Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
Мир в фотографиях
Подборка фотографий из различных интернет-ресурсов источников, а также фотографи...
№15
(368)
25.12.2019
Общество
Эссе о семье и браке
(№12 [250] 15.08.2012)
Автор: Евгений Смотрицкий
Евгений  Смотрицкий

 

Чем глубже и теснее родство душ, тем

чаще оно отказывается от знаков…

Самым чистым символом согласия, 

 которое преодолело язык, является

старая крестьянская супружеская чета, которая 

сидит вечером у своего дома и молча 

беседует. Один знает, что думает и 

чувствует другой.  Слова только 

нарушают это единство.

Освальд Шпенглер, 1918 

 

 

Семья также становится  малочисленной: 

семьи нового типа, которые когда-то были 

стандартом нашего времени, остаются в 

меньшинстве, в то время как 

увеличивается число родителей-одиночек, 

разведенных, бездетных семей и одиноких 

людей. Поэтому вся структура общества 

изменяется, когда однородность общества 

Второй Волны заменяется 

разнородностью цивилизаций Третьей 

Волны. На смену массовости приходит 

раздробленность.

 

Олвин и Гейди Тоффлеры, 1995

 

    Когда я вижу похоронную процессию – я не испытываю уже никаких эмоций. А вот когда вижу свадебный кортеж – меня переполняют противоречивые чувства. Естественно, зависти, что скрывать, к молодости и жениху, красоте и будущему, мгновенной беззаботности. Испытываю чувство досады, за то, что у меня не сбылось или сбылось «не так». Испытываю чувство надежды, что у них всё будет «так»: будет лад и взаимоуважение; будут здоровые, умные, красивые и послушные дети; что у них будет налажен быт, и житейские мелочи не нападут на них стаей шакалов. Надеюсь, что они будут счастливы. Но горьковатое чувство преобладает у меня над всеми светлыми оттенками, когда я вижу свадьбу.

    Если статистика гласит, что более 50 % браков распадается, то как радоваться при виде свадьбы? А что остальные 50 % – счастливы? Что вообще с нами происходит? Брак, семья, дом, дети, родители, любовь, долг, уют…  А в голове цокает измена, распад, конфликт, «шнурки», отстань, комфорт, комфорт.

    Мир не просто перевернулся – он вывернулся наизнанку. И мы не вправе сегодня останавливаться просто на  констатации этого факта и его статистической обработке. Необходимо осмыслить случившееся. Если понятия культура, ценности, нормы, мораль, право не пустые слова, то как с ними соотносятся понятия брак и семья? Возможна ли человеческая жизнь и жизнь общества без регуляции семейно-брачных отношений? Можно ли свести  эту регуляцию только к правовой и материальной стороне отношений? Что такое любовь и какая у нее роль в браке и семье? 

   Всё, что сказано в Библии, Домострое и многократно повторено богословами и философами – безвозвратно ушло. Оно превратилось сегодня в нудное морализаторство, не имеющее ничего общего с реальностью. Если сказанное там еще признается на словах как ценность, то на деле, как норма жизни – практически отсутствует или принимает химерические формы. Семья утратила свою святость, потому что потеряла сакральные основы и причины своего бытия. Браки уже не заключаются на Небесах. Какое уж тут Таинство Брака! Чего стоит одна ставшая нормой цепочка: сожительство – светская регистрация брака (собственно гражданский брак) – венчание в церкви – развод… Далеко не Библейская схема. Мы вынуждены признать, что весь уклад жизни в современном христианском мире полностью противоречит идеалам и нормам христианской традиции. Индустриально-информационное, демократическое, рыночное общество исповедует другие ценности, другие идеалы и живёт по другим нормам. Их необходимо либо канонизировать, если они действительно являются таковыми, а не ложными, либо отказаться от них. Но считаться христианской европейская культура уже не может. Собственно, после Ницше и Шпенглера это звучит банально, но псевдоморфоза христианской культуры зашла столь далеко, что обидно за культуру, которая не имеет ничего общего с этой разлагающейся псевдоморфозой.

    Что такое брак? Это форма отношений между полами. История знает разные формы брака. Наряду с привычным для нас, моногамным – один мужчина и одна женщина, – был и есть полигамный, полиандрический, с совместным проживанием (хозяйством) и раздельным. Сегодня европейская культура «обогатилась» «гомосексуальным браком», хотя эти понятия несовместимы, это оксюморон, так как брак предполагает отношения между полами. Значит, эту форму брака можно называть как угодно, но только не браком. Если легализация подобных отношений происходит с соблюдением демократических норм, то нужно говорить скорее об охлократии, чем о демократии. Впрочем, речь не об этом. Зачем вообще люди вступают сегодня  в брак? Какие «за» и какие «против»? Какие стимулы и мотивы, какие преграды и запреты? 

    Брак нужен для создания семьи – продолжения рода, удовлетворения полового голода, решения бытовых проблем, обретения определенного социального статуса. Традиционно человек без семьи  – ущербный человек. Но сегодня все не так. Все потребности можно удовлетворять, не заключая брака. Быт налажен, внебрачные отношения – норма, социальный статус с семейным положением никак не связан. А дети – побочный продукт сексуальных отношений – это сплошные проблемы. Нет детей – нет проблем. Когда-то дети были «живой пенсией». Теперь нормальная пенсия избавляет от этой заботы. У кого есть потребность в детях – пусть рожают, в браке, вне брака, как вздумается. Понятие «незаконнорожденный» утратило юридическую силу.

    Создание семьи всегда облегчало жизнь. Работы, безусловно, всегда добавлялось, но обреталась надежность и полнота жизни. Если бы брак и семья усложняли жизнь – они бы не появились. Сегодняшний кризис семьи и брака, на мой взгляд, именно с этим и связан, что жить в браке сложнее, чем в одиночку, а обретаемые трудности не компенсируются обретаемыми преимуществами.

     Юридическое оформление брака лишено всякого смысла. Во-первых, потому что это лишние хлопоты. Во-вторых, он накладывает определенные обязательства, а зачем быть обязанным или обязанной. В-третьих, его можно относительно легко расторгнуть, но чего стоит договор, который не соблюдается. Сегодня брак больше средство регуляции имущественных отношений и пересечения границ «открытого общества». В-четвертых, социальная защита женщин и детей оборачивается их развращением и дополнительным угнетением,  унижением мужчин. Ситуация ясна физически, статистически и духовно.

    Люди всегда вступали в брак с целью создания семьи и облегчения, стабилизации жизни и при этом брали на себя обязательства взаимной помощи. Не для удовольствия, не для удобства в эгоистическом (индивидуалистическом) смысле, а для Жизни, для продолжения рода вопреки всем трудностям. Семью создавали для преодоления трудностей, и, как пишет Освальд Шпенглер, мужчина выбирал себе не спутника жизни, а мать для своего ребенка. Сегодня вступают в брак в надежде разделять бесконечно радости жизни. Сейчас пары вместе до тех пор, пока им хорошо, а раньше – вместе навсегда, поскольку, когда приходили трудности – в одиночку было не выжить, ни индивиду, ни виду. Выбора не было, свободы не было. Или так, или никак. Сегодня произошла мотивационная «переполюсовка» в вопросе заключения брака и создания семьи. Жизнь радикально изменилась даже по сравнению с началом прошлого века. Об этом банально даже говорить. В материальном плане жить стало намного легче. Степень свободы значительно возросла. Но какой свободы?! Жизнь стала легче, но гораздо сложнее. Телу стало легче, а душе тяжелее. Чтобы заработать средства к существованию сегодня требуется намного больше нервной энергии. Нужно уметь выстраивать жизненную стратегию, долго учиться, искать работу, поддерживать квалификацию, чтобы не потерять её. 

  Современные трудности носят прежде всего психологический характер. И значительная доля их возникает в семье. Многие проблемы в семье вызваны фрустрацией, связанной с неадекватностью желаний и возможностей, целей и ресурсов. Неумение и нежелание выработать здоровую жизненную стратегию имеет не только субъективный характер. Объективно человеку практически невозможно противостоять сложившемуся образу жизни. Мы вплетены в социально-технологический конвейер, и сойти с него – значит погибнуть. Искусство и реклама, выполняя определенным образом и идеологическую функцию, предлагают такие образцы и идеалы, недостижимые в жизни, да и не имеющие жизненной ценности, а лишь экономическую. Наоборот, поскольку они ведут к фрустрации, они имеют антиценность, выполняют антижизненную функцию. Но такова реальность, и с ней необходимо считаться. Она противоречива, многолика, неоднозначна. «Все действительное разумно», –  говорил Ф. Гегель. Есть оправдание и у нашей реальности. Налицо прогресс, рост свободы. Если не оборачиваться на вопрос о цене, пользе и перспективах прогресса – то он есть благо. Как говорил Дж. Оруэлл, «мой дед и не задумывался над тем, чего стоит прогресс, он просто радовался любой возможности улучшить жизнь». Но сегодня пришло время осмысления. 

   Социальный прогресс, понимаемый как рост свободы, естественно создает и пространство для реализации свободы. Безусловно, из общества не выпрыгнешь, а вот поменять континент, страну, работу, семью стало возможным. Такое было невозможно в традиционном обществе. Там главная проблема – лишь бы погода не подвела, космический ритм, как говорит Шпенглер. А исследовательница реликтовых первобытных племен Маргарет Мид совершила «открытие», что для них главное – добывать пищу и растить детей, а потом – свободны: пойте песни, плетите корзинки, рисуйте…

   В традиционном обществе нет пространства, в которое можно уйти от семьи. В чужую общину уйти непросто, а в своей перебежки исключены. Промискуитет, неупорядоченные половые отношения в малой общине – путь к биологическому вырождению. В многомиллионном обществе, в большом городе такое не просто возможно, это стало нормой жизни. Причем брак этому не помеха. Просто это стало реально осуществимо – пространственно (где), статистически (с кем), информационно (сохранение тайны), экономически. Так свобода, обретенная на пути прогресса, оборачивается орудием разрушения культуры. Таков механизм, диалектика самоотрицания культуры вообще, и отрицания институтов семьи и брака в частности. 

  Как изменяется сейчас статус мужчины, женщины, ребенка? Как взаимосвязан их статус с качеством семьи и брака?

  Уравнивание мужчины и женщины в правах принесло много неожиданных проблем. Неизбежно происходит «усреднение» мужчин и женщин, стирается четкая граница между ними, предначертанная природой. Все больше мужественных женщин, все больше женственных мужчин. Эмансипация одних неизбежно оборачивается угнетением других. Женщины носят брюки, мужчины носят серьги и красят волосы…  На работе, как говорится, нет мужчин и женщин – все сотрудники. Но тогда и в семье, по большому счету, не может быть мужчин и женщин. Я не иронизирую по поводу упразднения половых различий, а лишь утверждаю, что налаживание быта должно равномерно распределяться между супругами. Если оба работают, «ходят на охоту», то и дома должны оба выполнять домашнюю работу.  Какова же реальность? Нагрузка на мужчину остаётся на работе выше, чем на женщину, а дома наоборот: на женщине большая нагрузка, чем на мужчине. А если женщина отдается полностью работе, то какая же она хранительница очага: и женственность страдает, и интересы ее вне семьи. 

   Кто прав, кто виноват – сказать невозможно. И женщину нужно защитить от мужских «капризов и причуд», создать условия для ее самореализации как личности, если «она» больше чувствует себя личностью, чем женщиной и матерью. Но и мужчину нужно защитить от женских капризов (без кавычек) и шантажа. Общество приняло такие ценности и нормы, которые поставили нас перед фактом: или так, или никак. Эти нормы и ценности являются следствием нового образа жизни, который стал складываться с переходом к индустриальному обществу. «Невидимая рука рынка», как говорил профессор моральной философии (бывает же такое!) Адам Смит, не только отрегулировала спрос и предложение, цены товаров, но и установила новые ценности и образ жизни. Если человек стал зависеть не от земли и погоды, а заодно и от здоровой многодетной семьи, а от рыночной конъюнктуры, то статус и функции человека определяются уже не внутрисемейными отношениями, а Рынком. Семья неизбежно уходит на второй план. Семейно-брачные функции и роли мужчины и женщины не пересекаются с их социально-экономическими ролями и функциями. И лишь инерционность мышления, нежелание и неумение видеть реальность и эмоциональное ослепление есть причина ожесточенных споров об эмансипации. Она неизбежна, но вопрос поставлен неправильно. Как  сохранить жизнеспособность общества в условиях рыночно-демократических ценностей и норм жизни?! Везде, где господствует рационально-рыночный механизм жизни, происходит старение наций, сокращение населения, рост доли больного населения. Это обратная сторона прогресса. Каждому становится жить легче, а все вместе мы вымираем. Место Культуры занял Рынок, а у него свои цели, средства, функции, и критерии регуляции жизни. Перенесение их на сферу семейно-брачных отношений ведет к разрушению семьи. Негативные последствия либерально-демократических ценностей для института семьи блестяще описал Френсис Фукуяма в своей знаменитой книге «Конец истории». Это действительно конец в смысле смерть, тупик. Иногда его «Конец истории» трактуют как достижение идеала, но это не так. Это именно разрушение общества, поскольку оказывается, что либеральные ценности несовместимы с жизнеутверждающими ценностями Культуры. Правильнее говорить о либеральных псевдоценностях, а лучшее доказательство и иллюстрация тому – состояние института семьи и брака в обществе, где они господствуют. 

   Чем оборачивается равноправие в семье? Анархией и разрушением. В современной европейской культуре отсутствуют механизмы сохранения семьи. Общественное мнение реально отсутствует, поскольку оно возможно по-настоящему  только в общине, а не в обществе. В общине все друг друга знают, все на виду. Плохого мужа и плохую жену, плохую семью не будут уважать. «Что люди скажут», – имеет значение. А в современном обществе личная жизнь – интимное дело. Но ведь распад семьи – дело социальное.

   Правовое регулирование ничего не даёт! Это паллиатив. В случае развода мужчина обязан материально поддерживать бывшую семью. А если инициатором развода является женщина? Значит, лучше брак не заключать. Но главное – с помощью права невозможно регулировать экзистенциальные феномены: любовь, искренность, уважение, самоуважение, сопереживание, дружелюбие, сплоченность, ненависть, коварство, лукавство, высокомерие. То есть с помощью права семью можно сохранить, в лучшем случае, механически. Если довести до абсурда, то можно построить тюрьмы, в камеры запустить по самцу и самке и заставить размножаться… Если удастся заставить (есть такой рассказ у Айзека Азимова). 

  Чтобы существовал жизнеспособный брак (неважно, в какой форме) необходима микросоциальная среда, которая стимулирует, поддерживает и осуществляет несиловой (неправовой) отбор человеческих качеств, способствующих сохранению брака: любовь, верность, преданность, жертвенность и т.д. Далее, в обществе не должно быть пространства, пустот, допускающих внебрачный манёвр или уход из семьи. Далее, необходимы механизмы психологической разгрузки, позволяющие супругам отдохнуть друг от друга, устраняющие безысходность. Современная европейская культура все делает наоборот. А человек европейской культуры делает то, что ему удобно и выгодно. Но тогда не нужно жаловаться на одиночество.

    Особую проблему составляет любовь в семье и браке. Принято считать, что любовь – основа семьи. Так оно, по крайней мере, должно быть. Но почему же эта основа так часто уходит из-под ног? И действительно ли она – основа, если уходит?.. И проблема не только в этом! Ведь нет даже строгого и общепринятого определения для понятия «любовь». Ещё хуже: Всемирная организация здравоохранения недавно вообще признала любовь разновидностью психического заболевания. Так или иначе, но любовь – это эмоция, причём индивидуально переживаемая эмоция. Далее: эмоции развеиваются  легче, чем дым. А как же в таком случае легко развеиваемая индивидуальная эмоция может быть основой, гарантом семьи, которая должна помогать преодолевать жизненные трудности и долго воспитывать потомство, невзирая на эмоции и перемены настроения? Никак! Поэтому при создании семьи нужно ориентироваться на симпатию и устойчивый  психологический комфорт, а не на приятную, яркую, дурманящую эмоцию. Это моё мнение. А любовь как эмоцию цените, берегите, поддерживайте и продлевайте, сколько можете, но не сходите с ума и не разрушайте семью, когда прошла эмоция. Тем более не упрекайте свою половинку, если заметили, что её эмоция… утратила яркость. Как известно, «если хочешь иметь друга – будь им!». С любовью сложнее. Любовь нуждается во взаимности, но её нельзя ни навязывать, ни требовать! Любовь в семье – это форма жертвенности, которая предполагает молчаливый поступок, деятельность, длиною в жизнь. Собственно, это и есть Любовь как труд духа и тела в противоположность любви-эмоции. Но жертвенность имеет смысл, если её адекватно воспринимают, ценят. В противном случае – ради чего? В противном случае – эксплуатация одного другим (или многими членами семьи). В противном случае – просто симбиоз. Поэтому семья – это взаимное самопожертвование каждого ради всех длиною в жизнь. Тогда есть радость встреч и горечь разлук, уверенность в поддержке и взаимовыручке, сопереживание печалям и сорадование успехам. Тогда есть Семья как воплощённая Любовь.

    А что мы имеем сегодня как норму!

   Чего хочет женщина от мужчины? Чтобы был послушным и самостоятельным одновременно, чтобы занимался делом и сидел рядом одновременно, чтобы нес полную ответственность и при этом никогда не возражал жене. Чтобы был инициативным и одновременно заглядывал в рот жене и «ждал команды», и не дай Бог, чтоб не шевельнулся без неё! Чтобы был сексуальным гигантом и ни на кого больше не смотрел. Чтобы не стыдно было людям показать, но чтоб никто на него засматривался.

   Чего хочет мужчина от женщины? Чтобы все было «под рукой», но чтоб «не путалась под ногами».

  Без объяснений понятно, что это невозможно. Чтобы нить жизни не прервалась, нужны новые здоровые жизнеспособные ценности, приоритеты и механизмы их реализации. Человеку нужен механизм самоограничения, а обществу – механизм поощрения этого самоограничения. Иначе всё рушится. Вопрос стоит так: «Рынок или Жизнь?». Рынок требует максимальной самоотдачи, и семья при этом уходит на второй план. Жизнь требует консолидации семьи и воспитания здорового потомства в поле культурных, жизнеутверждающих ценностей. Одновременно делать карьеру и рожать детей – трудно. 

    Говорить о браке и не сказать о сексе – нельзя. Хотя говорить не хочется. Очевидно, что в современном браке не до секса! Меня умиляет, что миллионы людей не могут жить без снотворного и без будильника одновременно. То есть не могут ни уснуть, ни проснуться нормально. Нечто похожее я вижу в отношении секса: где бы взять, но чтоб не в семье. Если судить по разговорам в СМИ, в том числе в социальных сетях, по рекламе, по количеству разводов и повторных браков, то мы живём в обществе сексуально озабоченных импотентов. Так или иначе, но охоту к сексу внутри брака сейчас отбивает всё: и изнурительная работа, и взаимное непонимание в семье, и реклама, и наверняка некоторые природные закономерности. Соответственно, и решения проблемы нужно искать адекватно. И не искать его – нельзя, потому что брак без секса – уже и не брак. 

    Что касается детей. Современная семья малодетная. Иерархия в ней практически отсутствует, господствует культ ребёнка. Общество поддерживает культ матери, тем самым невольно принижая отца. Чего ждать от такой семьи? В лучшем случае, симбиоза. Что может отец, если мать может ему возразить при детях. Что может мать, если дети не понимают слов? Что могут родители, если против них «любящие» бабушка и дедушка.  Если мы поклоняемся маленькому ребенку, то чего удивляться его эгоизму и тому, что он требует продолжения поклонения, когда начинает ощущать себя личностью? Ребёнок, на мой взгляд, должен расти в микросоциуме и воспитываться в детской субкультуре. Нужна многодетная семья, в которой старшие дети воспитывают младших, родители дают образец и лишь в редких случаях вмешиваются в детские конфликты. Нужна самоорганизация под ненавязчивым контролем взрослых в процессе совместной Жизни. Читать морали – бесполезно, водить за руку – вредно. А мы только тем и заняты и совершенно не заметили, как превратились в заложника своего единственного ребенка.

 

Октябрь 2002 – апрель 2003 – август 2012. Kaiserslautern

 __________________________

© Смотрицкий Евгений Юрьевич

  

Книги авторов, упомянутых в статье, в магазине OZON.RU:

OZON.ru - Освальд Шпенглер. Краткая биография автора. Купить книги, фильмы, музыку Освальд Шпенглер

OZON.ru - Элвин Тоффлер. Краткая биография автора. Купить книги, фильмы, музыку Элвин Тоффлер

OZON.ru - Фрэнсис Фукуяма. Краткая биография автора. Купить книги, фильмы, музыку Фрэнсис Фукуяма

 

Жизнь в инореальности. 4 статьи
Статьи о том, как ниги, видеоигры, телесериалы создают когнитивную систему современного пользователя интернета
"Всего лишь человек". О поэзии Леонида Григорьяна
Воспоминания о Леониде Григорьевиче Григорьяне в связи с 90-летней годовщиной со дня его рождения и его стихи.
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum