Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
Конституция идет на поправки
Президент Владимир Путин внес законопроект о поправках к Конституции РФ. Поправ...
№01
(369)
20.01.2020
Общество
Кавказские заметки. (Попытка анализа сегодняшних проблем с помощью исторических параллелей)
(№14 [44] 25.07.2000)
Автор: Фазил Пидуров
Фазил  Пидуров
"Кавказцы лезут в чужой монастырь"

Обезьяны, опять эти обезьяны, - с беспокойством говорила женщина. Последнее время они бурно размножаются, хотя совсем недавно казалось, что их род вот-вот угаснет. Если дальше будет так продолжаться, их станет больше чем нас... Но дело не только в этом. Они становятся нахальными. Они уже выдерживают человеческий взгляд. Мы зря приручали их и зря давали им свободу, как слугам или обыкновенным домашним животным. Баловни семей становятся самыми дерзкими…"
Это всего лишь фантастика, отрывок из "Планеты обезьян" Пьера Буля. А вот сегодняшняя реальность. Около года назад Российский гуманитарный научный центр предложил московским школьникам написать сочинение об их отношении к приезжим с Кавказа. Приведу некоторые мнения московских школьников, опубликованные в статье Нины Москвиной "На семи холмах" ("Московский комсомолец" от 8 октября 1999-го года):
"...Кавказцы лезут в чужой монастырь с такой наглостью и уверенностью, что это пугает..."
"...Эти кавказцы зарабатывают здесь больше денег, чем наши русские..."
"...Вообще кавказцы лучше приспособлены к жизни, чем наши русские. Конечно, всегда у нас неприязнь к людям другой национальности, особенно таким, которые по внешнему виду сразу отличаются от русских..."
"...Я очень часто со злостью смотрю на то, что эти якобы беженцы начинают обживать наш город и занимать места в нашей жизни".
Не знаю как вы, уважаемые читатели, но я лично не вижу большой разницы между отрывками. Считать себя, свою нацию выше другой, не зная при этом историю не только другого народа, но и своего собственного, по крайней мере, - невежество. Далее Н. Москвина приводит статистику по этническому составу Москвы на определённые годы, приросту населения, количеству учтённых мигрантов и т. д., якобы свидетельствующую о засилье "чужаков". Хочется сразу возразить г-же Москвиной: истоки миграции кавказцев в Россию, а вовсе не в отдельно взятую столицу, корнями уходят в прошлое, в начало 19-го века.
Продвигаясь на юг, царское правительство в целях усмирения непокорного местного населения стало заселять равнинные места Кавказа русскими крестьянами, а местное население вытеснять в горы или же в качестве аманатов (заложников) ссылать вглубь России и в Сибирь. После окончания Большой Кавказской войны российская буржуазия вытеснила и разорила местное кустарное производство. Чтобы прокормить семью и заплатить налоги новым правителям, горцы отправлялись на заработки "на север". Началась миграция кавказских народов - так называемое отходничество. До присоединения к России большинство кавказских вольных сообществ вообще никаких налогов не платило, а меньшинство расплачивалось с землевладельцами продуктами питания или предметами первой необходимости. А затем новые правители, а также местные ханы и беки уже требовали налоги в звонкой монете.
Поначалу границы отходничества ограничивались Тифлисом, Баку, Петровском, Кизляром, Астраханью. Миграция и, нередко, эмиграция (многие горцы навсегда оставались "в России") продолжалось до революции 1917-го года. Надо признать тот факт, что советская власть сделала немало хорошего для Кавказа: появилась письменность, сделан огромный скачок в области науки, культуры и образования. Восстановлено двустороннее движение народов: в рамках программы ликвидации безграмотности из центральных областей на Кавказе высадился легендарный "педагогический десант" из молодых педагогов. И сегодня в далеком горном селении можно встретить пожилую русскую женщину, в свое время вышедшую замуж за джигита-ученика.
Возможно, теперь это звучит наивно, но было время, когда в Чечне и Дагестане считали, что только в "первопрестольной" можно найти закон и правду. Сегодня из-за войны и локальных вооружённых конфликтов Москва вообще стала казаться благодатным оазисом, в котором "крутятся" 80 процентов всех российских денег. Вот и потянулись кавказские беженцы туда, "где жить хорошо". Отсутствие же правовой базы, конкретных целей и, если откровенно, всякого интереса власть предержащих к нуждам российского народа, плюс разгул антикавказской пропаганды заставляют общество вопрошать: "Кто виноват?" и находить однозначный и прямолинейный ответ в средствах массовой информации.
В свою очередь, повод обвинения кавказцев во всех бедах России дают всякого рода залётные "гастролёры" с Юга. Нет нужды повторять известную пословицу о том, что у бандита нет национальности. Тем не менее, региональные князьки поощряют политику выживания кавказцев - будь-то проверка паспортного режима или изгнание с рынков. Возникает естественный вопрос: если Кавказ действительно является частью России, то почему граждане единого государства не имеют право на свободное передвижение?
Поскольку путать понятия "Кавказ" и "Закавказье" равнозначно тому, чтобы вслед за американцами называть всех жителей России русскими, остается лишь посоветовать московским властям, уверяющим, что выдворяют только жителей "зарубежных" Грузии, Армении и Азербайджана, определиться с новой этнической общностью - "лицом закавказской национальности".
Мечта екатерининской эпохи установить крепостное право для кавказцев сменилась желанием "обустроить" для них резервацию. Абсурдно обещать сладкую жизнь в составе РФ и отделываться гуманитарными подачками, воевать с бандитами - и бомбить мирные города и сёла. Памятно "рейтинговое" выступление Владимира Путина, прозвучавшее в тот момент, когда банды Басаева вторглись в Новолакский район: "Мы не дадим грабить родные дагестанские сёла". Нигде в мире "родственников" не принято выгонять, отлавливать и охаивать в прессе. Но именно московские СМИ активно муссируют свое понимание патриотизма: дескать, если нерусский - значит, не патриот. Пора наконец-то серьезно определиться с этим вопросом.

Что такое патриотизм?

Трудно найти школьника, который ничего не слышал о подвиге Александра Матросова во время Великой Отечественной войны. Но мало тех, кто знает, что таких матросовых было много не только среди русских или украинцев. (Как показали многолетние послевоенные розыскания, около 500 человек десятков национальностей закрыли своей грудью амбразуру вражеского пулемета)…
Приведу лишь один пример из тысяч. Во время боя дагестанец Магомед-Загид Абдулманапов вместе со всем экипажем танка попал в плен. Русских танкистов немцы немедленно расстреляли, а ему предложили перейти на сторону Германии: "Ты - храбрый воин. Мы же, немцы, пришли освободить тебя от твоих завоевателей". Они не кривили душой, веря официальной пропаганде: если немецкие солдаты, воюющие на Восточном фронте, получили инструкцию убивать каждого славянина, то на Кавказском фронте действовали другие правила - видеть в коренных жителях возможных союзников и стараться избегать стычек с ними (См. "Битву за Кавказ" из советско-американского документального сериала "Неизвестная война"). На столь лестное предложение храбрый горец ответил: "Убейте меня, я для вас такой же враг, как мои друзья, которых вы убили. Мы дети одной Матери-Родины". Фашисты штыками вырезали на груди героя пятиконечную звезду… В Мурманске я хаживал по улице, названной в честь еще одного героя Советского Союза - опять-таки дагестанца Магомеда Гаджиева. Перечислить всех героев, проливших кровь за родину, не имеет смысла. Но именно их потомков называют сегодня "пришлыми", "чёрными" и другими нелестными эпитетами. Мать-Родина вдруг обернулась мачехой для тысяч узбеков, таджиков, дагестанцев, погибших в полях под Москвою, в блокадном Ленинграде, на Курской дуге. Не знаю, имеется ли в нынешних учебниках по истории упоминание об этом факте, но, по воспоминаниям очевидцев, в один день 1941 года в Ташкент прибыло более миллиона беженцев, и уже к вечеру вокзальная площадь полностью опустела: местные жители разобрали "дорогих гостей" по домам.
Можно еще как-то понять, что молодое поколение об этом не помнит. Однако и поколения "родителей", "дедушек и бабушек" напрочь забыли о том, как из оккупированных немцами территорий они уезжали в Закавказье и в Среднюю Азию - подальше от войны; как местное население кормило и обогревало голодных и обездоленных. Никто не говорил - "понаехали русские" и не назвал их лицами славянской национальности. Не буду ссылаться на бумаги, подтверждающие правдивость моих слов: правда не нуждается в документированном подтверждении. Незачем перечислять и то, кто, когда, кому и сколько сделал добрых дел. Нужно просто вспомнить, что война - это зло, голод и унижение. Откликнуться, объяснить детям и внукам простую истину - добро не должно забываться, за добро нужно платить добром.
Но я также не ошибусь, если скажу, что именно дети войны сегодня являются основными вдохновителями крайних псевдопатриотических и ультранационалистических организаций. В охаивании "чурок" они не считают нужным вспоминать как недавнее, так и далекое прошлое, которое отнюдь не является сплошным "белым" или "черным" пятном. Поэтому -

Совсем немного истории

Когда русские впервые появились на Кавказе? В трудах историков - Карамзина, Соловьева и др. - говорится о попытках русских проникнуть на Кавказ в конце 16 века. Иван Грозный был женат на кабардинской княжне Марии Темрюковне. Из-за Смутного времени Россия оставила планы проникновения на Юг. В начале 18 века великий Петр сумел дойти до Баку. Однако смерть императора и наступившая властная чехарда отодвинула мечту о владении Кавказом на конец 18 - начало 19 веков. В тени этих известных фактов оказываются многие события. Вот что пишет Б. Дорн в своем громоздком, но тщательно составленном труде по материалам арабских историографов средневековья "Каспий - memories de l Acad. de St. Peterburg" (1875 г): "Самое раннее мусульманское сообщение о разрушениях на южном берегу Каспия относится ко времени правления Сайида Хасана бен Зайда (250-270 гг. хиджры /864-884 гг. от Р.Х.), когда русы напали на Абаскун (в юго-восточном углу Каспия), но были уничтожены.
В 257 г. хиджры/909г. от Р.Х. русы прибыли на 16 судах и напали на тот же берег, но опять потерпели поражение". Но "русы" не всегда негативно изображались в арабских летописях.
Вплоть до 9-10 вв. на территории нынешнего Дагестана велась планомерная исламизация местного населения, которое арабы называли кяфирами, то есть неверными. В работах В. Ф. Минорского и других историков есть сведения о том, что горцы уже после принятия ислама продолжали поддерживать дружеские отношения с северными соседями и прибегало к их военной помощи: "В 337г. хиджры/987г. от Р.Х. эмир Маймун бен Ахмад (правитель Дербента), будучи сильно притесняем непокорными раисами вошел в сношение с русами (это доказывает, что русские или русы находились где-то поблизости), которые затем и прибыли на 18 судах. Эмир был освобождён. Через два года (в 379 г. х. / 989 г. от Р. Х.) фанатик-проповедник (мусульманин) потребовал у эмира (Маймуна б. Ахмада) выдачи русских. Однако эмир, даже ценой утраты трона не подчинился требованию проповедника и вместе с русами удалился в область Табарсаран".
А вот как описывает события конца 9-го - начала 10-го века автор "Тарихи Дагестан" Мухаммадрафи: "Они (арабы) вышли и отправились в полном согласии в эту обитель войны (Дагестан) на слонах, верблюдах, скакунах. Когда жители Дагестана узнали об этом, то собрались вместе, войска проклятых неверных Дагестана и воины негодных урусов, которые в согласии с дагестанцами поровну делили добро, зло, важные дела, у города Джур (Дербент) с намерением отразить ислам, защититься от войск мусульман и нанести им вред принуждением и силой ...". Одолеть "негодных" урусов и "неверных" дагестанцев пришлось только прибегнув к обману и коварству, - их просто-напросто отравили. В 18 веке, когда полчища иранского Надир-шаха вторглись в Дагестан, слух о возможной подмоге русской армии вселил в сердца дагестанцев уверенность в победе - орды завоевателей были разгромлены.
Кавказцы, и в особенности дагестанцы, глубоко чтят своих предков. Однако не думаю, чтобы все мои земляки знали версию о том, что "жители Хадара" (с. Кадар Буйнакского района) происходят от "неверных", "смутьянов", "чистых русов"; жители Андала (Анди) - от иудеев; жители области Хид (Гидатль Советского района) - от грузин; области Чаххал (с.Чох Гунибского района) - от христиан; Авар - от "чистых русов". В "Тарихи Дагестан" также читаем: "... все правители горных районов происходят из рода детей Хамзы и Аббаса, исключая только султанов Авара, которые из рода султанов урус...". Датированное 718-м г. по х., или 1318-1319 гг. от Р. Х., данное свидетельство можно отнести к исторически проверенным источникам.
Сегодня модно говорить о том, что Кавказ был завоёван русским оружием. Факт, конечно, неоспоримый. Но приведу небольшую справку. Когда в конце 18-начале 19-х веков взоры Турции, Ирана и России были устремлены на Кавказ, как на важную зону геополитических интересов, некоторые кавказские владетели сами просили о переходе в подданство Российской империи. Экономически более развитая, нежели одряхлевшие полуколониальные Турция и Иран, Россия была предпочтительнее еще и потому, что на первых порах не вмешивалась в духовную жизнь новых подданных.
Шамиль и его наибы дали клятву покорности царю лишь с тем условием, что не встретят сопротивления в распространении шариата, а также освобождения горцев от власти ханов и беков и невмешательства русского генералитета во внутренние дела. Но поскольку генералы и высшие должностные лица не помышляли выполнять соглашение, находя новые и новые поводы для продолжения войны, Шамиль решил объясниться с генералом Розеном: "Сообщаю тебе, что я желаю мира и остаться так, как и до сих пор. И с моей стороны не произошло плохого для вашего присутствия. Знайте же, что я не намерен нарушать мир, заключённый с вами до тех пор, пока я жив, но вы верите кляузникам, хотя они вруны. Если у вас есть ум хоть с зёрнышко весом, то подумайте, что будет потом. Я удивляюсь вашей нерассудительности".
Наивно и бесполезно было вразумлять людей, для которых война с малочисленными народами являлась неисчерпаемым источником славы, орденов, карьеры и огромных капиталов, сделанных на поставках, подрядах, довольствии. Тогда так же, как и сейчас, в неизвестном направлении исчезали военные склады и боеприпасы. Помимо прочего, война была отличной боевой школой для царской армии: "…откровенно скажу - желаю, чтобы Кавказская война продолжалась как можно дольше... Подсчитайте, скольких дельных военачальников она выдвинула, а сколько выдвинет ещё. А опыт! На манёврах под Красным селом такому, небось, не научились, чему мы выучиваемся от наших врагов в непрестанной войне с ним. Этого всего мало - Кавказская война нам ещё иную службу служит. Без неё нас бы на маршировке, да вахтпарадах давным-давно вконец задушили бы. Только благодаря Кавказским войнам, на деле доказывающим, что, не умея маршировать в один носок и "отбрасывать фокусно ружейные приёмы - можно прекрасно бить врага, совершать чудеса храбрости".
Со времен Кавказской войны прошло столетие. Но разве мало сегодня в министерстве обороны бравых генералов, мечтающих поднять моральный дух армии усмирением непокорных чеченцев?! Может быть, еще и поэтому в глазах русских кавказцы по-прежнему остаются бандитами и террористами. Россия, как встарь, верна "традициям": обороняясь от "злых чеченов", верит пропагандистским уткам и сомнительным источникам информации.

Как нельзя управлять Кавказом

Оставим политикам и государственным деятелям тему, как управлять Кавказом. Разберемся с тем, как нельзя им управлять. В истории Дагестана было много "героев" - своих и пришлых. Из последних особенно знаменит Ермолов. Нынешняя "партия войны" руководствуется методами и принципами, исповедуемыми в свое время "великим усмирителем" и наместником Кавказа. Именно эти принципы и действия, а вовсе не происки Турции и Англии, привели как к прошлой, так и к нынешней военной компании. Вот один из "опусов" генерала, которые сегодня являются настольным "чтивом" для воинствующих русофилов: "...истребил деревни дженгутайские, в коих осмелились они поднять оружие против и вместе с оными предал я огню все дома и имения... Оных изменников никогда не будет на той земле и вечно скитаться будут в горах, ибо я весьма умею наказать изменников великого моего государя..."
Великий государь тоже был не "промах" в вопросах Кавказской политики: "Кончив, таким образом, одно славное дело, предстоит вам другое, в моих глазах столь же славное, а в рассуждении прямых польз - гораздо более важное - усмирение навсегда горских народов или истребление непокорных". Предшественник Ермолова генерал Цицианов, "усмиритель" Джаро-Белоканской области, так грозил народам Дагестана: "Истреблю вас всех с лица земли, пойду с пламенем и сожгу всё, чего не займу войсками. Землю вашу покрою кровью вашей и она покраснеет, и вы, как зайцы, уйдете в ущелья и там вас достану и буде от меча, то от стужи поколеете...".
После подписания Гюлистанского мирного трактата (1813 г.), Дагестан и Чечня автоматически оказались в составе Российский империи. Сами горцы даже не подозревали, что стали жить в другом государстве. Усмирение - считай, колонизация этих областей - являлось уже внутренним делом Российской империи. Опорой и поддержкой в порабощении населения стала местная знать. Расширение завоеваний преследовало цель оттеснить горцев в неплодородные скалистые ущелья, лишить их возможности иметь зимние пастбища и развивать торговлю и кустарную промышленность. В условиях безработицы обложенный непосильными податями и поборами, народ перестал покупать хлеб, соль, предметы первой необходимости.
Поэтому предложения некоторых действующих политиков ввести подобные меры в отношении современной Чечни отнюдь не являются чем-то новым или оригинальным. Ответная реакция горцев также вполне предугадываема. В "Очерках покорения Кавказа" (СПб, 1901 г.) говорится о том, что "энергичные меры Ермолова вызвали в Чечне и в Дагестане восстание". Добавим к этому мнение историка Эсадзе: "одна из главных причин, заставившая соединиться всех мусульман в общую организацию, была система, принятая Ермоловым по отношению к мусульманским провинциям".
На колониальную политику царизма, как на главную причину возникновения протестных движений указывал даже такой ярый монархист, как генерал Паскевич-Эриванский: "Упомянутое всеобщее восстание могло произойти не иначе как от дурного управления" (ЦГВИА, ф.ВУА,д. 6294, л. 27). В другом письме Паскевич признается, что горцы "более 50 лет имеют дело с нами, и к сожалению были случаи, которые достаточны, чтобы поселить в них мнение не в пользу нашу". Как известно, Паскевич был личным врагом "проконсула" Кавказа - Ермолова и не упускал случая, чтобы очернить деятельность своего предшественника. Однако и командующий войсками на Кавказской линии генерал-адъютант П. Х. Граббе, которого нельзя обвинить в недружелюбии к Ермолову, отмечал, что назначение русских приставов в чеченских аулах для "чеченцев казалось тягостным, а непокорным оно угрожало голодом, так как с ним запрещалась всякая торговля. Шамиль воспользовался этим расположением умов. Вот настоящая причина быстро распространившегося возмущения, кроме других случайных, о коих лично доносил в свое время".
Косвенным подтверждением слов Паскевича-Эриванского и генерала Граббе может послужить письмо горцев, примкнувших к восстанию Шамиля: "Вы успели обмануть людей наших красноречием своим, уверяя нас, что государь ваш не притесняет и не обманывает никого, напротив того словами вашими и беками, находившимися при вас, мы были обмануты и через этот обман вы сделались над нами начальниками и влезли на голову нашего народа, обременяя нас несноснейшими тяготами сверх того отняты были у нас места наши без согласия хозяев, словом; вы и назначенные вами управляющие наполнили воздух между землю и небом притеснениями, так что для нас день превращен в ночь, в которой мы страдали долго по неимению другой защиты...".
Кстати, практика гласной и негласной проверки "лиц кавказской национальности", воспрепятствования в ведении торговли, устройства на работу - тоже не новое "изобретение". На подвластной России территории горцев арестовывали, отправляли в Сибирь. Только в одном Кизляре было арестовано более 594 работавших там человек по одной лишь причине, что они горцы. По всему Закавказскому краю было дано строгое распоряжение - арестовывать и сажать в тюрьмы горцев Дагестана, которые окажутся где-либо в этом крае. "Немедленно распорядить и за арестованию всех находящихся в вверенном ему уезде казыкумыкских жителей с содержанием под строгим караулом впредь до особого распоряжения и принять деятельные меры к прекращению казыкумыкцами перехода через этот уезд обратно в Казыкумыкское ханство".
"Тотчас прикажите, - говорится в другом документе, - посадить в крепость, заковав в железа, а самих дидойцев, когда по коммерции их и по другим надобностям будут приезжать в Кахетию, велите арестовать и содержать под строгим караулом, равно и приходящие от них караваны конфисковать в пользу казны" (ЦГИА Груз. ССР, д. 2231. л.л.-9-14).
И, наконец, создание "санитарной зоны" тоже имеет корни в действиях российских войск прошлого века: "Идея длительной войны осадного характера первоначально нашла свое выражение в сооружении так называемых линий, представлявших цепь укрепленных пунктов. Официально они предназначались для предотвращения набегов горцев внутри областей, оккупированных царизмом. В действительности же они служили средством отрезать горцев от плоскости, блокировать горы и являлись опорными пунктами для наступления царских войск вглубь гор. Наступление проводилось посредством особых экспедиций, часто предпринимавшихся царскими войсками. Во время экспедиций царские войска сжигали все попадавшиеся на пути аулы, вытаптывали посевы, вырубали сады, убивали мужчин, женщин, детей, стариков...".
Против такой колониальной деспотической системы и выступили народы Дагестана и Чечни под предводительством имама Шамиля. Но почему же тогда все-таки победила царская армия?! Только ли военная сила решила исход полувековой борьбы?! Ссылаясь на известных кавказоведов, можно сделать вывод: дальнейшему успеху царских войск содействовало то, что имам Шамиль, истребляя ханов и беков, создал новую властную прослойку в лице наибов и мюридов, которые угнетали народ и творили беззаконие не хуже прежних хозяев. К тому же более умеренная политика царизма в последующие годы, и, самое главное - неприятие горцами суровых, а подчас и кровавых законов шариата, которыми Шамиль хотел заменить незыблемые, как сами горы, местные адаты, - решили исход этой долгой Кавказской войны.

Усмирение или освобождение?

Попытаемся понять, что вообще сегодня происходит на Кавказе и - конкретно - в Чечне? Это наведение конституционного порядка, истребление бандформирований или завоевание де-факто независимого государства? В начале 90-х годов ЧИАССР входила в состав СССР и РСФСР на правах автономии, следовательно, являлась частью Советского Союза, признавала конституцию, выражаясь высокими словами, "присягала на верность". В конце 1991 г. СССР как политическое образование приказал долго жить. Обвинить Чечню в самовольном выходе из состава России сделалось невероятно сложно, потому что в 1993-м году она не только не голосовала за конституцию РФ, но и не подписала с Россией каких-либо договоров по примеру Татарстана и других субъектов федерации.
Назвать сепаратизмом то, что Ичкерия объявила о своём выходе из состава РСФСР тоже не менее сложно. Во-первых, страны с аббревиатурой РСФСР больше не существовало; во-вторых, Борис Ельцин двумя годами раньше обратился к региональным лидерам с предложением брать суверенитета как можно больше. Чечня-Ичкерия приняла это предложение за чистую монету. Во время подписания Хасавюртовских соглашений 1996 года Аслан Масхадов, будущий легитимный и всенародно избранный президент Ичкерии, подписывался под перемирием не как глава субъекта федерации, а как представитель независимого государства. И это право тогда у него не оспаривалось. Масхадов, возможно, как сегодня считается, преступник, но договор-то он подписывал вовсе не с "братвою". По всему выходит: Россия ведёт в Чечне войну завоевательную, и ни о каком освобождении речь идти не может. Освобождение Чечни сейчас ограничивается освобождением от чеченцев как нации: одних - действительных бандитов - вытесняют в горы и уничтожают, а другие сами бегут за "кордоны", как беженцы и вынужденные переселенцы.
С другой стороны, утверждение о том, что Чечня - независимое государство - не выдерживает никакой критики. Эта "независимость", кроме самой Ичкерии, никем не признана (за исключением правительства талибов, которое, в свою очередь, не признано мировым сообществом). К тому же, не было никакого референдума - волеизъявления народа - по вопросу "быть или не быть в составе России". Поэтому вину за нынешнюю судьбу чеченского народа вместе с правительством России должно в полной мере разделять правительство Чечни.
С начала 90-х, когда Ичкерия провозгласила себя независимой, ее власти ровным счетом ничего не сделали для функционирования правового государства. Грабить поезда, совершать набеги на соседей, брать заложников, наживаться на транзитной и "своей" нефти, на фальшивых авизо - не есть предел мечтаний для суверенного государства. Власть обязана была обеспечить народ работой, учебой, гарантировать безопасность и установить добрососедские отношения с сопредельными странами. Но в "независимой Ичкерии" из вышеперечисленного не было сделано абсолютно ничего. Власть не контролировала даже так называемые тейпы - родовые кланы.
Идея создания самостоятельного государственного образования в Чечне действительно не нова. Хотя многие российские историки прошлого века считали чеченцев дикарями, не имеющими навыков цивилизованной жизни, исторические предпосылки для этого имеются. А среди других кавказских народностей - в частности, дагестанских, - до присоединения к России вообще существовало несколько древних феодальных государственных образований. Вот что пишет в книге "Куринцы в Чечне и Дагестане в 1834- 1861 г.г." (1885 г.) бывший командир полка, полковник Казбек: "До водворения власти имама (в 1840 г.) в Чечне не существовало ни выборных, ни наследственных правителей. Чеченцы назывались подвластными России только на бумаге... чеченец - умственно развитый, физически крепкий, закаленный с детства в голоде и молодечестве, есть идеал воина-охотника, и если бы в начале 19 в. нашелся цемент, способный сплотить сынов Чечни в одно политическое тело, вероятно страна эта надолго отстояла бы свою независимость. И цемент, вернее учение, нашлось - это учение мюридизм, который проповедовал свободу и независимость Чечни от посторонней власти".
Имам Шамиль, которому суждено было стать во главе этого учения, не только объединил чеченцев и дагестанцев в единое государство. В самой Чечне, где доселе не было выборных и назначаемых правителей и где все решалось тейпами, назначил правителей - наибов. Их служение не вписывалось в узкие рамки "семейственности", в то время как главная беда "создателей" независимой Ичкерии коренится в обратном: они забыли, что правитель должен стоять выше тейпов, а сами тейпы должны решать вопросы повседневного быта и ни в коем случае не вмешиваться в административную жизнь государства. Это было, есть и будет проблемой на пути Чечни к созданию действительно правового государства. К сожалению, традиции, особенности быта и нравов непременно привязывают любого местного представителя власти к своему тейпу и строит кадровую политику на основе родственных отношений.
Дагестанец Шамиль явился не только энергичным организатором государства Имамат, но и создателем, помимо прочего, "особых налогов согласно духу народа". Он же "составил государственную казну". Не в пример сегодняшней работорговле при попустительстве местных властей, "Шамиль очень дорожил пленными и беглыми русскими солдатами, особенно мастерами-оружейниками". И все же этот "бесспорно замечательный человек явился на историческую арену поздно, и хотя назывался великим имамом, "повелителем Кавказа", но судьба Кавказа уже была решена, Россия не могла иметь соперника".
Не будет преувеличением сказать, что мы сегодня имеем в Чечне такое же "усмирение", как и во времена большой Кавказской войны. Для наглядности приведем некоторые факты. В начале 19 в. российское военное командование вело на Кавказе это самое "усмирение" двумя путями. Первый путь - "гуманный", "проложенный" с высочайшего соизволения императора Александра I и поддержанный Николаем I, сводился к формулировке: "Утвердиться на реке Сунже, поселять казаков и вообще покорять горские народы постепенно, занимая лишь то, что удержать за собою можно". Второй путь - жесткий, ермоловский: "Генералу Сталю, для нанесения чеченцам возможного вреда беспокоить и наказывать их внезапными набегами". К сожалению, до 1850 г. военное командование предпочитало последний путь. Вот типичный прием этого:
"Я не заметил, чтобы здесь много делалось по управлению краем, военные же успехи состоят в том, что пять деревень карабулакских в числе 33 дворов, вновь покорились нашему правительству и дали аманатов. Одиннадцать же деревень из 65 дворов бывшие прежде покорными, потом отложившиеся, снова изъявили покорность. Со всех этих деревень собранные штрафные и податные деньги не покрывают расходов на экспедицию, а покорность ими изъявленная не стоит ни одного рубля, потому что усмирение их ничем не обеспечивается при наших экспедициях и покорность их решительно зависит от собственного произвола, руководимого обстоятельствами. Сколько раз присягали иные племена и изменяли, сколько раз иные деревни были истреблены, платили штраф и снова бунтовали. Пока экспедиции не будут иметь основательно рассчитанной одной цели, до тех пор войска, а с ними и дела здешнего края, будут идти с таким же успехом, как до сих пор шли. Старожилы уверяют, что пока частые экспедиции не научили горцев русской поговорке: "Страшен гром, да милостив Бог", до тех пор они боялись нас больше и были смирнее".
А вот характерный случай, нередко повторявшийся при этих экспедициях, описывает Лачинов, правитель канцелярии генштаба при генерале Вельяминове: "...но вот деревня на виду - ура! и наши рассыпались по избам. Мужчины и женщины захвачены, весь скот, все имущество в руках победителей. Какое торжество! Как удачно все кончилось!.. (оказалось, что деревня, в которую попали и разграбили, была мирная и покойно оставалась в домах, непокорные же воспользовались этим и успели выбраться в леса). По совершенном окончании всего, что нужно было сделать после описанного подвига, отряд отправился к дальнейшему назначению и сжег 4 деревни, а также истребил их хлебные поля".
"Но ради Бога, - восклицает автор приведенных строк, - не требуйте от меня толковых объяснений всех действий наших и, между прочим, не требуйте от меня основательного изложения правил, на которых основаны наши действия с мирными и немирными". Все эти набеги, по мнению Лачинова, имели лишь одну положительную сторону: "Экспедиции послужили лучшими уроками для кавказских (так называли воюющих на Кавказе русских солдат - Ф. П.) солдат".
Для усмирения непокорного Кавказа предлагались и другие варианты. "Лучшее средство покорить Чечню и Дагестан - прочно утвердиться в центре и распространяться по окружности", - считал командующий аварским отрядом Пассек.
"Князь Воронцов дал совершенно иной вид войне на Кавказе. Его обширному уму стало ясно, что вверенный его управлению край покорится только тогда, когда элементы цивилизации, внесённые русским оружием, подроют и опрокинут дикий быт горцев, только тогда, когда силы необузданной, дикой свободы туземных народов признают победу над собой силе русского просвещения: труд великий, который суждено было завершить и упрочить его преемникам", - писал в книге "Восточная война 1853-1856 г.г." генерал Богданович.
Однако вышеизложенные методы усмирения уже неприемлемы в нашей реальности. Если тогда Россия расширяла границы, продвигаясь на юг, то теперь уходит с Кавказа. Тогда Россия была великой державой. Сегодня - переживает не лучшие дни. Тогда в регулярной российской армии воевали не 18-20-летние юнцы, а настоящие профессионалы. Успехи федеральных сил и кажущийся перелом в кампании, как и поголовный переход чеченского населения на сторону российских властей, весьма сомнительны, ибо "кто знает склад ума кавказских горцев, их восприимчивость и способность увлекаться всякими делами, где фигурируют конь винтовка и кинжал, тот поймёт, почему вокруг новых проповедников тотчас же стали группироваться бесшабашные головы, и вскоре в разных углах Чечни образовались партии, которые росли не по дням, а по часам. Спустя недолго, вся Чечня говорила о них; все знали имена зачинщиков; многие даже мысленно осуждали их затеи, но - такова сила нравственной физиономии Чечни - всякий прямо или косвенно оберегал неприкосновенность их, как своих людей, как плоть от плоти их, как кровь от крови их".
"В этом отношении наши горцы ничуть не отличаются от побеждённых всех народов и веков в тот период, когда сама жизнь делает разницу между победителем и побеждённым, между господином и рабом, - продолжает автор книги "Куринцы в Чечне и Дагестане в 1834-1861 г.г.", - высшая мудрость победителей заключается во врачевании этих заблуждений. В этих словах мы видим общее объяснение всех беспорядков, возникших на Кавказе с 1859-го года, не исключая и того, который разразился в 1877-78 годах, и думаем, что в будущем Россия не избавлена от случайностей, подобных тем, которые были в 1860 году".
Поэтому самым рациональным и заслуживающим, с моей точки зрения, вариантом усмирения Кавказа является план, предложенный наместником Кавказа фельдмаршалом князем Барятинским. Им мы и закончим своё повествование: "Прочность завоеваний каждого великого народа зависит от двух главных условий: хорошей системы военных действий и мудрой политики в управлении страной. Менее всего можно устрашить войной людей, которые от колыбели привыкли к ней и в ней же видят себе славу и честь; следовательно, нужно, чтобы к завоеванию оружием пришла на помощь цивилизация и торговля. Непримиримая борьба возникает тогда, когда существует убеждение, что цель завоевателя есть уничтожение веры, обычаев и прав собственности. Очевидно, что нужно употребить все меры, чтобы не дать повод зародиться этим причинам. В России это тем более возможно, что Государь, очевидно, не желает отнимать земли у туземцев, ни уничтожить их веру и обычаи, а напротив, желание царя - упрочить благосостояние туземцев и возвысить его на ту же степень благоденствия, которым пользуются другие народы России. Всё это должно быть принято основным правилом покорения".
"Между тем, - акцентирует внимание фельдмаршал, - до сих пор отношения наши к непокорным племенам, а также система управления и войны, так часто менялись, что не только неприятель, но даже большею частью лица, составляющие управление, не знают хорошо, чего держаться. Основание системы управления краем должны быть по возможности применены к быту и правам туземцев, вводя в эту систему даже и те порядки, которые введены правителями племён непокорных, если только эти порядки не противны нашим интересам".
Думается, что обстановка на Кавказе настолько накалена, а опасность втянуться в вечную войну настолько вероятна, что по здравому размышлению российским властям волей-неволей придется придерживаться именно этого плана.

__________________
©Пидуров Фазил
Эмбриотрансфер коров
Опыт организации лаборатории ТЭ в условиях молочной фермы племзавода. Возможности репродуктивной биотехнологии...
История жизни и судьбы Анатолия Марченко
История жизни и трагической судьбы известного советского правозащитника Анатолия Марченко (1938-1986). "Новая ...
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum