Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
Статус: запущено. КНДР и угрозы мировой безопасности
Статья о реальных угрозах мировой безопасности в связи с последними действиями К...
№10
(328)
05.09.2017
Культура
Этносы на страницах романа-эпопеи «Тихий Дон»
(№8 [326] 15.07.2017)
Автор: Алексей Кочетов
Алексей Кочетов

  Эту тему практически не затрагивают литературоведческие исследования. Можно предположить, что одной из причин такого положения дел являются разночтения в определении принадлежности некоторых групп российского населения к тем или иным этносам, субэтносам, этно-социальным общностям, явлениям и т.д. Но эти споры продолжаются долгие годы и могут продолжаться ещё, так что лучше оставить их специалистам в надежде на их строго научный, объективный подход. Настоящей публикацией хотелось бы просто заявить эту тему и обозначить некоторые, в большей степени статистические, ориентиры. 

  Надо сразу отметить, что пока не учитываются, а поэтому не входят в перечень анализируемых персонажей лица, указанные в контекстах с использованием имён и фамилий, хотя каждый их владелец, конечно, имеет свою национальность (например, подполковник Георгидзе). Но, думается, общей статистической картины это не испортит, так как воображаемые «графические кривые» здесь будут идти параллельно, и в процентном соотношении погрешность если и появится, то незначительная.

  Все подсчёты и цифровые сравнения действующих этносов в романе –  авторские.

  Мы знаем, что роман-эпопея М.А. Шолохова отображает 10 лет временно?го пространства начала ХХ века, что в романе действуют более 800 персонажей, что географически он охватывает события на Дону, в двух российских столицах, на европейском театре военных действий Первой мировой… Однако есть ещё один вовсе не праздный вопрос: люди каких национальностей, этносов, субэтносов  и этно-социальных групп «задействованы» в происходящем на страницах великой книги?

   Казачий эпос, естественно, посвящён преимущественно донским казакам, но не надо забывать, что полки их были разбросаны по огромной территории, как в мирное, так и в военное время, в годы революции и Гражданской войны, и донцы вольно или невольно  взаимодействовали с другими народами дома и в иных землях.  Поэтому ввод в повествование представителей мирно соседствующих или же противоборствующих народов для создания такого масштабного полотна был практически неизбежен. 

   В романе в той или иной степени глубоко прорисовываются, а иногда просто упоминаются персонажи более чем тридцати национальностей, проживающие не только на донской земле, а иногда за сотни, а то и за тысячи километров от Дона. И каждому нашлось в общей картине своё, историческими обстоятельствами определённое место.

  Теперь посмотрим, сколько упоминаний «отдаёт» автор по ходу своего повествования той или иной национальности (этносу, субэтносу) и всё ли здесь так предсказуемо и однозначно. 

  Без сомнения, львиная доля упоминаний отводится казакам (преимущественно казакам донским), как базовой среде и главной действующей силе произведения. Таких прямых или косвенных упоминаний казаков в романе 2 342. Это значительно, в разы больше, чем количество упоминаний всех остальных наций и этносов вместе взятых. Ничего противоестественного в этом нет, и событийная логика развития сюжетной линии к этому располагает.

  Любопытно посмотреть, кто же, помимо казаков, входит  в «лидирующую группу» самых упоминаемых народов и этносов. Назовём их. 

  Во всех четырёх книгах романа немцы (т.е. конкретно учитываются слова «немец», «немцы» и производные от них) упоминаются 109, а +пруссаки – 112 раз, русские – 76 раз, украинцы – 41, калмыки – 40, «хохлы» – 27, евреи – 21, поляки – 20.  

  Менее 20-ти, но более 10-ти раз упоминаются: венгры (+ мадьяры) – 19, цыгане – 18, черкесы – 15, австрийцы – 14, китайцы – 11 раз.

  Упоминаются менее 10-ти, но более 5-ти раз: латыши – 9, чехословаки – 9, ингуши – 8, французы – 8, румыны – 7, турки – 6.

  Пять и менее упоминаний в романе имеют: греки – 5, татары – 5, чеченцы – 4, армяне – 3, осетины – 3, белорусы – 2, японцы – 2. 

  Упоминаются единожды в одной из четырёх книг эпоса: болгары, дагестанцы, кабардинцы, киргизы, сербы, эстонцы.

  В этом списке представлены 16 народов и этносов, на тот момент проживающих на территориях, входящих в состав Российской империи, и столько же на территориях, располагавшихся за её пределами. Видна целая палитра национальностей, проявивших себя в описываемых событиях.

  Некоторые этносы удостоились даже определённой характеристики со стороны автора или в прямой речи персонажей романа, другие – просто названы. Для примера указанных характеристик можно привести слова из текста произведения, касающиеся коренных жителей Дона или иногородних: 

   – Но казаки будут держаться… Всё же это – маленькая обособленная нация, по традиции воинственная… (Кн.2, ч.4, гл. II).

   – К казакам всяка вещь прилипает. (Кн.1, ч.3, гл. V).

  – Командир 2-го батальона – упрямый латыш – не слушал доводов ротного… (Кн.3, ч.6, гл. XLVIII).

  – Хохлы, они огромадно сердитые… (Кн.1, ч.2, гл. V).

  – Болгары-огородники… (Кн.1, ч.3, гл. I) и т.д.

   Характеристики эти известны, их не стоит продолжать, они ясны, просты, порой даже бесхитростны и хорошо запоминаются. Видно, что они не выдуманы, а взяты автором из самой жизни.

  Зачастую изображая Шолохова неким «вёшенским затворником», «зацикленным» на «казачьем мире», посторонние исследователи не учитывают, какого масштаба полотно романа-эпопеи было развёрнуто автором. И это при том, что хутор Татарский остаётся центром повествования, что сюда устремляются помыслы и чаяния главных героев романа, а наиболее характерные этносы произведения обитают именно здесь.

   Как видится сравнительно небольшой,  затерянный в степях хуторок и его жители глазами самых разных этносов, – это тоже по-своему важно. События, непонятные, драматично непоправимые – реальны как полноправная часть настоящей истории. Будут ли поняты их причины и следствия, будут ли учтены устремления действующих лиц – от этого зависит жизнь сотен персонажей, в том числе не выдуманных автором. Вот  он, подлинный реализм.

  Упоминаемые в романе более тридцати национальностей, взаимодействуя или противоборствуя, испытывая характеры своих героев, ищут ту самую жизненную правду, «под крылом которой мог бы посогреться каждый». Не находят – наступает настоящая трагедия, как романе-эпопее, вызвавшем такой непреходящий интерес в России и в мире.

___________________

© Кочетов Алексей Михайлович 

 


Печать НКВД. О реальности, которая страшнее мифов
Заметка из истории Спасского монастыря в Енисейске Красноярского края, который был в 30-е годы филиалом тюрьмы...
Мир в фотографиях и рисунках. Август, начало сентября 2017
Подборка фотографий и рисунков из Интернета. Авторам наша благодарность. Подписи наши.
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum