Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
Холодное лето 2020-го
Статья содержит краткий анализ экономических проблем в связи с эпидемией коронав...
№05
(373)
01.05.2020
Общество
Карантинные размышления об эпидемии коронавируса и её последствиях [24.03]
(№3 [371] 01.03.2020)
Автор: Виктор Коган-Ясный
Виктор  Коган-Ясный

Наблюдаемое в сравнении с похожими ситуациями раньше, кардинальное изменение подхода по всему миру (хотя, вспомним, Обама объявлял режим ЧС в 2016 году) связано вот с чем (порядок следования причин очень условный):

1. Характер распространения этого вируса оказался таким, что от него невозможно защититься привычными для людей среднего класса (в западном понимании) и социального верха малыми бытовыми мерами; и он затронул – быстро – людей, известных, влиятельных, имеющих заметное большое значение в своих областях деятельности и на публичных позициях; это привлекло исключительно повышенное внимание как граждан, так и ВОЗ и всех правительств; они стали чувствовать свою сверхвысокую ответственность за каждый случай, – как в эмоциональном плане, так и в правовом.

2. Огромную эмоциональную роль сыграла информация о резко повышенной доле стариков среди умерших.

3. Выросли возможности медицины и – массовые ожидания от медицины и от систем здравоохранения (последнее связано, в том числе, с взрывным развитием соцсетей).

4. Большое внимание к себе привлекли действия Китая.

В результате оказалось, что граждане в развитых странах, а следом и повсюду, – ждут от правительств и управленческих структур совсем иного, чем они ждали еще сравнительно недавно. И обеспечить эти ожидания можно, но требует больших усилий... Вот и понеслось…

Неожиданно негативным оказалось, что страны ЕС не выработали политики «солидарности» по проблеме вируса не только глобально (а были к этому, по нормам ЕС, обязаны характером проблемы), но даже в рамках самого Евросоюза. Каждый спасается в одиночку, а среди немногих солидарных позиций «главная» – согласие всех на перекрытие всех границ для перемещения граждан без грузов. Интенсивную техническую помощь нуждающимся европейским странам оказывает в большой мере Китай, опережая своим «вниманием» соседей по ЕС, и тем более, США.

Большую проблему составляет информация. Установить режим поведения для каждого конкретного человека, который может быть в опасности заражения, может быть скрытым носителем, а может не иметь оснований беспокоиться ни своей ответственности за других, ни о своей судьбе в связи с вирусом – можно только на основании тестов, которые по странам распределены крайне неравномерно (даже между Эстонией и Литвой есть огромная разница). О надежной борьбе с вирусом можно будет говорить лишь тогда, когда против него будет найдена качественная массовая вакцина.

Положение России в создавшейся ситуации очень уязвимо. Вряд ли есть серьезные основания обвинять руководство России в сознательном сокрытии больших массивов «опасных» данных. Данные по России практически не отличаются от данных по Украине, Польше или странам Балтии, и никто в Евросоюзе или структурах НАТО ни разу не сказал, что российские данные ложные; но политическая позиция США совершенно иная, и может повлечь за собой любые нарочито жесткие последствия, поскольку это было бы для Трампа возможностью поглумиться над всеми сразу – как внутри США, так и в мире. 

Российская пищевая промышленность в условиях закрытой границы с Белоруссией, Сербией, странами Латинской Америки и КНР, при ставшем уже стандартом жизни режиме «антисанкций» может довольно быстро не выдержать напряжения ни в плане производственных мощностей, ни в плане транспортной и торговой инфраструктуры, на которые будут давить меры карантина. Если вирус в России будет распространяться наподобие тому, как он распространяется в Италии, то большая опасность ляжет на малые и средние города, где люди в меньшей степени являются носителями иммунитета, чем жители мегаполисов и крупных городов, а обеспечение системы здравоохранения кадрами и техникой хуже. Москва может оказаться в сложной ситуации по продовольствию и в плане распространения иных по отношению к коронавирусу инфекций.

Теперь о будущем. Когда-то всё это закончится. И, вероятно, самые катастрофические прогнозы не сбудутся, эпидемический и психологический пик исчерпают себя за несколько месяцев. Те же самые граждане, которые в ведущих индустриальных странах сейчас настроены на карантин и безопасность, станут даже готовы рисковать и будут хотеть, чтобы правительства отменили очень стеснительные меры. Но кто и как будет брать на себя такую ответственность? 

Кто скажет: «Всё. Мы закончили битву с вирусом, всем спасибо. Теперь наступает время личных рисков, и постараемся жить по-прежнему», – кто так скажет? И как – по-прежнему, когда слишком многое станет уже совсем по-другому? Совсем другим будет отношение к соседям, к гостям, – в самом прямом и очень переносном смыслах. Совсем другим станет отношение к туристической сфере, изменится стандарт потребления. Кризис 2008 года, общая борьба с которым через механизмы «двадцатки» позволила очень частично преодолеть его последствия, очень возможно, покажется на том фоне «детской забавой». Кто и как будет преодолевать всплески национализма, политической близорукости, агрессии? За счет чего уменьшится беззаконие? Куда денется столь страшный на фоне больших проблем нарциссизм и эгоцентризм? Пока никаких оптимистических ответов на эти вопросы всерьез не просматривается. 

Жизнь будет другой, а люди останутся прежними, – отстающими от времени и вызовов…

_________________________

© Коган-Ясный Виктор Валентинович

Мир в фотографиях из социальных сетей и наших авторов
Фотографии из социальных сетей периода публикаций в марте-апреле 2020 года и фото наших авторов.
Когнитивные войны и операции
Три статьи на тему когнитивных войн: понятие явления, трансформация в современный период, технологии, социаль...
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum