Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
Новости от "Новой"
Анонсы трех номеров "Новой газеты" за 3-е, 5-е и 12 февраля, подготовленные сотр...
№02
(370)
10.02.2020
Общество
День рождения в зоне А
(№9 [297] 20.07.2015)

Ирина Козырева

https://www.facebook.com/temnozora/posts/1164458473580552?fref=nf

18 июля 2015 г.

 

У меня сегодня ДЕНЬ рождения.

Второй. 

Год назад мою семью не убили. Посчастливилось. 

А соседку убило. Из-за моего гребаного дома. Людей на полтиннике тоже убило. А нас нет. Я шла с мамой и говорила: не вступи в мясо, не вступи в мясо. В человеческое. Были люди, и нет людей. Просто трупы. Чьи-то любимые и дорогие. Были, и нет. Все просто.

И что теперь? Спустя год? 

Надо жить и радоваться. Жить и радоваться. Всё просто. 

 

Моя "Зона А"

   Прошло чуть больше месяца, как я покинула Луганск. До 18 июля - дня, который уничтожил очень многое в моей жизни, я мало что помню: остались какие-то драные, цветные лоскуты событий, какие-то даты, теперь уже вырезанные на подкорке ножом революции. Всё остальное погрузилось в туман.

Единственное, что я отчетливо помню, это реализация желаний. Все желания, совершенно дурацкие планы столетней давности, начали сбываться с бешеной скоростью приблизительно за три недели ДО... Было такое ощущение, что попал в какую-то временную воронку. Это может звучать глупо, конечно, но уже тогда я начала понимать, что всё идет к чему-то плохому. хотя все время останавливала словами: "а что может быть хуже, война? в моем городе война!".

   В ночь на 18-е у подъезда заработал "Град". Я как раз курила на лестничной площадке, и мне в очередной раз показалось, что подъезд рассыпается. Прямо сейчас, вместе со мной, со всеми девятью этажами. 

   Всё помещение снизу доверху заполнил звук. Наверное, с таким звуком в преисподнюю летят души грешников. все металлические конструкции в подъезде запели. каждый прутик, каждый проводок зазвенел, пытаясь подпевать машине-убийце. стоит ли говорить, что этот шелестящий и одновременно звенящий крик "Града", сопровождали вспышки света. меня в очередной раз передернуло, несколько секунд ушло на осознание ситуации: "всё в порядке. можно расслабиться, дом не рушится. это всего лишь "Град" возле моего подъезда. Сейчас все снаряды вылетят и они спокойно уедут". Долгожданный хлопок закрытой двери машины, крик: "Порядок!". Они уехали. Предательская дрожь прошла, можно спокойно идти пить кофе и смотреть новости. 

    Спать, откровенно говоря, последние месяцы получалось плохо. Да и зачем, на ходу не засыпала, усталости не ощущалось. Зато хорошо помогал "Пустырник". через полчаса руки переставали трястись, мышцы во всем теле и даже в лице переставали звенеть стальными тросами. Вся ситуация больше не напрягала, единственно, что не хотелось разговаривать вообще, ни с кем. 

    В четыре утра уже традиционно начался обстрел. Это было настолько обыденно, что единственное что меня искренне раздражало, так это то, что дрожала мебель, посуда и телевизор, который вот-вот готовился рухнуть на пол. Добравшись на работу, получила сообщение от сестры, что в огород к родителям упал снаряд. Выбило окна, сломало яблоню, ещё что-то. Позвонила родителям. Мама плакала. Я решила идти домой – "оценить масштаб". Ехать на автобусе было страшно: звуки разрывающихся снарядов уже казались какими-то очень близкими, а люди на улицах выглядели растерянными. Шла домой я очень быстро и дико злилась, по звуку понимая, что обстрел частного сектора, где живут родители, продолжался. Злость мою утвердили и два блокпоста, которые встретились на подходе к дому.      

    На первом (захваченная строительная фирма) была техника, белый джип, военные, которые что-то активно обсуждали. Когда я приблизилась мне просто автоматом показали, что я могу идти. Напрягло – ведь из "цивильных" я осмелилась там идти одна. Закурила. Приблизившись ко второму поняла, что тут будет веселее. боевики стояли возле вагонов, которыми заблокировали проезд на железнодорожном мосту. Подошла, спросили куда иду, попросили паспорт. С содержанием последнего решили ознакомиться не меньше десяти очень загорелых, заросших человек. Паспорт читали вслух, начали что-то весело обсуждать. Я поняла, что "процедура" затягивается, сказала, что в дом попал снаряд и попросила их быстрее читать, кем же мне был выдан этот гребаный паспорт. Информация о том, что в мой дом попал снаряд их еще больше развеселила. Не знаю почему, решили по расспрашивать у меня, кого я видела, пока шла, еще какой-то бред, в конечном итоге я сказала: "Это всё? я пойду" – и пошла. 

    Придя домой узнала, что в огород в тоже место упал еще один снаряд. Поранило соседа, асфальт во дворе был залит кровью. На требование уходить мои родители в очередной раз сказали, что никуда не пойдут, и, мол, больше двух снарядов уже не будет и т.п. Упрямые, главная семейная черта. 

   Я прошла в дом, села на кровать, взяла котенка... Через какое-то время услышала знакомый свист, пару секунд и звук "торможения" во дворе. Вспышка света, а потом много пыли. Котенок убежал, испугался, залез за шкаф. Меня это напугало настолько, что я начала кататься по полу и рыдать от страха. Причем даже не от страха смерти, а от того, что мне или моим родителям, или котам и собаке может оторвать какую-то часть тела, а скорая не приедет, потому что частный сектор обстреливают. 

    После приема "пустырника" меня отпустило, точнее «прибило». Потом было много снарядов. Когда очередной подлетал, папа каким-то чудесным образом успевал нас с мамой об этом предупредить и кричал: «ложись»!. Мы ложились. держа в руках котов и собаку. Снаряды били по крыльцу, по крыше, еще где-то. Окон, дверей, машины, гаража уже не было. Совсем не было. Понимая, что выбежать не удастся, ведь мою улицу били не прекращая, я решила лечь. Лечь спать. В кровать, потому что наконец-то поняла, что я устала. Устала от всего. 

Долго "спать" не пришлось, в соседский дом тоже прилетело. Свист, вспышка, скрежет, взрыв. И вот соседский шифер уже у меня на полу. Котенок, которого я снова пыталась забрать к себе, отлетел в буквальном смысле от взрывной волны. Потом еще один снаряд, и еще один. До этого потолок осыпался и начали падать балки сверху. Стены исполосовали молнии. Трещины проступили. После каждого снаряда мама проверяла жива ли я. 

   Вышла в другие комнаты (у меня был большой дом). Окон не было вместе с рамами, все двери висели на каких-то деревянных нитках, где-то висели потолки.

На какое-то время наступила тишина. Я сказала, что надо пытаться уйти. Подвала нет, прятаться негде. Да и прошлый снаряд прилетел к соседям прямо в подвал. "Спрятались называется". 

    Я вышла с мамой. Оказалось выходить очень тяжело. Тяжело когда у тебя во дворе стекол по щиколотку, осколки от снарядов, обрывки окон, дверей и шифера, воронки. Отец уходить отказался. И мы пошли.

    Снова начался обстрел. Куда идти и как понять было сложно. Мины взрывались в домах, к которым мы прижимались, и в сквере. Не думала, что буду пытаться вкапываться в асфальт...оказалось буду. Могу. Потому , что страшно. 

   Мы бежали по каким-то ярам, мусоркам. Когда поняли, что обстрел остался где-то позади, возле райисполкома завыла сирена, прилетел самолет. Откуда-то начали стрелять в него, и он тоже начал стрелять. Куда он целился, куда-то падали бомбы, понять было сложно, но казалось, что это конец. Я кричала в трубку (звонила подруге). Мне казалось, что нас решили убить. В этом урагане воя сирен, стрельбы и моего крика, мы увидели маршрутку №107. Выбежали на дорогу, начали махать руками, и она остановилась. Просто посреди дороги. Остановилась и забрала нас. Мы решили, что будем выбираться в центр. в центре мне говорили, что там "спокойней". Приехали к музею, поднялись и поняли, что зря. Встречая людей, все как бы понимали, что мы спасаемся от обстрела, нам говорили, что там и там висят балконы, там лежит труп с 12 дня, никто не забирает, там полквартиры снесло... в общем, "спокойней". 

   Ужасно хотелось пить. было ощущение, что всё высохло внутри, даже кровь. Лицо стянуло, губы потрескались. Жажда. Мы с мамой решили купить воды. Выйдя из магазина, выяснила, что опять-таки чудесным образом мама встретила папу, который в последний момент уехал из дома. Бывшего дома. Он сказал, что решил уходить после 12-го снаряда, а потом видел дым...

    Немного успокоившись, насколько это было возможным, мы с мамой поехали ко мне на съемную на восток. Отец уехал на работу в ночную смену, во время поездки на восток я позвонила другу, узнать как там обстановка. Сказал, что лучше не ехать: был минометный обстрел. Много трупов на улицах, а его знакомому оторвало голову миной прямо в квартире. Несмотря на всю эту информацию, я решила, что мы все равно едем. 

    Приехали. Вышли. Молча прошли по стеклу, возле трупов, кусков мяса, крови и автоматчиков, которые караулили "результаты" своей работы. Потом мы искали "адекватный " подвал, но как оказалось, все они либо затоплены, либо не предназначены для нахождения там людей. 

    Вечером позвонила сыну соседа, только ему смогла дозвониться. Он сказал, что их эвакуировали из-за нашего дома, извиняющимся голосом сказал: "Мне очень жаль, но ваш дом даже не тушили. Прилетел снаряд, и он загорелся. Сгорел. Весь сгорел: гараж, машина, всё полностью сгорело. МЧС не приехали, потому что бомбили вас". Я сказала: "спасибо, хорошо что вы в безопасности". Повесила трубку и уже привычно упала на пол и начала рыдать. Так, как будто мне в спину воткнули кинжал. 

   Я поняла, что все наши коты и собака погибли страшной смертью, и я их не спасла. Я всегда всем говорила, что если я брошу животных, я не смогу жить, я умру от ненависти к себе. Я всегда презирала людей, которые выбрасывали своих питомцев, которые издевались над животными. Для меня это не люди, и теперь я стала одной из них, из этих не людей. Я обрекла наших животных на страшнейшую смерть. Я всю жизнь их спасала, лечила, выхаживала, СПАСАЛА, а тут взяла и бросила, бросила на смерть. ...

   Потом выяснилось, что соседка-старушка, увидев, что наш дома горит, пыталась вызвать спасателей, и так забегалась по двору, что... погибла. Её убил осколок от снаряда, который влетел в дом поблизости. 

    Утром, 19 июля вернулся отец. Сказал, что ездил "домой" и начал выть. Точнее, рыдать. Это была самая страшная картина, которую я видела в своей жизни.

После я запретила плакать всем, всей семье, потому что не время. Потом я несколько дней пыталась купить билеты. Людей на вокзале было адски много, билетов не было. В итоге подруга заказала билеты по интернету.

   Отец ехать отказался: упрямство, семейная черта. Остался жить на работе. 

Когда мы отъезжали от вокзала, завыли сирены. прилетел самолет. В вагоне все молчали: дети, женщины все были в бинтах. Ехали молча недолго. Перед Горловкой, наш поезд начали обстреливать. Опять окна, осколки. Мы легли на пол, накрылись матрасами и тихо ныли: "Господи, Господи! Хоть бы выжить!". Позже выяснилось, что были и пострадавшие. В нашем отсеке, слава Богу, никого не зацепило. Ночью, в начале первого, мы узнали, что выехали из "Зоны АТО" и легли "спать". Вагон начал дружно плакать. 

   На каких-то остановках заходили веселые люди, разговаривали, смеялись, (у них не было обстрелов), бросали полки: "Бах!". Все, кто выехал из "Зоны А", знают, что такое громкие звуки и как на них обычно реагируют - на пол, закрывают голову руками и начинают молиться. Тогда, мне казалось, что весь кошмар закончился, что отец скоро приедет, что мы спокойно снимем жилье и будем жить, как раньше, жить. Но нет. Оказалось, что все впереди. все сложности впереди. Потом были поиски жилья, удивление, отчаянье. Снова переезд и снова поиски, поиски, поиски...

   Отец остался в Луганске. Мои любимые люди из-за своих родителей остались в Луганске. все мои погибшие животные остались в Луганске. а я даже не попрощалась. Все дорогие мне люди не могут выехать. Каждый звонок раз в неделю воспринимается наверное, как доза героина для конченного наркомана. так и живем. От дозы до дозы. в поисках жилья, надеясь на призрачные планы работы и мирную жизнь.

  ...Несколько недель назад, выйдя с "временного места работы", я услышала сирену. Ту самую, как в Луганске. Она прозвучала секунд 10. Ей не дали как следует завыть, сразу выключили. Не знаю, что это было и зачем. Но услышав "зов родины", начала натурально ржать. Во весь голос, стоя посреди дороги. Меня это развеселило. Я не знаю почему, но с того времени и до него меня больше ничего так не "веселило". 

   И таких "нас", выходцев из "Зоны А", десятки тысяч...

   Цените Мир, каждую секунду Мира, любите всех, берегите животных, они ни в чем не виноваты, цените всё, что вокруг вас, ведь никто не застрахован от того, что однажды его дом окажется в "Зоне А".

    Держитесь! Возвращайтесь живыми! Оставайтесь людьми!

27.08.14

 

 

Обсуждение в первый день публикации:

Vladimir Boyko и каждый раз удивляешься, сколько может пережить и вынести человек...
Lidiya Gatsko Стон моего Луганска...
Евгения Костина Ещё раз с тобой все пережила. Всегда тебя жду,ты же знаешь

Наталія Смутко Ира , какой ужас ((
Оксана Меркулова Мы, луганчане, первые приняли удар на себя...И своими жизнями защитили Украину. Пусть прочитают это те, кто считает нас предателями...
Мария Дубровская будем жить

Олха Вровке Обнимаю вас крепко-крепко, всей душой.
Евгения Костина Оксана,простите, а откуда тогда стена плача на Институтской?
Maryana Petretskaya Плачу так само як і рік тому..За шо такі кари на ваші голови... Живіть, просто будьте живі...

Anastasiya MysticMastic С днём рождения, дорогая. Пусть их будет всего два...
Евгения Костина Настюш,у неё будет много перерождений. Надеюсь, без таких ломаний через колено

Наталия Кононкова Ира, все вспомнилось... понимаю, люблю
Eva Levkovich Боже, как же жутко даже читать об этих событиях! Храни Вас Бог.
Геннадий Байков А наш второй день рождения 4 июля. Когда под 7 школу прилетела мина в 3 часа ночи. К нам не попало ничего, а соседи по площадке утром принесли "чугунок" с половину спичечного коробка размером
Оксана Томіленко Не могу нажать "нравится ". От такого хочется выть и кричать.
Natalia Zakharova Ира, я очень надеюсь, что у тебя и у всех луганчан когда-нибудь все будет хорошо. Очень хочется, чтобы этот момент наступил как можно быстрее. Ты человек большого мужества.
Volodimir Bondal долго Луганск подбирался к этому кошмару, приближал как мог,а когда зашли бородатые, ужаснулся
Юлия Высоцкая Прочитала с перерывами на свои рыдания..... Неужели это все коснулось нас??? Нашу страну, наш ЛУГАНСК?? НАС и наши семьи?.... Не верится......
Ирина Козырева Юлия, не верится. Мне иногда кажется, что я мертва, разве можно после войны жить? Оказалось можно – ездить на фронт, смотреть на бойцов, на дорогих людей, которые воюют в АТО, и жить, понимая, что мой Луганск остался на расстоянии вытянутой руки, совсем рядом, но так далек. В прошлом, всё в прошлом. Война продолжается и жизнь на войне продолжается...
Katya Litvinenko 18 июля 2014 погиб мой отец. Во дворе собственного дома. Сегодня год. Скорбим
Eugenia Zlamanuk Ирина, Вы - живы. И слава Богу. Помню, как читала Ваши посты и молилась, чтобы Вы успели уехать...
Svetlana Byelay Ужас...

Юлия Гармония Ирочка, спасибо,что поделились. Мне очень жаль,что это было в Вашей жизни..я очень Вам сочувствую. С Днём рождения! Солнца и мира!
Елизавета Георгиевна Kубасова Читала. Три раза жмурилась. Один раз плакала. Даже не от жалости. И ужаса. А от того, чему нет описания. Ира. Если вам что-то будет надо, если это вообще слово уместно, - пишите!
Таня Ярошенко тоже плакала от ужаса ... гарант пугает , что расистская педерация собирается начать полномасштабную войну, от нас до северной границы 43 км... куда бежать , если на руках дочь - инвалид 1 группы, коты , собака, да и возраст уже... прочла и думаю, что нас ждет нечто подобное, только надежды на спасение и отъезд куда-либо - минимальные (((

 

                                     Послесловие редактора 

   Мне прислали ссылку из фейсбука. Этот материал сильно меня взволновал. И написан хорошо, но главное - эмоциями и жуткими фактами.

  Луганск для меня - не чужой город. Много раз я бывал там по разным делам. В инженерный период по линии стройматериалов, позднее - по издательской. Тамошняя типография печатала книги моего Издательства Ростовского госуниверситета, коим я был директором. В том числе в 1984 г. в ней печаталась моя книга «Методика исследования периодических изданий», ставшая знаковой в научной части моей биографии. Ездил я в этот город и когда он был Ворошиловградом, и позднее, когда стал вторично Луганском. Встречал там людей только очень хороших, добрых, отзывчивых, всегда стремящихся помочь, если надо, с готовностью уступить. Еще ездил по линии поиска абитуриентов для поступления на отделение журналистики в Ростовский университет. И тоже всегда - с положительными эмоциями...

     К тому же узнал, что автор - журналист...

  Но конечно, прежде всего перед глазами эта описанная картина кошмара. Как же это преступление стало возможным? И как случилось, что в россиянах не проснулось присущее им всегда, и в самые страшные времена, сочувствие? А судя по реакции на телевидении и в интернете, и по опросам общественного мнения, явное большинство жителей России не сочувствует украинцам, мало того, относится к ним агрессивно! Оправданием этого позора никакая лживая пропаганда быть не может. Есть же у людей голова на плечах, собственное достоинство, христианские ценности, да просто здравый смысл. «Нам, как аппендицит, удалили стыд», - писал когда-то поэт Андрей Вознесенский. А другой поэт – Игорь Иртеньев, уже совсем недавно воскликнул: «В самом деле, и жалко, и страшно при мысли о том, как мы будем жить после всего, что натворили в Украине?»

   И больно, и очень стыдно. И нет прощения – ни преступникам, допустившим возможность стрелять из современного оружия массового поражения по мирным гражданам, ни лживым политикам и работникам СМИ... 

Стрелять по жилому дому, сознательно, да еще, на этом деньги зарабатывать!... Уму непостижимо!

И еще зацепило - дата написания текста - 27 августа 2014 года, день моего рождения, юбилея. В тот день я сидел в кругу родных и близких, принимал поздравления, произносил тосты. А в это время луганская журналистка Ирина Козырева писала этот текст...

Нет слов...

Гл. редактор - А.И.Акопов, 19 июля 2015 г.

Владимир Перцев: стезёю классики. Эссе
Рецензия на книгу ярославского писателя Владимира Перцева «Одинокий воин: повесть и рассказы» 2019 г.
Великий незнакомец: чем запомнится Теодор Шанин
Известный социолог, сооснователь Московской высшей школы социальных и экономических наук - знаменитой «Шанинки...
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum