Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
Пастернак и его Лара. История любви
История любви Бориса Пастернака и Ольги Ивинской
№14
(332)
01.12.2017
Общество
Несостоявшийся второй Фишер или просто Яша Юхтман?
(№5 [323] 05.05.2017)

http://aldanov.livejournal.com/312344.html

Сергей Алданов

24.01.2010 

В продолжение предыдущей заметки и в честь воскресенья  - еще о шахматных страстях. На этот раз о биографии одного шахматного  гения, который славен остался лишь в узких кругах.

Нажмите, чтобы увеличить.
Соберу о нем нечто вроде досье, выскажу свои соображения, а судить вам. Для затравки о герое - мнение Аркадия Вайнера, шахматного мастера из Одессы: «  В своих исканиях Юхтман по существу вплотную подошел к системе, впоследствии разработанной Р.Фишером, и в ряде элементов предвосхитил ее. Судьба Юхтмана во многом аналогична судьбе Фишера, но рядом с ним, к сожалению, не было своего полковника Эдмондсона, способного оградить от превратностей судьбы и защитить. И когда советский шахматный истеблишмент воспрепятствовал восхождению Юхтмана и вообще отлучил его от шахмат, лишив звания мастера, положение его стало безвыходным».

Это сильно сказано, конечно. Но и куда более известные шахматные авторитеты были довольно щедры на похвалы: 

Чемпион мира Тигран Петросян: «Перед ним должен трепетать любой соперник».

Трехкратный участник матчей за шахматную корону Виктор Корчной: «Самородок. Большой самородок».

Гроссмейстер Леонид Шамкович: «Высокотворческий шахматист, под стать Е.Геллеру и Р.Фишеру. Увы, его загубили».

Гроссмейстер Владимир Тукмаков: «Яков Юхтман - один из самых ярких природных талантов, с которым я встречался в шахматах».

Гроссмейстер Лев Альбурт, трехкратный чемпион США (в журнале «Chess Life», декабрь 1998): «Яков Юхтман определенно заслуживал, чтобы стать гроссмейстером. Его природный дар и оригинальный стиль игры могли бы принести ему много побед в турнирах высокого уровня. Я бы сравнил его шахматный дар с более успешной, но также более трагичной фигурой Леонида Штейна. К сожалению, Юхтман, как и много других людей, стал жертвой советской системы. Его дисквалификация это лишь еще один пример сталинского тезиса: «Нет человека - нет проблемы», который использовался повсеместно в Советском Союзе, включая наш маленький мир шахмат».

    О чем это? Вайнер глухо пишет о травле (присуждение отложенной партии со Спасским, которую Юхтман должен был выиграть, как ничейной, и дисквалификация за какую-то историю в Тюмени).

  Собственно, еврейские обиды понятны, трактовка в духе «система и ее жертвы» тоже. Причем тут Сталин, к примеру? Этого, впрочем, не избежать, неких  стандартов речи. Но дело несколько сложней, чем оно представляется Вайнером или Альбуртом. Тут ведь живой человек с характером. 

  В статье Агейченко «Слово о конформизме» в комментариих к партиям мелькают маленькие подробности о московском периоде жизни Юхтмана:

«Приехав в 1956 году в Москву, он беспрерывно играет в турнирах. Собственно, по-настоящему он и играет всего-то 4 года, с 1956 по 1959 год. В Москве одно время живет на квартире у М.С.Шматкова, и часто бывает непонятно, кто кому за нее платит. Обычная богемная обстановка: вино, карты, крики, ссоры, блиц до утра и ощущение, что ты все можешь и ничего не страшно (конформист тут бы ехидно заметил — и море по колено). В 1959 году он выходит на пик своей игры и вот-вот должен войти в шахматную элиту».

   «Здравствуйте, Франсуа Вийон! Явление буйного поэта состоялось в шахматной партии. Что с того, что другой век и все другое; творчество, дерзкое и естественное, то же. Все бывает, и может, кто-то догадался спросить у Юхтмана в этой жизни, кем он был в прошлой».

«Роскошная игра! Кажется, что этот скандалист будет играть эндшпиль в рваном ритме и хотя бы иногда делать нервные ходы. Но нет, все ходы дышат спокойствием и гармонией, и делает их уверенный в себе человек.

  А в 1959 году очередной скандал, дисквалификация и, как потом выясняется, конец шахматной карьеры. Рассказывают очевидцы: маленький плотный человек мнется около входа в ЦШК, не решаясь открыть дверь, а кто-то из работников клуба говорит, что директор приказал Юхтмана в клуб не пускать. Закономерный финал. А если бы все сложилось иначе, «незакономерно», что было бы? Можно предположить, что в десятку претендентов он войти мог. Затем в этой ценной книге о Юхтмане сообщается, что он уезжает в Америку (умер в 1980 году) и там почти не играет. Понятное дело, там, где ему было плохо, там ему было и хорошо, потому что он оставался самим собой». 

  Про это фанатение от блица. Рассказывая о другом талантливом чудаке, Генрихе Чепукайтисе, известный шахматный литератор Геннадий Сосонко вспомнил и о Юхтмане и вот в какой связи:«Марк Цейтлин утверждает, что как-то, встретившись с Чепукайтисом в пятницу, блицевал с ним трое суток подряд: «Счет колебался в районе плюс трех в ту или иную сторону, ставка была - полтинник за партию, но, начав играть, мы завелись и просто уже не могли остановиться».

   Случаи эти не являются такими уж исключениями и самозабвенных, одержимых игроков можно встретить в разные времена и в разных странах. Назову еще несколько имен шахматистов разной силы и квалификации. Яков Юхтман и Юрий Коц на Украине, Янис Даудзвардис в Латвии, австриец Йозеф Клингер, оставивший шахматы и полностью переключившийся на покер, шестикратный чемпион Германии по молниеносной игре Карл-Хейнц Подзельный. Таким был и умерший в 2004 году москвич Валентин Арбаков, хотя и ставший гроссмейстером, в серьезных шахматах ничем себя особенно не проявивший, в то время как в блице гроссмейстеры с мировым именем зачастую вынуждены были признавать его превосходство. Речь идет о людях, для которых играть сутками подряд - обычное дело, поэтому время от времени организуемые марафонские ночные блицтурниры не являются для них чем-то необычным, и, как правило, ими и выигрываются 

  Замечательное продолжение истории дисквалифицированного  мастера – статья из «Одесского Листка».

В ней в изложении Виктора Мармасова  Юхтман становится уже совершенно одесским персонажем.«Время от времени хорошие шахматисты Украины совершали естественную
миграцию и оседали на постоянное место жительства в Москве. В крайнем случае, – в Ленинграде.

   Каждый раз при наступлении часа пик, т. е. крупных соревнований союзного масштаба, например, Спартакиады народов СССР, у республиканских спортивных функционеров начиналась головная боль с комплектованием сборной команды. Республиканский Совет физкультуры в этих случаях и вспоминал о Юхтмане. На третьей или четвертой доске он был незаменим.

   Юхтман был личностью легендарной. Коренной и типичный одессит (ну, нет, родился не в Одессе. И переехал туда уже в 16 лет. Но тут создается эпос! – С.А. ). Игрок чистой воды.    Играл он во все: от крестиков и ноликов до карт и, разумеется, шахмат и шашек. Еще в детстве он ходил с доской шашек по пляжу и играл, зарабатывая приличные деньги.

   Правда, существует легенда, что он однажды нарвался. Скромный старичок вынес его вперед ногами без оркестра. Но Юхтман снова приходил и снова сражался. Старичку это понравилось. Он признался, что был во времена еще до катаклизмов не то чемпионом России, не то Украины. Он вернул мальчику проигранные деньги и стал его учить.

И научил на свою голову. Мальчик стал выносить учителя. Что учителя не очень огорчило. По своему возрасту, он уже любил игру чисто платонически. Без азарта и страсти. А своему педагогическому выигрышу был рад и гордился этим.

   Учился Юхтман в школе вместе с Геллером, который сделал большую шахматную карьеру. Как говорил сам Юхтман, он «Фиму всегда чесал с закрытыми глазами и в ритме блица». Судьба их сложилась очень несхоже, поэтому проверить это утверждение на практике было невозможно. Хотя играл Юхтман действительно очень сильно.

   По современным понятиям, Юхтман бомжевал. И играл везде. Крупно выиграв,  он шиковал в дорогих гостиницах, где опять же играл. Проигравшись, он пропивался с горя до белья и жил на подаяние.

   Но была еще одна морока. Юхтмана периодически дисквалифицировали за проказы и неспортивное поведение. Последний раз его дисквалифицировали за то, что он, выступая на крупных соревнованиях, запершись в судейской комнате, склонил к блуду жену Главного судьи. Это вызывало у всех шок и восторг. Нужно было видеть этого затасканного бомжа со сложением типичного одесского биндюжника! На толстой мускулистой шее для полного впечатления торчала крупная голова, которая хотя и была вырублена топором, но мастерски и очень выразительно…

  В тот год назревала Спартакиада Народов СССР. И Женя Узун, руководитель Днепропетровской шахматной федерации, получил на самом высоком уровне задание: найти Юхтмана, взять его под контроль и додержать до Спартакиады в приличном виде.

Сложность для Узуна состояла еще в том, что необходимо было вновь выправить

Юхтману спортивный разряд, достаточный для включения в команду. Вот поэтому Юхтман и выступал в соревнованиях на первенство города. Валя Руденко, мой соратник по труду и друг, а по своему спортивному статусу – Мастер спорта по шахматной композиции, сманил меня в шахматный клуб на Дзержинского, где эти соревнования и проходили, пообещав много интересных событий.

   И не обманул. В курилке толпилось больше народу, чем в месте проведения соревнований. В центре толпы стоял, как потом я уяснил, этот самый Юхтман и вещал. Анекдоты и истории из жизни игроков и бомжей принимались «на ура».Периодически появлялся кто-нибудь из судейской коллегии и пытался призвать толпу в курилке к порядку.

Я сначала подумал, что Юхтман сегодня свободен от игры. Но вскоре понял, что ошибся.

- Тебе повезло, - сказал появившийся из комнатки Узуна Валя. – Сегодня центральная партия – Юхтман играет с Ростовцевым.

   Ростовцев был одним из сильнейших шахматистов города. Все становилось еще интереснее. Ростовцев сидел, обхватив голову руками, и лихорадочно соображал. Он даже не заметил меня, когда я с ним поздоровался.

   - Пардон, - сказал вдруг Юхтман, - запомните, на чем я остановился. Кажется, Юра родил ход. Я быстренько отвечу и вернусь.

   Он подошел к столику, мельком взглянул на доску. Пару минут изображал гримасами на лице перебор вариантов и, сделав ход, вернулся в курилку досказывать анекдот. С места, на котором прервал.

   В общем, вынес Юхтман Ростовцева вперед ногами. И с этого дня Юра сник и проиграл все, что мог и не мог. А до того шел в лидерах. Юхтман красовался в этот вечер в дешевом, но приличном костюме. Был трезв и даже элегантен.

   У меня начались экзамены в институте, и я редко попадал в клуб, где шли соревнования. Но в конце их я уже видел Юхтмана в потрепанном тренировочном костюмчике и тапочках на босу ногу. Валя сказал, что у Узуна уже исчерпались средства на экипировку. Из гостиницы Юхтмана выселили за дебоши. Ночевал он в каморке при клубе, под неусыпным наблюдением шахматного актива. Но и активистов-соглядатаев он вовлек в игры и пьянку, устроил драку с дебошем. И соревнования не закончил, загудев на пятнадцать суток. Женя Узун развел руками и предпочел схлопотать выговор за неисполнение поручения…

  Потом я периодически узнавал о новых приключениях одесского биндюжника. Когда потеплело в стране и мире, он выправил себе визу и тренировал сборную Израиля, но сгорел по тем же причинам. Тренировал даже сборную Италии. Но все повторялось.

И чем закончилось, мне неведомо». 

Ну, чем-чем? «Вики» знает:

Яков Петрович Юхтман (14 января 1935, Воронеж — январь 1985, Нью-Йорк) — советский, затем израильский и американский шахматист.

Научился играть в шахматы в 13 лет в Ташкенте, где остался с матерью после эвакуации (отец погиб на фронте). Быстро добился высоких результатов в юношеских и взрослых соревнованиях. В 1951 переезжает в Одессу, становится чемпионом Украины (1953). После службы в армии жил в Москве, в 1956 получил звание мастера спорта. В 1959 играл в чемпионате СССР (в 1-м туре выиграл партию у Михаила Таля), в том же году успешно выступил в матче СССР – Югославия, выиграв матч у Милана Матуловича. В конце 1959 г. был лишён звания мастера спорта и дисквалифицирован на 3 года. В 1964 возвратился в Одессу, выступал в турнирах, редко добиваясь высоких результатов.

В 1972 эмигрировал в Израиль, затем переехал в США.

Основные спортивные результаты:

ГодТурнирРезультатМесто
1950 Чемпионат Узбекистана   2
  Чемпионат Узбекистана среди юношей   1
1953 22-й чемпионат Украины 10 из 13 1
1956 34-й чемпионат Москвы 8½ из 15 4-5
1957 Чемпионат общества «Спартак»   1-4
1958 36-й чемпионат Москвы 7½ из 15 7-9
  Полуфинал 26-го чемпионата СССР (Баку) 10½ из 15 2
1959 26-й чемпионат СССР 8½ из 19 14
  37-й чемпионат Москвы 9 из 15 4-5
1964 33-й чемпионат Украины 13 из 19 2-3

Но лебединую песню он исполнил: 

Гроссмейстер Л.Шамкович, «Судьба шахматного художника» («Новое русское слово», 6 марта 1995)
  ...В последующие годы Юхтман играл редко, реже, чем в активный период. Но все же уверенно выиграл в том же году чемпионат Израиля, правда, не очень представительный Через год он переехал в США.

   Единственным ярким эпизодом и одновременно его лебединой песней послужила неожиданная встреча в 1975 году за шахматной доской с известным (но молодым тогда) западногерманским гроссмейстером и претендентом на мировое первенство Робертом Хюбнером. Яшин немецкий друг, капитан одной из клубных команд, пригласил его выступить за свой «коллектив» на первой доске в решающем первенстве страны поединке с командой Франкфурта. Вероятно, он знал, сколь силен русский, а ныне американский друг, но не торопился открыть эту «тайну» ни немецким любителям, ни тем более Хюбнеру, лидеру этой команды. В общем, до начала поединка никто не имел понятия о «странном парне из Одессы, любителе, которого почему-то пригласили играть с Хюбнером». Яша не был бы одесситом, если бы не пытался обыграть эту комическую ситуацию. Войдя в турнирный зал, он спросил громко: «Где же ваш Хюбнер?». Лидер команды еще не пришел. Тогда Юхтман согласился сыграть с любителями несколько блицпартий - и молниеносно расправился со всеми противниками. Любители не успели прийти в себя от изумления, когда появился их кумир и начался захватывающий поединок Хюбнер - Юхтман. Яша играл черными и, против ожидания, быстро захватил инициативу. Пожертвовав качество, он получил опасные проходные пешки на ферзевом фланге. В этот момент Хюбнер, по-видимому, понял, что его загадочный соперник - не мальчик, но опытный муж. Он принял героические меры, чтобы остановить страшную пехотную атаку черных. Казалось, что это ему удалось. И тогда Юхтман пожертвовал на алтарь атаки второе качество, что на практике случается очень редко. Проходные пешки черных снова устремились в ферзи. Напряжение достигло апогея. Оба соперника очень волновались - Хюбнер никак не мог проигрывать на глазах своих поклонников, а Юхтман стремился довести начатую смелую атаку до логического конца. В какой-то момент он допустил пару неточностей, и тогда немецкий гроссмейстер мог уровнять игру. Но он прошел мимо этой возможности (вероятно, в обоюдном цейтноте), что позволило Юхтману провести одну из страшных пешек в ферзи. На этом волнующая схватка фактически закончилась. Хюбнер вскоре сдался. Юхтман одержал победу, достойную чемпиона. После партии выяснилось, что он перенес во время игры микроинфаркт.

«Это была не обычная шахматная партия, - отметил один из немецких журналистов, - а шекспировская драма на шахматной доске.


Живопись. Картины с комментариями
Представляем художественное творчество нашего автора из Мельбурна Ильи Буркуна
Она и море. Лирическая новелла
Ностальгические воспоминания автора об ушедшем времени. Дебют нашего автора в новой рубрике.
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum