Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
Главлит придет, уверенно и беспощадн
Воспоминания и размышления журналиста и деятеля СЖ СССР в связи с приказом ФСБ...
№10
(388)
07.10.2021
Культура
Социальная реальность как элемент взаимодействия писателя с пространством культуры
(№3 [259] 15.02.2013)
Автор: Ольга Беличенко
Ольга Беличенко

Постановка проблемы. Как известно, литература, отражая характер усвоения духовных ценностей, отражает также все изменения в культуре общества. Именно она определяет глубину и объем знаний, норм и ценностей, поле инвариантов развития личности, играет роль акумулянта культурных ценностей и источника формирования мировоззрения. Выступая самосознанием культуры, произведения литературы отражают определенный тип художественного сознания, характеризуют определенный культурно-исторический тип человека. Литературные произведения реагируют на все изменения в духовной и социальной жизни общества, в его эмоционально-чувственной, бытовой, интеллектуальной и философской сферах.

Конец ХХ столетия и начало ХХI зафиксировали значительное повышение интереса ученых к различным проблемам коммуникации. Стремительно распространяясь, коммуникационные знания охватывают все большее пространство. Коммуникация выступает как комплексная область современного научного знания, органично синтезирующая в себе результаты исследований целого ряда наук.

Текст как единица литературно-художественной коммуникации превратился в специальный объект исследований, которые определяются структурно-семиотической направленностью. Это, в частности, работы Ю. М. Лотмана «Структура художественного текста» и «Семиотика культуры» [8; 9].

Сущность текста как коммуникационной системы определяется действием закона его системной коммуникации и включает функциональную и качественную определенность текста. Основы системно-коммуникативной концепции текста представлены в исследованиях Е. В. Сидорова, в которых он рассматривается как целостная подсистема акта речевой коммуникации [11]. Текст определялся автором как система значений и знаковых последовательностей, воплощая модель сочетания коммуникативной деятельности адресата и отправителя сообщений.

Представления о художественной литературе как системе и потребность в системном подходе к ее изучению на разных уровнях, что проистекает из такого представления, имеет свою традицию. Можно вспомнить работы Ю. Тынянова о системе поэтической речи. Стремясь понять составляющие художественного произведения, он вводит понятие «система» для определения семантической организации текста. В его трудах разработаны положения о влиянии словесной конструкции на глубинное содержание произведения [12, с. 502]. Ю. Тынянов первым пунктом выдвигает требование четкости теоретической платформы и системного развития науки.

В нашем исследовании мы опирались также на труды Д. С. Лихачева [7]. В его работах художественный текст рассматривался как культурный универсум, обобщенная модель мира, комплекс мировоззрения писателя, его философских, эстетических, религиозных и моральных взглядов и их высказывание с помощью системы знаков, кодов, символов, мотивов, мифологем. Продолжение и развитие мыслей о системной связи в литературе, «конструкции» и глубинного смысла встречается позже у многих отечественных и зарубежных авторов. Термины «система» и «конструкция» постепенно становятся привычными.

В словесных определениях коммуникации слабо различают понятия «текст» и «произведение». Их часто используют как синонимы. Более последовательно литературная коммуникация включает в себя такие элементы, как автор – текст – читатель – традиция – реальность. В процессе коммуникации представлено не художественное произведение, а текст. Это происходит именно потому, что в отношениях «текст – читатель» нет обратной связи. В них не заложено условие читательской оценки текста, когда читатель почтительно преклоняется перед произведением искусства. Это предполагает наличие других элементов в системе, когда текст заменяется произведением и имеет разнонаправленность: автор – художественное произведение – читатель – традиция – реальность.

Развернутое определение литературы как системы дал в свое время Д. С. Лихачев: «Под системой литературы я подразумеваю определенное соотношение ее частей между собой: видов литературы (переводной и оригинальной, церковной, исторической, естественнонаучной, публицистической и пр.), ее жанров, ее отдельных произведений. В понятие системы литературы входит, кроме того, и отношение литературы к другим областям культуры: к науке, религии, общественной мысли, различным искусствам, фольклору. Наконец, к системе литературы относится и ее отношение к исторической действительности, соотношение с которой составляет самую существенную часть системы» [7, с. 45].

В свою очередь, выражая мысль о необходимости изучения системы литературы, М. Науман указывает, что автор, произведение и читатель, процессы создания, читательского восприятия и существования литературы взаимосвязаны и создают систему взаимоотношений [10, с. 93]. Связь «автор – читатель» представлена как «исторический договор» между «творцами» и «читателями». Идея взаимозависимостей и обратных связей, подчинения внутренней организации произведения более общей системе достаточно плодотворна. Именно она легла в основу тех теорий, которые предлагал Ю. М. Лотман, который понимал под системой элементы, взятые не в их изолированной сущности, а во взаимном соотнесении, в столкновениях, которые представляют «иерархию отношений» [9]. Концепция Ю. М. Лотмана опиралась как на мысли Ю. М. Тынянова, так и на современную теорию систем.

Плодотворными для нашей работы стали мысли О. А. Кривцуна [5, с. 87]. Ученый подчеркивал, что тексты фиксируют различные формы социальной памяти, мифологические и научные представления о человеке данной эпохи. 

Художественные произведения отражают различные структуры исторической психологии с их особыми формами синтеза рационального и подсознательного, архетипического и новаторского. Теоретическим аспектам соотношения текстов художественной литературы, категории автора в процессе художественной коммуникации посвящены работы Е. Н. Кагановской, Е. Лапко, Э. Г. Шестаковой [4; 6; 13].

Плодотворно работают в области коммуникационного исследования текста Н. Ф. Алифиренко и Н. С. Болотнова [1; 2].

Но некоторые принципиально важные вопросы, в частности восприятия реальности, новых отношений текста и реальности требуют дальнейшего изучения. 

Целью нашей статьи является выделение этапов коммуникационной связи текста и социальной реальности в системе «литература».

Поставленная цель обусловила следующие задания:

!. Определить место подсистемы «текст – реальность» в системе «литература» в новых социально-коммуникационных условиях информационного общества;

2. Рассмотреть особенности подсистемы «текст» и его основные элементы;

3. Определить связь подсистемы автора, читателя, традиций и реальности;

4. Определить характер, направления, содержание и взаимозависимость в коммуникационной связи «текст – реальность»;

5. Определить системно-процессуальную структуру коммуникативных связей в системе «литература».

В соответствии с целью и задачами в нашей работе мы применяем общенаучный, системный и комплексный подходы, которые дают возможность адекватно отражать все разнообразие и сложность коммуникативных связей.

Литературу и реальность связывает метод, который выступает эстетико-художественным «механизмом». В нем можно выделить следующие структурные принципы:

– принцип творческого преобразования действительности в художественную реальность;

– принцип эстетической оценки действительности в свете эстетического идеала;

– принцип художественного обобщения – «перевода» общего в индивидуальное.

Каждый из структурных принципов метода – это своего рода канал связи, где на «входе» – несемиотизированная действительность, а на «выходе» – художественная реальность. На основе этих принципов формируются художественные мифологемы – классицистический, романтический, реалистический, символистский и другие мифы о человеке и мире.

В художественной литературе схема коммуникативного звена отсылает нас к формуле Гегеля. Взяв за основу понятие «развитие», Гегель создает теорию диалектики. Внутренним источником развития у него выступает противоречие, которое понимается как восхождение от абстрактного к частному. Противоречие Гегель описывает с помощью триады (теза – антитеза – синтез противоположностей в новом единстве) [3]. Но в действительности эти отношения не ограничиваются тремя элементами и содержат необходимые опоры в реальности и предыдущем опыте литературы как виде словесного искусства. Автор создает произведение, опираясь на традицию, учитывая знания этой традиции читателем. Но не менее существенной является связь автора с реальностью, с которой он как будто «сверяет» свое произведение и определяет его ценность. Когда Гегель вначале писал о произведении, а потом о его создателе и его субъекте, который воспринимает произведение, он устанавливал не только расположение элементов в системе «искусство», но, прежде всего их иерархию, обусловленную функциями каждого из трех членов. Эта гениальная мысль была заимствована русскими формалистами и перешла в большинство современных методов и методик исследования художественного текста. Здесь сходятся объективное и субъективное начала.

Порядок расположения элементов в системе определяется процессом создания и функционирования произведения: творец продуцирует произведение, перед которым преклоняются читатели, которые воспринимают его. В таких условиях элементы «традиция» и «реальность» характеризуют условия, в которых текст может стать художественным произведением, но может и не стать им. Главная роль здесь принадлежит читателю.

Литературное произведение создается и живет в связи с социальной средой. По отношению к литературному произведению среда подразделяется на литературную традицию и литературную реальность. Между автором и читателем, с одной стороны, и традицией и реальностью – с другой, существует прямая и обратная связь: автор и читатель – личности, на которые влияет окружающая их материальная и духовная среда и в свою очередь влияет на него уже одним фактом своего существования. Между произведением и реальностью, как и между произведением и традицией, существуют отношения, которые устанавливаются автором и читателем. В системе «автор» выделяют существование элементов: биографического автора и автора – субъекта сознания, выражением которого является «все произведение писателя». Здесь имеют место идеальный и материальный аспекты, при этом главным выступает идеальный. Именно на его уровне происходит диалог сознания автора и читателя, в результате чего осуществляется преобразование материального текста в духовную ценность – в художественное произведение. Элементы системы «литература» и элементы, которые представляют среду, что ее окружает, – это также системы.

Косвенными звеньями в особой форме входят сюда и отношения «автор – реальность», «реальность – читатель», «автор – традиция», «традиция – читатель».

Порядок элементов в системе «литература» определяется процессом создания и функционирования произведения: автор продуцирует произведение, которым увлекается читатель, который его воспринимает. При этом элементы «традиция» и «реальность» характеризуют условия, при которых текст может стать художественным произведением, но может и не стать, поскольку главная роль здесь принадлежит читателю. Наличие прямой и обратной связи в системе значит, что продукт творчества художника, не перестал быть носителем информации. Сложность системы «литература» не только в единстве пяти необходимых элементов, а прежде всего в том, что система «литература» имеет материальный и идеальный аспекты. В ее материальном аспекте каждый элемент может быть объективированным. Автор – определенная личность с собственной биографией: Пушкин или Лермонтов. Произведение – его рукопись или напечатанная книга. Читатель – покупатель этой книги. Традиция – круг предшественников, на которых автор ориентируется. Реальность – те события, в русле которых он живет и отражением которых он вдохновляется или приходит в упадок.

Система приобретает материальный аспект благодаря отношению читателя к произведению, что приобретает идеальный характер. Читатель, который признал художественную ценность произведения, способствует его популяризации, тиражирует его, морально и материально поддерживает автора – своего современника, собирает сведения о писателе, который уже ушел из жизни. Об этом свидетельствуют случаи сохранения читателем с риском для жизни рукописей и книг, которые подвергались цензурному запрету, переписывании текстов любимых авторов, приобретения книг для собственных библиотек, огромные тиражи и переиздания популярных произведений и связанное с ним увеличение авторских гонораров.

Двойной – реальный и идеальный – аспект определяет и другие элементы системы. Конкретная реальность влияет на судьбу автора и его произведения, определяя тематику и проблематику. Одновременно – она и та социальная реальность, что воплощена в художественном произведении и с которой читатель соотносит произведение, читательское представление о реальности, что не остается неизменным в разные времена.

Существенной является и связь автора с социальной реальностью, с которой читатель «сверяет» художественное произведение, определяя его ценность. Реальность влияет на судьбу автора и его произведений, определяя их тематику и проблематику. А традиция – это тот опыт предшественников или влияние культуры, что сознательно выбирается автором и осознается независимо от воли автора. Читатель – конкретный читатель текста, который подобно биографическому автору, имеет собственное лицо, и в то же время он способен понять текст и преобразовать его в собственном восприятии на художественное произведение. Но только при наличии автора и читателя, традиции и соотнесения с реальностью, художественное произведение становится главной и сложной системой. 

Постмодернистское мировосприятие отбрасывает оппозицию «реальность – текст». Постмодернизм воспринимает весь мир как текст; текст не отражает реальность, а создает новую, а точнее, много реальностей, которые часто не зависят одна от другой, а реальное и виртуальное сравниваются. Адекватным инструментом восприятия социальной реальности, новых отношений с реальностью в постмодернистскую эпоху стал гипертекст, а информационная среда – новой средой его применения и пребывания.

В основе понятия информационного общества лежит возможность одновременного выбора нескольких вариантов кодирования, восприятия и творческой переработки информации. С этим и связано возникновение такого понятия как «гипертекст» – определенная последовательность фрагментов текста, которые находятся на различных уровнях и объединенных гиперссылками. Главная характерная черта гипертекста – это отсутствие непрерывности – скачок, то есть непредвиденное перемещение позиции пользователя в тексте.

Гипертекст – явление характерное для информационной среды, которое представляет информацию как связную сеть гнезд, в которых читатель свободно прокладывает путь нелинейным путем. Он допускает множественность авторов, размывание функций автора и читателя, расширение работы с нечеткими сетями и множественности путей чтения. Постмодернисты говорят о смерти автора, о бесконечности текста и вариативности его интерпретаций, что присуще Интернету. Если в классическом тексте сюжет задан раз и навсегда самим автором и сам автор определяет ход развития событий, то в гипертексте можно развивать совсем другую сюжетную линию или даже несколько сюжетных линий.

В условиях Интернета гипертекст входит в книгу двумя способами. Во-первых, он способен изменить структуру текста, представить в виде фрагментов, которые сложно переплетаются один с другим. Во-вторых, он объединяет текст с другими внешними по отношению к нему, текстами. Этот процесс происходит естественно и органично, даже незаметно.

Гипертекстуальность предстает как вид интертекстуальности. Благодаря гипертексту Интернет нарушает не только форму печатной книги, но и форму манускрипта, в его классическом виде. Гиперссылки разрушают образ классического текста, который предполагает целостность, смысловое единство и смысловую последовательность. Гипертекст по своей форме, является текстом, который может подвергаться самодеконструкции Если линейный текст – это результат иерархического порядка отдельных его смысловых фрагментов, то в гипертексте эта иерархия исчезает. В гипертекстовой среде мы имеем дело не только с самим текстом, но и со всей совокупностью альтернативных текстов, которая задается комбинаторикой отдельных его фрагментов. Таким образом, смысловая форма оставляет текст и задается конфигурацией гиперсвязей. Смысл текста, который попадает в сеть гиперсвязей, из имманентной тексту сущности становится функцией распределения текстов. 

Под коммуникацией понимают процессы перекодирования вербальной в невербальную и невербальной в вербальную сферы. Исторически коммуникацией было именно это: необходимость выполнения того или иного действия. То есть, для коммуникации существенным являлся переход от речи Одного к действиям Другого. Именно ради этого реализуется передача значений между двух автономных систем. В стандартном коммуникативном акте также важной является именно невербальная реакция на сообщение. Современная социальная действительность может создавать долгие невербальные тексты, которые уже не связаны непосредственно с процессами перехода в невербальную сферу. Примером может являться художественная литература, которая именно таким образом и трактовалась в тоталитарном обществе как вербальная реальность, которая воспитывала и перевоспитывала.

Проникновение в пространство культуры социума может осуществляться через текст, чтение его образов, символов, диалог с автором, проникновение в его мир и осознание его ценностей. В ходе коммуникации происходит процесс перехода от речевой коммуникации к Я-экзистенции, когда личность становится творцом, приобретает новые качественные оценки. Но только при наличии автора и читателя, традиций и их соотнесения с реальностью, самой главной и сложной системой становится художественное произведение. 

Выводы. Таким образом, литература – это система, которая постоянно развивается. Развитие художественного процесса социально обусловлено и имеет внутренние закономерности. Взаимодействие внешних (социальных) и внутренних (художественных традиций) элементов и формирует художественный процесс. Литература, как и искусство в целом – подсистема социальной коммуникации, в которой отражаются изменения реальности.

Более углубленный и тонкий анализ сущности взаимодействия между произведением, текстом, читателем и социальной действительностью может быть осуществлен при условии междисциплинарных исследований, которые используют приемы разных наук, что и составит перспективу нашего исследования.

 

Литература 

  1. Алефиренко Н. Ф. Смысловая структура текста // Текст как объект многоаспектного исследования: Сб. ст. науч.-метод. семинара «Textus». Ч.1. Спб, 1998. С.18-30.
  2. Болотнова Н. С. Художественный текст в коммуникативном аспекте: поиск ключей к эстетическому коду // Слово. Семантика. Текст: Сб. науч. трудов. Спб.: Изд-во РГПУ им. А. И. Герцена, 2002. С. 137-143.
  3. Гегель Г. В. Ф. Эстетика: В 4 т. / Сост. Мих. Лифшиц. М., 1977. 
  4. Кагановська О. М. Текстові концепти художньої прози: когнітивна та комунікативна динаміка (на матеріалі французької романістики середини ХХ сторіччя): автореф. дис. на здобуття наук ступеня д-ра філол. наук: спец. 10.02.05. К., 2003. 32 с.
  5. Кривцун О. А. Психология творчества // Психологический журнал. 1990. Т.11. №5. С.87.
  6. Лапко О. Категорія автора у світлі художньої комунікації і системного розуміння літературного твору // Вісн. Львів. ун-ту. 2005. Вип. 33, Ч.1.С.68.
  7. Лихачев Д. С. Внутренний мир художественного произведения // Вопр. лит. 1968. №8. С.45.
  8. Лотман Ю. М. Семиотика культуры // Избранные статьи. Таллинн. 1992. Т.1. С.312-313.
  9. Лотман Ю. М. Структура художественного текста. М.: Радуга, 1970. 271 с.
  10. Науман М. Литературное произведение и история литературы. М.: Наука, 1984. 560 с.
  11. Сидоров Е. В. Референция, экспрессия, когнитивность и коммуникативное назначение языка // Знание языка и языкознание: Сб. ст. М.: Наука, 1991. С. 119-131.
  12. Тынянов Ю. Н. Поэтика. История литературы. Кино . М.: Наука, 1977. 600 с.
  13. Чернігова В. Є. Художня комунікація як об’єкт філософського дослідження (на матеріалі зарубіж. теорій ХХ ст.): автореф. дис. на здобуття наук ступеня д-ра філос. наук: спец. 09.00.04. Х., 1998. 32 с.
  14. Шестакова Е. Г. Теоретичні аспекти співвідношення текстів художньої літератури та масової комунікації: автореф. дис. на здобуття наук ступеня д-ра філол. наук: спец. 10.02.05. – К., 2006___________________________

     © Беличенко Ольга Леонидовна


Виноградари «Узюковской долины»
Статья о виноградарях Помещиковых в селе Узюково Ставропольского района Самарской области, их инициативе, наст...
Человек-эпоха. К 130-летию Отто Юльевича Шмидта
Очерк о легендарном покорителе арктики, ученом-математике О.Ю.Шмидте.
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum