Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
Статус: запущено. КНДР и угрозы мировой безопасности
Статья о реальных угрозах мировой безопасности в связи с последними действиями К...
№10
(328)
05.09.2017
Общество
Султанат
(№6 [324] 30.05.2017)

https://su.epeak.in/2017/04/17/султанат/

17 апреля 2017 

Виктор Трегубов

 

Референдум по султанизации Турции – ой, простите, по расширению конституционных полномочий президента – закончился неудачной победой сторонников нынешнего президента Реджепа Тайипа Эрдогана.

Я назвал её «неудачной» не потому, что считаю этот вариант худшим. Проблема в том, что они победили неуверенно. Очень массированная кампания, сравнимая по масштабу, накалу и некрасивости с нашими выборами 2004 года. И неубедительный разрыв в пару процентов. Если ты хочешь легитимировать собственную коронацию – а это именно то, что делает Эрдоган – то это явно недостаточный результат. У оппозиции всегда будет возможность заявить, что ты надавил, пересчитал, вбросил – и узурпировал власть. Это ещё не раз тебе аукнется.

Что, собственно, и происходит. На момент написания этой статьи в Турции проходят огромные даже по тамошним меркам протесты.

При этом референдум поляризовал страну. Эрдоган проиграл в ряде принципиально важных городов, включая обе столицы – фактическую и историческую. Зато выиграл в менее урбанизированных регионах. А ещё теперь понятно, почему он так старался агитировать среди миллионов турок, живущих в ЕС (собственно, вплоть до конфликта с самим ЕС) – диаспора дала «за» около двух третей голосов. Не удивляйтесь, это общее правило: все диаспоры консервативны даже в культурном и языковом отношениях, не говоря уже о политическом.

Как Эрдогану это удалось

Ошибкой будет считать, что это Эрдоган привёл Турцию к ретроградству и авторитаризму. Он просто вовремя возглавил процесс и занял очень удачную промежуточную нишу. В этом плане он немного похож на Иосифа Виссарионовича, ликвидировавшего и правое, и левое крыло партии в пользу личной власти. Эрдоган оседлал турецкий консерватизм – умеренно религиозный, умеренно националистичный, умеренно ретроградный; и сумел расправиться как с традиционной опорой светской Турции – армией, так и с более акцентированными мусульманами – в первую очередь движением «Хизмет» Фетхуллы Гюлена. Последний стал турецким Троцким – с той лишь разницей, что живёт в США и вероятность, что он там случайно ударится о ледоруб, невелика.

О лидерах – и их избирателях – иной раз хорошо говорит их реклама. Даже язык знать не обязательно: картинка всё скажет. Посмотрите вот этот ролик.

Строго говоря, в Турции всё к тому шло. Да, экономика государства росла и растёт, с демографией тоже всё в порядке. Однако сторонники европейского пути разочаровывались, десятилетиями стоя у дверей ЕС, а армия, хоть и оставалась мощной, но теряла влияние на политику. Шёл постепенный возврат от «европеизаторского» государственного курса, провозглашённого ещё Мустафой Кемалем Ататюрком в первой половине ХХ века, к родным духовным скрепам. Вопрос был лишь в том, какую форму примет итог – вместо султаната имени Эрдогана мог бы быть халифат имени Гюлена. И ещё не ясно, что было бы лучше – как и в случае с Троцким у руля СССР.

Что получит Эрдоган – если удержится

Фактический контроль над государством. Если раньше президент был тенью премьера и парламента, а власть оглядывалась на армию, фактически бывшую политическим институтом и сторожевым псом курса государства «по заветам отцов», то теперь об этом можно будет забыть.

Мы уже приводили краткий перечень изменений в турецкую Конституцию в материале «Эрдоган опутинел». Но напомним:

  • снятие запрета на участие в выборах лиц, не служивших в армии. Напротив, введение запрета на баллотирование лиц, имеющих к ней отношение;
  • отмена военных судов;
  • ослабление контроля парламента над Кабинетом Министров, отмена требования к министрам отчитываться перед депутатами;
  • отмена нормы о беспартийности президента;
  • введения права президента увольнять министров — фактически президент становится главой правительства;
  • введения института вице-президентов, назначаемых самим президентом.

Это краткий перечень. Есть, например, ещё и возможность президента изменять полномочия административно-территориальных единиц, и много других интересных и не до конца очевидных даже самим туркам моментов.

И да, за счёт переходных положений Эрдоган теперь имеет все шансы оставаться на посту главы государства до 2029 года (если выиграет выборы в 2019-м, в чём сомнений мало). И да, у него есть взрослый сын. Проходил на родине и в Европе в качестве фигуранта по нескольким коррупционным делам.

Фактически, это был не референдум, а выборы султана. С единственным кандидатом и вариантами ответов «да» и «нет».

Чем это нам грозит

А это грозит не нам. Это грозит всему миру.

То, что происходит в Турции, отлично вписывается в общую тенденцию отказа от того, что мы в 90-х привыкли отождествлять с цивилизованностью – европейского выбора, умеренно-либеральных ценностей, секуляризма и парламентской демократии. Эти ценности уже поставлены под сомнение в самой Европе, а в странах, которые исторически тяготели к авторитаризму, и вовсе отбрасываются.

Турция – одна из таких стран. Примечательно, что итоги референдума Эрдоган назвал «ответом на вопрос двухсотлетней давности». Кто знает историю Турции – охнет. Кемалистские реформы по приближению Турции к европейскому цивилизационному укладу были проведены не двести, а сто лет назад. Двести лет назад Турция – вернее Османская Порта – вообще была абсолютной монархией. Эрдоган, скорее всего, намекает на времена танзимата – ещё султанских попыток модернизировать Турцию. Это как если бы какого-нибудь лидера России обвинили в попытке вернуться во времена до революции 1905 года, а он в ответ сходу: «Чо там до 1905-го? Я в допетровские хочу».

И вроде как можно найти в этом позитивные стороны для Украины. Если Турция уже не идёт в ЕС, то ЕС будет попроще иметь дело с Украиной – пропадёт аргумент «а если и турки за ними…». Но это было бы хорошо лет десять тому. Сейчас двери в Европу заняты не теми, кто стоит на входе, а теми, кто топчется у выхода.

Но негативные стороны искать проще. К северу от нас – «последняя тирания Европы». С востока – извините за выражение, путинская Россия. Теперь мы получаем султанат на юге – авторитарный, всё более противопоставляющий себя Европе. Если ещё и Польша пройдёт свою дорогу национал-популизма до конца – нас ждёт очень интересное соседство буквально со всех сторон. Как в старые добрые времена.

Лучшей цивилизационной ставкой для нас всегда был европейский проект. Не потому, что в Европе по медовым рекам плывут кораблики из евро, но потому, что именно в стремлении в Европу и адаптации к её устоям мы развивали в себе те качества, которых нам очень не хватало для превращения в нормальную страну. Любой, даже имиджевый, удар по европейскому проекту – косвенный удар по нашим перспективам.

Турция развернулась и пошла назад. Это её выбор. Но тревожно будет, если назад пойдут все.

Бонус. Немного несерьёзно, но уж больно яркая аналогия.

 

Мир в фотографиях и рисунках. Август, начало сентября 2017
Подборка фотографий и рисунков из Интернета. Авторам наша благодарность. Подписи наши.
Печать НКВД. О реальности, которая страшнее мифов
Заметка из истории Спасского монастыря в Енисейске Красноярского края, который был в 30-е годы филиалом тюрьмы...
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum