Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
Чего хочет Россия? Размышления о внутренней и внешней политике последних ле...
Статья о стратегических направлениях внешней и внутренней политики современной Р...
№05
(338)
12.05.2018
История
1993. Статья генерала Волкогонова
(№14 [332] 01.12.2017)
Автор: Олег Мороз
Олег Мороз

24 ГОДА НАЗАД, 23 НОЯБРЯ 1993 ГОДА, В "ИЗВЕСТИЯХ" БЫЛА ОПУБЛИКОВАНА "УБОЙНАЯ" СТАТЬЯ ГЕНЕРАЛА ДМИТРИЯ ВОЛКОГОНОВА "НАС ПЫТАЮТСЯ СОБЛАЗНИТЬ НОВЫМИ ХИМЕРАМИ И МИФАМИ"

Коммунисты всегда лгут

  Приближаются выборы, первые выборы во вновь создаваемую Госдуму (они должны пройти 12 декабря, одновременно с референдумом по конституции). На 4-й полосе «Известий» за 23 ноября «убойная» статья известного историка Дмитрия Волкогонова «Нас пытаются соблазнить новыми химерами и мифами». «Убойная» — в отношении коммунистов, хотя и демократов, и «центристов» автор по головке не гладит. Но сначала о «коммунистической» части публикации. Ее можно взять, разрезать ножницами на куски и, не уставая, цитировать при каждом подходящем случае.

  «Когда я слушаю на предвыборных телевизионных «тусовках» нынешнего лидера коммунистов, — пишет автор, — меня поражает, что они ничему не научились. Вновь идет искушение миллионов людей Ложью. Те же слова: социальная справедливость, ненасилие, духовность, недопущение буржуазной диктатуры, возрождение СССР… Можно продолжать этот привычный набор фраз, которым, не будем скрывать, до сих пор верит немало людей, в сознании которых крепко засели большевистские стереотипы».
Что ж, примерно такой же набор фраз мы и сегодня, спустя двадцать лет, слышим от Зюганова и Ко. Разве что о возрождении СССР теперь помалкивают: как ни старайся, не возродить его. Тем не менее, о гибели тоталитарной коммунистической империи, как и прежде, стенают.

  Еще одно предвыборное требование коммунистов — прекращение разоружения. Волкогонов напоминает: «К концу 1991 года на территории бывшего СССР оказалось более 63 тысяч танков. Это почти столько, сколько во всем остальном мире. Мы добились изобилия только в двух вещах: ракетах и собраниях сочинений Ленина… Неужели это ни о чем не говорит коммунистам?»

  Сейчас снова начинают усиленно «клепать» ракеты и танки, начисто позабыв, что даже СССР, с несравненно более мощным ВПК, не выдержал соревнования в гонке вооружений с западными «потенциальными противниками» (сами же этих «противников» для себя создавали и создаем!), вынужден был поднять кверху лапки. Застрельщиком в этой возобновляемой гонке выступает выдающийся национал-патриот, достигший карьерной высоты вице-премьера, г-н Рогозин. Вот верится ему, что, если поднатужиться, снова как следует раскрутить эту спираль, можно показать кузькину мать всем «супостатам»!

Кто у нас пролетарий?

Идем дальше по списку программных коммунистических пунктов, упоминаемых Волкогоновым:

«Социальная справедливость». Почему же лидер коммунистов не скажет, что коммунисты превратили ее в уравниловку на фоне целой империи цековских, обкомовских санаториев, домов отдыха, пансионатов, больниц, спецраспределителей и множества других благ из «светлого будущего»? Это что же, для социальной справедливости мы за последние четверть века закупили хлеб на Западе почти на 10 тысяч тонн золота? А куда делись 80 млрд нефтедолларов? Не ждите ответа. Его не будет».
Сейчас нефтедолларов разворовывают и профукивают гораздо больше, чем при коммунистах. Но зачинателями этой «социальной справедливости» были, конечно, «верные ленинцы».

Читаем дальше известинскую статью:

  «Ненасилие». Неужели руководители коммунистов думают, что люди забыли, что именно они за четверть века при Сталине репрессировали 21,5 млн. своих соотечественников. Да и после Политбюро создало два зловещих бюро: номер 1 (по зарубежному терроризму) и номер 2 (по внутрисоюзному терроризму). Миллионы сосланных народов… Неужели это все уже забыто и осталось за «кадром»? Лидер блока никогда не вспоминает об этом…»
Ну почему же не вспоминает? Вспоминает. Иногда. Но — оправдывает: во-первых, цифры «преувеличены», а во-вторых, обстоятельства были таковы, что требовалась жесткость по отношению к «классовым врагам». А сейчас сталинское людоедство («ненасилие») вообще называется «модернизацией», «сталинским социализмом» и т. д.

  Волкогонов: «Духовность». Суть ее та же — Ложь и Насилие. Насилие и Ложь… О какой «духовности» может идти речь, когда большевики уничтожили в России почти семьдесят тысяч храмов? Неужели это все забыто?» Не только храмов. А сколько было убито (расстреляно, повешено, распято на церковных воротах, утоплено) священников, других служителей церкви, просто верующих людей. А теперь они крестят лоб, долдонят о том, что идея социализма идет, дескать, от Христа.

   «Недопущение буржуазной диктатуры». Лидер коммунистов как будто и не знает, что на протяжении десятилетий в СССР существовала «диктатура пролетариата», особая изощренная форма социального расизма. Хотя если говорить точнее, — была диктатура партии и диктатура вождей: ограниченных, одномерных, плоских, как сама пресловутая диктатура… Никто сегодня не скажет, сколь велики жертвы этой диктатуры. В ГУЛАГе постоянно находилось не менее 4 миллионов человек. И после этого рассуждать о диктатуре…»
  Да, словечки «пролетарий», «пролетариат», «диктатура пролетариата», «пролетарии всех стран, соединяйтесь» всегда удивляли. Всегда хотелось спросить: где он, этот пролетарий, который по-диктаторски правит страной? Сталин, что ли, пролетарий? Или Хрущев? Или Брежнев? Ну, можно назвать пролетарием дядю Васю, который стоит у станка и что-то там точит или сверлит (хотя это слово — «пролетарий» — давно вышло из обихода, да, по-моему, и вообще никогда нигде, кроме как в теоретических трудах марксистов и учебниках по марксизму, не употреблялось). Так ведь ему, этому дяде Васи, до роли диктатора — как до неба!

Как закладывалась «мина страшной силы»

  «Восстановление СССР», который, конечно-де, развалили демократы». Зюганов… не может не знать, что главные разрушители Союза — большевики, которые еще в 1920 году стали ликвидировать наиболее прогрессивную форму государственного устройства — губернии и создавать вместо них национальные образования. Ленин не раз лично «прирезал» от РСФСР десятки уездов к той или иной вновь создающейся республике… Закладывалась мина страшной силы».
«Продолжать можно до бесконечности, — пишет автор. — Левые силы действуют так, как будто они не причастны ни к одному преступлению коммунистов».

  Волкогонов предугадывает, что критику в адрес коммунистов могут обернуть и против него самого: он ведь сам почти всю свою «сознательную жизнь» состоял в КПСС, да не просто состоял, был политработником, ряд лет — замом начальника Главного политического управления Советской армии и Военно-морского флота (главного охранителя марксистско-ленинских идей в армейских структурах), дослужился до генерал-полковника. В это его «марксистское» прошлое Волкогонова, естественно, не раз тыкали носом.

  «Чтобы отмести очередные личные упреки, — пишет генерал, — сразу же скажу: я долго, очень долго был членом этой партии. Но, может быть, это был единственный мой достойный поступок — открыто порвать с организацией, которая принесла все главные беды России в ХХ веке. Я прямо об этом заявил на последнем партийном съезде, сказав, что КПСС обречена и умрет, после чего меня согнали с трибуны; заявил об этом на совещании руководящего состава Министерства обороны; отстаивал свою точку зрения на ущербность партии и на заседании Главной редакционной комиссии, обсуждавшей подготовленный первый том о минувшей войне под моим руководством. Кончилось тем, что маршалы и секретари ЦК меня еще раз сняли прямо на заседании. Об этом говорю лишь для того, чтобы подчеркнуть: отказ от старых убеждений я никогда не камуфлировал. Это был в высшей степени сознательный шаг».
   Как полагает Волкогонов, у коммунистов есть единственный шанс на спасение: встать на платформу социал-демократии. Других шансов у них нет. Эта мысль с тех пор повторялась разными людьми в разных вариантах тысячу раз, однако на этом пути стоит фанатичная упёртость коммунистической верхушки во главе с Зюгановым. Нежелание «вечно вчерашних» трансформироваться может, по словам Волкогонова, привести к тяжелым результатам: коммунисты «на своих плечах могут внести во властные апартаменты национал-патриотов, полуфашистов, других подобных людей».

  Такая опасность и сегодня отчетливо просматривается. Хотя вряд ли среди ее катализаторов КПРФ тут на каких-то первых ролях. Сейчас эта партия ведет себя достаточно смирно, если не считать грозных «протестных» заявлений, время от времени доносящихся из ее руководящих кабинетов. Например, недавнее требование об отставке правительства. Никто к этим заявлениям серьезно не относится.

«Россия, ты одурела!»

В своей статье Дмитрий Волкогонов критикует не только коммунистов, но и демократов. Разумеется, это критика совсем другого рода. Демократам достается — за раскол и разброд в их рядах:

  «Опять напомнила о себе старая беда российских либералов: пока они в оппозиции — они дружны, как только возникает шанс взятия и закрепления реальной власти, начинается личный «дележ»…»
«Особую горечь» вызывает у автора поведение Явлинского: «Григорий Алексеевич долго был моим экономическим кумиром, и вдруг — такая непонятная метаморфоза; видимо, запах власти пьянит». «Непонятная метаморфоза» — это дрейф Явлинского из демократического лагеря в сторону так называемых «центристов» (в чем заключается «центризм» этих «центристов», никто толком не знает). Что ж, репутация Явлинского как главного раскольника в демократическом лагере с тех пор лишь укрепилась.

  Автор проводит аналогию между сложившейся политической ситуацией и той, какая была между Февральской революцией и Октябрьским переворотом:

  «Если в семнадцатом году главным вопросом, по которому Керенский пытался бороться с большевиками, был вопрос о войне и мире, то теперь в эпицентр противоборства выходят реформы».
От Волкогонова достается не только раскольникам непосредственно в лагере политиков-демократов, но и российской интеллигенции, которая вместо того, чтобы поддержать реформы и главную ее политическую силу — избирательный блок «Выбор России», — предается стонам и плачу:

  «Выбор России — единственный блок, у которого есть серьезная экономическая и социальная программа. Но база, после раскола демократических сил, довольно узка. Даже кое-кто из активной части интеллигенции больше занят сегодня моральным стенаниями, пребывая в интеллектуальном смятении, нежели пытается усилить позиции блока».
Пророчески-призывно звучат слова Волкогонова:

  «Демократия переживает свою очередную драму. Она не должна перерасти в трагедию. Каждый век имеет свое средневековье. Мы свое пережили, и возвращаться туда было бы самоубийством… У демократического крыла есть шанс: нужно переступить гордыню, объединиться и добиться парламентского большинства».

  Увы, объединиться демократам так и не удалось. Хотя «Выбор России» в результате выборов сумел сформировать в Госдуме наибольшую по численности фракцию, в целом в нижней палате парламента образовалось коммуно-патриотическое большинство. По партийным спискам на первое место вышла партия Жириновского. В историю вошла фраза писателя Юрия Карякина, брошенная им по этому поводу прямо в зрачок телекамеры: «Россия, ты одурела!»

___________________

© Мороз Олег Павлович

 

Энергия заблуждения
Авторское отступление из эссе "Не боясь своего голоса", посвящённого тайнописи Андрея Тарковского
Золотодобытчики. Репортаж из поселка под Читой
Как пытаются выжить жители поселка под Читой, незаконно добывая золото в заброшенных шахтах. Репортаж Даниила ...
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum