Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
"Я убит подо Ржевом". Поэтическая правда Твардовского
Военная тема в поэзии Твардовского. Отношения между людьми, память, гуманитарные...
№05
(395)
05.05.2022
Естествознание
Тайваньский тигр против ковидного дракона
(№1 [391] 07.01.2022)
Автор: Константин Сибирцев
Константин Сибирцев

13.12.2021 

Предисловие

Горячо обсуждаемый в России законопроект о QR-кодах нацелен на принудительную вакцинацию каждого под угрозой недопуска в общественные места. Соответственно, куда в дальнейшем будет закрыт допуск невакцинированным, можно только предполагать. Но, очевидно, что перечень мест, куда не будут допускаться без QR-кода, – то есть, невакцинированные, – обладает большим запасом расширения. Завтра это может оказаться сфера транспорта, послезавтра – вся сфера образования, потом – вся сфера культуры, после – вся публичная сфера, далее – везде, включая выходы из дома на прогулку. Апофеозом борьбы за тотальную вакцинацию с QR-изацией, в итоге, может оказаться фактический домашний арест для всех «шагающих не в ногу» антиваксеров. И, неважно каких: идейных или вынужденных ввиду медицинских противопоказаний.

Благодаря упомянутому закону оптимальный уровень вакцинации как необходимое условие успешного противодействия пандемии коронавируса должен быть достигнут за счёт реализации схемы «нет вакцинации – нет допуска», что вполне резонно квалифицируется многими как ограничение их законных прав. Именно по этой причине, ввиду фактически объявленной принудительной вакцинации, законопроект спровоцировал его зачастую агрессивное неприятие обществом. Однако редко кто задаётся вопросом о рациональности в принципе формулы: «вакцинация - QR-код – допуск».

Так ли верна эта формула?

В мире имеется пример весьма успешного противодействия коронавирусу при реализации другой формулы: 

QR-изация всех общественных мест – допуск всех без исключения, но при обязательной регистрации с помощью QR-кода посещаемого места.

Иными словами, QR-кодирование никак не связано с вакцинацией. Её отсутствие в этой формуле вовсе не означает отказ от неё. Оно лишь оставляет за человеком право выбора: вакцинироваться или не вакцинироваться. При этом вакцинирование населения стимулируется не принуждением, а убеждением, и по этой причине происходит не ввиду административно навязанной и уже поэтому неприятной многим обязанности, а на основе личного осознанного и потому сугубо добровольного решения.

Пример такого подхода очень ярко демонстрирует Тайвань. Страна, где накоплен, пожалуй, самый успешный опыт противостояния пандемии коронавируса. В подтверждение такого вывода, только одна цифра. Практически за два года пандемии количество умерших от COVID-19 на Тайване составляет 850 человек. Или, по-другому, за всё время пандемии на Тайване от коронавируса умерло людей меньше, чем сейчас в России от него умирает за одни только сутки. Для справки: население Тайваня составляет 23,57 млн. человек, то есть только в 6 раз меньше российского и, практически сопоставимо с населением всей Азиатской части России – ок. 31 млн.чел..

Вполне достойный опыт для того, чтобы присмотреться к нему внимательнее.

*

Сравнительный анализ несравнимого

В некоторых случаях сравнение условно сопоставимых вещей отвлекает внимание от принципиальных отличий между ними и замыкается на соизмерении параметров, составляющих лишь следствие указанных отличий. Образно говоря, соизмерение скорости полёта ракеты со скоростью движения автомобиля заслоняет внимание от принципиальной разницы в их конструкции. Игнорирование этой разницы, в свою очередь, способно сформировать ошибочное представление о возможности «догнать и перегнать» ракету, двигаясь на автомобиле, который якобы необходимо просто как-то улучшить, модернизировать, реформировать.

Ещё более образно по такому поводу высказался И.А.Крылов известным утверждением: «Осёл останется ослом, /Хотя осыпь его звездами». Словом, сколько ни сравнивай скорости ракеты и автомобиля, без акцента на принципиальную разницу в их конструкции проводимое сравнение не имеет никакого смысла по части «догнать и перегнать» ракету, двигаясь на автомобиле. Как упоминалось, «хотя осыпь» автомобиль «звездами», быстрее ракеты он двигаться не будет.

Аналогичная ситуация возникает при попытке сравнения чрезвычайно успешного тайваньского опыта противостояния COVID-19 с опытом других, менее успешных в этом негласном соревновании стран. Ровно по причине принципиальной разницы в конструкции государственного управления в сфере здравоохранения.

Прежде всего, констатируем успехи Тайваня в борьбе с коронавирусом некоторыми публичными данными, признаваемыми многими странами, экспертными сообществами и отдельными специалистами:

 

* См. также: Составлен рейтинг самых безопасных стран во время пандемии COVID-19. «Известия» 21.04.2020

https://iz.ru/1002340/2020-04-21/sostavlen-reiting-samykh-bezopasnykh-stran-vo-vremia-pandemii-covid-19

В цифрах успехи Тайваня представлены на официальной странице Объединённой группы центров по контролю над заболеваниями (Centers for Disease Control, CDC)

Нажмите, чтобы увеличить.
 

* Понедельные данные по состоянию на: 2021-12-13 00:30, начиная с 2020.02.23

В процентах к численности населения – 23,57 млн.чел – смертность от коронавируса составляет 0,0033%. Для наглядности: за всё время пандемии на Тайване от COVID-19 умерло людей меньше, чем в России сейчас умирает в сутки. Фактически до мая текущего года заболеваемость вирусом на Тайване находилась на столь желанном для многих минимальном плато.

Или, совсем проще: пандемии COVID-19 на Тайване просто НЕТ, если остановиться на цифре 850 умерших.

«Держать порох сухим»

Вполне объяснимым представляется список безопасных стран с учётом их положения в мировом рейтинге по уровню здравоохранения (Health Care Index by Country) за 2019 год, то есть в год появления COVID-19 (по информации наиболее популярной и самой большой в мире баз данных Numbeo).

Нажмите, чтобы увеличить.
 

* Health Care Index by Country 2019 Mid-Year

Цит. по https://www.numbeo.com/health-care/rankings_by_country.jsp?title=2019-mid

Соответственно, Новая Зеландия – 16, Германия – 17, Израиль – 21, Сингапур – 24, Гонконг – 36, Китай – 46, Россия – 58.

 Логично, что страны с высоким уровнем здравоохранения смогли максимально обезопасить своих граждан от COVID-19. Четыре самых безопасных страны при пандемии коронавируса неизменно входят в десятку лучших по уровню здравоохранения: Тайвань, Южная Корея, Япония, Австралия. Нетрудно угадать в такой корреляции вполне очевидную закономерность, которая в военных терминах форматируется в правило «всегда держать порох сухим» и о котором зачастую забывают горе-оптимизаторы: либо избавляются от запасов пороха либо не держат его в сухости. Очевидно, что на Тайване указанное правило соблюдают лучше всех.

Второе наблюдение после знакомства со списком ковид-безопасных стран указывает на их географическую близость к источнику заражения: семь из десяти. Было бы, вероятно, более логичным среди стран, успешно противостоящих коронавирусу, узреть максимально удалённые от очага болезни государства. Однако в данном случае реализовалась совсем другая закономерность, которая может быть изложена формулой: «быстрее разглядели, быстрее среагировали». 

«Предупреждён – значит вооружён»

Многие смотрят, но не все видят. Пожалуй, именно так можно оценить отношение к опасности коронавируса со стороны очень многих стран и их профильного объединения в лице Всемирной организации здравоохранения. И категорически противоположно следует охарактеризовать тайваньский подход к проблеме на совсем ранней стадии её возникновения.

Имеется официально подтверждённый факт обращения Тайваня в ВОЗ с предупреждением об угрозе эпидемии COVID-19 уже в декабре 2019 г., которое было легкомысленно проигнорировано и странами-участницами организации, и её руководством. Печальные последствия такого отношения оказались наблюдаемы очень скоро, уже в первой половине следующего, 2020 года.

В данном случае важным представляется реконструкция предыстории не последнего, а первого тайваньского предупреждения. Учитывая время, необходимое для сбора информации, её анализа, оценки степени угрозы, принятия решения и санкционирования тайваньского обращения в ВОЗ, можно предположить, что хронология всех перечисленных действий исчислялась не днями и не неделями. Вполне вероятно, что указанная хронология исчислялась месяцами профессионально выполненной работы.

В подтверждение такого предположения могут служить личные свидетельства автора, прилетевшего на остров в конце октября 2019 г. последним прямым рейсом из Москвы в Тайбэй. В указанное время в столичном аэропорту уже чувствовалось некое напряжение, связанное с ощутимой, но ещё не обозначенной официально, эпидемиологической угрозой: действовал контроль температуры прибывших на остров иностранцев, фиксировалось их физическое состояние. При этом проводившийся мониторинг никак не создавал дискомфорта, ввиду его стационарной отлаженности благодаря многочисленным камерам, тепловизорам и прочим гаджетам, чего на Тайване имелось и имеется повсеместно и в избытке. Тайвань (Формоза), как-никак, цифровая элита мира.

То есть, в октябре 2019 г. Тайвань уже располагал первичной информацией о наступавшей ковид-угрозе и сразу адекватно оценил степень её опасности. Иными словами, сбор первичной информации и её стартовый анализ мог происходить предположительно в сентябре-октябре. Учитывая, невозможность сбора информации о событии при его отсутствии, вполне обоснованно выглядит размышление о случившемся в Китае выходе коронавируса из лаборатории Уханьского института вирусологии в августе-сентябре 2019 г. Что, кстати, подтверждается многими фактами и многими уважаемыми экспертами.

В итоге реконструируется вполне верибельная хронология тайваньского предупреждения в адрес ВОЗ по поводу коронавирусной угрозы. В такой, например, последовательности: август-сентябрь – выход COVID-19 из уханьской лаборатории; сентябрь-октябрь – получение первичной информации об утечке вируса, стартовая оценка степени опасности и начально предупредительные меры защиты; октябрь-ноябрь – углубленный анализ проблемы, ноябрь-декабрь – формулирование более полных обоснованных выводов, санкционирование обращения в ВОЗ и пилотная разработка плана мероприятий по противодействию угрозе.

То есть, система мониторинга вызовов и угроз, вероятно, не без участия спецслужб,  их адекватная квалификация и ранжирование по степени опасности со всеми вытекающими оргвыводами на Тайване выстроена самым соответствующим современным реалиям образом. Эта система оказалась одной из немногих или практически единственной в мире, которая не только наблюдала, но и сумела разглядеть реальную опасность. Более того, оказалась так органично встроенной в государственную ткань, что принцип «предупреждён – значит вооружён» сработал без всяких бюрократических топтаний.

«Секретность – постель тщеславия» (И.Бродский)

Не будучи экспертом по функционированию всяческих спецслужб, деятельности героев-разведчиков и работе обаятельных агентов 007, автор предлагает подумать об этой сфере и её полнейшей капитуляции перед возникшей реальной угрозой. Исключительно в коронавирусных категориях и ориентирах здравого смысла.

Вполне разумным представляется вопрос, чем и как занимаются все «герои» этой сферы, если все они и ими укомплектованные секретно-специальные службы не смогли, не сумели, не захотели выявить, узреть, распознать реальную угрозу странам, которым служат, гражданам, которых обязаны защищать, миру, в котором о их деятельности сложены целые легенды. Не тот ли это случай, когда обученный охранник либо плохо обучен, либо не тех и не от того охраняет?

Может быть, прав нобелевский лауреат И.Бродский, утверждая о чрезмерном тщеславии секретного братства, деградация которого так рельефно выявилась в ситуации с коронавирусом? Может быть, глаза его  участников так замылились тщеславием, что случилась слепота? И, может быть, мир так изменился, что пора выводить ослепших из мрака секретности на свет публичности? Словом, извлекать их из постели тщеславия, в которой они секретно-героически спят и в своих снах воюют с врагами вчерашнего дня, оказавшимися куда менее опасными современного вирусного противника. Потери от деятельности этого противника на сегодня уже составляют более 5 млн.человек. Что, в принципе, соизмеримо с военными потерями.

Осмысленное восприятие, логика принимаемых решений, последовательность действий

Ровно этими свойствами характеризуются действия властей Тайваня в противодействии коронавирусной пандемии. Как уже сказано, осмысленное восприятие базировалось на достаточном информационном обеспечении и адекватной оценке степени опасности выявленной угрозы. Далее имел место правильный учёт наличного потенциала для противодействия, который вместе с грамотным анализом полученной информации обеспечил логику принимаемых решений. Что, в свою очередь, было подкреплено последовательностью предпринимаемых действий.

Всё перечисленное и последующая повседневная работа по борьбе с коронавирусом выполнялась и выполняется Главным эпидемиологическим центром управления (Central Epidemic Command Center, CECC – перевод автора), возглавляемого министром здравоохранения и социального обеспечения. На сегодня основной исполнительной структурой, в обязанность которой входит вся текущая деятельность, связанная с противоковидными мероприятиями.

Организационно указанная структура имеет статус агентства Национального санитарного центра управления (National Health Command Center, NHCC – перевод автора), созданного в далёком 2003 г. на временных началах ввиду вспышки SARS с целью реагирования на различные эпидемии. С учётом полученного опыта и извлечённых из него уроков, – умеют же некоторые извлекать правильные уроки, – созданный Центр был переведён в разряд стационарных уже в 2004 г. c задачей обеспечения экстренного реагирования на возникающие вспышки различных заболеваний, то есть был позиционирован как своеобразное министерство по чрезвычайным ситуациям в санитарно-эпидемиологической сфере. В связи с чем естественно вошёл в состав Объединённой группы центров по контролю над заболеваниями (Centers for Disease Control, CDC – перевод автора) и в дальнейшем занимался противодействием эпидемиям свиного и птичьего гриппа, лихорадке Денге и вирусу Зика. Словом, к сожалению, было чем заняться.

Усилиями представленной группы центров на Тайване весьма оперативно было принято решение о введении карантинного регламента. На практике это выглядело следующим образом.

Воспользовавшись длинными праздниками по случаю китайского нового года в феврале 2020 г., автор погостил на родине и в 10-х числах февраля возвращался на Тайвань транзитом через Гонконг. Последнее обстоятельство оказалось ключевым по прибытии в Тайбэй. Поскольку все прочие пассажиры, прилетавшие на Тайвань из Китая, но прожившие на родине коронавируса более 3-х суток, безоговорочно направлялись на ковид-тестирование. Транзитом побывавшие в Китае «отделывались» внешним осмотром, замером температуры и заполнением специальной анкеты, в которой указывалось место, время и длительность пребывания в Китае, а также все актуальные контактные данные. Бланки такой анкеты выдавались в самолёте во время полёта.

Однако в марте подобное «легкомыслие» нигилировалось, и был установлен жестко контролируемый двухнедельный карантин для всех без исключения прибывавших на Тайвань: и своих и чужих. Для доходчивости разъяснений о необходимости соблюдения карантина в отношении отчаянных свободолюбов официально озвучилась сумма штрафа за нарушение карантинных правил в пересчёте на американские доллары, составлявшая более 30 тысяч! Тайвань практически закрылся на прибытие и приступил к выявлению и зачистке от вируса в условиях полной изоляции.

QR-изация по-тайваньски

Случившийся в мае текущего года взрыв заболеваемости был связан с некоторыми карантинными послаблениями для экипажей самолётов, прилетавших на Тайвань из Китая, и сотрудников столичного аэропорта. Учитывая случившийся всплеск заболеваемости, были, во-первых, отменены все исключения из карантинных ограничений и, во-вторых, объявлен жёсткий локдаун с закрытием всех точек общепита и запретом массовых мероприятий. В итоге за последний месяц в стране ежедневно регистрировалось в пределах 10-ти случаев заражения и не было зафиксировано ни одного местного случая заражения COVID-19. То есть, Тайвань вновь вернулся на минимальное плато по заболеваемости коронавирусом.

Единственный местный прецедент был зафиксирован на днях у сотрудницы лаборатории. И соответствующие действия были предприняты самым оперативным образом во многом благодаря QR-изации по-тайваньски, которая никак не связана с вакцинацией.

Компания по вакцинации на Тайване проводится планово корректно: без перегибов. Её показатель на сегодня приближается к 60%. В наличии все известные сертифицированные вакцины: выбирай на вкус. Но, основной акцент сделан не на вакцинацию. В отношении к ней соблюдается принцип «моё тело, моё дело». То есть, административное принуждение практически исключено, а если применяется, то только в отношении отдельно и особо определённых категорий населения. Всё прочее в части вакцинации достигается её популяризацией и убеждением.

Объектами обязательной QR-изации по-тайваньски административно определены: магазины, кафе, рестораны, супермаркеты, рынки и прочие места массовых и регулярных посещений. То есть, исключительно заведения и учреждения, но не отдельный гражданин, обладающий законным правом выбора собственной модели поведения, в том числе в условиях пандемии и в том числе в части решения о вакцинации. Иными словами, его право личного выбора сохраняется неприкасаемым и наличие либо отсутствие вакцинации не является поводом для каких-либо ограничений.

В таких ориентирах основной акцент делается на недопущении роста заражений методом постоянного и очень тщательного мониторинга ситуации. При этом дискуссия о необходимости соблюдения масочного режима просто отсутствует: режим соблюдается всегда, везде и всеми без исключения.

Нажмите, чтобы увеличить.
Мероприятие с участием президента Тайваня Цай Инвэнь (в центре) по поводу предстоящего 18.12.2021 референдума. Безусловное соблюдение масочного режима.
 

Мониторинг ситуации, в свою очередь, эффективно обеспечивается именно с помощью QR-изации заведений и учреждений. В стране отсутствует запрет на посещение магазинов, ресторанов, кафе, фитнесс-залов, рынков и прочих мест массового скопления граждан. Неважно, вакцинирован или невакцинирован тот или иной гражданин. Просто всякое его посещение регистрируется единой службой с помощью этих кодов, – ещё раз, – обязательных только для самих учреждений и заведений. Таким образом, обеспечивается возможность оперативного определения круга лиц, могущих оказаться в зоне риска ввиду контакта с выявленным носителем вируса.

На практике такая система на примере обычного магазина шаговой доступности функционирует следующим образом. На входе в магазин имеется его QR-код (См. фото)..

Нажмите, чтобы увеличить.
Кроме QR-кода отмечена обязательность маски при посещении магазина и предупреждение о штрафе в случае её отсутствия – от 3 до 15 тыс тайваньских долларов (100-500 долл.США) и максимально разрешённое количество одновременно находящихся в магазине посетителей – 29 человек.
 

Представленный код сканируется смартфоном, после чего соответствующее сообщение со смартфона отправляется на номер единой службы 1922, где попадает в общую базу данных. Вся манипуляция занимает буквально считанные секунды. Никакого дискомфорта.

Смысл в том, что данные о посещении указанного магазина обладателем смартфона регистрируются и сохраняются на случай выявления среди посетителей ковид-случая. По такому факту на основе всех других зафиксированных единой службой посетителей определяется группа риска, в отношении которой проводится тщательное тестирование со всеми вытекающими последствиями. 

Образно говоря, путём такой QR-изации эффективно купируется угроза распространения вируса благодаря прицельному тестированию только тех, кто оказался в зоне риска, а не повальной, и по этой причине труднореализуемой, – проверке всех. Образно говоря, вместо работы по площадям применяется снайперская методика противодействия коронавирусному противнику. Очевидно, что эффективность снайперского поражения значительно превосходит результативность работы по площадям, что подтверждается успешным опытом Тайваня в борьбе с пандемией.

Словом, перефразируя известное утешительное можно констатировать: «На Тайване всё спокойно». Повторюсь, можно сказать, что пандемии – НЕТ, при цифре 850 умерших за всё время разгула по миру коронавирусной стихии, с учетом обычной смертности, до эпидемии. Вполне себе достойный пример если не для подражания, то для изучения опыта успешной борьбы с весьма коварным противником в лице COVID-19.

Очень общий обзор тайваньского подхода к проблеме COVID-19

 Прежде всего, следует указать на некий базовый тайваньский принцип в отношении к проблеме. На Тайване не декларируется задача победить коронавирус «полностью и окончательно» раз и навсегда. Здесь более склоняются к мнению, что с этим несчастьем предстоит жить, причем возможно долго. Исходя из этого формулируется не стратегия «победить в одном решающем сражении», а стратегия «победить в войне».

В соответствии с ней совершенствуется действующая организационная структура, шлифуются управленческие практики, аккумулируются данные, анализируется опыт, моделируются ситуации, формулируются задачи, намечаются оптимальные решения и подходы.

Именно на такой основе главный акцент в текущем противостоянии коронавирусу был сделан на создание системы максимально оперативного и тщательного мониторинга случаев заражения COVID-19. Возвращаясь, например, к обнаруженному локальному случаю заражения можно указать, что группа контактёров с выявленным носителем была определена практически в течение суток и все вошедшие в неё 453 человека были немедленно протестированы. И, кстати, все с негативным результатом. И, кстати, очевидно благодаря соблюдению масочного режима, обязательность чего не обсуждается.

Более того, в соответствии с результатами мониторинга оперативно вносятся коррективы в действующие противоэпидемические регламенты: ограничения либо смягчаются, либо ужесточаются. До появления омикрона, например, обсуждалась возможность о снятии многих ограничений на время китайского нового года. Однако, в связи с африканским пришельцем уже принято решение об их сохранении. Словом, всё по делу и всё понятно. Соответственно, нет никакого общественного отторжения.

Ровно в рамках стратегии «победить в войне», а не в отдельном сражении формулируется подход к вакцинации. В разговорах со специалистами доводилось, например, слышать такой довод: «Никакими вакцинами не удалось избежать сезонных эпидемий гриппа. Но от него научились лечить». И, появление омикрона только подтверждает этот довод: все ли вакцины формируют иммунитет от него. А, сколько таких омикронов ещё будет? Кроме того, ещё никто не знает, каковы побочные эффекты разработанных вакцин.

Словом, на Тайване весьма сосредоточенно работают над тем, как научиться вылечивать от COVID-19. И, судя по статистике смертности, весьма успешно. Здесь от него практически не умирают. Или, как любит шутить знакомый автору один из местных докторов «У нас на Тайване после харакири 100% выживаемость». Думается, и с COVID-19 вполне могут достичь такого же показателя. См. 1-ю строку Тайваня в рейтинге стран по уровню здравоохранения.

_____________________________

©️ Сибирцев  Константин Владимирович

Мир в фотографиях из электронных сетей
Фотографии, опубликованные в марте-апреле в электронных сетях и на сайтах.
Нильс Бор: принцип невойны
О принципе дополнительности великого датского физика Нильса Бора.
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum