Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
"Культурная катастрофа". Судьба "Журнального зала»
Остановил работу интернет-проект "Журнальный зал". Более 20 лет на этом сайте мо...
№16
(349)
10.10.2018
Образование
"Студент" и "студенчество": социологический портрет в интерьере времени
(№5 [293] 15.04.2015)
Автор: Сергей Орловский
Сергей  Орловский

Вряд ли кто-то не согласится с тем, что жизнь в немалой степени есть память об уже прожитых годах. И когда мы говорим кому-то, что нами прожит тот или иной  отрезок жизни, то этот кто-то понимает нас по содержанию нашего рассказа об этом прожитом. Здесь выстраивается понятийная цепочка «реальная жизнь - фиксация в памяти - рассказ по памяти». При этом, первые два элемента этой цепочки указывают на натуральный автоматизм человеческой экзистенции. Так происходит, потому что так устроен человек, его восприятие самого себя и Мироздания. Жизнь сворачивает себя в некие следы памяти – гештальты, если выражаться языком науки.

Рассказ по памяти – это попытка психики человека извлечь содержание памяти в том объеме как получается во время такой попытки. Достаточно полное извлечение требует от соискателя особенного эмоционального фона. Не просто желания вспомнить, а также определенного психологического настроя. Если память не организована с самого начала, то многое из её содержания вообще не удается извлечь или собирать всё приходится по кускам, всплывающим в сознании их носителя далеко не в одно и то же время. А если учесть влияние на память естественного процесса старения, то вызывает улыбку воспоминания тех писателей, память которых не была поддержана специальной ситуационно синхронизирующей её организацией. Таким самоорганизатором есть дневник. Известны различные стили дневника, например: протокол [1], личная летопись [2], организатор внимания [3].   

Также необходимо отметить, что жизнь человека протекает не однородно и плавно, а некими возрастными периодами [4] и переходами [5] между ними. Процесс нашей жизни погружён в пространство времени, где гармония соотнесенности возрастных периодов играет немалую роль в чистоте и яркости следов нашей памяти. В континуальном или событийном способах образования таких следов.

Человек живет в обществе погружен в реальность жизнепроявлений, соответствующих уровню развития такого общества – общественному укладу или способу жизни. Однако, он свободен в выборе стиля своей жизни, но в пределах рамки «способ жизни», если не хочет быть «изгоем». Много ли стилей жизни предоставлено человеку развитого общества на выбор? - Практически все мыслимые стили жизни обитателей планеты Земля. Особенным временем ориентации и выбора стиля жизни является такой период жизни как «студенчество». Именно такому времени, которое мы рассматриваем как «время осевого выбора» [6], и посвящена эта статья.

Но что известно про это важное для человека время, когда тяга к высшему образованию и тяга к масштабному целевому самоопределению человека совпадают [7] по времени своего существования? Когда два, в общем-то неодинаковых потока, переплетаются в одном сознании, влияя друг на друга и даже подменяя один другого? – Нам не покажется самоуверенной констатация ответа в виде: «…А ответ ты узнаешь, когда король обнажит голову, а ты останешься  в шляпе» [8]. Прочитав массы всяких статей (социологических, психологических, образовательно-организационных), мы так не смогли построить образной модели ответа на поставленный вопрос. Практически не удалось обнаружить культурного следа живых записей от лица самих студентов. Всё время за них «говорят» либо ученые, либо преподаватели, либо воспитатели. Говорят как-то обобщенно, теряя широкий спектр человеческой уникальности. А ведь ретроспекция памяти бывших студентов постоянно указывает на различие позиций «студент» и «настоящий студент» [9]. Не различение таких позиций является препятствием для доступа последующей волны студентов к полноценному культурному следу предыдущей волны.

Нам не удалось обнаружить культурный след студенческих памятно-наставлеченских рукописей уровня «Обращение уже вошедших к входящим». А такие ведь точно были [10]. Именно они несли в себе следы языкового выражения остроты восприятия жизни островков живого студенчества. Именно поэтому наша статья насыщена авторскими ретроспекциями из его студенческой жизни, чтобы хоть сигнально напомнить исследователям позиции «Студент», что она не безмолвна и вполне способна к саморефлексии любой известной глубины. Способна к обязательности своего культурно-исторического письма.

Тезис 1. Ассоциативный ряд следов памяти, вызванный случаем. 

  Это произошло недавно, во время нашей встречи со студенческой группой русскоязычных эмигрантов в г. Нюрнберг. Встреча происходила в турецком кафе «Эмигрант», которое было местом постоянной встречи студентов Нюрнберга и прилежащих к нему городов (Эрланген и др.). Им всем было от 25 лет до 30 лет [11]. 

«Я пришёл вовремя и оказался вначале в гордом одиночестве. Затем появились девушки, а потом, минут через 20, подтянулись и ребята. Пока ребят не было, девушки, заказав пиво, завели свой разговор. Тема разговора была одна: «Как устроить свою жизнь, найдя достойного претендента на руку и сердце?». У меня сложилось острое ощущение, что я попал в логово некой специфической охоты, где обсуждались планы «как загнать дичь (достойного мужика) в ловушку». Подумалось: «Это же не студенты, а – взрослые люди, не мечтатели, а – конкретные планировщики своей жизни. В моё время было по-другому». И пошли и поехали воспоминания из моих студенческих лет. Мне даже стало жаль этих молодых ребят. Как оказалось, многие из них стали студентами повторно. Первый раз высшее образование было получено в странах СНГ. В Германии пришлось второй раз становиться студентом, чтобы получить диплом с более престижным признанием высшего образования. Вот отсюда и диссонанс в моих ощущениях от местного студенчества…» [12].

Был и ещё один подталкивающий сигнал. Он связан с молодым человеком, которому я помогал подготовиться к письменному экзамену «Абитур» [13] по физике. Сдав экзамен, он поступил в местную высшую техническую школу на машиностроительный факультет. «Я встретил его в немецком метро, когда он был на третьем году обучения. Мы поздоровались, я спросил его про его учебу. Выглядел он здорово: высокий и подтянутый, плечистый и румяный, хорошо одет. Но вдруг у меня вырвался вопрос: «Может с чем-то экспериментируешь? Придумываешь, собираешь, конструируешь?». Он среагировал практически мгновенно: «А зачем? Учебную программу выполняю и достаточно». Меня как «ошпарили»: «Так, юность же проходит! Когда же мечтать о сверхшаге, как не сейчас?Юность – это окно в гениальность». «Не понимаю» ,– сказал он и не попрощавшись ушел в тоннель метрополитена. «Странные здесь студенты. Носители мечты бескрылой и приземлённой. Без устремления к Идеалу» – выдал мой мозг по инерции».

Тезис 2. Фокусы различения памяти. Понятийные триады: траектория попадания в студенчество и устремление к уровню «живой студент».

Траектория. Здесь надо отметить три разных траектории попадания в «студенчество»: 

- прямая (когда человек становится студентом сразу после средней школы); 

- отсроченная (здесь в позицию «студент» попадают после обязательной для каждого гражданина службы в армии); 

- утилитарная (единственной целью здесь является получение диплома). 

Естественно, что в одной статье не представляется возможным рассмотреть особенности всех трёх траекторий. Мы будем отслеживать выбранную тему только по траектории «прямая».

Уровни. Наша память предлагает различать уровни студенчества, такие как: «студент» (формально обывательский фон) и «живой студент» (человек с оригинальным подтекстом). «Живой студент» ведёт себя так, как это делает человек, стремящийся выйти из серого обывательского типа жизни. То есть, «живой студент» стремится выйти из серости фона «студент», обретя яркий цвет жизни «идеалиста». Среда же высшей школы может поддерживать или ставить препятствия такой устремленности. Но нам важны здесь не просто примеры, а именно те из них, которые оказались надолго записанными в нашу память – те, яркость которых пронесена психикой сквозь время и несет объективность понятия «след в памяти». Нам интересно только то, что вспоминается издалека и легко.  

Норму оригинальности уровня «живой студент» мы понимаем как обязательное соединение трёх потоков «жизни идеалиста» [14]: 

- раскрытие индивидуальной уникальности (то уникальное, что получено от рождения; природный дар); 

- устремленность к высшему образованию (стремление к некой высшей Истине через организованный поток светской культурности);

- стратегическое целеопределение (поиск цели жизни, её смысла, поиск Учителя). 

Конечно, есть работы профессиональной науки [15] с другими фокусно-представительными моделями, но нам важен именно психо-ретроспективный взгляд на выбранную тему, живучесть и цепкость такой ретроспекции. Нам интересно подать период ощущения студенчества как то, что запомнилось по человечески, минуя формализм и официоз.

Тезис 3. Эффективный план целевой установки студенческой жизни: карьерная лестница, новая органика, собственное дело. 

Карьерная лестница. Процесс образования рассматривается как обязательная преамбула процесса выхода на защиту ученой степени с минимальными потерями принятых здесь регламентным сроков: обучение – 5 лет, аспирантура – 3 года, защита  ученой степени – не более одного-двух лет после аспирантуры.

Новая органика. Обучение происходит с целью построения в своей психике органа организации качественного познающего мышления.

Собственное дело. В процессе обучения формируются представления о направлении самостоятельной деятельности и подбирается возможная рабочая группа из студенческого окружения. Совсем не эффективной, а пассивной представляется нам цель «про запас», однако именно она характерна для большинства студентов. 

Про запас. Соискатель такой цели получает высшее образование на всякий случай, по инерции своих социальных возможностей. Например, потому, что наличие высшего образование повышает социальный статус и сетку[16] заработной платы в государственном или частном учреждении.  

Тезис 4.  Два естественных репера в памяти о периоде студенчества: вектор точки входа и первый момент разворота такого вектора. 

Вектор точки входа. «Уже получив высшее образование, я старался не пропускать день первокурсника местного университета, чтобы окунуться в волну коллективной психики тех, кто рвётся в сферу высшей образованности. Как бывший студент я прекрасно понимал, что высшая образованность и высшее образование это две очень разные вещи. Первокурсники ещё об этом не подозревают и поэтому их устремление к образованию имеют возвышенный градус. Мне всегда было приятно ощущать такой градус. Он мне давал толчок и корректировал мою возможную приземленность в моих личных устремлениях к образованности. Да, я пытался практически [17] использовать романтический настрой студентов-новичков! Образовательное безумство молодых людей должно иметь какое-то полезное приложение. Если церковь принимает роды и уход духа у своих мирян, то кто-то же должен занять и расширенную позицию Сократа [18] – принимать роды чрезмерно высоких романтических устремлений, роды поэтизации состояния «образованный человек»».

Первый разворот вектора точки входа. «В середине первого курса, обжившись и осмелев, я с моим товарищем Владимиром пришел на кафедру «Радиоэлектроника», заявил первому встречному преподу [19] честно и прямо, что, мол, хочу заняться наукой. «Вот и рабсила», – воскликнул препод. Далее он уточнил, что труд создал человека и что учение есть свет во тьме. Тьмой были студенты, а светом – преподы. Выдал нам черновые рисунки новых наглядных учебных плакатов. Записал наши координаты и по-отцовски тепло сказал: «Дерзайте. Изготовите плакат, приходите, поговорим. Наука начинается с повинного труда! Повинную голову меч не сечёт». Я сразу понял, что такая наука мне не нужна. Я читал Энгельса и знал, что труд создал из обезьяны человека. Но я уже и так был человеком. Неужели носитель света этого не видит? Но, черновик плаката возвратил не сразу, а через пару дней со словами, что надумал жениться и нет абсолютно никакого свободного времени. Если мне врут, то и я применяю поговорку [20]: «Ступай же ты, отравленная сталь, по назначению!». 

Тезис 5.  Обучение – это не договор о терпении студента при непременной агрессии преподавателя. Терпение должно компенсироваться ощущением знания, а агрессия – посильной благодарностью.

Известна поговорка: «Камень знания надо упорно грызть». В памяти всплывает случай, когда руководитель учебной лаборатории (лабщик) ласково гладил плакат с этим лозунгом, приговаривая: «Когда же эти грызуны [21] перестанут портить лабораторные приборы?». Возможно, он так молился [22]. 

«Есть нормальные учебные курсы, которые может понять ум студента. А есть принципиально непросекаемые – не прогрызаемые студенческим умом. Дело в том, что понять можно только то, что имеет не только культурную форму, но ещё и специально подготовлено к культурной трансляции. Далеко не каждый препод способен культурно транслировать свой предмет. Тот культурный конспект, на который способно его сознание, часто напоминает результат жизни «инопланетного жителя». В общем такой препод учит тому, что сам плохо понимает, но гордится, что он де на переднем фронте науки. Например, учебный курс «Квантовая физика» был представлен нам как некий раздел высшей математики. Понять его как физику не было никой возможности. Мы не успели привыкнуть к квантовым абстракциям, а уже – «иди сдавай экзамен». Я сдал на отлично. Но как? Исключительно на основе памяти. Сдал и тут же забыл навсегда…» 

«…Братцы студенты, не отчаивайтесь. Нельзя понять что-то культурно неоформленное. Просто нет достаточно учебного времени. Преподаватель же никогда не признается в своем непонимании читаемого им предмета. Вот такая натуральная двойственность вырисовывается конкретно. Если хочешь научиться – выбирай культурного препода!».

Конечно, есть простой метод оценки культурности того или иного курса учебных лекций. Какой? – Наличие не только текстовой версии учебного курса, но и опорного  конспекта к нему. Качество конспекта – вот простое мерило качества культурной трансляции. Конечно, создание такого конспекта требует немалых усилий и методологической подготовки. Здесь надо повышать методологическую образованность с двух сторон, как преподавателей, так и студентов. Как? - На основе введения в учебный процесс предмета «Методологическая организация обучения» [23]. Ранее был такой предмет «Научная организация труда», но это был упор только на психологические проблемы [24] мышления. 

Кроме того, можно было бы учесть фактор разрыва [25] коэффициентов сжатия предлагаемой студентам учебной формации. Диапазон коэффициентов сжатия конкретного учебного курса легко вычисляется как отношение между количеством страниц учебника и его опорного конспекта. В простом варианте опорным конспектом можно считать «личный конспект преподавателя», на основе которого он читает учебный курс. 

Тезис 6. Учиться можно не только у преподавателей. Возможности использования горизонтальной учебной коммуникации (сокурсники, одногруппники, старшекурсники) и виртуальной вертикали (книги, «живая библиотека» [26]).  

«Лет через 15 после окончания универа [27], я прочёл в местной газете, что некий инженер Александр Кирсанов, бывший мой однокурсник «Кирсаныч» из группы «Бионика», публично обвинил универ в некачественном образовании. Мол, учили всему, что не пригодилось. Превратили процесс обучения просто в некий трудоизматывающий молодой организм процесс. Обучение превратили в бесцельный труд, призывающий студентов к одному – стать трудоголиком. Разве лозунг «Будь готов к труду и обороне» является главным лозунгом образования? И так далее, и тому подобное, в таком ключе. Но Кирсаныч не только дал интервью в газету, он явился в ректорат универа на беседу по этому поводу. Это ли уже само по себе не говорит о чистоте его намерений. А ведь он сказал правду. Часто нас учили без всякой связи с реальным миром последующего трудоустройства. Но виноват ли здесь универ? Ведь приходится формировать учебные программы без спроса на их содержание со стороны государства. Но наш Кирсаныч чист и наивен, похож на Кирсанова из Тургеневских «Отцов и детей». Студенчество прожито им с психологической травмой «недобор» и не им одним».

Тезис 7.  Техникум (колледж) ставит на ноги, а универ – на голову.  Здесь надо быть осторожным и соблюдать принцип посильного психонапряжения.

Согласно Википедии, «студентом» называют человека, который учится в высшей школе. Этот очень слабое, по нашему мнению, схватывание того содержания, которое является ключевым для стиля жизни «Студент». Да, человеку отведено время на обучение, но это не просто возможность обучения – это возможность доступа к абстрактным слоям познания. Если средняя школа – это доступ к натуральным обобщениям и простым абстракциям, то высшая школа – доступ к сложным абстракциям сознания, в том числе и чистым интеллектуальным провокациям [28].

«Никак не могу забыть недавний разговор со студентом из параллельной группы. Он поступил в универ после техникума. Он говорит, что техникум дал ему конкретную специальность «Телеметрия …». Но чем дальше он учится в универе, тем всё больше не понимает, с какой целью он учится. Сомнение в правильности обучения гложет его и не дает покоя. Он уже не мальчик. Прошел армию. В голове какой-то хаос от преимущественно гуманитарно-теоретических форм обучения. Он даже паять стал хуже и появилась боязнь даже к работе с напряжением в 220 вольт. Как ему быть? Продолжать учебу или нет? Ведь он уже учится третий год. Жалко бросать. Может быть, просто перетерпеть?».

Наше упоминание о психическом перенапряжении во время учебы – не шутка.  Трое наших сокурсников не завершили свою учебу по причине отчисления с диагнозом «сумасшествие». 

«Я любил петь под гитару в кругу компании. Выехал как-то с туристами в лес в район нашего студенческого университетского лагеря. Вечером на песенных посиделках возле костра познакомился с моим однокурсником Джоном. Так его звали в его окружении. С виду нормальный, даже песен я у него списал парочку. А через несколько месяцев узнаю, что Джон не переехал на второй курс. Застрял где-то в своих мозгах и психоперенапряге, «съехал с катушек» – по-простому. А чуть позже произошел другой случай. Так тут вообще человек был лидгитарой в студенческой битгруппе нашего факультета. Не переехал границу  третьего курса. Потом был и третий «поехавший». Так, того уже забирал из общаги в дурку спецавтомобиль. Его полностью голого выковыривали шваброй из простенка, между большим холодильником и стеной на общей студенческой кухне. Он кричал и не хотел выходить сам. Был трезв, боялся чего-то и плакал. Этот учился у нас только 1 год, перевёлся из какого-то военного училища». 

Тезис 8. Понятие «студенческая культура». У студентов есть свои праздники [29] и песни [30], свой кодекс, реагирование на ущемление свободы человека [31], даже своя театральная культура [32] и неформальные компоненты [33]

Есть смысл остановиться на последних вследствие их абсолютной неординарности.

Говорящий Стихами Колос. «Как-то наш одногруппник Бабай сообщил мне, что он начал эксперимент по обнажающему искусству. Мол, в ближайшую пятницу, на шестом этаже общаги, в комнате у качков, в допустимо узком кругу состоится мужской литературный вечер «Говорящая Глыба». Просьба являться не пьяными и без хвостов. Количество мест строго ограничено и посторонние не нужны. «Ну, Бабай даёт», – подумал я, но решил непременно пойти. И не ошибся. В небольшой комнате были убраны кровати и возле окна стоял покрытый скатертью стол. Говорящей Глыбой был сам Бабай. Он стоял на столе, голый и обернутый в простыню. Слабый свет освещал его отрешенное лицо и широко распахнутые глаза. Он начал вещание со стихов Александра Пушкина: «Я памятник воздвиг себе рукой нерукотворной…». После стиха начала звучать музыка и он воодушевленно и чеканно продекламировал поэму Ивана Баркова «Лука Мудищев». Всё действие оставило монументальное впечатление. Даже мат звучал вполне литературно терпимо. Общество рукоплескало Бабаю, в том числе и я. Таким я не видел раньше Бабая никогда… Чуть позже мне рассказали как Бабай «мстил непонимающим Мастера чернецам». Выехав в район лесного пляжа, он показывался пляжу нагло голым, махая импровизированным знаменем – трусы на корявой деревяшке. Он стоял на отвесном другом берегу реки  натурально обнаженный и кричал через реку людям на пляже примерно так: «Мастер велик и ни один червяк ему не помеха. Смейтесь как кони и топочите, звонко гонцы трубят. Ибо сказано: «Изыди, мерзость и пакостники. И земля вздохнёт свободно. И припадут уста Мастера к благоухающим Грудям Девственницы и насытят его пышущим нектаром». Потом он застывал на минуту в величественной позе и снова кричал свою обличающую речь. На том берегу не выдерживали, бросались в лодки, чтобы достать «новоиспеченного Идиота». Но такие попытки не имели успеха. Бабай умело прятал свое тело в ближайшем перелеске и по шпионски выползал, когда опасность исчезала. Веселье Бабая было от буйства сексуального одиночества. Его сексуальный дух был закован в цепи его тела и не находил излияния своего семени. Именно так было написано на одной из картин, нарисованных Бабаем в минуты высшего откровения [34]».

Словарь студенческого мата. «Универ строил новые корпуса и нас вовлекли в так называемый «студенческий строительный семестр». Мы работали и учились параллельно. Я приходил с работы на стройке и нужно было идти на учебу. Это было достаточно непросто, хотя я был хорошим спортсменом и имел отменное здоровье. Скрашивая время в перерывах между лекциями и вспоминая жизнь строительного пролетариата, несколько наших студентов с моей непреднамеренной подачи взялись составить для подрастающего студенчества словарь необыкновенных матючных фраз (словарь студенческих матов). Вариант такого словаря мне приходилось видеть в общаге московского Физтеха, куда я пытался поступить и жил там в Долгопрудном целый месяц. Тот словарь представлял собой таблицу из двух колонок «фраза» и «короткое толкование», размещался на трёх тетрадных листах в клеточку. Наш словарь был другой и на основе другого словообразования. Но размер его был тоже невелик – две страницы и только фразы без толкования. Главным его сочинителем были «тихие модернисты» Тима и Бабай. И всё было ничего, но они решили этот словарь передать молоденькой крановщице, которая не могла ездить на своем кране, ей мешали рабочие внизу. Получив такой словарь, она стала сверху клепать необычными матами тех, кто ей мешал работать. Видавший виды мастер нашей строительной бригады имел неосторожность пересечь ей путь. Она его так укрыла, что он от неожиданности присел и чуть не упал. Узнав, что это студенты придумали, мастер пошёл с жалобой в штаб стройки, мол, что же за интеллигенция растет, так матерится, что даже он такого никогда не слышал. Меня как представителя бригады вызвали в штаб стройки, где я дал объяснение, что наш словарь был писан для внутреннего употребления, а попал он к крановщице случайно, как обертка её еды, которую мы для неё же и по её просьбе купили в нашем студенческом буфете. Стройка и учебные корпуса находились рядом. В обед мы ходили в буфет учебного корпуса. На том и порешили. Нас признали невиновными. Взяли слово больше так не делать. Хотели изъять словарь, но я сказал, что все было в одном экземпляре. После разговора меня отвел в сторону начальник штаба и подмигивая шепнул: «А нельзя ли по памяти восстановить. Очень штука нужная». Вот она и вылезла  – лицемерная двойственность пролетариата. Наш словарь её спровоцировал, и она тут как тут. Но как может интеллигенция так легко спровоцировать революционный класс?…».

И.С. Бах пробудился. «Я жил дома и приходил в общагу как организатор всяких мероприятий. Но вот мне пришлось там заночевать. Только начал засыпать, как в дверь аккуратно постучали. Я был в комнате один и сделал вид, что не слышу. Тогда в дверь постучали сильнее. «Кончай спать, дай хлеба, есть охота. И не притворяйся спящим»,  – прокричал чей-то наглый голос. Я взял с подоконника остатки хлеба и подал за дверь. Временно всё стихло. Лег и хотел поспать. Вроде на часок прикорнул и тут грянул баян. Играли известную прелюдию И.Баха из темперированного клавира. Когда перешли на фугу, то я уже стоял в коридоре. Зрелище было удивительным. В середине коридора, как раз напротив читалки и на свету, сидел известный всему курсу глуховатый Моногамыч. Он был без своего вспомогательного слухового аппарата и самозабвенно, с нотного листа, выпиливал музыкальные звуки. Ему нравилась не просто музыка, а музыка с эхом, которая до него доходила. Днём ему мешали это слушать, а вот ночью – нет. На часах было 3 часа ночи… Моногамыч доиграл до конца. Встал, поклонился в пустоту, как на концерте, и исчез в своей комнате. В коридор кроме меня никто не вышел. Видно, знали ритуал…».

Тезис 9. Телепатические эксперименты как борьба любознательности с естественным голодом. 

«После опыта нескольких неспокойных ночевок в общаге меня туда как-то не тянуло. Но по разным причинам приходилось ещё и ещё раз там ночевать. И вот один раз слышу голоса: «Нужен третейский судья. Чистый человек со стороны». Дальше был стук в мою дверь и голос: «Выходи, ты нам непременно нужен». Мать честная, 2 часа ночи, что за срочная необходимость? Оказывается, известный всему курсу бывший тракторист и вселенский новатор Керосин затеял телепатический эксперимент с таким же, как и он, адептом необычных способностей человека, но с биологического факультета. Как и положено классикой, в передаче были использованы карты Зенера, но только несколько приукрашенные рукой Керосина, который был не подлежащим сомнению Мощным Индуктором Психоволн. Акцептор (биолог) битые два часа не мог принять, как говорил возмущенный Керосин, «простейшего Зенера». Возник нарастающий спор о правильности проведения эксперимента и нужен был третейский судья. Но главное то оказалось в другом. Оба студента-экспериментатора остались без копейки в кармане и хотели прожить три оставшихся до стипендии дня в состоянии полезных для саморазвития психологических опытов. День успешно провели в медитации, каждый на своем этаже. А потом Керосин предложил усложнить картинку простого Бытия нагруженным смыслом, попытаться установить телепатическую кросс-этажную связь. Ведь нормальная связь между физиками и биологами образовывалась сама собой, естественно, и как бы от нечего делать. Нужно было только перенести такую естественность в телепатический диапазон. На том и порешили… Я их не ругал за то, что разбудили. Студенту положено быть любознательным…».

Тезис 10.  Так, кто же такой – «студент»? Образы, типы, истории из студенческой жизни...

Именно здесь нами был обнаружен целый пласт ярких воспоминаний об эпизодах из студенческой жизни. Процесс самоизвлечения примеров происходил удивительно легко, хотя момент вспоминания и момент непосредственного запоминания разнесены во времени почти на 40 лет[35].

Дайте доценту законного сна. «Мой знакомый доцент, кандидат физико-математических наук, преподаватель мехмата господин А.Харитонов жаловался мне на жизнь: «Не дают спать, вот, студики нынче пошли. Я написал раздел будущей монографии и на этой высокой ноте вошел в сладостный сон. Но тут звонок. Пол-третьего ночи. Звонят из студенческой общаги. Мол, приезжайте немедленно. Ваши студенты разбили унитаз в туалете. И что делать? Я поехал. Назавтра не смог продолжить монографию. От этого был зол и рычал на всех. Разогнал собрание аспирантов на кафедре. Тогда чуть полегчало». 

Говорит Левитан. « … Я был дежурным в штабе стройки. Вдруг звонок из третьей общаге. Звонит комендант и таким странным голосом спрашивает: «Что миленький, атомная война началась?». «Да вы что»  – отвечаю. «Так, я сама слыхала: Левитан по радио вещал»  – отвечала она. «Какой Левитан, он же умер, вы в своем ли уме гражданка?»,  – я пытался возвратить её в реальность. «Я шла по шестому этажу и вдруг из-за двери: «Сообщение от информбюро …». «Подождите», – спросил я, – «а какой номер комнаты?». «621»,  – ответила она. «Та, не бойтесь, это же наш Лешка второкурсник по кличке «Левитан». Наверно, тренировал свой навык, а вы испугались». «Ах так, негодный мальчишка, ну я ему задам тренировку!», – сказала и повесила трубку, пошла, наверное, воздать по справедливости обидчику…».

Шкобец неблагодарный. «Был у нас в группе круглый отличник Бабай. Высок был ростом и не мал телесами. Не жил в общаге, но любил там  прогуливаться. Как-то во время такой прогулки его увидел первокурсник. А Бабай тогда заканчивал четвертый курс и был в чине «старослужащий студент». К этому Бабай любил добавлять слово «дознаватель». Вместе звучало как: «Ваше высокоблагородие студент-дознаватель». Так он просил, чтобы к нему обращались вновь прибывшие первокурсники. Но этот первокурсник не знал ритуала и обратился к Бабаю просто: - «Дядечка». - «Угу»,  – ответил Бабай, нависая над обидчиком и явно пугая того своим видом. - «Дядечка, у меня дверь в комнату закрылась. Не знаю, что делать, ключ остался внутри. Помогите». «Помочь?», – произнес Бабай медленно и с расстановкой. - «Веди». Они прошли по коридору к нужной комнате. Бабай занял позицию у стены напротив. Страшно взревел и сильным ударом ноги вышиб и дверь и её наличник. «Пушечный удар», – порадовался Бабай. Первокурсник же онемел и побелел: «Что же мне теперь делать? Двери-то вообще не стало». Обратил свой молящий взгляд на Бабая. Бабай поднял руку с выпяченным указательным пальцем и констатирующе сказал: «Шкобец неблагодарный». Что такое «шкобец» знал только Бабай, который сам это слово и придумал. После окончательного слова тело Бабая чинно удалилось с поля боя. Всё же обернувшись он дал культурную ремарку: «Дон Кихота де не ругали за поломанные им мельницы. Читайте, юноша, читайте, оттачивайте матчасть». Почему он решил, что армейское слово «матчасть» здесь будет к месту, мы не знаем. В этом был весь Бабай – ужасный и искромётный, могучий и умный как сказочный Гудвин [36] …».

Деньги не только для пролетариата. «…Студентов нашего универа посылали иногда на помощь стройкам города. Студенческую бригаду нашего факультета командировали на две недели на строительство нового универмага. Меня выбрали бригадиром. Не только работой руководить, но и наряды закрыть с пониманием. А у меня тут ни опыта, ни представительного вида. Беру в помощь Виктора, который по моей студенческой жизни проходил  в роли «учителя Хулио Хуренито». Кому же, как ни ему, помочь мне урезонить нашего мастера и закрыть правильно наши наряды. Вот мы и пошли вдвоём на собрание мастеров стройки, куда нас пригласили. Приходим, на почетном месте сидит учетчица и мастера ей по очереди сообщают свои выведенные ими рабочие цифры. Она со смеху покатывается и говорит примерно так: «Петрович, это где же ты нашел столько кубов земли, которую ты выкопал и даже вручную перенес на расстояние 200 метров?». Вдруг один из напротив нас сидевших мастеров громко так сообщил: «О, среди нас подрастающая интеллигенция. А зачем студентам деньги?». Сказал и пустил вверх струю дыма от удовольствия собственного превосходства. Но не тут то было. Не на тех нарвался. Получи. Виктор также громко и членораздельно, глядя в лицо обидчику, проорал: «А чтоб был такой же красный нос как у пролетариата!». Наступила гробовая тишина. Потом учетчица обратилась к нашему мастеру: «Юрий, давай их наряды. Подпишу и пусть валят, умники!». Вот так студенты мгновенно парируют грубость по умалению своего достоинства…».

«Охотница». «За пять лет университетской студенческой жизни мне только один раз пришлось столкнуться со студенткой типа «охотница». Это было на третьем курсе, когда только что отслушав интересную лекцию по математической физике, я вышел в холл учебного корпуса и меня окликнула знакомая миловидная студентка Ирина. Подойдя к ней, я обрадовался, что вот можно скоротать время, полюбезничать с приятной особой. Но, ответив на пару первых вопросов своей собеседницы, я вдруг обнаружил у себя новое ощущение. Изнутри студентки меня рассматривали глаза женщины, которая делает внутренний выбор «охотиться или нет». Своим взглядом она как бы говорила: «У меня нет времени на интеллигентскую болтовню, принятую у студентов. Мне нужна опора – законный муж». «Ну, нет. Что это за повадки такие? Как можно быть столь утилитарной? Скорее нужно на свободу», – вот это был мой ответный внутренний настрой. Ирине было тогда 25-26 лет, а мне – неполных 20 лет. Через год она вышла замуж за комсорга нашего факультета, который достаточно быстро после окончания универа сделал карьеру генерала КГБ». 

К нам пришёл «Хулио Хуренито». «В выпускном 10 классе математической спецшколы я прочёл книгу «Необычайные похождения Хулио Хуренито» Ильи Эренбурга. Прочел только потому, что к меня был принцип «читать писателей от корки до корки»: всего Фейхтвангера, Толстого, Горького, Эренбурга. История Хулио Хуренито так бы и осталась для меня глубоко не прочувствованной, если бы мне не встретился один студент из параллельного направления. Я учился на физическом факультете по направлениию «электроника и радиофизика», а он учился на том же курсе и факультете, только на направлении «теоретическая физика». Вряд ли он читал произведение Эренбурга, но вёл себя похоже. Стремился выстроить вокруг себя общество, в котором он задавал тон жизненной активности. Да он был старше меня лет на 5 и выглядел солиднее. За его плечами была армия, он был из семьи работников ГБ, жил в факультетской общаге. Звали его Виктор. Так вот, мы с ним познакомились во время организации вечеров. Я был организатором, а он – участником. Слово за слово. Мы разговорились, даже стали посильно дружить, но не в одной компании. И вот как-то раз он меня нашел и попросил передать письмо одной студентке с нашего потока, которая ему нравилась. Я, ничего не подозревая, легко подошёл к обожаемой им блондинке Миле и вручил незаметно для других адресованное ей письмо. После сообщил Виктору, что его письмо попало в руки адресата. И вот тут-то Виктор мне и поведал о содержании письма. Что, мол, Мила влюблена в женатого человека, который её просто обманывает, и Виктор хочет ей помочь выйти из этой ситуации. Но Мила влюблена и слепа рассудком. Её сознание оправдывает любые действия со стороны её возлюбленного. Виктор задумал здесь целую сеть отрывных мероприятий: назначение фальшивых мест встречи; телефонные угрозы любовнику; сообщить законной жене, чтобы она «вырвала космы сопернице»; встретить любовника на улице и напугать угрозой силового воздействия. Все методы были заимствованы Виктором из известного сюжета художественной литературы «любовный треугольник». Из сюжета, где достижение цели требует не только способностей, но и коварства в борьбе за свою цель. Для выполнения  своего плана Виктор набирал команду и пригласил меня. Но я отказался быть прямым участником и был только наблюдателем происходящего. Виктор не победил полностью, Мила рассталась со своим любовником, вышла замуж за одного из наших  однокашников. Я же обзавелся опытом контакта с живым подобием образа Хулио Хуренито».

Студент смотрит жизни в лицо! «Идут семинарские занятия по научному коммунизму. Препод говорит: «Кажный студэнт [37] обязан конспэкт преподнести к моему высочайшему рассмотрению». Один из одногрупников стал протестовать. Мол, что это мы всё пишем и пишем, как дурилки картонные, а жизни-то настоящей и не видим. Вот пойдите в суд и посмотрите, там и есть бурление жизненного потока. Там и есть высочайшее рассмотрение – развитый социализм с человеческим лицом. Препод онемел от такой смелости. У него вырвалось: «Научный коммунизм и есть высший судия!». Но потом он как-то ослаб, видно усомнившись в сказанном, и сказал по старорежимному: «Господа студэнты, сходка закончена, расходитесь» [38]. Все засмеялись».

Должен ли студент во всём следовать К.Марксу? Мы расскажем здесь два случая прямого обращения к образу самого наипервейшего марксиста в мире К. Маркса. 

«История говорит, что как-то молодой Карл Маркс посетил семью своей сестры, муж которой занимал высокий министерский пост. Во время обеда сановный участник спросил: «Карл, а как сейчас учатся студенты?». На что Карл ответил, что трудно приходится, даже по ночам не спим. На что сановник сказал: «Знаем, знаем ваши ночные студенческие пирушки. Но, Карл, запомните, вы же не вечно будете студентом. Закончите образование и станете публично служить. Вам надо научиться развлекаться так, чтобы другие не могли вас в этом уличить. Учитесь сейчас, пока есть время. Студенчество как раз подходящее время и среда». 

«Один из наших курсовых комсомольских лидеров, встретив меня, остановился и сказал: «Сергей, я слышал, что ты собираешь всякие занимательные истории из истории жизни студентов. Мой случай тебе будет наверняка интересен. Он короток и лаконичен. Вызвали меня вчера на партком, чтобы рассмотреть моё заявление о приёме в партию. Поговорили о том о сём и вдруг один спрашивает: «Не подскажешь ли ты нам, мил человек, отчество вождя мирового пролетариата Карла Маркса?». Меня словно стулом оглушили. Копаюсь в памяти, а там нет ничего. Лозунги, политэкономию – всё помню, а вот отчество Маркса – нет. Я в панике. А тот,  который спрашивал и говорит: «Так нет же никакого отчества  у Маркса. Не принято у немцев отчество». Вот такой, брат, случай…».

Пожизненный трудоголик? «В студенческой среде ценят тех, кто может соображать и кому учеба даётся легко. Всестороннее развитие также ценится выше, чем усидчивая односторонность. Всё хочется успеть: сходить в музей, в кино, в спортзал, на вечеринку, почитать что-нибудь художественное, … Тысячи естественных и искусственных соблазнов… Не надо путать «работяг» и «детей природы». «Работяга» работает как вол, регулярно и помногу. Пишет конспект лекций, читает книги и зубарит. Он берёт, что называется, «задницей». «Дитя природы» сечёт предмет не столько через усидчивость, а своей способностью схватывать на лету. Особенной пластичностью самого механизма восприятия. Но высокое разрешение их мышления не способствует их социальной мимикрии и стабильности их социальной ниши. Они более ранимы и уязвимы, чем «работяги». В нашем потоке было несколько «детей природы», все они, сквозь академические отпуска, еле дотянули до выпуска. «Работяги» же сделали это с одной попытки, без всяких там отсрочек. Но в памяти моей больше следов от общения с «детьми природы», чем с  «работягами». Например, про Бабая [39] уже написал три раза, а про «работягу» отличника Сашу Ковалько [40] ни разу. Мне жаль, что в нашем обществе остаются не загруженными «дети природы» и перегружены «работяги». Мне кажется, что идея должна рождаться легко, без труда. Как внезапно распускающийся цветок. Радость не заменяется потом или кровавым потом. У них разные поры и механизмы образования. Лозунг «Жить ради работы» – это лозунг трудоголиков. Маркс писал, что богатство общества определяется  количеством свободного времени, которое каждый гражданин может потратить на свои нужды. Не надо из студентов делать пожизненных трудоголиков...».

Нет конца области определений. «Однажды на лабораторной работе, лабщик вздумал нас опрашивать по теории выполняемых в его лаборатории учебных экспериментов. «Василий Бакун, к доске», – сказал он, не обратив внимания на часы. «Нарисуйте распределение поля в коксильном [41] кабеле» – вот задание. Вася был практиком, электриком 5-го разряда, но дуб дубом в теории. Он с безмолвной мольбой смотрел на нас и понимал, что  спасет его только чудо. «Тяни время», - прошипел Бабай, - «уйди в область определений». И Василий ушёл, задав лабщику встречный вопрос: «В каком смысле?». «Что?» - у лабщика глаза полезли на лоб. Формально вопрос был правильный и он никак не мог найти ответ: «Ну, поле в коксильном кабеле?». «Вот я и спрашиваю вас в каком смысле?», - настаивал Василий. Мы все легли от смеха и тут прозвенел звонок. «Перерыв», - вскричал Бабай и пошёл независимо и справедливо к двери в коридор. Василий был спасён. А лабщик ещё несколько раз произнёс: «Поле в коксильном кабеле, поле, поле…».

Энциклопедия хороша, но не для сдачи экзамена в реальном времени. «Был на нашем курсе весьма худощавый студент Пеца. В прошлом он был телефонистом в селе, выходцем из слоя сельской интеллигенции (телефонист, агроном, председатель, экономист). Как и положено интеллигенту, он играл на музыкальном инструменте – баяне. Как и положено играл сложную классику: Бетховена, Баха, Грига. Но что удивительно, играл он это всё по слуху. Подбирал, слушая пластинку. Музыкальный слух и музыкальная память была у него в отменном состоянии, чего нельзя было сказать о познаниях по физике. Но стал студентом, сдавай экзамены. Пообщавшись с местным (в общаге) культурным авторитетом Киросином (бывшим комбайнером), Пеца встал, как он говорил, на магистральный путь развития науки – стал читать исключительно энциклопедию Физической Науки. Каждый том такой энциклопедии, при всей его толщине и Пециной худобе, как раз мог быть незаметно размещен, схваченный ремнем под рубахой на голом теле.  Вот в таком вооружении и пошел наш Пеца сдавать экзамен по оптике. Пришел в аудиторию, взял билет и расположился в таком далеке, что позволяло вытащить энциклопедию и раскрыть. Разложил вопрос на понятия, извлёк их из энциклопедии и стал путешествовать по ссылкам. Пеца то не знал, что цикл ссылок на статьи имеет глубину до 11, а то и по кругу можно загудеть. Глаза у Пецы на лоб лезут, а уже пришло и время отвечать. Он вышел, положил на стол препода билет и сказал: «Я – музыкант и физика ещё до этого не доросла». Препод остолбенел. «Нет, позвольте вам возразить, вы – студент физического факультета и пришли сдавать экзамен по оптике», – защищал своё сознание препод. «Да, это только кажется. Моя жизнь значительно шире оптики. Не могу же я всё увидеть только надев очки?». «Вы опасный софист» – заметил препод – «Но в данном случае я ставлю вам неуд». «Конечно, создали такие толстые книги для пролетариев. Ваша профессорская наука  будет разрушена неминуемо правильным разумом музыкантов всего мира. И не надо пачкать мне зачетную книжку. Я ещё вернусь, как праведник на белом коне и на моём знамени будет написано «Проснись тот, кто слышит», – так сказал Пеца и с гордым видом пошел в деканат продлевать свою экзаменационную сессию…» [42].

«Инженер Петров ищет попутчика для полета на Марс» [43]. «Что-то похожее на такой текст мне пришлось прочесть на доске для объявлений в нашей общаге. Там было обозначено также время и место встречи – частным дом неподалеку в субботнее время. Как потом оказалось, несколько студентов с разных факультетов универа образовали группу «Герметические изобретатели». Техникой они называли «дуально самовсплывающие механизмы». Такой механизм имел свойство «самовсплывание» как в мире идей, так и в Реальности. Если содержание идеи механизма достигало плотности «герметическая идея», то этого было достаточно, чтобы начать процесс её технической материализации. Достаточно странная версия проектирования. Но уровень интеллектуального провоцирования здесь был, что называется, на высоте. Философия приобетала умозрительно-естественные связи с техникой. Само движение сознания приобретало напряженно приятную триадность «психическое - философское - техническое». Интеллект манифестировал себя как бы в чистой форме, как существенная метафизика. Было много красивых слов. Познание представлялось участникам группы как обязательно торжественный процесс – герменевтический спектакль проникающей мыслезрительности. Руководил группой студент-анархист с исторического факультета, утверждавший, что космическую идею в Октябрьской революции 1917 г. поддержали не столько большевики, сколько мистические анархисты (линия А.А.Карелин). Однако, я посетил только парочку таких собраний. Как я узнал, их потом «взяли» как одну из сект направления «мистицизм». Мне повезло, что не втянулся в их метод герметического конструирования. Приобрел полезный опыт устойчивости к интеллектуальной провокации не слабого  уровня…».

 Тезис 11. Преддипломная практика как способ формирования будущего специалиста.

Да здравствует столица. «Преддипломная практика проходила в г. Ленинграде, где мы жили вчетвером в одной комнате общежития для аспирантов физико-технического научно-исследовательского института им. Иоффе. Мы попали в лабораторию физхимии, хотя наша специальность называлась совсем по другому «Радиофизика». Организатор практики видно решил, что пожить пару месяце в столице да ещё в кузнице современной науки будет значительно полезнее для кругозора студента провинциального универа, чем собственно общение просто со специалистами по радиофизике в каком-нибудь почтовом ящике[48] в Тмутаракани». 

Центр исконной культуры. «Поселял в общагу нас отставной полковник – бывший командир подводной лодки. Он сделал это сурово и с пафосом военного человека, как будто мы были новоиспеченными матросами, сказал: «Вы прибыли в кузницу русской культуры, в город подлинного и чистого русского. Ваши обязанности просты: порядок в жилище, упорность в учёбе, впитывание культуры. И никакого бардака». Мы чуть было не сказали хором: «Рады стараться ваше высокоблагородие!». Но вовремя воздержались…».

Барьер высокого искусства. «Как поступают многие туристы, мы начали знакомство с Ленинградом в Эрмитаже. Стали ходить практически каждую неделю. И надорвались. Культура может не только возвысить, но и надломить. Высокая красота не только захватывала, но и давила непонятностью своего чудесного происхождения. Давила очевидной гениальностью прошлых творцов и ощущением творческой беспомощности провинциального студента с претензией на индивидуальную оригинальность. Сюда же можно добавить эффект от частых посещений Русского музея и концертов камерной музыки в Капелле. Культура не берётся неким коротким рыцарским приступом, она впитывается по-другому. Лобовая атака здесь превращается во встречу со своим обнажено-беспощадным зеркальным образом. Мол, вот тебе деревенщина на блины…».  

Лигрыл. «Соприкосновение с высокой культурой требует хотя бы оригинального мычания в ответ. И мы его достаточно быстро дождались от одного из нас – Евгения Шейко. Этот малый любил нагнетать творческое пространство по ночам. Как-то я проснулся среди ночи, Женька сидит за столом и говорит: «Вот вам и новизна. Новая размерность: литр умножить на градус и разделить на рыло!». Увидев, что я не сплю, он пояснил: «Простая  единица и все наши проблемы с гулянками решаются. Помнишь, как всегда нелегко составить план закупок спиртного для той или иной вечеринки. А тут я составил полиморфизм. Задаёшь цель (общий трёп, философская беседа, танцы и т.п.) и получаешь точные варианты конфигурации спиртного, с учетом или без учёта взаимных влияний (смесей) напитков. Опыт вечеринок не пропадает бесследно, а накаливается с пользой. Рассмотрим пример. Вот бутылка водки 0.5 литра, в ней 40 градусов крепости. Пусть её выпьет один человек – одно рыло. Тогда результат его деятельности даёт нам величину 0.5 х 40 = 20 лигрыл. Понятно, что такая величина совершенно неприемлема для культурного вечера с дамами. Здесь можно говорить о дозе не более 100 грамм = 0.1 литра водки, то есть  о величине в 5 раз меньше. Получаем допустимую дозу на одного человека в количестве 4 лигрыла!». Хоть я и был ещё не совсем в полном бдении ото сна, но грандиозность и простоту, полезность находки оценил сразу. Утром ночное достижение было доложено и другим жителям нашей комнаты. К вечеру его уже стали постигать жители соседних комнат… ».

Лениться тоже надо уметь. «Мой руководитель практики Владимир рассказал мне, что ценная идея в науке не рождается только упорным трудом. Чрезмерная трудоспособность затуманивает пытливость ума. Собственно, ум и соображает, потому что ленится. Носитель ума хочет сэкономить свои усилия, как физические, так и умственные. Разумность человека есть продолжение предположения экономии сил самой природы в живых организмах. Чем основательней такое предположения тем более высокий уровень разума порождается. Разумность учёного – это первый шаг в создании предложения на экономию природных сил. Кто здесь создатель, а кто адресат? Попробуй поищи сигнальное поле такой модели?... ». 

 

Резюме

Перечитав написанное, автор обнаружил преобладание сатирических мотивов. Интеллектуальное возмужание? – Жаль, но такого не состоялось в  наши студенческие годы [44]. Вряд ли модель высшего образования в то время была нацелена на безусловное достижение тезиса «Научить мышлению». Скорее главным был тезис другой направленности – «Наука и техника есть результаты труда, которые по силам любому упорному студенту». Затмив всё остальное, на первый план вышла ориентация на «трудовое упорство» [45]. Студент предстал не в романтическом образе «оригинальный мыслитель», а в образе «молодой труженик высшей школы». Его учили не бояться высшей и экзотической математики в физике и вообще любой абстрактной научной формы. Но не учили создавать такие формы. Соискатель образованности был «осведомлен», но не «искушён». Его качество мышления было сформировано стихийно [46] (с высоты представлений о мышлении сегодняшнего дня нельзя не отметить, что это была только задачная культура и немного из культуры научного исследования) и оценивалось только по результативности преодоления требований образовательного процесса. 

Сегодня, как и ранее, даже в высшей школе Европы, не читаются учебные курсы, остро ориентированные на испытание и формирование качества мышления студентов, нормированные уже известными достижениями новой [47] методологической культуры мышления. Практически невостребованной остаётся инновационная модель высшего образования «Методологический университет» [48]. 

 

Примечания:

1. Этот тип дневника учёного-биолога А. Любищева описан в книге Д. Гранина «Эта странная жизнь».

2. Часто встречаемый стиль индивидуальных записей, ведущихся синхронно происходящим событиям. При этом фиксируется не каждый день, а только значимые для автора дневника события.

3. Такой стиль дневника вел выдающийся русский писатель Л.Н. Толстой. В его собрании сочинений он размещен под названием «Круг очередного чтения» – отложенное непонятое им, но требующее внимания в будущем.

4. Вот пример одной из контурных классификаций возрастных периодов человека: новорожденный, дошкольник, подросток, юноша, взрослый человек, зрелый человек, пожилой человек. 

5. Переход из одного периода в другой желательно совершать без психических травм, которые могут выполнять роль блокирующих элементов доступа к памяти.

6. Наше название. В истории есть понятие «осевое время», его ввел К.Ясперс и датирует его 800200 годами до нашей эры. Все идеи (Конфуцианство, Даосизм, Легизм, Моизм, Буддизм, Зороастризм, Иудаизм, Античная философия), рожденные мыслителями этого времени существуют и сегодня. Цивилизация нашла свою «идейную ось» именно в это время. Это уникальное историческое событие. Больше такого не было.  

7. Мы не будем рассматривать студентов, которые попали в «студенчество» из-за утилитарной цели «получить диплом». Студент для нас – это человек, который попал в студенты практически по непрерывной восходящей «средняя школа - высшая школа».

8. Цитата из сказки Андерсена “Чудесное путешествие Нильса с дикими гусями”.

9. Мы вводим различие между позициями «студент» и «настоящий студент». Последняя будет нормирована нами, как некая сетка потенциальных возможностей студента, погружение в которые как бы гарантирует точное совмещение человека и развитийно-целевое назначение позиции.

10. Одна из таких рукописей была написана веселой компанией студентов физфака (1974 г.) на одном из вольноопределяющихся круглых столов «Подымите мне веки и дайте посох».

11. Для времён бывшего СССР собравшиеся люди больше относились к возрасту не студентов, а более взрослых молодых людей.

12. Здесь и далее из дневника автора статьи времен его учебы на физическом факультете университета г.Днепропетровска в период (1970-1975 гг.).

13. Выпускной экзамен европейской гимназии, где учатся 12 лет.

14. Периода «самоопределения молодости».

15. Например: 1) Представления студенческой молодежи о стиле своей жизни и своей профессиональной деятельности. Шкуратова И.П., Волбушко Е.А. В сб.: Профессиональное становление специалиста. - Ростов-на-Дону, «Фолиант», 2006, с.156-174. Здесь «стиль жизни студента» рассмотрен как выбор в пространстве из 7 ориентиров: на построение карьеры, на понимание других людей, на самораскрытие, на развлечение, творческий поиск, «жить как все»; 2) В работах Д.Ройс и Э.Поуэлл 3 ориентирующих направления: альтруистическое (служение не себе, а людям), индивидуалистическое (эгоизм самоактуализации), икаристическое (творчество).  

16. На одной и той же должности человек получает заработную плату не только за результативность своего труда, но с учетом сетки денежных величин своего образовательного статуса. Например, в Германии, выпускник высшей школы (магистр) технического направления имеет законное право требовать себе заработную плату в 3500 евро в месяц, сразу после окончания высшей школы. При этом, выпускник колледжа не может требовать более 2500 евро в месяц. 

17. Речь ни в коей мере не идет о меркантильном использовании психонагнетания со стороны других людей, но лаконичное текстовое выражение выглядит именно так.

18.  Это намек на диалог Сократа, когда он опрашивает стремящего в ученики юношу о том, почему тот хочет учиться у софиста. Оказывается, что то, о чем мечтает юноша, совсем не то, что ему может предоставить софист.

19. Это распространенный студенческий сленг. «Препод» – это сокращение от «преподаватель».

20. Это из «Гамлета» В.Шекспира. В нашей математической спецшколе мы часто цитировали короткие летучие фразы из мировой литературы, иронически подтрунивая друг над другом.

21. Читай: «студенты».

22. Здесь напрашивается сюжет известной песни И.Ченцова «А ты, моя душка, а ты, красотка. Что включаешь  - не понимаешь!». Она посвящена диалогу лабщика и студентки-красотки, выполняющей учебный физический эксперимент по теме «Электрический ток».

23. Здесь и идея «Метапредмет» от мыследеятельности, и методологическая игрология, и то, что находится рядом. Только надо начать это всё использовать в образовательном процессе.

24. Примеры: скорость чтения, техники запоминания, антистрессовые самонастройки, мозговой штурм.

25. См. нашу статью: «Понятие Мыслитель и его современный образ». Релга, №4[292] 25.03.2014.

26. Академик И. Ефремов называл такой вид помощи как «наставник» - человек, у которого можно спросить совета по интегральному восприятию собственной жизни.

27. Здесь и далее мы употребляем распространенный студенческий сленг. «Универ» - сокращение от слова «университет».

28. Нам представляется здесь, что коротким ответом на вопрос «Зачем человеку высшее образование?» может быть такой текст: «А чтобы научиться отличать реальную интеллектуальную пользу от просто интеллектуальной провокации».

29. Посвящение в первокурсники, Татьянин день (25 января), Международный день студента (17 ноября), день факультета.

30. Например, по первой строчке песен: «Холостою жизнью я извёлся», «Метель метет и вся земля в ознобе», «Там, где Крюков канал».

31. Например, кодекс студенческих братств.

32. Песенные оперы физфака МГУ получили название «физическое искусство». Здесь можно указать на жанр «студенческие капустники», достигающий формата оперы или мюзикла. Такие, как например: «Дубинушка», «Серый камень», «Архимед». Также нужно отметить «театр студенческих эстрадных миниатюр (СТЭМ) и игру «Клуб веселых и находчивых» (КВН). 

33. Экспериментальные, поисковые, элитные, богемные и т.п.

34. Используемый здесь возвышенный языковый стиль использован умышленно, чтобы не исказить прикосновение к оригинальному объекту ретровнимания нашей памяти.

35. Высшее образование было завершено автором статьи в 23 года, а сегодня ему 62.

36. Это персонаж из сказки  А.Волкова «Волшебник изумрудного города». 

37. Это не ошибка в слове. Именно так его выговаривал преподаватель. 

38. Это напоминало литературную ситуацию дореволюционной России: «Студенты университета собрались на частной квартире и громко диспутируют на политические темы, при открытом на улицу окне. Вдруг тихий стук в окно. Голос полицейского с улицы: «Господа, студенты, нельзя ли потише?». В порядке вещей было студенческое разночинство, мол перебесятся и будут честно служить на благо. А то ж если не беситься в студенчестве, то потом неизнуренный бес не даст и службу править.

39. После универа Бабай ушел в армию и там по пьянке подписал договор на 25 лет службы в армии. Стал служить политработником. Недавно мне однокурсники сообщили, что он умер – перепил. И при всём этом мне жаль этого очень способного «игривого шалопая».

40. Сразу после окончания универа Саша поступил в аспирантуру. За три аспирантских года написал первую диссертацию. Потом докторантура и вторая диссертация. Сегодня он доктор наук, преподаватель высшей школы.

41. Именно так выговаривал слово преподаватель.

42. Читателю может показаться, что это записки из сумасшедшего дома, просто с другой вывеской. Но именно так и было. Сильное психическое напряжение давало выстрел в достаточно комичных со стороны сценках. Комичность вырастает здесь из пафоса. Помните, как у поэта Васисуалия Андреевича Лоханкина (литературный персонаж из Ильфа и Петрова): «Мой дом сгорел. Мне негде жить. Я к вам пришел навечно поселиться. И книгу спас любимую при том».

43. Близко к тексту из «Аэлиты» А.Толстого.

44. Психопластика физико-математического восприятия мира сложилась у автора статьи в период с 6 по 8 классы средней школы, когда было прочитано множество научно-популярной литературы по ядерной физике и физике элементарных частиц. Старшие классы и студенческие годы только задали некий драйв наглого бесстрашия исследователя, готово покуситься на задачу любой сложности, как на посильную его сознанию работу. 

45. Процесс получения высшего образования достаточно стрессогенен. Психика бывших студентов на многие годы зафиксировала следы не только положительных эмоций студенческого времени, но и следы сильных напряжений психики во время экзаменационных сессий. Недаром же годы обучения в высшей школые приравнены к труду и учитываются в рабочий стаж, учитываемый  для выхода на пенсию.

46. С высоты представлений о мышлении сегодняшнего дня нельзя не отметить, что это была только задачная культура и немного из культуры научного исследования.

47. «СМД-методология» Щедровицкого Г.П. и различные версии методологической игрологии.

48. В истории методологической игрологии бывшего СССР была ОДИ, где было медологически  размыслено содержание образовательной модели «Методологический университет». Современным активным и явным продолжателем этой темы можно считать российского методолога Ю.Громыко.

_________________________

© Орловский Сергей Павлович 

Метапропаганда как явление: генезис, свойства, тенденции и перспективы развития
Четыре статьи о метапропаганде как явлении в истории и современности. Автор рассматривает сущность метапропага...
Рвалась из плена казачья душа
Рассказ-воспоминание казака Просвирова об участии в 1 мировой войне, присланный М.А.Шолохову читателем из Лени...
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum