Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
С Днем Матери
Поздравление читателей с Днем Матери в России
№14
(367)
25.11.2019
Культура
Косвенные экспрессивные речевые акты с формальной моделью риторического вопроса в речи персонажей М.А. Шолохова
(№14 [367] 25.11.2019)
Автор: Людмила Кочетова
Людмила Кочетова

Внимание к косвенным речевым актам всё заметнее в лингвистике последних десятилетий. Лингвистика к концу ХХ века добилась значительных результатов в формальном и функциональном описании языковой системы на разных ее уровнях. Сопоставление языка, рассматриваемого как модель реальности, с речевым функционированием этой модели выявляет бесконечное разнообразие способов косвенного выражения смысла. В данной статье мы попытаемся рассмотреть риторические вопросы (РВ), используемые героями произведений М.А. Шолохова, которые транспонируются в косвенные экспрессивные речевые акты. 

Сложность разграничения прямых и косвенных конструкций таких вопросов связана с тем, что подтипы самих РВ сильно различаются в плане внутреннего взаимодействия на уровне их содержании семантических и функциональных факторов. Единственным семантическим признаком, общим для обоих речевых актов, обладающих структурой РВ, является отсутствие запроса информации. Однако основную в каждом случае коммуникативную функцию сообщения они выполняют по-разному. Экспрессивная энергия косвенного речевого акта со структурой РВ возникает как результат противоречия между синтаксической формой и коммуникативным содержанием, заключающимся в передаче своеобразного сигнала о некой информации или оценке уже высказанного суждения. Основная его диалогическая функция состоит в создании эффекта присутствия адресата, то есть в имитации диалога между собеседниками.

В качестве РВ герои произведений М.А. Шолохова употребляют такие вопросы, которые являются реакцией на предшествующие звенья дискурсивной цепочки, с одной стороны; с другой стороны, они, как любые вопросы, предполагают продолжение этой цепочки – ответ на вопрос. Поэтому косвенные экспрессивные акты с формальной моделью РВ немыслимы вне диалогического дискурса. Ср.:

– Ты, что же… значит, недоволен?

– Залезь-ка, помеси, а тогда узнаешь. Какой же дурак будет доволен? Папашку твоего сюда бы заправить, живот-то стрясло бы! (I, 103)

Косвенные экспрессивные акты со структурой РВ реализуются в диалогическом общении в виде определенных оценочных суждений. При этом они содержат как собственно выражение субъективной оценки, так и некоторые качественные характеристики оцениваемого объекта.

Субъективное начало является первичным в данных речевых актах.  Именно личностный аспект, личностная интерпретация «субъективное – объективное» формирует базис для исследования оценки, заложенной в анализируемых РВ. Однако, необходимо отметить, что на уровне косвенных экспрессивных актов субъективный фактор не существует в отрыве от фактора объективного. Субъективный компонент косвенного экспрессивного акта предполагает отрицательное отношение говорящего к объекту оценки, в то время как объективный компонент ориентируется на индивидуальные свойства предметов или явлений, на основе которых формируется оценка. Субъект, оценивания собеседника, опирается, с одной стороны, на стереотипные представления об объекте и шкалу оценок, на которой расположены присущие объекту признаки. В то же время в оценочном объекте сочетаются субъективные и объективные признаки. 

На наш взгляд, выделяются следующие прагматические задачи, для решения которых в диалогической речи используются косвенные экспрессивные акты со структурой РВ:  установление обратной связи с собеседником; более полное усвоение фактической информации благодаря ее расчлененной подаче; реализация оценочной функции; моделирование дополнительной семы – выделительной, усилительной, создающей в сочетании с эмотивной палитру эмоциональных оттенков. Таким образом, косвенные экспрессивные акты со структурой РВ реализуют в речи героев Михаила Александровича  субъективно-модальной значение. 

В понимании синтаксической природы субъективной модальности отметим, что она характеризуется указанием говорящего на отношение к действительности и связана с оценочным фактором высказывания. Субъективно-модальной значение может быть выражено формально-грамматическими, лексическими, фразеологическими, синтаксическими, композиционными, стилистическими средствами. Модальность оказывается категорией, присущей языку в действии и, вследствие этого, является самой сущностью коммуникативного процесса. Таким образом, субъективная оценка – это не отдельный фрагмент косвенного экспрессивного акта, а сущность самого высказывания.

Как показали наши наблюдения, в составе косвенных экспрессивных риторических конструкций, употребляемых героями шолоховских произведений, можно выделить несколько типов:

1. Собственно-риторические вопросительные предложения, которые посредством «обратной констатации» выражают суждение-ответ. При этом положительные конструкции содержат скрытое имплицитное отрицание, отрицательные – утверждение. 

– А в энтом амбаре что?

– Хлам, стало быть, разный… Нетути зерна!

– А ну, пойдем!

Ухватил старика за шиворот и коленом пихнул к амбару кособокому, в землю вросшему. Двери распахнул. В закромах просо и чернобылый ячмень.

– Это тебе что, не зерно, старая сволочуга?

– Зерно, кормилец… Отмол это… Год я его по зернушку собирал, а ты коням потравить норовишь… (VII, 239)

Цель использования вопросов данного типа – пробудить адресата к самостоятельному поиску решения сообщения (ответа), заинтересовать его, подсказав тут же единственно правильное решение, а также убедить собеседника в достоверности передаваемого сообщения. Обрисовав ситуацию, говорящий отмечает очевидность правильного выбора. Прагматическая цель использования адресантом собственно-риторического вопроса заключается в усилении их воздействия на адресата по сравнению с синонимичными повествовательными высказываниями. 

2. Несобственно-риторические вопросы, которые включают в себя вопросно-ответные единства, где говорящий задает вопрос не для  получения ответа: он сам обязательно отвечает на вопрос, чтобы привлечь внимание слушающего к своему сообщению.

– Рази это война? Так, одно подобие. В германскую, бывало, немец как сыпанет из орудий, – полки выкашивал под корень. А зараз двоих из сотни поранют, – урон, говорят! – рассуждали фронтовики. (III, 74)

Говорящий почти полностью исключает необходимость для слушающего самостоятельно найти ответ: он тут же предлагает его сам. Задавая вопрос, адресант привлекает внимание адресата. Отвечая на вопрос, говорящий убеждает слушающего в единственно правильном в данной ситуации решении. При этом последний лучше  воспринимает сообщение. Иллокутивная цель данного риторического вопроса – организовать адекватное восприятие сообщения слушающим, обеспечить для этого  наилучшие условия. 

3. Игноративные риторические вопросы,  которые образовались от несобственно-риторических вопросов. Такие вопросы не дополняются ответом, но предполагают имплицитные ответы: «Я не знаю / Никто этого не знает» или частичное отрицание «Никакой/ никогда/ нигде».

– Воля ваша, Сергей Платонович, как хотите, а я от души… Кому она такая-то нужна? Вот и думалось славу прикрыть… А то ить надкушенный кусок кому нужен? Собака и то не исть. (I, 114)

Вопросы третьего типа всегда содержат в себе однозначное сообщение, а именно: говорящий объявляет свою некомпетентность относительно предмета вопроса. Произнося подобные вопрос, говорящий воздействует на адресата  через сообщение эмоций по поводу предмета незнания, чтобы побудить адресата к совершению какого-либо акта.

Проанализировав косвенные экспрессивные акты с формальной моделью РВ, мы заметили, что герои произведений М.А. Шолохова активно используют подобные высказывания как средство своего рода речевой агрессии, направленной против собеседника. В основе коммуникативных конфликтов лежит стремление одного (или обоих) участников общения снять психологическое напряжение за счет собеседника. Такого рода разрядке предшествует чувство фрустрации – психологический дискомфорт, возникающий в том случае, когда (по мнению одной из конфликтных сторон) коммуникативный партнер нарушает нормы (правила) поведения. Подобное агрессивное поведение адресанта нацелено на то, чтобы причинить кому-то физический или психологический ущерб. Данное поведение обусловлено менталитетом изучаемой общности и особенностями ее разговорно-бытового общения.

Таким образом, несмотря на то, что формально РВ представляют собой вопросительные предложения, коммуникативной целью таких вопросов является не запрос информации, а привлечение внимания к определенной  информации. Сознательный выбор говорящим РВ связан с тем, что имплицитный, завуалированный, способ выражения своего намерения (утверждение, побуждение, требование под видом вопроса) является более эффективным средством вызвать у собеседника определенную реакцию, побудить его к определенным действиям и добиться, таким образом, желаемой цели. 

Литература

1. Шолохов М.А. Собр. соч. в 9 тт. - Т. 1, 3 и 7. -  М.: ТЕРРА – Книжный клуб, 2001. Далее это издание цитируется в тексте статьи с указанием тома (римскими цифрами) и страниц (арабскими цифрами).

2. Кильмухаметова Е.Ю. Риторические вопросы как косвенные речевые акты // Вестник ТГПУ. Вып. 4 (55), 2006. - С.77-82

3. Шаронов И.А. Подводная часть айсберга // Скрытые смыслы в языке и коммуникации: Сб. науч. ст./ Ред.-сост. И.А. Шаронов. - М.: Российск. гос. гуманит. ун-т., 2007. - С.5-6.

___________________________________

© Кочетова Людмила Павловна

Преступность и бизнес
Статья посвящена роли и значению преступности в функционировании американского бизнеса. В рассуждениях автора ...
Мы читали, мы читали…
Воспоминания филолога и университетского педагога о своих знаменитых родственниках и друзьях, беседах о литера...
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum