Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
Пенсионная реформа и обращение Президента. Комментарии российских СМИ
"Новая газета", "Радио Свобода", "РБК", "Медуза", "Ведомости" о пенсионной рефор...
№14
(347)
10.09.2018
Творчество
Настанет время долгожданной встречи. Стихи
(№13 [331] 10.11.2017)
Автор: Игорь Кулебякин
Игорь Кулебякин

               * * *

Я вымолил жену у Бога,
И белый свет опять мне мил.
Сады небесного чертога
В моей душе Он оживил.

Я снова истину постиг:
Без Бога горек каждый миг…

Россию вымолит у Бога
Бескровных мучеников сонм.
Пространство бывшего острога
Наполнит колокольный звон.

И Русь возглавит, как и встарь,
Пока неведомый нам Царь.

                  * * *

Мой бесконечно близкий Симеиз,

В тебе я растворюсь своей душой.

Твой бриз, как нежной женщины каприз,

Твой древний стражник, пыльный кипарис,

В гареме южных звёзд сравним с пашой. 

Одиннадцать тревожных серых лет

Ты был лазурной сказкой для меня.

В архангельских снегах я был согрет

Мечтой о встрече. Старый сандалет

В казарме истлевал, на юг маня. 

Настанет время долгожданной встречи

Уж скоро… Может, не в последний раз…

Горят, горят в полночном храме свечи,

Народ готовится к великой сече,

А я шепчу: «Форос, Мисхор, Милас».

                                                      август 1994 

                                                                                        

                         *  * *

На кладбище вновь шелестит фольга

От чуть заметного дыханья ветра.

Настанет срок, и в землю на два метра

Уйду я «с Богом». В небо пустельга –

 

Моя душа – без страха отлетит,

Забыв про горе, слёзы и обиды, 

И стопку с водкой с неба осенит

Крестом перед началом панихиды.

 

Внимательно послушает врагов,

Последний раз с любимыми простится…

И не поверит, глядя с облаков,

Что эта жизнь уже не повторится.

                                              июнь 1996

                                                                        

                     * * *

Я оставлю этот мир навеки, 

Не вернусь назад, как ни зовите, 

Мне бесстрастно небочеловеки 

ТАМ расскажут сказку на иврите.  

Будто жил в подлунном мире НЕКТО, 

Часто был предателем и трусом, 

Водку пил, в овраге дрался. Усом 

Дам смущал... Холодным интеллектом  

Заморозил душу... Но под осень 

В Божество без памяти влюбился. 

Бросил всё! И даже тело! В просинь 

Улетел... И в небе растворился.  

                                                           1996

                                                                        

                             *   *   *

Снова брошу курить, хоть совсем не курю, 

Брошу пить, хоть не пьяница вовсе. 

Я навечно к лесному уйду алтарю, 

Поселюсь на забытом погосте. 

Никому не понять протрезвевшей души, 

В сером мире увидевшей Бога. 

В развалюхе - сторожке, в тревожной тиши 

Буду жить удивительно строго.  

И под вздохи расплющенных старых могил 

Вспомню мира заблудшего битвы, 

Чтоб навеки забыть, как дотоле я жил 

Без креста, без любви, без молитвы. 

                                                                       

                    *   *   *

Судьба тасует серую колоду, 

Вновь крести выпали – опять страдать. 

Моя душа ползёт по небосводу, 

И на неё святая смотрит рать. 

А смертный грех душе ломает крылья, 

Вот-вот сорвётся вниз дух-пилигрим. 

Легчайших метеоров эскадрилья 

Бомбит небесный Иерусалим. 

Не избежать стремительных падений 

В ту бездну, где «зубовный скрежет, плач...» 

Коль наверху сейчас ты, без сомнений 

Оскалил зубы призрачный палач.  

Корявый демон в бездне - Абадонна 

Бесстрастно точит огненный топор. 

И счастлив ты, наивный, до тех пор, 

Пока не огласил свой приговор 

Судья подземного Синедриона.  

Но можно обойтись без высшей меры 

Лишь только силой беспредельной веры 

В Отца и Сына, и Святого Духа. 

Страдания земные, боль - химеры... 

И не страшна костлявая старуха. 

Ты пожелай ей: «Ни пера, ни пуха!» 

Да и пошли подальше ... на галеры. 

                                                                        

                  * * *

В тончайшем сне горит первооснова
Моей души. Сгораю без огня.
Сухая "черноризница" сурово,
Как легкий призрак, смотрит на меня.

Она шипит: "Забыл Отца и Сына,
Попал под хвост вонючий к сатане.
Я каждый нерв твой с наслажденьем выну
И прокалю на медленном огне".

Я чувствую в ней неземную силу,
Я знаю, эта сволочь прокалит.
Она зовет рогатую гориллу,
Уже горящая смола кипит.

Не передать словами бездну страха,
Гортань сжигает сумасшедший крик.
Душа горит, как ветхая рубаха,
В сетях молниевидных повилик.

Затянут дух в печной гудящий угол,
Чудовищная боль, звериный рев.
Нет рук и ног – лишь прокаленный уголь,
И смерти нет, лишь треск первооснов.

Нет больше ощущения кошмара,
Есть страшный переход из мира в мир.
Душа в огне подземного пожара
Очищена до черно-красных дыр.

Казалось бы, уже совсем нет мочи
Терпеть без перерыва эту боль.
Но тает сумрак беспощадной ночи,
Душа ползет в привычную юдоль.

Урок предельно ясен – смерти нет,
А мы живем во лжи, себе на горе.
И наша жизнь – взбесившийся корвет –
Плывет безумно в дьявольское море.
                                                             

                *   *   * 

Чуть слышный звон далёких колоколен, 

Дождливая сиреневая грусть.

Я третий год уже никем не болен,

Я третий год ищу свой новый путь. 

С забора вдруг прокаркала ворона

И клювом повела: «Поди, мол, прочь!..»

Вот фигушки тебе!.. Не превозмочь

Мне логики небесного закона. 

Я встану здесь, у старого забора.

Капель для мыслей, словно камертон...

С паломниками нового набора

Я буду слушать колокольный звон. 

Как много «званых», «избранных» - чуть-чуть,

Неузнанные бродят по планете...

Холодного дождя косая ртуть

Стекает по размокшей сигарете. 

Небесный мир почти неуловим,

Задавлен муторным земным началом.

И вечный город Иерусалим

За грозовым растаял перевалом. 

Всего лишь миг я видел чудный город,

И снова дождь стекает мне за ворот.

                                                                        

                     *    *    *

В кармане нет и ломаной  полушки,  

Мне к этому давно не привыкать. 

Цветёт сирень, и контуры церквушки 

Струят сиреневую благодать. 

Вечерний  храм - часть неземного мира,

Куда не довезут нас поезда...

Багровый луч, как лёгкая секира,

Рассёк  реальность... Горе-лебеда 

Росою плачет мне на сандалеты.

Привычный мир уходит в никуда,

И освещает вечные сюжеты

Почти что Вифлеемская звезда. 

________________________

© Кулебякин Игорь Владимирович

СМИ как регистратор уже известного
Анализ новых приемов использования результатов расследований различными СМИ. Тенденции отстранения от открытий
Академик Гурий Иванович Марчук, последний Президент АН СССР
Интервью академика Г.И.Марчука калужскому журналисту в Обнинске в 2006 году
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum