Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
Форум имени Матильды. Выступление на Петербургском культурном форуме
Выступление известного журналиста, писателя, телеведущего Михаила Зыгаря на Шес...
№14
(332)
01.12.2017
Коммуникации
Сериалы и фейки как метод искажения реальности
(№9 [327] 10.08.2017)
Автор: Георгий Почепцов
Георгий Почепцов

http://hvylya.net/analytics/society/georgiy-pocheptsov-kak-teleserialyi-prevrashhayut-virtualnost-v-realnost.html 

Как телесериалы превращают виртуальность в реальность

18 июля 2017 г.

  Сегодняшний мир породил странное сочетание виртуального и реального. Часто информация, введенная сквозь виртуальное пространство, становится доказательством в пространстве реальном.

   М. Зыгарь написал (и даже издал) книгу «Вся кремлевская рать«, где есть эпизод, в котором Путин обучает Шойгу американской политике на примере сериала «Вся королевская рать» [1]. То есть кино стало реальностью, которая оказалась сильнее подлинной. Не нужны разведданные, просто следует смотреть сериал.

   Когда М. Зыгарь писал книгу, он сначала назвал ее «Воображаемая война». Он говорит об этом в своем интервью: «У нас идет воображаемая война, мы ее ведем давно, но она становится все более реальной. Это вектор, который начался в прошлом году, и в этом году он нарастает, он уже подходит к воображаемой мировой войне» [2].

   Тут есть еще одно важное различие. Американцы не смотрят этот фильм как реальный, а как гротескный, иронический, сатирический, мы же рассматриваем его как создаваемый на квази-документальной основе.

   С другой стороны, сериал «Игра престолов» тоже несет политические ассоциации, выталкивая зрителя в мир реальности, что позволяет обсуждать его именно в такой плоскости [3 — 5]. Возникают не только политические параллели и пересечения. Гарвард делает курс по «Игре престолов» [6], есть курс по языку датраков из фильма [7], исследователями изучается экономическая модель, представленная там [8].

    С. Дайсон вообще выпустил целую книгу о политике в «Игре престолов», «Звездном пути» и «Звездном крейсере Галактика», первая глава которой так и называется «Международные отношения в других мирах» [9]. Дайсон также перечислил в одной из своих статей параллели героев фильма и основных участников президентской гонки 2016 года [10]. У Дайсона есть и более серьезные темы, например, об «операционном коде» В. Путина [11] или истоках психологического профилирования в Управлении стратегических служб Дж. Донована во времена написания психологического портрета Гитлера [12].

     Реальность начинает пересекаться с «Игрой престолов» и в другом отношении. Сегодня возник также туризм туда, где снимался фильм [13]. Это полностью соответствует феномену фильмов «Властелин колец» и «Гарри Поттера», после показа которых тоже возникла туристическая индустрия по местам съемок.

     Сам Дж. Мартин говорил в 2011 году: «Драконы — это система ядерного сдерживания. Но достаточно ли этого? Вот какие проблемы я пытаюсь анализировать. У Соединенных Штатов уже сейчас есть возможность уничтожить мир посредством своего ядерного арсенала, но это не значит, что мы сможем достичь конкретных геополитических целей. Власть тоньше. Можно иметь власть уничтожать, но это не дает власти реформировать, или улучшать, или строить» [14].

   Так серьезно мыслит фантаст, предвосхищая политиков, которых больше интересует второй срок, ради которого они готовы на все, а точнее — на все несерьезное. Найдена еще одна составляющая «Игры престолов» и его успеха. К. Марш пишет: «То, что не перестает удивлять в «Игре престолов», — это способность вызывать скандалы. Если фильмы — это машины, генерирующие эмпатию, как замечательно провозгласил Роджер Эберт, то популярный сериал HBO в стиле средневекового фэнтези — это машина, генерирующая оскорбление. Возмущение, которое он вызывает на еженедельной основе, раскрученное в передовицах влиятельных газет и постах из тысячи слов, вывешиваемых в блогах наутро после выхода каждой новой серии, остается неисчерпаемым, несмотря на то, что наступает уже шестой год демонстрации сериала и его седьмой сезон» [15 — 16].

   Кстати, это новый тип энергии, которой пользуются — энергии зла и оскорблений, на которой сидит также феномен троллинга. Но в принципе наши выплеснутые эмоции в Фейсбуке приносят миллиарды. То есть перед нами модель монетизации человеческих эмоций, и тогда получается, что Фейсбук не зря проводил исследования по психологии передачи эмоций (заражения), различая позитивные или негативные посты при передаче. Выводы исследователей оказались следующими: «У людей, у которых позитивное содержание было сокращено в новостях, большой процент слов в их статусах становился негативным, а малый процент — позитивным. Когда негативность уменьшали, возникала противоположная модель. Эти результаты говорят, что эмоции, выражаемые друзьями через онлайновые социальные сети, влияют на наше настроение» [17].

  Критики заподозрили, что в эксперименте пытались сделать пользователей более печальными, отбирая для размещения соответствующие типы постов. Однако, поскольку Фейсбук рассматривается как средство самопродвижения, то люди размещают только позитив, как следствие, читатели ощущают больше печали, не имея возможности выдавать на гора столько собственного позитива [18 — 22].

    Вне этого контекста вспомнилось, что недавно была достаточно странная работа о Сталине, где речь шла о том, что у Сталина в стране не было иной энергии, кроме энергии зла, носителями которой и были кулаки. Вот такой источник репрессий увидел автор этой статьи, соответственно, подводящий Сталина на роль гениального менеджера.

   А. Гиржинский выступил с целой книгой о влиянии Гарри Поттера на «милленниалов» ([23], см. также [24]). Он нашел эмпирическое подтверждение тому, что политические цели и перспективы поколения, выросшего в это время, подверглись принципиальным изменениям. Под влиянием чтения этих книг повысилось позитивное отношение молодых людей к не очень признаваемым обществом социальным группам, стала большей политическая толерантность, одновременно упала поддержка авторитаризма, выросла поддержка равенства, возросло отрицание насилия и пыток. Обсуждение этих идей в печати привело к тому, что чем больше книг о Поттере было прочитана, тем большая вероятность возникала, что данный читатель голосует за Барака Обаму, а не за республиканского кандидата.

       Справедливой критикой этого анализа можно считать то, что мы склонны читать то, что уже соответствует, а не противоречит нашей модели мира [25]. Так что книга и фильм о Поттере скорее могли закреплять уже имеющиеся представления, а не вводить совершенно новые.

      Сам А. Гиржинский пишет в статье в Washington Post, кстати, над этим отрывком в газете висит кадр из «Карточного домика» с аплодирующим Кевином Спейси: «Когда мы потребляем развлекательные истории, скорее всего, мы становимся более восприимчивыми к политически релевантным месседжам, поскольку мы отдыхаем, развлекаемся, наша политическая «защита» не работает. И действительно, исследования показывают, что большинство людей не ощущают политически релевантного контента того, что они смотрят или читают, поскольку они не обращают на это внимания. «И некоторые политически релевантные месседжи столь распространены в нашей культуре, что они для нас практически невидимы. Возьмите в подавляющем количестве случаев позитивное изображение пистолета в американских медиа — практически невозможно встретить героя без пистолета» [26].

   

   Отсюда следует, что неакцентируемые сознательно аспекты художественного повествования остаются невидимыми для зрителя или читателя. Отсюда возникает практически неощущаемое им воздействие.

  Итальянские исследователи также установили, что чтение Гарри Поттера улучшает отношение молодых людей к стигматизированным группам населения, например, геям, мигрантам [27 — 30]. Эта работа опиралась на то, что когнитивные и эмоциональные реакции на медийные персонажи та же, что и опыт, возникающий при прямых контактах.

    Всё это также объясняется исследованиями М. Грин (см., например, [31]), которая изучала транспортацию героя в другой мир и воздействие этих процессов на читателя. Один из ее выводов таков: «Сила художественных нарративов подчеркивает интересное различие между риторической коммуникаций и нарративами. Риторика сильно зависит от фрейминга. Например, на воздействие аргументов влияет достоверность источника или восприятие интенций говорящего. В отличие от этого наши результаты показывают, что как только читатель попадает в неотразимый нарратив, источник теряет свое влияние. В этом плане представления истории могут быть приняты вне зависимости от того, соответствуют ли они в реальности. Тем самым нарративы могут быть использованы в помощь малодостоверным источникам или спикерами, у которых нехватает убеждающих аргументов». То есть выстроенный мир эмоционально воздействует на читателя, побеждая рациональное воздействие.

    Р. Герриг, являясь автором теории транспортации, пользуется термином нарративные миры [32]. Идею транспортирования он видит в следующем виде:

1. Некто («путешественник») переносится,

2. Каким-то способом транспортации,

3. Как результат выполнения каких-нибудь действий,

4. Путешественник удаляется от своего исходного места,

5. Это делает какие-то места его мира недостижимыми,

6. Путешественник возвращается в свое исходное место, немного изменившись в результате путешествия.

   Наш мир «утюжится и гладится» мощными машинами по порождению контента. В результате перед нами возникает очень системная картина мира, отличающаяся от других таких же системных, но чужих. Поэтому столкновение между ними автоматически вызывает конфликтность, поскольку они выстроены в рамках разных иерархий.

      Н. Леонов, экс-руководитель аналитического управления КГБ СССР, выделяет в качестве отдельного потока информации, который нас окружает — поток, моделирующий сознание. Он пишет: «Любые правители всех государств, во все времена нашей истории всегда старались моделировать сознание своих подданных или своих граждан. С тем, чтобы сделать из них людей, которые следовали бы тем предписаниям, которые вырабатывает государство. Моделирование сознания — эта работа поручается огромной армии журналистов, философов, экономистов, политологов. Всех, кто стоит на службе у государства, если это тоталитарное государство, или на службе у центров власти — финансовой, политической, если речь идет о демократическом государстве. В любом государстве, даже в самом демократическом, все равно есть реальные ядра власти. Реальные хозяева экономической и политической власти страны. И вот эта огромная армия журналистов, политологов и т.д. формирует человеческое сознание, гражданское сознание. Они это делают через посредство всех видов массовой информации, которые сейчас имеются в нашем распоряжении. Это и газеты, и радио, и телевидение, это и журналы, это и всевозможные конференции, всевозможные лекционные выступления. Главное — это задать вектор, в котором надо головы людей, своих граждан, вытесывать и формировать из них те кирпичики, из которых проще и легче создавать государство, по образу и подобию, которые задают им сами руководители государства» ([33], см. также [34 — 35]).

   Практически об этом же типе работы «смысловиков», как он их называет, писал Д. Дондурей [36—37]. И в неучете необходимости трансформации он видел ошибку правительства Гайдара: «С самого начала Гайдар и младореформаторы проводили экономические реформы, не сопровождая их настоящей мировоззренческой революцией. Даже внимания не обращали на то, что подавляющее большинство населения ценностно, морально, мотивационно не перезагрузилось. А следовательно, отторгает их. Не учитывалось, какие действуют этнокультурные предпосылки и предписания, как выстраиваются и воспроизводятся ценностные и поведенческие образцы. Никто не думал о том, что производство современного мира давно переместилось в виртуальную вселенную, где главное вовсе не добыча нефти или продажа металлов, а изготовление массовых представлений о происходящем» [38].

    Интересно, что люди больше наслаждаются историями, имеющими позитивный конец. Грижинский же с коллегами акцентируют, что мир «Игры престолов» и «Карточного домика», наоборот, является несправедливым [39]. Но они получили популярность даже без хеппи-энда. Сюжет в них постоянно крутится вокруг того, что мир жесток и несправедлив.

Возможно, что жестокость и несправедливость связаны с той же тенденцией, которой объясняют российские пропагандистские атаки на Европу [40 — 42]. Там акцентируется цель доказать всем, что все мире неадекватно и неправильно. Те же слова относят и к первым шагам на политической арене президента Трампа [43]. Изменилось и отношение к миру так называемых «милленниалов», которые, почувствовав неуверенность в мире, перестали, например, так часто менять работу, как раньше [44 — 45].

   Неопределенность дает новые возможности и для развития сюжета телесериала. А. Кристиан, например, считает, что герои с нечеткими ценностями добавляют напряжение. Он говорит: «Это возбуждение от незнания того, что будут делать герои, возникает из-за того, что вы находитесь во вселенной, где существует моральная неоднозначность, поэтому все может произойти. Думаю, что шоу провоцирует зрителей подумать, что этот герой сделает с ребенком в первом эпизоде, что еще может произойти?» [46].

Давайте не забывать, что сериалы в принципе имеют функцию стабилизации социосистемы, как, кстати, и вся массовая культура. Массовая культура не ведет на бой, а поддерживает доминирующие в обществе властные отношения. В массовом источнике, начиная с телевидения, не бывает размахивания флагами.

    Именно поэтому они и строятся на нарративе справедливости М. М. Аппель защищает идею, что художественные нарративы строятся на метанарративе справедливости [47]. Он подчеркивает, что все теории сюжета строятся на разрешении главного конфликта, что и говорит о победе добра над злом.

   Сериалы настолько плотно вошли в нашу жизнь, что мы и правила нашей жизни берем именно оттуда. Люди верят, к примеру, в то, что антисоциальное поведение всегда имеет серьезные последствия, хотя реальная статистика не подтверждает эту веру в справедливую модель мира, которая очень активно удерживается художественным телевидением. Практически перед нами функция, сходная с той, которую выполняет религия, когда настаивает на наказании за неправильные поступки.

     Развлекательный характер сериалов обходит все виды защит, которые есть в нашей голове. Это сила, которая может менять отечественную историю в любом направлении. Сериал может создавать героев, может их сбрасывать с пьедестала. Может выделять в истории те моменты, которые нужны именно сегодня. Но акценты эти потом придется вписывать в учебники истории, чтобы не вносить сумятицы в головы. Если прошлые поколения учились по учебникам истории, то сегодняшнее и будущее будут учиться по сериалам.

  А. Башкатова, например, так пишет о сериалах: «Скорее всего, они рассчитаны на среднеобеспеченного потребителя, который уже может позволить себе сытую прокрастинацию, но которому еще есть куда стремиться в продвижении по иерархической лестнице. И чтобы у него не осталось ни времени, ни сил, ни воли к власти, его подсаживают на сериалы. Наверняка нечто подобное уже где-то подробно описано в алармистском ключе: сериалы как новый опиум для народа или определенной его части. Чего тут больше – шутки или правды, остается решать нам. Ведь одновременно с этим сериалы, как и любое другое произведение, могут не только отвлекать, но и, наоборот, побуждать к действиям или хотя бы размышлениям» [48].

Сериалы очень сложны для производства. Они серьезным образом высчитываются и рассчитываются на основе данных big data [49]. Поэтому тренд анормальности «Игры престолов» и «Карточного домика» тоже должен был определен заранее. Наибольший опыт опоры на big data накоплен Netflix [50—54].

     Выводы некоторых подобных исследований опыта Netflix’а таковы:

— лучшие данные приводят к лучшему креативному продукту,

— лучшие данные ведут к лучшему таргетингу, что позволяет креативному продукту сильнее влиять на аудиторию,

— лучшие данные помогают делать креативный процесс с меньшим риском [55].

И еще:

— данные должны быть доступны, легко достигаемы и доступны для обработки для всех,

— большая или маленькая ваша база данных, визуализация делает более легким процесс объяснения,

— чем больше времени уходит на поиск данных, тем они становятся менее ценными [56].

     И последний пример перехода в смотрении, который изучается: «Если 30 людей смотрели «Боец», а потом 24 из них перешли на смотрение «Безумцев», вероятность перехода между этими двумя кусочками контента составляет 80%» [57].

    В 2016 г. Массачусетский технологический институт выпустил целую книгу, посвященную этому пересечению аудитории и создателей телесериалов. В ней Смит с соавтором отмечают, что сегодня наступил золотой век креативности [58]. Они фиксируют до десятка инноваций, пришедших в эту индустрию вместе с Netflix’ом. Главный же вывод таков: если студии Hollywood’а хотят выжить в эру Google, Amazon’а и Netflix’а, они должны начать думать по-другому о своих коммуникациях с потребителями. А для этого они должны сделать приоритетом сбор и анализ данных о потребителях. Кстати, Netflix проводит 1000 экспериментов в год, Amazon, Facebook, Google делают то же самое [59]. Шеф Амазона Джефф Безос так и говорит: «Успех Амазона зависит от того, как много экспериментов мы делаем в год, в месяц, за неделю, за день» [60].

    Сериалы развлекательны, но это все развлекательная реальность, которая создается на очень рациональной, объективной основе, что в результате ведет к воздействию на зрителя сильнее любой подлинной реальности. Эта виртуальность выстроена таким образом, чтобы заглушить все другие интерпретации нашей жизни.

    Сериал может задать правду как неправду или неправду как правду, и очень редко он будет стремиться отражать реальность, поскольку это может вступать в противоречие с политическими целями или развлекательными потребностями. Сериал полностью меняет реальность, когда рассказывает, например, о жизни в СССР с позиции стиляг или диссидентов, которые только сегодня стали героями, не будучи ими вчера. Он может продемонстрировать честных следователей НКВД или доброго начальника лагеря, добродушно общающегося с заключенными, и этот экранный пример начнет побеждать реальность статистики, которая была полностью противоположной. И в этом сила, но и, одновременно, слабость сериала.

Литература

1. Зыгарь М. Вся кремлевская рать. Краткая история современной России. — М., 2016

2. «Главред Дождя»: «Наши политики смотрят «Карточный домик» как исповедь» // ura.news/articles/1036266494

3. Tharoor I. The inescapable politics of ‘Game of Thrones’// www.washingtonpost.com/news/worldviews/wp/2017/07/14/the-inescapable-politics-of-game-of-thrones/?utm_term=.031d5e2bac93

4. Experts on war, diplomacy and politics predict the end of ‘Game of Thrones’ // mashable.com/2017/07/10/game-of-thrones-how-ends-diplomat-medieval-war-experts-economists-politics/#ioWc1UAUZiqa

5. Deggans E. How Game of Thrones Channels Our National Id in the Age of Trump // fortune.com/2017/07/13/game-of-thrones-got-season-7-release-premiere-date-new/

6. Vitto L. Harvard will offer now a course based on ‘Game of Thrones’ // mashable.com/2017/06/01/game-of-thrones-harvard-course/#3jbfdZEZAqq6

7. Lekach S. This is the ultimate class for ‘Game of Thrones’ super fans // mashable.com/2017/04/26/game-of-thrones-dothraki-class/#O1r9oF.FfkqE

8. McCaffrey M., Dorob?? C.E. The Economic Sense in Game of Thrones // mises.org/library/economic-sense-game-thrones

9. Dyson S.B. Otherwordly politics: the international relations of Star Trek, Game of Thrones and Battlestar Galactica. — Baltimore, 2015

10. Zarracina J. This professor determines which presidential candidates would be in Game of Thrones // www.vox.com/2016/4/21/11450192/game-of-thrones-trump-clinton-sanders-cruz-kasich

11. Dyson S.B. Drawing policy implications from the `Operational Code’ of a `new’ political actor: Russian President Vladimir Putin // Policy Sciences. — 2001. — Vol. 34. — I. 3 — 4

12. Dyson S.B. Origins of the Psychological Profiling of Political Leaders: The US Office of Strategic Services and Adolf Hitler // Intelligence and National Security. — 2014. — Vol. 29. — I. 5

13. Maddeaux S. How Game of Thrones-inspired tourism became a lucrative travel trend // nationalpost.com/travel/how-game-of-thrones-inspired-tourism-became-a-lucrative-travel-trend/wcm/364a037f-c8cd-4054-9834-3d77261eed27

13. Тхарур И. «Игра престолов» — неизбежные политические ассоциации // www.inopressa.ru/article/14Jul2017/wp/film.html

14. Marsch C. How Game of Thrones launched an industry of content based on manufactured shock // nationalpost.com/entertainment/television/how-game-of-thrones-launched-an-industry-of-content-based-on-manufactured-shock/wcm/ba48b158-3d82-46fd-bc9f-497a8fc54f79

15. Колем М. Как «Игра престолов» запустила индустрию контента, основанного на искусственном шоке // www.inopressa.ru/article/14Jul2017/nationalpost/film2.html

16. Kramer A.D.I. a.o. Experimental evidence of massive-scale emotional contagion through social networks // www.pnas.org/content/111/24/8788.full

17. Meyer M.N. Everything you need to know about Facebook’s controversial emotion experiment // www.wired.com/2014/06/everything-you-need-to-know-about-facebooks-manipulative-experiment/

18. McNeal G.S. Facebook Manipulated User News Feeds To Create Emotional Responses // www.forbes.com/sites/gregorymcneal/2014/06/28/facebook-manipulated-user-news-feeds-to-create-emotional-contagion/#1991212339dc

19. Waldman K. Facebook’s Unethical Experiment // www.slate.com/articles/health_and_science/science/2014/06/facebook_unethical_experiment_

it_made_news_feeds_happier_or_sadder_to_manipulate.html

20. Grimmelmann J. Do you consent? // www.slate.com/articles/technology/future_tense/2015/05/facebook_emotion_contagion_study_

tech_companies_need_irb_review.html

21. Meyer R. Everything We Know About Facebook’s Secret Mood Manipulation Experiment // www.theatlantic.com/technology/archive/2014/06/everything-we-know-about-facebooks-secret-mood-manipulation-experiment/373648/

22. Chambers C. Facebook fiasco: was Cornell’s study of ‘emotional contagion’ an ethics breach? // www.theguardian.com/science/head-quarters/2014/jul/01/facebook-cornell-study-emotional-contagion-ethics-breach

23. Gierzynski A. Harry Potter and the Millennials. Research Methods and the Politics of the Muggle Generation. — Baltimore, 2013

24. Gierzynski A. Did Harry Potter Help Shape the Political Views of Millennials? // www.slate.com/blogs/browbeat/2014/08/19/harry_potter_s_influence_did_the_beloved_j_k_rowling

_series_shape_millennials.html

25. Strauss M. Did Harry Potter Influence the Political Views of Millennials?// io9.gizmodo.com/d-id-harry-potter-influence-the-political-views-of-the-1623876038

26. Gierzynski A. How ‘Harry Potter’ shaped the political culture of a generation // www.washingtonpost.com/posteverything/wp/2014/08/19/how-harry-potter-shaped-the-political-culture-of-a-generation/?utm_term=.7013099feff3

27. Vezzali L. a.o. The greatest magic of Harry Potter: Reducing prejudice // Journal of Applied Social Psychology 2014 // www.researchgate.net/profile/L_Vezzali/publication/264162058_The_greatest_magic_of_Harry_Potter

_Reducing_prejudice/links/53dbc08a0cf216e4210c004a/The-greatest-magic-of-Harry-Potter-Reducing-prejudice.pdf

28. Kozlovska H. Can ‘Harry Potter’ Change the World? // op-talk.blogs.nytimes.com/2014/09/17/can-harry-potter-change-the-world/?mcubz=0

29. Bergland C. Does Reading Harry Potter Books Reduce Prejudice? // www.psychologytoday.com/blog/the-athletes-way/201505/does-reading-harry-potter-books-reduce-prejudice

30. Harry Potter and the elixir of empathy // sparq.stanford.edu/solutions/harry-potter-and-elixir-empathy

31. Green M.C. a.o. The role of transportation in the persuasiveness of public narratives // Journal of Personality and Social Psychology. — 2000. — Vol. 79. — N 5

32. Gerrig R. Experiencing Narrative Worlds. On the Psychological Activities of Reading. — New Haven, 1993.

33. Леонов Н. С. Роль информации в жизни человечества. Часть 1 // www.pravoslavie.ru/sretmon/uchil/leonov1.htm

34. Леонов Н. С. Роль информации в жизни человечества. Часть 2 // www.pravoslavie.ru/sretmon/uchil/leonov2.htm

35. Леонов Н. С. Роль информации в жизни человечества. Часть 3 // www.pravoslavie.ru/sretmon/uchil/leonov3.htm

36. Дондурей Д. Российская смысловая матрица // www.vedomosti.ru/opinion/articles/2016/06/01/643174-rossiiskaya-smislovaya-matritsa

37. Дондурей Д. Смысловики могущественнее политиков // www.vedomosti.ru/opinion/articles/2016/06/08/644510-smisloviki-moguschestvennee-politikov

38. Дондурей Д. «Сверхценности» опять останавливают Россию? Интервью // gefter.ru/archive/14175

39. Gierzynski A. a.o. Game of Thrones, House of Cards and the Belief in a Just World // www.researchgate.net/publication/283908504_Game_of_Thrones_House_of_Cards_and_

the_Belief_in_a_Just_World

40. Paul C. a.o. The Russian «Firehose of Falsehood» Propaganda Model // www.rand.org/content/dam/rand/pubs/perspectives/PE100/PE198/RAND_PE198.pdf

41. Giles K. Handbook of Russian information warfare // krypt3ia.files.wordpress.com/2016/12/fm_9.pdf

42. Marwick A. a.o. Media manipulation and disinformation online // datasociety.net/pubs/oh/DataAndSociety_MediaManipulationAndDisinformationOnline.pdf

43. Erlanger S. As Trump Era Arrives, a Sense of Uncertainty Grips the World // www.nytimes.com/2017/01/16/world/europe/trump-eu-nato-merkel-brexit-russia-germany-china.html?mcubz=0

44. The 2017 Deloitte Millennial Survey // www2.deloitte.com/content/dam/Deloitte/global/Docume...

45. Holland J. Why the millennial stereotype is wrong? // www.bbc.com/capital/story/20170713-why-the-millennial-stereotype-is-wrong

46. Driscoll M. What does the popularity of ‘Game of Thrones’ say about TV viewers? // www.csmonitor.com/The-Culture/TV/2016/0511/What-does-the-popularity-of-Game-of-Thrones-say-about-TV-viewers

47. Appel M. Fictional Narratives Cultivate Just World Beliefs // aom.jku.at/files/2008_Appel_Fictional-narratives-cultivate-just-world-beliefs.pdf

48. Башкатова А. Сериалы — новый опиум // www.ng.ru/style/2017-07-14/8_7029_serials.html

49. «Снять сериал вроде «Во все тяжкие» или «Игры престолов» — это попасть в 2% победителей»: Себастьян Верник об использовании данных при создании сериалов // ru.telekritika.ua/profesija/2016-07-05/114641

50. Carr D. Giving users what they want // www.nytimes.com/2013/02/25/business/media/for-house-of-cards-using-big-data-to-guarantee-its-popularity.html

51. Marr B. Big Data: How Netflix Uses It to Drive Business Success // www.smartdatacollective.com/big-data-how-netflix-uses-it-drive-business-success/

52. Huddleston T., Jr. How Netflix Is Using Your Data // fortune.com/2016/09/19/netflix-streaming-tv-movies/

53. Leonard A. How Netflix is turning viewers into puppets // www.salon.com/2013/02/01/how_netflix_is_turning_viewers_into_puppets/

54. Magnusson J. Big data platform as a service @ Netflix // www.slideshare.net/JeffMagnusson

55. Bond J. a.o. House Of Creativity: Netflix Casts Big Data In Transformation Role // www.cmo.com/opinion/articles/2017/1/30/no-house-of-cards-big-data-fuels-big-creativity-at-netflix-.html#gs.FXoxmAc

56. Simon P. Big data lessons from Netflix // www.wired.com/insights/2014/03/big-data-lessons-netflix/

57. Harris D. Netflix analyses a lot of data about your vieving habits // gigaom.com/2012/06/14/netflix-analyzes-a-lot-of-data-about-your-viewing-habits/

58. Smith M.D. a.o. Streaming, Sharing, Stealing. Big Data and the Future of Entertainment. — Cambridge, 2016

59. Xie H. a.o. Improving the Sensitivity of Online Controlled Experiments: Case Studies at Netflix // www.kdd.org/kdd2016/papers/files/adp0945-xieA.pdf

60. Clarke B. Why these tech companies keep running thousands of failed experiments // www.fastcompany.com/3063846/how-to-be-a-success-at-everything/why-these-tech-companies-keep-running-thousands-of-failed-

* * *

http://www.osvita.mediasapiens.ua/trends/1411978127/ot_feykovykh_novostey_k_feykovoy_zhizni/ 

От фейковых новостей к фейковой жизни 

3 июля 2017 г.

    Известен феномен чтения старой газеты, которая читается с большим интересом, пока глаза не попадают на число. Это говорит о том, что новости особо новостями не являются, они отражают и подтверждают модель мира, где значимыми являются только отклонения от нее, которые и останавливают наше внимание.

 Новости могут выполнять разные функции:

  1. отражать мир более или менее объективно,
  2. искажать определенные аспекты мира сознательно,
  3. строить исключительно позитивную или негативную картину мира,
  4. удерживать внимание аудитории на нужных аспектах мира,
  5. переключать сознательно внимание аудитории на иные аспекты мира.

  Фейки пришли в очень подготовленный для них мир. Реклама и пропаганда, интересы власти или владельцев, интересы оппозиции заполонили информационное пространство.    Социальные медиа дали возможность резко усилить число источников, тем самым практически уничтожив понятие достоверности или недостоверности информации, поскольку в социальных медиа понятие достоверности отошло на второй план, хотя в традиционной журналистике оно было на первом.

   Сегодняшние фейковые новости охватили всех. 23% американцев сказали, что им пришлось распространять такого рода историю, причем 14% знали, что это фейк, а 16% узнали позднее.

    Фейк может быть случайным информационным набором, а может быть создан сознательно по множеству причин. Например, его могут запускать, чтобы увести от правды, в чем могут быть заинтересованы виновники какого-то отрицательного события.

слабых местах. Например, американское разведывательное сообщество в таких словах сформулировало цели российских кибератак против американских президентских выборов 2016 года – «подорвать общественное доверие к демократическому процессу в Америке». В американском плане противодействия целых 15 страниц, который приводит полностью журнал Time. В результат опрос Gallup'а показал, что только 66% американцев доверяют результатам выборов.

   Необязательно именно эти интервенции повлияли именно так, но они были в числе тех, которые были направлены на подобный результат. Мир перестал быть правильным и в реальности, и в информационном и виртуальном пространствах.

На внесение «трещин» в картину мира работают не только люди, но и так называемые социальные боты. Подобные роботы порождают сегодня 60% трафика онлайн, что на 20% больше, чем было в 2015 г. 

    В связи с этим выделяют три проблемы, которые порождает активное использование ботов:

  1. влияние может быть распределено между множеством подозрительных аккаунтов,
  2. политическая дискуссия поляризируется,
  3. распространение дезинформации усиливается.

   По объемам роботы уже активно подменяют троллей. Правда, тролли всегда будут сильнее  в борьбе с помощью оскорблений, домогательств, раздражения противника.

Американские социологи дают цифру в 41% пользователей, которые подвергались такому воздействию. Причем 18% испытывали на себе жесткие формы типа физических угроз или сексуальных домогательств.

    Есть разница в восприятии этого онлайн-отклонения у мужчин и женщин. 70% женщин видят это как важную проблему, но только 54% мужчин. Молодые женщины (от 18 до 29 лет) особенно болезненно воспринимают это: для 83% них это важно, в то же время для мужчин в этой же возрастной группе важность отмечают только 55%.  

  Манипулятивный аспект информации был поднят американскими президентскими выборами на новую высоту. Журнал Time выходит с портретом Стива Бэннона на обложке со словами «Великий манипулятор». В статье в этом номере коллега Бэннона говорит: «Фактически если никто не выступает против того, что вы делаете, вероятно, вы ничего не делаете такого, что имело бы значение».

  Кстати, есть мнение американцев по поводу еще одной инновации кампании - использования Твиттера. 69% американцев заявили, что Трамп слишком много пользуется Твиттером. Правда, во время кампании Трамп сам понял, что тем самым он снял журналистскую цензуру между собой и избирателями.  А миллиардер П. Тиль защитил Трампа, сказав: «Война в Твиттере - это не настоящая война».

     Фейковые новости порождают такую же фейковую жизнь. А нам приходится реагировать на нее как на настоящую. Илон Маск видит еще большую опасность в будущем, когда искусственный интеллект сможет порождать любые сообщения. Он говорит: «Роботы могут начать войну, выпуская фейковые новости и пресс-релизы, подделывая учетные записи электронной почты и манипулируя информацией. Перо сильнее меча».

    В одном из исследований онлайновых дискуссий используется хорошее понимание этого явления, выраженное в следующих словах - личностные атаки [см. тут и Rose C.P. A social spin on language analysis // Nature. - 2017. - Vol. 545. - N 7653]. Там можно увидеть также интересные результаты проделанного исследования, например, анонимные комменты в 6 раз вероятнее могут быть атаками. И еще такое наблюдение: поскольку личностная атака вызывает ответную реакцию, становится очень важным более раннее подключение модератора, которое может многое остановить.

  Еще одной проблемой, подливающей масла в огонь, стало политическое разделение населения. Внутри США сторонники демократической и республиканской партии верят разным новостным источникам. В этом году они больше уделяют внимания новостям, чем в 2016. 49% следят за новостями очень серьезно. И еще по потреблению новостей: 15% американцев верят новостям, услышанным от друзей и семьи, и 16% потребителей новостей в онлайне также часто получают новости  от людей, которые им близки.

    Анализ кибервойск правительств разных стран показал следующие направления их работы:

    Во-первых, они порождают позитивные месседжи, которые усиливают и поддерживают правительственные позиции. Израиль, например, вступает в полемику с теми, кто критично настроен по отношению к государственной позиции для чего существуют даже студенческие стипендии в университетах. Официальные лица говорят так: «Мы будем получать официальную и информацию и добавиться того, чтобы она двигалась вирусно. Мы не будем оставлять негативные истории в онлайне без реагирования, будем также распространять позитивные месседжи. То, что мы делаем, это революционно, поскольку мы отдаем публичную дипломатию в руки людей».

    Во-вторых, такие кибервойска занимаются троллингом против тех, кто высказывает критику власти. Часто этой атаке подвергаются политические диссиденты.

    В-третьих, размещаемые сообщения могут носить нейтральный характер, хотя на самом деле их назначение состоит в том, чтобы увести внимание от обсуждаемых вопросов (о фермах троллей и ботах в России см. тут, тут, тут и тут, о вмешательстве российских троллей в президентскую гонку в США тут, тут и тут, что уже является вмешательством во внутренние дела чужой страны, а также о внутренней кухне создания новостей и политических ток-шоу в самой России см. тут, тут, тут, тут, тут и тут).

  Только одна цитата, которая отображает «неинформационный» компонент такого воздействия в российских политических ток-шоу: «Что особенно меня бесило в той работе — у руководства был в ходу термин “оручесть”. Ты должна предоставлять лица для эфира и этим новым (или неновым) лицам испортить настроение, накрутить — они должны орать. Боссы так и спрашивали про новых экспертов: “А он оручий?” Это один из основных показателей, причем любой интеллигентный адекватный человек, когда слышит этот хоровой ор в эфире, сразу перестает воспринимать информацию, а у начальников это считается высшим пилотажем».

    Всё это отражает порождение огромного числа принципиально негативных сообщений на выходе. Так и фейк отражает эту же тенденцию - в основе своей это отрицательные новости, которую получают по этой причине большее распространение.

   Почему отрицательные новости более важны? Потому что  позитивным рассказам мы особо не верим, считая их не естественными, а результатом подталкивания, например, со стороны пиар-служб. И тут наше ощущение нас не обманывает, по разным оценкам такими может являться 70-80% сообщений, окружающих нас. А негативные новости пересказываются намного больше, чем позитивные. Это результат, пришедший к нам из прошлого. Ведь для выживания знание негатива более важно, чем знание позитива. Так и сегодня, когда мы читаем в социальных медиа рассказ о том, как дурят владельцев кредитных карточек или как орудуют мошенники в метро.Часто по важности подобная информация превосходит для нас любую другую.

    Достаточно распространено явление, когда люди пытаются уйти от новостей вообще. Лидерами среди стран здесь являются Греция (57%) и Турция (57%), а лучше всех выглядит Япония, где эта цифра достаточно мала  (6%) (см. тут и тут). Причины такого поведения на виду. 48% считают, что новости плохо действуют на их настроение, 37% объясняют это тем, что не верят новостям.

     Новости окружают нас повсюду. Мы привыкли к ним настолько, что даже фейковые новости перестают постепенно нас смущать. Новости, новости, новости... Фейковые новости рассказывают о фейковой жизни. Но чем она отличается от рассказа о том, что Анджелина Джоли родила двойню, или истории об очередном разводе в Голливуде... Хоть они и настоящие, эти новости, но они рассказывают о событиях совершенно отдаленных от нашей жизни, создавая горы «мусора» в наших головах.

_________________________

© Почепцов Георгий Георгиевич

Она и море. Лирическая новелла
Ностальгические воспоминания автора об ушедшем времени. Дебют нашего автора в новой рубрике.
Живопись. Картины с комментариями
Представляем художественное творчество нашего автора из Мельбурна Ильи Буркуна
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum