж волей обстоятельств вынужден был вернуться в Красноярск. Тогда мы не придали этому особого значения, хотя я, как его дуал, просто обязана была почувствовать тень того, что случилось позже. Но расслабленный организм не реагировал на внешние раздражители и тонкие импульсы грядущего кошмара, наверняка уже витавшие в тот момент над нами (ничто никогда не случается просто так!) остались незамеченными. Вообще, то утро носило легкий эстонский оттенок – мы, сладко потягиваясь, медленно вылезали из палаток, медленно ходили, медленно говорили, вдумчиво и неторопливо собирали лагерь и упаковывались. Даже наш предводитель, обычно раздававший моральные пинки за затяжные сборы, был этим утром на удивление невозмутим и задумчив. Ничто не предвещало беды, солнце палило, на небе не было ни облачка. Мы, привыкшие быть в постоянном ква-тонусе, расслабились окончательно и неспешной колонной покатили в Можарку.
Дорога особо не запомнилась, значит, ничего экстраординарного не происходило. Периодически купаемся под колонками с ледяной водой, заправляем страждущие организмы мороженым и газировкой. В Можарке в очередной раз затариваемся общаком и выходим на заключительный отрезок пути – «Тут немного через лес, затем Кордово, паром и мы на месте» – бодро заявляет наш лихой предводитель и тут же проводит соцопрос: «Как поедем – по лесовозной дороге или будем тропить через траву?» – «Конечно, по дороге!» – хором заявляют ничего не подозревающие соплеменники и только Вика тихонько спрашивает: «Дима, а может ну ее, эту дорогу, может по трассе до Имисского, а?» Эх, Вика-Вика, почему мы тогда не послушали твой единственный разумный голос? «Ура! – подумала я, – Остался последний рывок, сейчас быстренько проскочим и можно будет лезть в речку». Ха-ха, наивная чукотская девочка!! Тогда мы почему-то не задумались, что в тот день все было аномально спокойно и гладко, что в нашем походе такого просто не может быть, ибо заказана и проплачена совсем другая погода и в договоре прописана совсем другая программа. Но шестое чувство большинства из нас блаженно спало, а мое вообще нагло свалило в самоволку.
Катится на удивление комфортно – солнце уже не жарит, а лишь нежно ласкает нас своими лучами, простираются бескрайние ромашковые плантации, с полей доносится пряный дурманящий запах вспаханной земли, даже привычных нам кровососов практически нет.
Дорога плавно заворачивает в лес, слету вхожу в поворот и… Здравствуйте, говна! Куда ж без вас-то!.. Благополучно прошлепав небольшую лужу с ошметками раскисшей грязи, углубляюсь в лес и наталкиваюсь на друзей по походу, зачем-то натягивающих на себя штаны и ветровки. «Тю-ю, глупые, запаритесь же!» – подумалось мне. Однако, подойдя ближе, причина такого поведения стала видна, слышна и осязаема, и я, не задумываясь, последовала их примеру. Комары, слепни, мухи всех мастей и размеров облаком кружились над несчастными байкерами, потирая свои мохнатые лапки в предвкушении пиршества и готовя жала к атаке; а над тропинкой в воздухе развернулся невидимый транспарант с милой доброжелательной надписью «Добро пожаловать в ад!». По опыту прошлогоднего похода с КП от Железногорска в сторону Таёжного, где была похожая ситуация, вспомнилось, что слепни отстают на скорости примерно 15 км/ч, мухи – 12 км/ч (по комарам подобная статистика не велась), решила ехать как можно шустрее, авось проскочу и удастся отделаться малой кровью. Увы, я как всегда была слишком оптимистично настроена!.. Поначалу удавалось придерживаться установленного плана, но потом начались такие говна, что не то, чтобы ехать – идти было сложно! Да, создатели контачей наверняка не подозревали, что их продукцию будут юзать в столь экстремальных условиях! Густая жирная грязь засасывала колеса почти по втулку, ноги скользили по мокрой траве, то и дело проваливаясь в липкую топь. Добавьте ко всему этому слой плотной одежды, горячий влажный воздух, полтора-два десятка килограммов груза на багажнике – и яркая картинка ада для велосипедиста перед вашими глазами! Да и кровососущих бестий никто не отменял. Было ощущение, что эти твари позвали на пир всех своих родственников не только с этого леса, но и с парочки соседних!! Они были везде – лезли в глаза, рот, нос, кусали за уши, даже ухитрялись прокусывать бандану! Когда один из слепней-мутантов сел на велокомп и полностью закрыл экран своим отвратительным тельцем, возникла мысль поинтересоваться, не проводились ли в этой местности радиоактивные испытания… если, конечно, вообще выберусь отсюда живая и в трезвом рассудке.

Путь был похож на полосу препятствий – 30 метров дороги, 10 метров говен, дальше пропорции отрезков начали меняться, говен становилось все больше, дороги все меньше, а твари прибывали и прибывали. Поневоле начинаешь чувствовать себя Винни Пухом, забравшимся хз куда хз зачем. За одним из поворотов обнаруживаем нашего доблестного предводителя (Дима, прости, но в тот момент я тебя почти ненавидела), радушно улыбаясь, он сообщает нам, что дальше дороги нет, мост разрушен, придется возвращаться обратно. После этих слов нам бы схватить велики и, радостно вопя, ринуться прочь из этого ужасного места, так нет же, мы же придурки!! Вместо этого, оставив железных коней вместе со всем скарбом посреди дороги, потопали дальше вглубь, чтоб посмотреть на этот самый разрушенный мост. Спрашивается – зачем???! Мы что, кучи гнилых бревен никогда не видели??! Тем не менее, делаем фото на память и, обеспечив сытным ужином еще с пяток десятков кровососов, на сверхзвуковой скорости несемся обратно. Хочется отметить, что самый неровный рельеф имеет удивительное свойство сглаживаться, когда за тобой с громогласным жужжанием несется туча кровожадных бестий. Кочки, лужи, мелкие говна, кусты – на все это внимание уже не обращается и пролетается на одном дыхании. Где-то там я поставила свой рекорд по скоростному апхиллу)
Вот только странно как-то получается, согласно соционике в Роковую Жопу (а это без сомнений была именно она) должен был попасть Серж, а вляпались мы… нелогично!.. впрочем, по части мучений я на правах дуала сполна отработала его роль, страдала так громко и красиво, что хватило бы на десяток Гамлетов (кто не в теме – курите тему «Соционика»).
Дорога становится все суше, впереди в гуще деревьев маячит просвет и вот оно, счастье – такая долгожданная полевая дорога. Сбавляю скорость, чтоб немного передохнуть, но не тут-то было – облако тварей и не думает отставать и возвращаться обратно в лес, а, не сбавляя скорости, продолжает нестись следом и кусать-кусать-кусать. Но видимо моя жажда выжить была намного сильнее их охотничьего инстинкта, поэтому к месту сбора привожу только одинокого слепня и десяток мелких мух, уютно расположившихся на велоперчатке (комары, как угроза, уже не воспринимаются). Там же я сняла с себя первого и единственного за весь поход клеща, задумчиво блуждавшего по карте Ергак на бандане. Дима, все еще надеясь преодолеть заколдованный лес и попасть на паром, робко предлагает воспользоваться соседней дорогой, той, где надо тропить, но видимо общее мнение на этот счет было очень красноречиво написано на наших грязных физиономиях и предложение отпадает само собой. Едем в Имисское.
Натужно скрипя грязными тормозами, слетаю вниз и встаю, как вкопанная, остановленная диким возгласом впереди едущих: «Стой! Тормози! Осторожнее, не задави!!» Народ, подставив пятые точки лучам заходящего солнца, что-то с огромным интересом рассматривает в пыли дороги. Боже мой!! Вот она, материализация Великого Ква – сотни микроскопических новорожденных лягушат пытаются перебраться через дорогу из одного болота в другое!! Снимаем видюху, фотографируем и, осторожно объезжая крошечных созданий, с одухотворенными лицами катим дальше.
Жаль, что не получилось грязными и усталыми завалиться в тот магазинчик, где пару-тройку часов назад мы еще чистые и довольные лопали мороженое, пили квас и строили грандиозные планы.
Дорога до Имисского в лучах заходящего солнца, речка, ужин, сон. Можно с гордостью заявить – да, мы были в Роковой Жопе, но мы из нее выбрались!!

Совсем забыла! Поддерживая свое амплуа топографического кретина, ухитрилась заблудиться на главной дороге в Имисском. Не только сама заплутала, так еще и сбила с толку Колю, поехавшего сначала в правильную сторону.

Следующий день прошел не так захватывающе, как предыдущий, поэтому уделять ему много внимания не вижу смысла. Шустро докатили до Курагино, скупили весь запас мороженого и кваса в ближайшем магазине; пока основная часть батонилась на вокзале, прокатились с Надеждой по городу. Далее – поезд, Кошурниково, гоп-стоянка.
Нажмите, чтобы увеличить.



С утра едем в музей Кошурникова, находящийся в здании местной школы. С ностальгией побродив по классам, заглянув в спортзал, попадаем в сам музей. Жаль, что было ограничение по времени, очень хотелось пролистать все альбомы с фотографиями и архивными документами, прочитать дневники, заметки и письма. Там же заражаемся идеей скататься на Шалабольскую писаницу, появляются наметки на еще несколько очень интересных маршрутов.

Весело катим на Шинду. Вверх еду, вниз иду пешком, берегу единственные передние колодки. Судя по всему, Великий Ква взял очередной отпуск, бросив своих верных адептов на произвол судьбы, солнце печет неимоверно, останавливаемся у каждого ручейка, чтобы намочить голову и набрать воды, в речки же запрыгиваем, не задумываясь. В одно из таких купаний Коля решил умилостивить нашего покровителя и принес в жертву новую велоперчатку, жертва была благосклонно принята и Великий Ква вернулся к нам, правда с суточным опозданием. Где-то там, на красивой дороге вдоль Шинды, мое заднее колесо сделало громкое «пшшш», вметнув вверх облачко пыли. Небольшой порез в покрышке решаем не штопать (ох, как аукнулся мне потом этот опрометчивый поступок), заклеиваем изнутри заплаткой, точим ништяки и неспешно ползем дальше. В последний перевал лезу, положив язык на плечо, крутить педали сил нет, пыхчу пешком. Впереди пыхтит Коля, сзади – Вика с Максом... эдакая Пыхтун-гора по-шиндински. И тут откуда ни возьмись навстречу нам сверху вылетает Дима и со счастливым выражением лица и совершенно безумными глазами несется вниз. Переглянувшись и пожав плечам, продолжаем ползти дальше. Тем временем аццкий даунхильщик на реактивной тяге шпарит мимо нас обратно в гору и опять слетает вниз – дорвалось «дитятко» до техничной трассы)
Решаем встать на полянке под мостом, скидываем рюкзаки в кусты и на непривычно легких байках летим к Шиндинскому водопаду. Опять слепни, мухи и комары, но по сравнению с тем, что было два дня назад, это не Роковая Жопа, и даже не просто Жопа, а так, маленькая такая Попка)))) тем не менее, катим довольно-таки шустро, благо груз остался в лагере и не мешает вкручивать в горки)))
Водопад – масса ледяной воды, низвергающейся вниз. Ежимся от мелкой водяной пыли, но лезть в воду не решаемся. Дима, как истинный предводитель, решает показать нам всем пример, лихо скидывает контачи и скачет по скользким камням под воду. «Голлум-Голлум» – скандируем мы с берега. То ли счастливое лицо Димки, выскочившего из-под водопада, то ли жара, которую мы впитывали кожей в течение всего дня, то ли природная дурь, но что сподвигает-таки нас на повторение ритуала омовения. Сначала Леха, а потом и все остальные чередой ныряют под ледяные упругие струи, издают радостно-придушенный возглас и выскакивают наверх, туда, где можно согреться в теплых волнах еще не остывшего вечернего воздуха. Среди команды не осталось ни одного человека, не прошедшего ритуал, измученные непривычной жарой, вошедшие во вкус байкеры ныряли по несколько раз и с визгом выскакивали обратно))
Нажмите, чтобы увеличить.

Нажмите, чтобы увеличить.


Нажмите, чтобы увеличить.

Вечер, стоянка, ужин. Думаете, что сейчас я напишу привычное слово «спать» и вы с облегчением закончите читать очередную главу моего словоблудия? Ха-ха, ничего подобного! Повествование продолжается, ибо все самое захватывающее конкретно для нашей палатки началось именно после захода солнца…

Стоянка «Гнусная» или «От заката до рассвета»

Теплый вечер обещает плавно перейти в не менее теплую ночь, после сытного ужина вся наша байкерская банда блаженно валяется на карематах, бездумно пялимся в небо, ведется какой-то неспешный разговор, и мы тихо радуемся тому, что сегодня, возможно, можно будет не залезать в спальник, а лишь слегка прикрываться им сверху. Вдалеке полыхают зарницы, периодически доносятся раскаты грома – где-то бушует гроза. Лениво размышляем – все-таки накроет нас или захватит только ближайшие горы?
Расползаемся по апартаментам. В соседнем шалаше продолжают дискуссию Вика с Максом, население нашей палатки медленно отходит ко сну. Лежу, сон не идет, слушаю гром, думаю какие-то свои думки. Тишина и покой…
Оно пришло неожиданно – это чувство, что всему телу ползает и кусается миллион каких-то бекарасиков. Хлопаю рукой по щеке, пару секунд – и снова укусы. Включаю налобник – потолок чистый, пара комаров и мушек не в счет. «Померещилось» – решила я. Несколько минут спокойствия, и ощущение возвращается… Кручусь, верчусь, пытаюсь залезть в спальник, но тут же выскакиваю оттуда – жарко!! Дышать нечем и постоянно кто-то кусает, кто-то невидимый, но оттого не менее злобный. «Паранойя, мне все кажется, это просто страшный сон, надо проснуться и все пройдет!». Потом незаметно в голову закрадывается мысль: «Я сошла с ума! Организм не вынес издевательств и отомстил мне!». Но тут начинают шевелиться и совершать махательные движения руками остальные жильцы нашей палатки. Уффф, с моим душевным здоровьем все в порядке, значит, весь этот кошмар происходит на самом деле. Первый раз за весь поход я мечтала, чтобы поскорее наступило утро! Томительно долгие часы мы с оханьем, как тюлени, ворочались с боку на бок, периодически шлепали себя по лицу, рукам и ногам.
Когда стало светать, я не утерпела и опять включила налобник в надежде поймать-таки неуловимую кусачую тварь. Тщетно. Случайно повернувшись назад, вижу нечто черное странной формы в том месте, где по логике должна была находиться голова Линкса. «Дима-а-а-а, - тихонько вопрошаю я – а что у тебя на голове?». «Что-что, штаны!» – невнятно буркает в ответ Димка, так, как будто спать со штанами на голове – это вполне обычное явление. Ребята, простите меня, пожалуйста, за тот дикий истерический предрассветный ржач!! Кажется, я разбудила пол-лагеря ((.
С трудом сдерживая нервное хихиканье, закутываюсь с головой в спальник и засыпаю на блаженные несколько часов. А утром мы получили ответ на вопрос, мучавший меня всю ночь, оказалось, что когда мы накануне проветривали палатку, к нам набилось неимоверное количество гнуса, мелких отвратительных созданий, длиной меньше миллиметра. Надо сказать, что сия участь постигла только нашу палатку, уж не знаю, чем мы прогневали местных духов.

Сонные и злые пакуемся и выдвигаемся в сторону Кошурниково, мечтаю о вечерней электричке, чтоб хоть немного поспать. Не успели отъехать, как Колино жертвоприношение возымело эффект и хляби небесные опять разверзлись. Но так как по совместительству это был день Ивана Купалы, видимо какие-то высшие силы внесли погрешность в планы Великого Ква и дождем нас накрывало выборочно. Например, меня, Колю и Диму промочило основательно, тогда как на Леху и Катю не упало ни капли. А под вторую волну попали только Вика с Максом, даже амулет не уберег, было очень забавно, сидя на сухом мосту под палящим солнцем, наблюдать на скатывающихся с горки мокрых до нитки ребят)) Пугающий меня апхилл прошел незаметно благодаря обилию земляничных плантаций. Смотрю вперед – кто-то вкручивает, кто-то идет пешком, через минуту поднимаю глаза – байки в хаотическом порядке валяются посреди дороги, а их хозяева на корточках витаминизируются на обочине))

Кошурниково, ужин в столовой локомотивного депо (там я в первый раз за все это время увидела себя в большом зеркале и, честно говоря, испугалась), поезд. В вагоне обнаруживаем укусившего Надежду клеща, расстраиваемся – еще одна жертва ((. Полночь, уже практически родная станция Мана, с выгрузкой укладываемся в нормативное время (вот что значит постоянные тренировки), Грустно машем вслед уходящему поезду, провожая покидающих нас друзей. Четверо. Из девяти участников на последний этап осталось всего четверо человек…
________________________
© Белозерова Надежда Владимировна
Девять мер красоты. Путевой очерк
Очерк о поездке автора из Мельбурна через родной город Одессу в Израиль. Автор делится своими впечатлениями от...
Мир в фотографиях из социальных сетей и фото наших авторов
Фотографии из социальных сетей периода публикаций в апреле-мае 2020 года и фото наших авторов.
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum