Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
Ростов-на-Дону. Фотоочерк Дениса Демкова |

20 фотографий с видами города Ростова-на-Дону с сайта Дениса Демкова с е...

№04
(372)
01.04.2020
Наука и техника
Загадка феномена Валерия Ивановича Терещенко
(№7 [325] 23.06.2017)
Автор: Юрий Клочко
Юрий Клочко

Нажмите, чтобы увеличить.
 
В данной статье речь пойдет о Валерии Ивановиче Терещенко (1901–1994) и его уникальном вкладе в становление современного менеджмента. Почему "загадка феномена" — станет понятно из дальнейшего рассказа. Три года назад мне позвонили из научного учреждения, где я проработал свыше 20 лет, и, в связи с визитом в Киев историка-архивиста из США Анатолия Шмелева, поинтересовались возможностью поделиться с ним воспоминаниями о Валерии Ивановиче, с которым мы трудились бок о бок много лет. Конечно, я согласился. Во время встречи со Шмелевым выяснилось, что он является куратором архивов по вопросам России и стран СНГ Гуверовского института войны, революции и мира Стэнфордского университета в Пало-Альто. Он объяснил, что, разбирая архивные материалы, натолкнулся на сведения о деятельности В.Терещенко и, воспользовавшись случаем, хотел бы собрать дополнительные материалы о периоде жизни Терещенко в Украине. 

  Здесь стоит сделать некоторый краткий биографический экскурс. По происхождению Валерий Иванович — украинец: его отец родом из села нынешнего Недригайловского района Сумской области, мать — из казацкого рода Билоус, осевшего в свое время на Кубани. Родился Валерий в 1901 г. в Екатеринодаре — нынешнем Краснодаре. Во время Гражданской войны выпускник екатеринодарской гимназии был мобилизован в военное училище. Вместе с Добровольческой армией попал в Крым, откуда его, тяжело больного тифом, в 1920 г. вывезли за границу, на долгие годы отлучив от родной земли. Почти 10 лет он жил и учился в Чехословакии, а в 1930 г. переехал в США, где получил образование и занимался разной интеллектуальной деятельностью. В 1960-м вернулся в Украину и с 1963-го жил и работал в Киеве. Почему именно в 1960-м? Ну как же без мифических изюминок в такой такой богатой приключениями жизни! Бытует такая версия событий: во время визита Н.С. Хрущева в США в 1959 г. В.Терещенко находился в окружении Росуэлла Гарста, известного "кукурузного" фермера, с которым встречался пламенный сторонник кукурузы Никита Сергеевич. И якобы под влиянием впечатлений от визита Хрущева Валерий Иванович принял решение ехать в СССР. В итоге складываются три периода жизни Терещенко: до эмиграции (1901–1920); в эмиграции (1920–1960); и завершающий – в Украине (1960–1994). 

  Возвращаясь к обсуждению с Анатолием Шмелевым подробностей жизни В.Терещенко, следует начать с главного, интригующего вопроса, заданного Шмелевым: "Разбирая архивные материалы, связанные с жизнедеятельностью В.И.Терещенко после 1960 г., я увидел много ссылок на невероятную популярность Терещенко в Советском Союзе как лектора, исследователя и практика по вопросам управления. Между тем его деятельность в Соединенных Штатах хотя и была высокопрофессиональной и разнообразной, но не выводила его на национальный уровень как a very popular person. Как объяснить, что один и тот же человек в одной стране не хватал звезд с неба, а в другой стране стал почти «небожителем?». Застигнутый врасплох, я не нашел быстрого ответа на вопрос, поэтому пришлось провести мини-исследование, раскрывшее уникальную роль В.Терещенко в становлении управленческого дела в СССР и Украине в 60–80-е годы прошлого века. 

   Начать приходится издалека, с 1920–1930-х гг. В тот период в СССР активно и, главное, эффективно развивались многие научные области: психология, педагогика, социология, биология и генетика, управление. Осип Ерманский (1866–1941) ввел в научное обращение термин "научная организация труда". Самой известной его работой стала "Теория и практика рационализации", изданная в 1925-м и переизданная в 1933-м пять раз. Автором более 200 научных работ был Алексей Гастев — исследователь и практик научной организации труда и производства (1882–1939). Главным "произведением" его жизни стал основанный в 1920-м Институт труда при ВЦСПС, трансформированный в 1921-м в Центральный институт труда, неизменным руководителем которого он оставался вплоть до ареста и трагической смерти. Отдельное направление ввел Платон Керженцев (1881–1940), создав и возглавив в сентябре 1923 г. Лигу "Время", которая должна была бороться за правильное использование и экономию времени во всех проявлениях общественной и частной жизни. Популяризируя идеи научной организации труда, Лига сумела привлечь к активной деятельности тысячи людей. В те времена функционировало около десятка научных институтов, тысячи бюро, секций и лабораторий по научной организации труда (НОТ). Выходили в печать почти 20 журналов по вопросам управления и организации труда. В 1920-е отечественная наука управления производством наработала теоретические концепции и практические методы на уровне лучших зарубежных достижений. 

   Разгромом всего, что было связано с НОТ, ознаменовалась вторая половина 1930-х. Были закрыты отделы и бюро в центральных ведомствах, затем дошла очередь до научных институтов: Центральный институт труда превратили в ведомственный, а в 1940-м он прекратил свое существование. Аббревиатура НОТ исчезла из обращения. Были ликвидированы другие институты и научные журналы, репрессированы самые последовательные сторонники идей НОТ. В течение следующих нескольких десятилетий в стране не выходили статьи и не проводились научные исследования по вопросам научной организации труда и управления. Похожая судьба, как известно, постигла психологию, педагогику, социологию, биологию, генетику, кибернетику*. Хрупкое возрождение начинается после смерти Сталина, в конце 1950-х. Процесс разворачивался постепенно, почти как в эпоху Ренессанса, в которой исследователи выделяют несколько периодов: Предвозрождение, Раннее Возрождение, Высокое Возрождение, Позднее Возрождение. Однако наш случай имеет принципиальное отличие от Ренессанса: советские идеологи и исполнители провели полную зачистку "территории". Под первую волну ликвидации попали живые носители вражеских социализму "буржуазных знаний": часть расстреляли или сгноили в концлагерях, остальные эмигрировали или умерли, лишенные возможности приличной работы. Истреблялись и ученые, и преподаватели, и специалисты-практики. Вследствие такой ликвидации на десятки лет была прервана живая эстафета передачи знаний и опыта, благодаря которой функционируют и воспроизводятся научные школы, открываются новые направления исследований и прогрессивное развитие специалистов. Но новоявленные геростраты на этом не остановились и второй волной изъяли соответствующую литературу из научных учреждений, учебных заведений и публичных библиотек. 

    Проиллюстрирую примером из собственного опыта. Приблизительно в 1960-м я пользовался исторической библиотекой, которая на то время размещалась в подвальном помещении Киевского планетария на ул. Костельной, 17, где ныне восстановлен Костел Святого Александра. Искал я литературу по социологии, которой было мало. Вдруг наталкиваюсь на ротапринтное издание "Конспект лекций по социологии" авторства неизвестного мне в то время Юрия Левады (кстати, родившегося в Украине), — это теперь мы знаем о московском "Левада-Центре". Поскольку в те времена ксероксов не было, то я начал делать выписки из конспекта, наведываясь в библиотеку раз или дважды в неделю. И вдруг во время очередного визита на мой запрос на получение конспекта я получил отказ от библиотечного работника. Ответ сбил меня с толку: "В наших фондах такого материала нет". Я продемонстрировал свои заметки и поисковый библиографический шифр, по которому накануне заказывал "Конспект лекций по социологии", но ответ оставался неизменным: "Ничего не знаю". Поскольку я был наивным юношей, еще не осведомленным в затеях спецорганов, то пошел в каталог проверить библиографическую карточку, которой не оказалось, словно никогда и не было. Так вычищались библиотеки прицельным огнем ЦК и НКВД-КГБ! Но идем дальше. Если по каким-то причинам у сообщества нет собственных творцов, то естественным становится привлечение наработок из других стран, ведь, как известно, наука — общечеловеческое достижение. Но и этот путь для нас был закрыт, поскольку — "железный занавес"! Железный занавес, в частности, преграждал три потока: людей, книг, журналов. Ученые из-за границы к нам не приезжали, потому что их не приглашали, а если бы и пригласили, то не проводились признанные международным научным сообществом конференции, симпозиумы и т.п. 

   Трудно представить, чтобы генетики мира приехали на конференцию к народному академику Трофиму Лысенко, который 25 лет возглавлял Институт генетики Академии наук СССР, заняв должность после ареста Н.Вавилова, но публично не признавал наличия генов вплоть до 1965 г.! Обратного потока ученых из СССР к загранице тоже не было, поскольку закончилось золотое довоенное время научных обменов и стажировок. Научные издания, а именно монографии, сборники научных работ, журналы, материалы конференций, не попадали в Союз с конца 30-х и по 60-е. Их не было ни в свободном доступе в книжных магазинах, ни в библиотеках, ни по подписке через почту. Чтобы как-то заполнить интеллектуальный вакуум, власть применяла иезуитский прием под названием "Критика буржуазной теории ...", а дальше подставляй подряд: социологии, кибернетики, менеджмента и т.п. Как это делалось? Штатным приспешникам (ученым и преподавателям) поручалось выполнить понятную задачу — препарировать оригинальные научные работы таким образом, чтобы их не узнала родная мама. Результатом препарации стала цитата или фрагмент из оригинала, после которой на многих страницах подавалось "правоверное" толкование для непосвященных с главным месседжем: "Кибернетика... etc. — продажная девка империализма!". 

   Теперь представьте себе, что вдруг в стерильно обработанной зоне совдепии появляется — voіla — инопланетянин в лице Валерия Терещенко. Но инопланетянин не совсем неродной, а вроде бы свой, поскольку владеет языком и ориентируется на местности. Соотечественники старшего возраста помнят, какой ажиотаж вызвали первые выставки США в Советском Союзе: самую первую из них, в Сокольникиах в 1959-м, за первый день работы посетило 75 тыс. чел., а в целом за шесть недель — почти 3 млн. Понятно, что человек после 30 лет жизнедеятельности в США априори вызвал повышенный интерес. Наконец мы приближаемся к ответу на вопрос А. Шмелева о причинах невероятной популярности Терещенко на всем пространстве Советского Союза. Опираясь на свои научно-практические знания в области управления, Валерий Иванович выполнил уникальную миссию живого проповедника идей современного менеджмента**. Его выступления-лекции перед большими аудиториями министерств, научных институтов, конструкторских бюро, университетов, предприятий собирали неизменные аншлаги. Биографическая справка фиксирует около двух тысяч (!) выступлений за 30 лет, притом пришлись они на годы жизни от 60 до 90! 

После первых успешных выступлений молва распространилась по всему Советскому Союзу, запросы поступали из разных городов и учреждений, потому пришлось Валерию Ивановичу охватить "гастролями" союзное пространство от севера до юга и с запада до востока. В архивных материалах, которые содержатся в Научной библиотеке Национального университета "Киево-Могилянская академия", хранится на магнитной ленте запись выступления Терещенко на радио г. Мурманска в 1975 г. на темы: "Каким должен быть руководитель", "Пять управленческих почему", "Распределение полномочий". Квалифицированных и популярных лекторов было много, так чем же отличался от них Терещенко? Главное его отличие заключалось в политически-идеологической незаангажированности. Пропагандисты тех времен, даже высокообразованные специалисты, были воспитанниками КПСС и правоверными трансляторами единственно правильных установок… Относительно Терещенко люди знали, что он приехал "оттуда" и не впитал с молоком матери идей марксизма-ленинизма, поэтому воспринимали его месседжи с искренним доверием. Феномен тотального спроса на Терещенко объясняется известной формулой: "Соответственный человек в соответствующее время". 

   Далее переходим к справедливому вопросу об эффективности выступлений-лекций Терещенко: возможно, люди шли на него из прозаичной заинтересованности увидеть и услышать "заокеанского говоруна"? Попробуем выяснить истину. Представим себе, что кто-то поставил целью осуществить ликбез и привлечь массу людей на огромных пространствах Советского Союза к овладению навыками менеджмента. С этой целью можно было бы загрузить тысячи вагонов соответствующей литературой и доставить ее во все уголки страны. Такая постановка вопроса затрагивает фундаментальную связь категорий "знание" и "желание". Если у человека не возникло желания познать или овладеть определенной тематикой, то зерна знаний будут попадать на неблагоприятный грунт. Желание или же мотивация по своему действию похожи на гумус, определяющий плодородие земли. Таким образом, донесение книг к людям решает задачу доступа к знаниям, но автоматически не порождает стремления к усвоению знаний. Вспомним, как происходило насаждение христианской религии на новых землях: миссионеры шли впереди Библии, чтобы сначала провоцировать заинтересованность, а уже со временем сеять знания. 

   Силу слова прекрасно понимали наши светочи, так послушаем же Кобзаря:

Ну що б, здавалося, слова...
Слова та голос — більш нічого.
А серце б'ється — ожива,
Як їх почує!.. Знать, од бога
І голос той, і ті слова
Ідуть меж люди! .....
 

   Так среди людей доносил зажигательное слово Валерий Иванович Терещенко, и именно в этом оказалась его уникальная миссия в пробуждении интереса к менеджменту. Без преувеличения, он реализовывал театр одного актера, а в таких театрах внешние данные играют незаурядную роль. Валерий Иванович был высокого роста и имел прямую, как у кадрового офицера, осанку. Колоритный рельеф лица, короткая прическа "под ежика" и другие признаки выдавали в нем человека из заморских краев. Носил неизменную униформу для выступлений: черный костюм, белая рубашка, чёрная бабочка, черные штиблеты. Во время публичных выступлений не был слишком эмоциональным, мимика и жестикуляция сдержанные, — убедительность обеспечивалась силой интеллекта, логичностью подачи материала, выразительной артикуляцией. Во время личного общения Валерий Иванович был внимательным к собеседнику, независимо от уровня его компетентности и должности, запоминался неизменной уравновешенностью и высокой интеллигентностью.

   Арсенал средств, применяемых Терещенко в деле развития менеджмента, можно образно сравнить с методикой изучения иностранных языков всемирно известной переводчицы и полиглота из Венгрии Като Ломб, которая, кстати, прожила 94 года. Она овладела 16 языками и изучала их самостоятельно, не пользуясь услугами курсов или преподавателей. Ее кредо было: "Если вам надо завладеть крепостью, лучше наступать со всех сторон: пробивать ограды, лезть на стены, делать подкопы etc.". Относительно изучения языка это означает работу со словарем, выполнение грамматических упражнений, чтение, слушание, письменные переводы, общение с носителями языка. В этом контексте Валерия Ивановича можно считать человеком-оркестром: преподавал в университетах, готовя будущих управленцев; популяризировал менеджмент среди слушателей общества "Знание"; выполнял научные исследования; готовил кандидатов и докторов наук; писал книги. 

   Устное слово отошло в прошлое, а печатные труды остаются для потомков. Печатное наследие Терещенко насчитывает свыше 170 работ, многие из которых вышли в свет в США, Германии, Канаде, Швейцарии, Индии, Аргентине и других странах. 

  Труды, написанные Терещенко после возвращения на родину, можно распределить на несколько категорий. Первую, наиболее многочисленную категорию, составляют научно-популярные и популярные издания, среди которых:

- Организация и управление: опыт США (издана в Киеве и Москве в 1965 г.);

- Наука управлять или Беседы экономиста (издана в Киеве и Москве в 1989 г.);

- Беседы об управлении - В соавторстве с В. М. Глушковым и Г. М. Добровым (издана в Киеве и Москве в 1974 г.);

- Всё о кооперации. - Киев, 1991;

   Популяризация науки управления происходила даже на страницах газет, в частности, “Вечерний Киев” в 1989 году разместил несколько публикаций Терещенко.

   Вторую категорию составляют книги преимущественно научного направления:

- Экономика и организация производства бройлеров в США. - Киев, 1965;

- Проблема выбора: политика научных приоритетов на Западе. - Киев, 1990);

   Существует и книга воспоминаний-размышлений: Америка, в которой я жил. - Киев, 1963

   Отдельно уникальностью и полезностью для своего времени отличается “Курс для высшего управленческого персонала” (Москва, 1970 г., 807 с.). В оригинале это было американское издание в шести увесистых томах “Executive Leadership Course”, над которым Валерий Иванович тщательно поработал, исключив, по принципу скульптур Микеланджело, лишнее. Осталась квинтэссенция, которая была переведена на русский и издана в виде большого фолианта. В отличие от популярных изданий эта книга стала самым настоящим профессиональным пособием для менеджеров.

   Давайте предоставим слово самому Валерию Ивановичу, который в предисловии к украинскому изданию “Организация и управление: Опыт США” рассказывает об эффекте этой работы. 
Нажмите, чтобы увеличить.

“История этой брошюры, которая впервые издается на украинском языке, несколько необычна. Впервые она вышла в Москве, в издательстве “Экономика”, в 1965 году. Добиться ее издания было трудно. Я повсюду натыкался на твердолобо-бюрократическое: “Кому это нужно? Кто ее будет читать?” И когда в конце концов небольшим тиражом брошюра вышла – весь выпуск был распродан в Москве за три дня. Большая часть тиража поступила в правительственные органы. Из директивных инстанций получено указание: немедленно переиздать расширенным тиражом. И уже за две-три недели за брошюру стоимостью 12 копеек на черном рынке давали 4 рубля. После этого был отпечатан третий, уже действительно большой тираж, но через три месяца брошюра стала библиографической редкостью, и библиотекари отказывались выдавать ее домой. На меня обрушился поток писем со всех концов Советского Союза. Писали научные работники, инженеры, управленческий аппарат и простые рабочие, колхозники, военные, сравнивая выход этой брошюры с эффектом разорвавшейся бомбы”.

   До последних дней жизни Валерий Иванович не терял трудоспособность и ясный ум, за что надо отдать должное его жене-берегине Кларе Иосифовне, которая повсюду сопровождала его, обеспечивая комфортный режим жизнедеятельности. С женой Валерий Иванович путешествовал по многим странам, с удовольствием посещал концерты классической музыки, потому что учился в консерватории и играл на фортепиано. 

   В заключение стоит заметить, что много известных украинцев в разные годы эмигрировали в США. Среди них, например, такие светочи, как:

- Александр Архипенко (1887-1964; родился в Киеве) – художник, скульптор, изобретатель и экспериментатор (сконструировал, в частности, особый механизм – архипентуру). Эмигрировал в 1912;

- Игорь Сикорский (1889-1972; родился в Киеве) – всемирно признанный «отец» вертолетов. Эмигрировал в 1918;

- Степан Тимошенко (1878-1972; уроженец нынешней Черниговской области) – основатель теории сопротивления материалов. Основоположник школы прикладной механики в США. Эмигрировал в 1920;

- Георгий (Джордж) Кистяковский (1900-1982; родился в Киеве) – физик и химик, участник процесса производства ядерного оружия. Эмигрировал в 1920;

- Феодосий Добржанский (1900-1975; уроженец г. Немиров) – биолог-генетик, зоолог, энтомолог, эволюционист, основатель американской популяционной генетики. Эмигрировал в 1927;

- Георгий Гамов (1904-1964; родился в Одессе) – пионер в области квантовой теории и космологии, получил мировое признание за разработку теории Большого Взрыва (происхождение Вселенной).Эмигрировал в 1934;

- Юрий Шевелев (1908-2002; уроженец Харькова) – лингвист, литературовед, общественный деятель. Эмигрировал в 1944.

Они творили в США и, в конце концов, внесли весомые вклады в мировую науку и культуру. Немногим изгнанникам суждено было вернуться на родину, поэтому заслуживают уважения и памяти титанические усилия Валерия Терещенко по развитию на родной земле такой сверхважной отрасли деятельности как организация и управление.

Примечания

* Что говорить о «буржуазных лженауках», если в СССР с 1931 года были запрещены продажа и ввоз Библии. Эта книга приравнивалась к антисоветской литературе, поскольку противоречила идеям марксизма-ленинизма.

** Перескакивая во времени от момента возвращения Терещенко в 1960 году к 1989 году, можно провести параллель с таким знаменательным событием в жизни современной Украины как основание нашим славным земляком Богданом Гаврилишиным первой на просторах Союза современной бизнес-школы “Международный институт менеджмента, МИМ-Киев”.

______________________

© Клочко Юрий Александрович

 

Примечание. Сокращенный вариант статьи был опубликован в киевской газете «Зеркало недели» https://gazeta.zn.ua/personalities/zagadka-fenomena-drugogo-tereschenko-244841_.html


В.М. Молотов на строительстве Куйбышевской ГЭС
Заметка о посещении Министром иностранных дел В.М.Молотовым строительства Куйбышевской ГЭС в августе 1955 года...
Далекий путь к сердцам друзей. Памяти Наума Коржавина
Портретная зарисовка - воспоминание о поэте Науме Коржавине.
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum