Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
Активизм и политика: корректировать или менять Систему?
Статья об общественно-политической ситуации в обществе, оценке протестных движен...
№13
(366)
01.11.2019
Общество
Значение судебно-медицинских и криминалистических экспертиз при расследовании в Кировском районном суде г. Ростова-на-Дону дела о гибели студента Слепакова
(№7 [263] 25.05.2013)
Авторы:
 Вил Акопов, Евгений Маслов
Вил Акопов
Евгений Маслов

   Судебно-медицинская  экспертиза (СМЭ) трупов лиц, смерть которых наступила от повреждений, причиненных при падении с большой высоты, является актуальной проблемой в связи с тем, что количество случаев смертельных падений увеличилось, сложность диагностики с учетом многообразия условий падения и возникающих вопросов возрастает. После защиты кандидатской диссертации В.П.Кушелева (1954) было выполнено несколько десятков работ, среди которых наиболее значительны: монография Солохина А.А., Солохина Ю.А. (1993), диссертации Лебедева А.И. (1985), Хаддат А.Х. (1985), Бунятова М.О. (2001). С 2000 г. интенсивность защит диссертационных работ снижается  (Лебедев А.И., 2001; Солохин Ю.С., 2003; Максимов А.В., 2013) 

      30-40 лет назад в разных регионах страны такие повреждения  встречались от 2,3% до 6,8% от общего числа механической травмы. В 2007-2008 гг. по РФ смерть от повреждений вследствие падений с высоты, составляла 15% от всех случаев механической травмы и вышла на 3-е место. В Москве в 2012 г. смерть от падения с высоты достигла 21,2%. В Ростовской области в эти же годы, по нашим данным, смерть от падений с высоты составляла 14,7%, занимая 3-е место после автомобильной травмы и повреждений тупыми предметами. В подавляющем большинстве случаев падения с высоты – это результат несчастных случаев вследствие невнимательности, неосторожности или небрежности, но более чем в 10% падение с большой высоты используется с умыслом, как самоубийство или убийство. Вид орудия и механизм получения травмы является компетенцией судебно-медицинского эксперта, а род смерти – понятие юридическое, определяемое в том числе с помощью экспертных  данных.

        В 2010 г. в Ростовской области было 172 подобных случая, что составило 7,6% от всех случаев насильственной смерти. На основании анализа 52 актов судебно-медицинского исследования трупов в 2011 г. нами в помощь экспертам Бюро СМЭ РО было составлено Информационное письмо, в котором приводились сведения по дифференциальной диагностике повреждений при падении, наезде автомобилем и повреждений,  причиненных  тупыми предметами, так как они имеют некоторые общие сходства.  

    Поводом для возвращения к этой теме явился нашумевший случай, который вызвал необходимость производства повторных экспертиз, длительных судебных расследований и привлек внимание средств массовой информации, включая интернет; телепрограмма «Человек и закон» посвятила этому случаю три передачи.

      2 декабря 2011 г. на ул. Береговой, по правому берегу Дона на пешеходном переходе в ночное время обнаружен труп молодого человека. Им оказался студент филологического факультета Южного федерального университета Александр Слепаков, 18 лет, двоюродный брат известного шоумена, продюсера и сценариста. Вскоре с помощью камер видеонаблюдения полицейские нашли подозреваемую машину, через 3 дня задержали и подозреваемого водителя. Им оказался В.Шандыба, который пояснил, что примерно в 2 часа ночи он с женой возвращался со свадьбы. Проезжал по ул. Береговой со скоростью 40 км в связи с мокрой дорогой, когда, проехав Ворошиловский мост у пешеходного перехода на передний бампер его автомобиля ВАЗ-2106 вдруг что-то упало. Он протащил этот предмет на 10 метров, (по другим данным на 50) остановился, вокруг никого не было, увидел, на дороге перед пешеходным переходом лежащего молодого мужчину. К нему не подходил, помощь не оказывал, мотивировав это тем, что тот не подавал признаков жизни, и поторопился уехать. В полицию не заявлял, так как знал, что камеры наблюдения всё записали и, когда он понадобится, полицейские сами  его найдут. 

    Через два часа был проведен осмотр трупа А.Слепакова на месте его обнаружения. Результат осмотра, зафиксированный в протоколе, не вызывал сомнения о нанесении потерпевшему смертельных повреждений в результате наезда автотранспорта. После окончания осмотра труп был направлен в морг Бюро СМЭ РО, где в тот же день был вскрыт и исследован. В направлении, как и в постановлении следователя о назначении экспертизы от 14 декабря 2011 года, было указано, что  2-го декабря 2011 г. примерно в 2 часа на ул. Береговой «произошло ДТП - удар частями движущегося транспорта пешехода С., который от причиненных повреждений скончался на месте».

      При судебно-медицинском исследовании трупа г-на Слепакова, которое в присутствии двух врачей-интернов произвел эксперт высшей категории Владислав Долгов, было установлено: одежда имеет множество разрывов разных размеров по задней, передней и местами боковым поверхностям, отрыв с подлежащей тканью пуговиц пальто, загрязнение одежды земляным грунтом серого цвета. Причем разрывы и загрязнения имели место на всех слоях одежды, вплоть до нижней нательной. Обувь не доставлена. На передней, задней, местами на боковой поверхности тела на разных уровнях, верхних и нижних конечностях обнаружено множество ссадин и ушибленных ран. Раны подбородка и нижней губы, ссадины на лице, открытый перелом нижней челюсти и травматическая экстракция зубов, кровоизлияния в мягких тканях затылочной области, очаговые кровоизлияния в мягкую оболочку головного, а также в желудочки мозга. Закрытые переломы одного ребра слева и c 3-го по 6-е ребро справа по передним подмышечным линиям с разрывом пристеночной плевры на уровне 4-го ребра. Кровоизлияния в корни легких, под эпикардом, гемоторакс, гемоперикард, рана и кровоизлияние у основания полового члена и мошонки, закрытая травма поясницы с кровоизлиянием в правую околопочечную клетчатку и в мышцы ягодицы справа, разрыв лонного сочленения, множественные открытые и закрытые оскольчатые переломы верхних и нижних конечностей на разных уровнях, в том числе многооскольчатые переломы обоих надколенников. Алкоголь в крови трупа Слепакова обнаружен не был. Эти объективные признаки, не противоречащие предварительным данным, позволили сделать основной вывод о том, что множественные повреждения, от которых скончался гр-н Слепаков, причинены ударными действиями тупых твердых предметом с различной направленностью, что исключает их образование при падении с высоты и ударе о плоскость. Они образовались в короткий промежуток времени в едином механизме от столкновения движущегося легкового автомобиля с пешеходом.

     Первичный осмотр транспортного средства проводился  только 5.12.2012, когда нашли подозреваемую машину, которая  до этого была в состоянии ремонта с замененным вследствие повреждений передним бампером. 

    В Центре судебных экспертиз по Южному федеральному округу в Ростове–на–Дону опытными экспертами-криминалистами проведена комплексная транспортно-трасологическая и автотехническая экспертиза, законченная 15.06.2012 года. Изучив параметры разных частей автомобиля и локализацию  разнохарактерных повреждений и отвечая на 27 поставленных вопросов, эксперты нашли возможным определить, что имела место автомобильная травма. Пешеход в момент наезда был в вертикальном положении, в движении не находился, сгруппировался стоя, несколько присел и был обращен к автомобилю левой передне-боковой поверхностью тела, получив оскольчатые переломы обоих надколенников бампером. Эксперты привели конкретные доказательства соответствия локализации и особенностей отдельных повреждений на трупе конструктивным деталям автомашины и направлению его движения. Кроме того, показания водителя о якобы имевшем место падении с моста опровергались и тем, что «передний бампер его автомобиля вмят в направлении строго спереди-назад», а при падении пострадавшего ногами на бампер деформация его была бы в направлении сверху-вниз. Эксперты-криминалисты подсчитали начальную скорость падения, которая без учета сопротивления воздуха составила 21,54 км/час. С учетом совокупности доказательств эксперты пришли к однозначному выводу, что падение гр. Слепакова с Ворошиловского моста  непосредственно на бампер проезжающей автомашины под управлением Шандыбы ни теоретически, ни практически невозможно. Поэтому версия водителя о том, что непосредственно перед контактом с автомобилем он упал с моста -  несостоятельна. 

       Таким образом, результаты оперативно-следственной работы, криминалистической транспортно-трасологической и автотехнической, а также судебно-медицинской экспертиз не имели противоречий и позволили представить в суд обоснованное обвинительное заключение.  Заседание Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону 28 апреля 2012 г. рассмотрело уголовное дело по обвинению подозреваемого гр-на Шандыбы по ст. 264 ч.3 УК РФ. Абсолютно достаточные, объективно обоснованные экспертные доказательства, которые, на наш взгляд, на этом этапе могли бы лечь в основу однозначного судебного решения почему-то судью не убедили. Он согласился с ходатайством адвокатов подозреваемого, которые, ссылаясь на полученное мнение частного судебно-медицинского эксперта, обладавшего опытом криминалистических экспертиз В.В. Щербакова, назначил комплексную судебную медико-трасологическую экспертизу экспертам Ростовской негосударственной организации ООО «124 лаборатория медико-криминалистической идентификации», руководителем которой является он сам, кандидат меднаук В.В.Щербаков. В комиссию для производства комплексной экспертизы он включил заведующего кафедрой судебной медицины Ростовского государственного медицинского университета доцента Д.П.Березовского, который по совместительству работает судмедэкспертом Бюро СМЭ РО. Поэтому, являясь экспертом государственного учреждения, согласно статье 16 Федерального закона №73 «О государственной судебно-экспертной деятельности», был не вправе принимать поручения от каких-либо лиц или органов, кроме руководителя Бюро СМЭ РО. Это отметила 14.11.2012 г. Прокуратура Ворошиловского района г. Ростова-на-Дону. Третьим экспертом является зав. отделом НИИ механики и прикладной математики ЮФУ А.С. Юдин. Заметим, что никто из них не имел специализации и опыта работы по транспортной трасологии и автотехническим экспертизам.

   В своих выводах эти эксперты, вопреки результатам судебно-медицинской и комплексной транспортно-трасологической и автотехнической экспертиз, категорически исключили причинение травмы гр-ну Слепакову при столкновении пешехода с движущимся автомобилем ВАЗ-2106. Основными аргументами такого вывода являлись: отсутствие повреждений на автомобиле, характерных для наезда (хотя по данным автотехнической экспертизы, они имели место), несоответствие высоты повреждений конечностей пешехода с частями автомобиля, некоторые характеристики всего комплекса повреждений на теле пострадавшего, отсутствие следов скольжения на подошве кроссовок, в которых был обут пешеход. (Заметим, что это могло быть объяснимо тем, что асфальт был покрыт мокрым снегом). Эксперты нашли возможным указать последовательный механизм повреждений: падение с моста и ударный контакт с верхней поверхностью левой половины бампера, направленного сверху-вниз, хотя по заключению экспертов-автотехников Центра судебных экспертиз по ЮФО и (позже) краснодарских криминалистов локальная вмятина на металлическом бампере имела направление спереди-назад относительно движущегося автомобиля ВАЗ-2106, от чего произошло повреждение его пластмассовых деталей, а у пострадавшего вызвало резкое сгибание в тазобедренных, коленных суставах и в пояснично-крестцовом отделе позвоночника под острым углом и по отношению к вектору движения автомобиля. Далее, по их мнению, тело было отброшено вперед и следующий контакт его произошел с дорожным покрытием. По мнению экспертов ООО «124 лаборатория...», причиной ошибочного результата эксперта Бюро СМЭ РО явилось некачественное исследование трупа, а именно - отсутствие  вскрытия мягких тканей задней поверхности туловища и конечностей. Следует отметить, что на самом деле вскрытие было осуществлено в соответствии с требованиями стандарта, изложенного в Приказе МЗ и СР №346 от 12.05.2010 г., но запись об этом в заключении экспертов недостаточно точная. Выводы негосударственных экспертов, проводивших эту экспертизу по материалам дела, весьма категоричны: повреждения одежды и тела пострадавшего не могли возникнуть при наезде легкового автомобиля на пешехода, они причинены при падении (прыжке) с Ворошиловского моста с высоты 24, 97 м. на асфальт. При этом от места отрыва от  края моста до места приземления тела траектория ориентировочно составляла более 13,4 м. и первый ударный контакт падающего тела  пришелся стопами в кроссовках прямо по переднему бамперу движущегося автомобиля. Этот невероятный полет тела они объяснили  сильным толчком перед прыжком. Заметим, что это - подсказка следствию об умышленном действии, самоубийстве. Отметим, что с Ворошиловского моста, который имеет печальную славу моста самоубийц (как мост Ватерлоо в Лондоне), случайно выпасть нельзя из-за высокого барьера, на который нелегко взобраться, встать, чтобы оттолкнуться. Предположение о самоубийстве особенно удивило и возмутило не только близких, но всех знавших 18-летнего Слепакова, как уравновешенного, успешного и жизнелюбивого человека. Этому противоречили обстоятельства дела (за несколько минут до трагедии он по телефону передал родителям, что уже идет домой), а также подсчитанная экспертами криминалистами начальная скорость полета тела от толчка при прыжке, которая составила  бы 21,54 км/час, в то время, как, даже при установлении Олимпийского рекорда в прыжке в длину скорость, которую развивает спортсмен, меньше, и составляет 21 км/час. Позже в судебном решении отметив положительные качества личности Слепакова, было указано, что «каких-либо обстоятельств, способных привести к попытке самоубийства и тому, что погибший сбросился с моста, не установлено».

     Таким образом, эта экспертиза была в противоречии с предыдущими и полностью подтверждала фантастическую версию подозреваемого Шандыбы, высказанную после его задержания. 

       Мы считаем, что распространенное мнение о том, что коммерческая экспертиза негосударственная и уже потому является независимой, – неверна. Стоит задуматься, почему экспертиза, проводимая коммерческой организацией независима, если главная её цель (как всякой коммерческой организации) – получение прибыли. Как может эксперт этой организации быть независимым, если он выполняет работу за вознаграждение по договору от одной из сторон. В то время как государственный эксперт, получая заработную плату независимо от производства отдельной экспертизы, не имеет права входить в контакт со сторонами, а при личной заинтересованности по делу, обязан заявить самоотвод. Конечно, всё чаще такие правонарушения случаются, но разница в положениях и ограничениях этих экспертов очевидна. Поэтому мы считаем, что объективность эксперта зависит от его личных качеств и, прежде всего, совести и экспертной честности, а не от того, государственным или частным экспертом он является.  

   Так как производство экспертиз затянулось и превысило срок задержания подозреваемого под стражей, суд отпустил его по подписке о невыезде. И это, несмотря на то, что, не пытаясь оказать помощь пострадавшему, он скрылся с места происшествия.

    Несмотря на очевидную невероятность версии о возможности смертельного травмирования пострадавшего при прямом свободном падении с Ворошиловского моста в вертикальном положении ногами на бампер автомашины (что совершенно нереально), суд удовлетворил ходатайство адвокатов подозреваемого Шандыбы и назначил повторную комплексную судебную медико-трасолого-автотехническую экспертизу, перед которой поставил 30 вопросов. Производство этой экспертизы было поручено Краснодарскому краевому Бюро судебно-медицинской экспертизы по материалам уголовного дела.

        С целью установления, насколько убедительными и объективно-обоснованными являлись отмеченные экспертом выводы, нами был проведен анализ описанных в заключении эксперта №4194-Э от 16.12.2012 г. повреждений, выявленных при первичном исследовании трупа гр-на Слепакова в день его смерти 2 декабря 2012 года. Мы, констатировали, что на трупе потерпевшего отмечались повреждения, нехарактерные для прямого свободного падения с большой высоты, в условиях которого, по версии подсудимого, и заключению негосударственной организации ООО «124 лаборатория медико-криминалистической идентификации», падало тело с Ворошиловского моста. 

Аргументами  для такого вывода являлись:

    1) одежда, снятая с трупа Слепакова имела сквозные множественные разрывы, в основном по швам, и загрязнения грунтом всех слоев от пальто и его подкладки до нательного белья, причем  по разным поверхностям, чего не бывает при прямом падении с высоты на плоскость. Падение с большой высоты обычно приводит к срыванию, по крайней мере, верхней одежды, что не наблюдалось в этом случае;

   2) на исследуемом трупе наружные повреждения по количеству и тяжести значительно превышают внутренние, что противоречит  выводам о прямом свободном падении с высоты;   

       3) множество повреждений кожи в виде ссадин, кровоподтеков и ушибленных ран, ряд из которых нанесены при скользящих ударах, на разном уровне в разных направлениях, при неоднократных контактах и расположенные на передней, задней и боковой поверхности тела, на верхних и нижних конечностях, не могут образовываться  при  прямом свободном падении с высоты, при котором наружные повреждения  односторонние, единичные и однонаправленные;

       4) повреждения на передней лицевой поверхности головы и очаговое кровоизлияние в мягкие ткани затылочной области головы трупа Слепакова свидетельствует о двух точках приложения силы, чего не наблюдается при прямом свободном падении с высоты;

      5) при прямом падении с большой высоты, вследствие инерционного воздействия  огромной силы в корнях легких обычно наблюдаются разрывы и даже полные отрывы легких от мест прикрепления, чего в данном случае не было. На исследуемом трупе были только кровоизлияния в подвешивающих частях легких, что характерно и для сотрясения тела при  наезде автомобилем;  

        6) прямое падение с большой высоты на твердую поверхность обязательно были бы значительные разрывы внутренних органов, особенно печени, селезенки, сердца, брыжейки кишки, желудка, чего не наблюдалось в разбираемом случае;

      7) при вертикальном падении на ноги должны иметь место повреждения на подошве обуви, и кожи подошвенной поверхности стопы, переломы пяточных и таранных костей, иногда переломы костей голени и нижней трети бедра. Все эти повреждения не отмечались  при исследовании трупа гр-на Слепакова;

    8) при вертикальном падении с большой высоты на ноги переломы ребер образуются по околопозвоночным линиям, чего в данном наблюдении не было. Они имели место по подмышечным линиям;

    9) для прямого свободного падения в вертикальном положении тела типичны вколоченные переломы нижних конечностей с внедрением головки бедренной кости в вертлужную ямку и в полость таза. На трупе гр-на Слепакова имелись многооскольчатые переломы трубчатых костей ног в разных направлениях, близких к горизонтальным, нехарактерные для падения с высоты; 

  10) для вертикального прямого свободного падения на ноги характерны компрессионные переломы нижних грудных и поясничных позвонков, а также кольцевидный перелом основания черепа вокруг большого затылочного отверстия, чего  не было на трупе гр-на.Слепакова;

    11) наконец, разрыв лонного сочленения, раны и ссадины в области мошонки, с учетом  их размеров и особенностей позволяет считать их результатом ударного воздействия тупого предмета с ограниченной травмирующей поверхностью со значительной силой, направленной спереди-назад. Это не соответствует прямому свободному падению с высоты, когда действует тупой предмет с большой силой и преобладающей поверхностью, приводящий к  повреждениям в области живота и тазового кольца,  что отсутствует на исследованном трупе. 

     Исключение прямого свободного падения с Ворошиловского моста подтверждается и нереальным, фантастическим отклонением тела от вертикальной оси края моста, величиной отлёта (по А.Н. Лебедеву), почти на 14 м. И это при отсутствии  возможности разбега  и мощного отталкивания (как это бывает при самоубийстве) из-за высоких перил моста. Следует также учесть, что точное приземление в вертикальном положении стопами на бампер движущейся автомашины невероятно, так как при высоте в  24, 97 м в полете неизбежны изменения положения тела. 

     Вместе с тем указанные повреждения на трупе в комплексе укладываются в механизм столкновения (наезда) автомашины с пешеходом, при ударе бампером и другими передними частями автотранспорта по передней и частично правой поверхности его тела в первой и второй фазах. Напоминаем, что обнаруженная автомашина находилась в состоянии ремонта, из-за чего наличие и особенности её повреждений конкретно не могут быть установлены. Остальные повреждения причинены в третьей фазе падения при ударе тела о дорожное покрытие и четвертой фазе с вращением и скольжением тела по поверхности дорожного покрытия. При этом некоторые противоречия такого механизма объяснимы. Например, отсутствие следов скольжения на подошве кроссовок допустимы в связи с мокрой от дождя поверхностью асфальта; высота повреждений нижних конечностей, причиненных бампером - позой потерпевшего в момент столкновения и повышенной высотой автомашины из-за нестандартных высоких покрышек. Некоторое значение имела подмена экспертами 124-й лаборатории особенностей повреждения. Так, очаговые кровоизлияния в правой околопочечной клетчатке, описанные экспертом В.Долговым и правильно принятые за результат удара, названы массивными, что более характерно для резкого их смещения при падении.

     Версия образования повреждений в результате прямого свободного падения с высоты,  выдвинутая «независимыми» специалистами, является противоречащей научным данным, изложенным в многочисленной литературе, посвященной экспертизе трупов лиц, погибших от повреждений, полученных вследствие падений с большой высоты. Её несостоятельность показана выше – в сравнительном анализе повреждений от падений и образовавшихся при наезде автотранспортом.

    Тем не менее, дополнительно к весьма убедительным результатам анализа, приведенным выше, нам представилось важным провести сравнительный оценку повреждений, выявленных на трупе гр-на Слепакова и повреждений, описанных экспертами Ростовского Бюро СМЭ в 11 актах при исследовании трупов лиц, смерть которых наступила вследствие повреждений, причиненных при падении с того же Ворошиловского моста примерно на то же место асфальтового покрытия  улицы Береговой. Все эти случаи объединяли высота, с которой падало тело; прямое, свободное падение тела взрослых людей, особенности поверхности приземления, отсутствие условий для  придания ускорения телу при его отрыве от края моста, а также наступление смерти на месте падения.  

     Шесть случаев было  летом, три  осенью, по одному весной и зимой. В  4-х из них тело приземлялось в вертикальном положении  (в трех на ноги, в одном на лобно-теменную область головы); в 7 - в горизонтальном, причем в пяти из них на заднюю поверхность, по одному на переднюю и боковую. В 7 случаях алкоголь не был обнаружен, в 5 выявлено от 0,9 до 4,5 промилле этанола в крови. Все трупы вскрывались по направлениям, в которых предварительные сведения включали либо информацию о падении с моста, либо только о месте, на котором обнаружен труп. Одежда в двух случаях имела повреждения в виде разрывов, в пяти - загрязнения наружных слоев грунтом или пылью.

     Повреждения головы и шеи имели место во всех случаях. Это были повреждения кожи в виде единичных ссадин, кровоподтеков. В 10 из 11 случаях отмечалась закрытая ЧМТ или  многооскольчатый перелом костей свода, иногда основания и лицевого черепа; разрывы твердой и мягкой мозговых оболочек, субдуральные, субарахноидальные кровоизлияния в желудочки и ткань мозга. Повреждения груди и живота  в виде ссадин, кровоподтеков и подкожных кровоизлияний, переломы ребер, в трёх случаях множественные и двусторонние, лопатки, позвонков, по одному грудины и  ключицы, лонных и седалищных костей, крестца.

    Повреждения конечностей в виде кровоизлияний в мягкие ткани, ссадин и кровоподтеков, ран, открытые и закрытые многооскольчатые переломы костей плеча, предплечья, голени, бедра, пяточных костей, а также по одному случаю костей голеностопного, локтевых и коленного суставов. 

     Особое значение имели повреждения внутренних органов. Во всех 11 наших наблюдениях свободного прямого падения с большой высоты встречались повреждения внутренних органов живота и почти всегда, органов грудной полости при приземлении независимо от положения тела. Стандартной является сочетанная травма с комплексом повреждений от инерционного воздействия и сотрясения тела, а также от непосредственного ударного воздействия при приземлении тела. Отмечались грубые разрывы внутренних органов брюшной полости (печени, селезенки, брыжейки, тонкой кишки), грудной полости (легких или одного легкого с повреждением плевры, сердца, переломов ребер и других костей скелета, кровоизлияния в корни лёгких, средостение, сердце, клетчатку вокруг аорты, диафрагму, околопочечную клетчатку, поджелудочную железу, а также гемоторакс, гемоперикард, гемоперитонеум. Изучив 208 актов судебно-медицинского исследования по поводу смертельных случаев падения с разной высоты П.П. Щеголев, В.А. Чучко (1973) отметили, что  повреждения живота  имели место в 69,7%. Чаще всего это разрывы и кровоизлияния печени, селезенки, затем почек, повреждения желудка и кишечника. Анализ нашего материала подтверждает результаты исследований этих авторов.

    Таким образом, во всех 11 наших наблюдениях свободного прямого падения с большой высоты встречались описанные в литературе общие признаки падения: незначительность наружных повреждений по сравнению с внутренними, односторонний характер, признаки инерционного действия и другие, а также признаки вертикального приземления на выпрямленные ноги. Особо следует подчеркнуть повреждения внутренних органов живота и почти всегда, органов грудной полости. Перечисленные повреждения  в таком количестве, тяжести, в таком комплексе не встречаются при наезде автотранспортом и не имелись в разбираемом нами случае.

      Приведенные данные убедительно свидетельствуют о возникновении повреждений у гр-на Слепакова А.В. в результате  дорожно-транспортного происшествия — при ударе пешехода частями движущегося транспортного средства, и полностью исключают неправдоподобную версию о возникновении этих повреждений при падении с высоты 25 метров с Ворошиловского моста.

    В конце марта 2013 года поступило заключение экспертной комиссии Краснодарского бюро СМЭ, которое полностью подтвердило первичное заключение ростовских экспертов, законченное в первые месяцы после трагедии и выводах в которых, в частности, было указано, что преобладающим механизмом повреждений Слепакова А.В. явилось ударное действие тупыми предметами с ограниченной поверхностью. Они образовались при первичном контакте движущегося легкового автомобиля, каким мог быть ВАЗ-2106, по передней поверхности пострадавшего, а также повреждения возникшие во второй, третьей и четвертой фазе травмирования. Повреждения, характерные для падения с большой высоты у Слепакова А.В. отсутствуют, что исключает версию его падения с Ворошиловского моста.

      Последнее заседание Кировского суда под председательством Ю.В.Кравченко состоялось  29 апреля 2013 года. Оценив представленные доказательства, суд посчитал вину подсудимого Шандыба В.И. полностью доказанной и не мог согласиться с его версией о том, что погибший упал ему на автомобиль в момент, когда он проезжал под Ворошиловским мостом. По совокупности доказательств суд сделал вывод, что имело место именно ДДП с участием автомобиля под управлением подсудимого, в результате которого погиб пешеход Слепаков.

     Что касается заключения экспертов Лаборатории №124, выразивших своё субъективное мнение, однако с учетом исследованных доказательств суд приходит к выводу о невозможности включения их в основу приговора.  В приговоре суд признал Шандыба В.И. виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ и назначил ему наказание в виде 1 года 8 месяцев лишения свободы с отбываем наказания в колонии поселении с лишением права управлять транспортным средством на 2,5 года.

       Подводя итог этого поучительного судебного процесса, в котором существенное значение имели судебно-медицинские и криминалистические экспертизы, и, не останавливаясь на нравственных аспектах этого дела, отметим следующее. 

    Судьи при расследовании и разбирательстве дел, связанных с причинением смерти и вреда здоровью человеку, в большей степени должны быть знакомы с основами этого раздела судебной медицины, что позволит избежать многочисленных  дополнительных действий, затягивающих процесс.

    Представителям следствия и суда не следует придерживаться негласного мнения, лоббируемой одной из сторон о независимости негосударственной экспертизы, ибо объективность её результата зависит только от профессионализма, добросовестности и честности эксперта.

    Судебно-медицинский эксперт, при наличии иной точки зрения, к которой может склоняться суд, должен в своих выводах или ином процессуальном документе дать подробный анализ доказательных признаков, убеждающих судью в правоте своей версии и необоснованности иной.       

   Считаем, что приведенные нами сведения могут быть использованы при   дифференциальной диагностике различных видов массивной травмы. 

                                                  

                                          Основные использованные  источники


1. Акопов В.И. О совести, качестве работы судебно-медицинского эксперта и некоторых правовых проблемах экспертизы // Медицинская экспертиза и право, №4, 2010, с. 17-22  

2. Бунятов М.О. Биомеханика повреждения тела человека при падении с большой высоты. Дисс….доктора мед.наук. М., 2001, 295с.

3. Кушелев В.П. О повреждениях при падении с высоты в судебно-медицинском отношении. Диссс…. Канд.мед.наук.  Калинин, 1954, 154

4. Лебедев А.Н.  Материалы к судебно-медицинской экспертизы повреждений  при падении с высоты. Дисс…канд.мед.наук, – Л., 1985

5. Лебедев А.И. Некоторые закономерности объема и характеристики повреждений при прямом свободном падении на выпрямленные ноги // Теория и практика судебной медицины, СПб, 2001, В.5,с31-33

6. Максимов А.В. Падение с большой высоты: аналитический обзор литературы // Актуальные вопросы медико-криминалистический экспертизы: современное состояние и перспективы  развития. – М., 2013, с.452-462

7. Солохин А.А., Ю.А.Солохин   Судебно-медицинские аспекты травмы от падения с высоты. – М.,1993. – 63 с.

8. Солохин Ю.А. О классификации падения с высоты // Судмедэкспертиза,  2003, №2, с.9-11

9. Хаддат А.Х.  Смертельные повреждения при прямом падении с различной высоты. Л., 1985 

10. Щёголев П.П., В.А.Чучко. К характеристике повреждений органов брюшной полости при падении с высоты. // Вопросы судебной медицины и экспертной практики. Чита, 1973, с.117-119  

--------------------------------------------------------

 © Акопов Вил Иванович, Маслов Евгений Николаевич


Предсказуемость планетарной эволюции
Эволюционный ракурс рассмотрения будущего позволит логически связать историю, настоящее и необычные проявления...
Мегапроекты нанокосмоса
Статья о тенденциях в российских космических программах на основе материалов двух симпозиумов в Калуге
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum