Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
Федеральный бюджет России на 2019 год |

24 ноября 2017 года Госдума приняла бюджет, зафиксировавший эконом...

№19
(352)
10.12.2018
История
Дела церковные...
(№17 [119] 01.11.2005)
Автор: Виктор Литвиненко
Виктор Литвиненко
[Из материалов по истории церковного строительства в Приазовье (Задонье)]

В последние годы заметно возрос интерес к религии, строятся новые и восстанавливаются старые, разрушенные в советское время храмы. Проявляется интерес и к истории церковного строительства. При этом, думается, нелишне знать и то, как в свое время церкви были разрушены, а потом и закрыты.

В предлагаемой подборке материалов (преимущественно архивных) даются некоторые сведения из истории церковного строительства в Приазовье, в частности, в так называемом Задонье – территории, которая волею судеб почему-то практически была обойдена вниманием исследователей… На примере отдельных церквей также показана процедура их закрытия в конце 50-х – начале 60-х годов ХХ века. Итак, вначале – о строительстве, затем – о закрытии церквей.


1. Строительство церквей

История сооружения церквей в Донском крае в свое время – на рубеже XIX–XX веков – активно изучалась известными краеведами Кирилловым, Сулиным и др. Однако Задонье ими почему-то игнорировалось. Существовало даже заблуждение, что в этом крае нет сколько-нибудь крупных населенных пунктов (что вполне было справедливо для собственно казачьих земель в Задонье). Возможно, такому заблуждению способствовало то обстоятельство, что Ростовский уезд с задонской стороной на протяжении почти всего XIX века входил в Екатеринославскую губернию и только в 1888 году был присоединен к Области Войска Донского. Лишь в материалах Х.И.Попова к археологическим съездам мы можем найти разрозненные сведения о церквях, полученные от местных священников или сельских старост, но они, насколько нам известно, сохранившись в рукописях (в форме ответов на его анкету), в систематизированном виде не публиковались.

В советское время, после волны разрушений и закрытия церквей, все же предпринимались попытки возбудить в обществе разумное отношение к церквям как памятникам духовной и материальной культуры. Этими проблемами занималось Всероссийское общество охраны памятников истории и культуры (ВООПИиК). Известный ростовский архитектор А.П.Зимин, член секции архитектурных памятников областного отделения ВООПИиК, составил список «культовых строений» Ростовской области по состоянию на 1980 год (список включает свыше 90 церквей и молитвенных домов, с указанием тех, которые нуждаются в реставрации и охране как памятники культуры; к сожалению, список этот содержит весьма приблизительные характеристики церквей, не всегда указаны даты постройки, имеются неточности: напр. в с. Кулешовка Георгиевская церковь, построенная в 1861 г., отнесена к разряду действующих и нуждающихся в сохранении как памятник культуры, на самом деле эта деревянная церковь в советское время использовалась под клуб, а молитвенный дом находился в другом помещении (на сегодня этого здания церкви уже нет – оно сгорело); имеются и другие неточности, что, впрочем, не снижает достоинств списка как попытки собрать и систематизировать сведения о церквях). В наши дни среди многих специалистов, уделяющих серьезное внимание храмовой архитектуре Юга России, и в том числе донской, хотелось бы отметить имя А.Г.Лазарева.

Сама проблема изучения и сохранения (или восстановления) храмов – тема серьезная и важная, хотя бы потому, что как бы ни относились мы к религии, нельзя, да и невозможно, игнорировать ее культоросоставляющую, культурообразующую основу в нашем сознании, в поведении. А сами культовые сооружения нередко представляют собой шедевры архитектурного искусства. Предлагаемые заметки вовсе не претендуют на некую широту обобщений, они лишь отражают попытку автора популяризировать некоторые обнаруженные им в архивах и редких старых изданиях факты, которые, как ему кажется, малоизвестны или вовсе неизвестны широкому кругу читателей…

Что же касается изучения культовых памятников задонской стороны, то необходимо иметь в виду одно немаловажное обстоятельство – фактическое отсутствие архивных материалов как наиболее ценных свидетельств прошлого. Неясна судьба этих архивов. Возможно, свою роль сыграло административно-территориальное переподчинение Ростовского уезда. Но ведь при этом и архивы переходили на хранение соответственно новому подчинению. Казалось бы, соответствующие материалы из Екатеринославской епархии должны были перейти к Донской духовной консистории. Но в ее архивах их нет. Логично предположить было, что они остались там, и теперь хранятся в Госархиве Днепропетровской области на Украине. Однако это совсем не так, нет их и там… На этот счет приходилось слышать разные версии, но здесь вряд ли уместно их обсуждать. Скажем одно: архивные материалы по церквям интересующей нас территории можно найти только в страховых документах Хозяйственного отдела Святейшего Синода по состоянию на 1910 год (ЦГИА РФ, СПб.). В них не указаны архитектурные особенности церквей, а даны лишь технические характеристики: возраст сооружения, материал, из которого оно построено, размеры, стоимость.

Учитывая такое плачевное состояние с первоисточниками, необходимы комплексные исследования, включающие не только поиск архивных материалов, но и литературные источники, и сбор данных на местах (насколько нам известно, подобную работу проводил А.Г.Лазарев).

В редких фондах библиотек или в библиотеках архивов можно найти «Справочную книгу Екатеринославской епархии», изданную в 1914 году и отражающую положение на 1913 год. Однако здесь дается только название церкви, дата постройки, а вся справочная часть представляет собой характеристику прихода: сколько прихожан по полу, сколько рождений в год, сколько бракосочетаний, сколько погребений, кто священник, псаломщик, кто попечитель, какой доход, сколько пудов свечей расходуется, сколько просфор, каков почтовый адрес и т.д.

Сведения о первых церквях в Задонье можно найти в малодоступной книге «Материалы для историко-статистического описания Екатеринославской епархии. Церкви и приходы: Вып. 2.», изданной в Екатеринославе (ныне Днепропетровск) в 1880 году. Некоторые из этих сведений приводятся ниже. Использованы также упомянутые материалы Х.И.Попова и другие архивные источники.


Церковное строительство в Приазовье развивалось по мере заселения края, активное начало которому положено было в конце XVIII века.

Первыми крупными населенными пунктами в задонской стороне в XVIII веке были Батайское, Койсуг и Кагальник, основанные преимущественно беглыми крестьянами, получившими здесь статус государственных. К таковым следует отнести и Ейское Укрепление, Елизаветовку, Екатериновку и Александровку (Чебуры). В некоторых из них еще XVIII и были построены первые церкви. Строились церкви и на частновладельческих землях, т.е. у помещиков. Среди них первыми были поместья Д.В.Змиева (Сазальник, она же Ново-Николаевка, впоследствии Шабельское) и М.М.Блазо (Маргаритовка).

Следует отметить, что сооружение церкви в те времена считалось весьма престижным для поселян делом, несмотря на то, что все тяготы строительства ложились на их плечи. При этом необходимо было соблюсти ряд условий, а именно: в селении должно было быть не менее ста дворов, строительство велось на средства прихожан, надо было получить разрешение епархии и т.д. Зато селение с церковью имело более высокий статус.

Рассмотрим на двух-трех примерах эту процедуру.

Жители Койсуга еще в начале 1782 года «признали необходимым устроить у себя церковь и открыть в слободе своей самостоятельный приход». С этой целью они избрали из своей среды доверенных – ктиторов будущей церкви – Макария Кияшева и Илью Житникова и дали им в помощь «благонадежных стариков – Захария Воловика, Осипа Твердохлебова, Михаила Шпиталенка и др.» и «все труды и заботы по устройству церкви в Койсуге возложили на них». Выборные немедленно приступили к делу – собрали с поселян деньги, отмежевали для причта будущей церкви 120 десятин удобной земли, «составили от себя и дали письменное обязательство в том, что как они сами, так и дети их, все преемники и потомки их, по устройстве в слободе церкви, всеми мерами будут благоукрашать и поддерживать ее, принимают на себя долг содержать, продовольствовать и причт церковный безбедно». Все бумаги доверенные отправили в Азовскую губернскую канцелярию с прошением исходатайствовать «у преосвященного Никифора, архиепископа Славянского и Херсонского» разрешение на сооружение в Койсуге храма во имя Успения Божией Матери. Текст прошения, его стилистика, трогательная манера письма так красочно передают дух своего времени, что было бы грех не привести его дословно. Вот что писали выборные: «Прошлого 1780 года, по указу Азовской губернской канцелярии, переведены мы, нижайшие, из прежнего нашего места, состоящего близ крепости Ростовской на место Койсугское, где уже и поселилось 170 дворов, в оных обоего пола душ более 800; по неимению еще в той нашей слободе церкви претерпеваем всекрайнейшую, в хождение для слушания божественного славословия и в преподаянии нам христианских треб, нужду, ибо до крепости Ростовской, к которой мы принадлежали, 15-ть, а до города Азова 30 верст, в близшем же к нашей слободе расстоянии церквей нет и во время осеннее и весняное за разлитием полых вод и за далеким от церквей расстоянием рождающиеся младенцы без крещения, а престарелые без исповеди и приобщения святых Тайн часто умирают, в призыве священника большую терпим нужду. По таковым обстоятельствам и намерены мы в той нашей Койсугской слободе, во имя Успения Пресвятой Богородицы, построить деревянную церковь, на построение которой заготовлено уже на подвалины, камня и дерева соснового довольное число; денег наличных 1500 р. имеется; майстер уконтрактован и в случае какого-либо в чем недостатка, обязуемся вспомошествовать сами, без всякого доброхотного подаяния; земли для священноцерковнослужителей из дачи нашей слободы 120 десятин от Азовской губернской канцелярии велено отмежевать, на которую землю и два плана сочиненные и данная от нас о платеже подлежащих в казну за те 120 десятин земли денег и о сооружении церкви со всеми ея утварьми в должном благолепии как нами, так и наследниками нашими, подписка при сообщении Азовской губернской канцелярии к Вашему Преосвященству представлены; того ради Вашего Преосвященства всенижайше просим о дозволении построить в том нашем Койсугском селе вновь во именование Успения Пресвятой Богородицы деревянную церковь и по прописанной необходимой нужде учинить высокомилостивое архипастырское рассмотрение».

Славянская духовная консистория, рассмотрев все представленные бумаги и справки, постановила дозволить в слободе Койсуге устроить церковь во имя Успения Божией Матери и 20 августа 1782 года была выдана «храмозданная благословительная грамота на закладку и основание церкви», а 30 апреля 1783 года «Новоростовский протоиерей Иоанн Андреев соборне по церковному чинопочитанию в Койсуге освятил место под церковь и положил закладку на сооружение оной».

И уже 13 сентября того же года «новая церковь производством работ совершенно закончена, утварьми и облачениями, книгами и колоколами снабжена достаточно и всеми потребностями к освящению вполне приготовлена» а потому Новоростовское духовное правление просила Преосвященного Никифора выдать «благословительную грамоту на освящение церкви и освященный антиминс для совершения в ней богослужений», которые и были выданы 26 октября, а 30 декабря 1783 года «Новороссийского духовного правления священник Петр Стефанов соборне по церковному чиноположению в слободе Койсуге освятил новоустроенную Успенскую церковь и открыл в ней богослужение и священнодействие» (Материалы для историко-стат. описания… С.227–229).

Эта церковь прослужила койсужанам несколько десятилетий. К середине XIX века она уже не могла удовлетворять потребностей прихожан из-за скромных размеров и обветшалости. И тогда жители села выхлопотали разрешение на постройку новой, кирпичной церкви.

Сооружение новой Успенской церкви было начато в 1852 году и длилось 9 лет, строительство пришлось на неблагоприятные годы – засуха и налеты саранчи подорвали экономику села, и к завершению строительства у сельчан не было средств для устройства нового иконостаса. Поэтому они обратились к местному церковному руководству в Ростове с просьбой разрешить временно установить иконостас из старой деревянной церкви, на что получили отказ. Любопытны мотивы, которым руководствовался протоиерей Николай Ручкин, отказывая ходатаям: он был убежден, что те лукавят, ссылаясь на отсутствие средств, так как было хорошо известно, сколь зажиточно живут койсужане… Тогда прихожане обратились со своей просьбой в Святейший Синод. В Центральном государственном историческом архиве РФ сохранилось дело об этой церкви. Ниже приводятся подробные выписки из этого дела – они весьма колоритно передают атмосферу и перипетии того события…

ЦГИА РФ. Ф. 796, оп. 142, ед. хр. 225, д. 23

Дело «По прошению прихожан села Койсуга о дозволении им освятить вновь выстроенную церковь с поставлением в оной на время иконостаса из старой церкви».

Начато 9 февраля 1861 г., окончено 30 ноября 1861 г.

Л. 1 – 2
В Святейший Правительствующий Синод
Екатеринославской губернии Ростовского уезда
селения Койсуга государственных крестьян и прихожан Успенской церкви

Прошение.

По благословению Екатеринославского Епархиального Преосвященства в 1852 году заложена в селении нашем Койсуге каменная церковь во имя Успения Божией Матери с двумя приделами, с правой стороны: во имя рождества Предтечи Христова Иоанна, а с левой: во имя святых жён Мироносиц. Церковь эта окончена вчерне постройкою в 1858 году, а в прошлом, 1860 году, оштукатурена извне и внутри и совершенно приготовлена к открытию в оной богослужения. Доведя об этом до сведения Благочинного Ростовского уезда протоиерея Николая Ручкина, мы обще с причтом просили ходатайства его перед Епархиальным Начальством об освящении вновь сооруженного храма и о дозволении впредь до построения нового иконостаса поставить в новой церкви иконостас из старой деревянной церкви, строенной еще в 1783 году и совершенно-совершенно обветшавшей. В просьбе нашей Екатеринославское епархиальное начальство отказало нам, предписав Благочинному Ручкину указом объявить нам, что оно находит неприличным и не отвечающим благолепию нового храма переносить в оный иконостас из старой церкви. При обозрении церкви нашей Преосвященным Леонидом Епископом Екатеринославским и Таганрогским и кавалером в прошлом сентябре месяце 1860 года мы лично просили Его Преосвященство о дозволении освятить новый храм, и независимо от сего в октябре месяце того же года, постановив общественный приговор, которым обязались построить иконостас в продолжение трех лет и представив таковый при прошении на имя Его Преосвященства просили архипастырского благословения на освящение нового храма, но ни личная просьба наша, ни обязательства, данные нами в общественном приговоре, не уважены. Его Преосвященством и в освящении храма нам отказано впредь до построения нового иконостаса.

Хотя требование Екатеринославского Епархиального начальства о построении нового иконостаса совершенно справедливо и мы сами душевно желали бы украсить новый храм и новым иконостасом, но при настоящей скудности средств и значительности неоплаченных долгов, в которые ввело нас построение церкви, мы не имеем возможности приступить к построению нового иконостаса, тем более что святому провидению угодно было посетить нас в истекшем лете – неурожаем хлеба, а в прошедших годах истреблением его саранчой, как объяснено нами и в прошении, поданном Его Преосвященству Леониду. Вследствие этого мы осмеливаемся прибегнуть под покровительство Святейшего Правительствующего Синода и благопокорнейше и смиреннейше просить в душевное утешение наше, а равно и по уважению к тому, что старая деревянная церковь обветшала до невозможности продолжать в оной богослужение без исправления повреждений, требующих весьма значительных издержек, преподать благословение на освещение новой церкви с перенесением в оную иконостаса из старой, причем мы обязуемся по освящении церкви немедленно приступить к построению нового благолепного иконостаса и совершенно окончить оный в продолжение трех лет.

К сему прошению… (идут подписи)

Л. 5

Выписка: В журнале Святейшего Правительствующего Синода 14/27 февраля 1861 г. под 333 записано:

Святейший Правительствующий Синод слушали: прошение прихожан Екатеринославской Епархии Ростовского уезда селения Койсуга, полученное 9 февраля сего года, которым они ходатайствуют об освящении вновь сооруженного в 1860 году в их селении храма с перенесением в него иконостаса из прежнего, устроенного еще в 1783 году, обязуясь немедленно, по освящении храма приступить к построению нового благолепного иконостаса и окончить его в 3 года. Приказали: прошение сие препроводить к Преосвященному Леониду Епископу Екатеринославскому при указе с тем, чтобы он по соображении онаго представил сведения с своим заключением, возвратив самое прошение.

Протоколист _______________ /Подпись/
Исполнено 2 марта 1861 г.
Указ № 524.

Из ответа епископа:

По справке с делами Екатеринославсой консистории оказалось: Ростовского уезда селения Койсуга Успенской церкви священноцерковнослужители и прихожане прошением от 20 февраля 1851 года просили дозволить им построить на место существующей деревянной однопрестольной Успения Божьей Матери церкви, пришедшей в ветхость, новую трехпрестольную каменным зданием по проекту, одобренному Екатеринославскою губернскою строительною и дорожною Комиссиею, почему таковая постройка новой каменной церкви Епархиальным начальством 7 ноября того же года разрешена и в прошлом 1860 г., как местный благочинный донес, совершенно устройством окончена, кроме иконостаса, который должен быть устроен не ближе, как через три года…

Л. 7–7об.: Прихожане ссылаются, что по причине истребления у них саранчою всех хлебов и трав, они не в состоянии устроить приличный новый иконостас в каменную церковь… Но так как при изъяснении о сем с местным начальством государственных крестьян мне объявили, что прихожане койсугской церкви и теперь в состоянии приступить к устроению нового иконостаса для новой своей церкви, что дозволение им перенести в нее старый ослабит в них заботливость о устроении нового, и что старый иконостас ветх, почернел и неприличен для нового храма, то прошение их по сему вопросу оставлено без удовлетворения…

…Я относился к г. управляющему Палатою Государственных имуществ с просьбою о уведомлении, заслуживает ли уважения упомянутое прошение прихожан села Койсуга и можно ли с уверенностью надеяться, что они действительно устроят новый иконостас… В ответе управляющий от 15 июля 1861 г. уведомил, что «села Койсуга общество приговором своим от 4 июля сего года, обязываясь устроить иконостас собственными своими средствами без всяких пособий от казны и непременно в течение трех лет, обозначило фамилии лиц, пожертвовавших уже … по подписке 7135 руб. серебром, присовокупляя при том, что изложенное в приговоре Койсугского общества ходатайство уважительно и обязательству их построить новый иконостас… можно дать полное доверие».

…Я признаю возможным дозволить им впредь до устройства такового, перенести иконостас из старой во вновь построенную церковь, по установлении онаго теперь же освятить последнюю по чиноположению церковному и уведомить о сем палату государственных имуществ с просьбою о распоряжении, чтобы к устроению для койсугской церкви нового иконостаса было приступлено без замедления…

Л. 12 – 13.

1861 года ноября 10 дня. По указу Его императорского Величества, Святейший Правительствующий Синод слушали дело по прошению прихожан Ростовского уезда села Койсуга Екатеринославской епархии об освящении вновь сооруженного ими каменного храма с перенесением в него иконостаса из прежней деревянной церкви. Приказали: Усматривая из донесения Преосвященного Леонида Епископа Екатеринославского, что Епархиальное начальство ныне не встречает препятствий к удовлетворению ходатайства прихожан села Койсуга относительно дозволения им, впредь до устройства в сооруженной ими новой каменной церкви, перенесть в нее иконостас из прежней деревянной церкви и затем к освящению новой церкви, Святейший Синод определяет: предоставить сему начальству сделать зависящее по сему предмету распоряжение, о чем и послать Преосвященному Екатеринославскому Леониду указ с предписанием объявить прихожанам села Койсуга о настоящем определении Святейшего Синода по присланному ими прошению. Подлинное определение подписано Святейшим Синодом 25 ноября 1861 года.

Протоколист ___________ /Подпись/
Исполнено …..ноября 1861 г.

Так, проявив настойчивость, жители Койсуга добились разрешения освятить новую церковь со старым иконостасом.

Здесь есть чему удивиться. Нам, представителям другого времени, другой эпохи, может показаться излишней эта настойчивость: ну, подумаешь, иконостас! Потерпели бы год-другой, как-нибудь походили бы в старую церковь. А то – поперлись аж в Святейший Синод! Однако в во всей этой истории разве не чувствуется устремленность людей, их сила духа, нравственное здоровье, чистота представлений о должном, о миропорядке – достоинств, которых, быть может, в существенной мере так недостает нам, нашим современникам…

Спустя несколько лет, 1873 году, в той части Койсуга, которая называется Доломановкой, была построена еще одна церковь – Вознесенская. Церковь была деревянной, но колокольня при ней – кирпичная (см. ниже Приложение).

В советское время обе церкви были разрушены, причем Успенская полностью, а от Вознесенской все же осталась часть колокольни (см. фото).



Фото из альбома Совета по делам Русской православной церкви --- Нажмите, чтобы увеличить.
Остатки колокольни Вознесенской церкви в Койсуге. Середина 50-х годов ХХ века.




Фото автора --- Нажмите, чтобы увеличить.
Остатки той же колокольни на начало 90-х годов




Кагальник. В данном населенном пункте имелось две церкви – Покровская и Троицкая.

Из «Материалов для историко-статистического описания Екатеринославской епархии» следует, что еще осенью, в октябре 1781 г. жители Кагальника начали хлопотать об устройстве церкви. Инициатором выступил сельский староста Григорий Лях, который вместе с выборными от общества Семеном Лысским, Осипом Москаленко, Василием Лебедем и Иваном Шагоренко составили бумаги и 3 мая 1782 г. представили их в Азовскую губернскую канцелярию. Они писали: «Вновь заселившаяся в Усть-Кагальнике малороссийская слобода наша распространилась количеством дворов не менее как со ста десять, а во оной хотя имеем для исправления мирских треб священника, но только церковь ещё не сооружена, ниже и начало оной не составлялось, а на представление бывшего земского комиссара секунд-майора Горленского его превосходительством генерал-поручиком В.А.Чертковым к сооружению того храма назначено быть церкви Покрова Пресвятой Богородицы. Того для оную Азовскую губернскую канцелярию покорнейше просим о дозволении к сооружению в вышеписанной слободе Храма божия во имя Покрова Пресвятыя Богородицы за составлением полного числа дворов, о представлении, куда надлежит, милостивейше не оставить» (с. 212).

Разрешение на постройку церкви в слободе Кагальницкой Славянская духовная консистория выдала 19 мая 1782 года, а 12 июля того же года «на постройном месте», по тому же обычаю, что выше описан для Койсуга, тем же протоиерем Иоанном Андреевым церковь «заложена к сооружению». В доношении от 24 ноября 1782 года Новоростовское духовное правление сообщало Преосвященному Никифору, что «…заложенная к сооружению Покровская церковь строением совершенно окончена, всем приличествующим убрана…» Поэтому в январе следующего года, 16-го числа, была выдана святительская благословительная грамота и освященный антиминс, а спустя месяц, 16 февраля, протоиерей Иван Андреев «соборне… церковь освятил и открыл в ней богослужение».

Надо отметить, что спустя несколько лет – в 1789 году – эта церковь сгорела, заново отстроена она была в следующем же году. В 1791 году, 15 февраля, она была освящена. Церковь просуществовала до 1842 года, когда была построена новая каменная.

На частновладельческих землях первые храмы построены в самом конце XVIII века. Соружено было, как упомянуто выше, всего две церкви – во владениях Д.В.Змиева и М.М.Блазо. Делалось это по инициативе самих помещиков и на их средства.

Владелец Маргаритовки премьер-майор Маргарит Мануилович Блазо сам выступил инициатором сооружения церкви в своем поместье. Как отмечено в упомянутой книге «Материалов…», «По заселении слободы г. Блазо решился собственным своим коштом устроить в слободе своей Маргаритовке церковь во имя Благовещения Пресвятой Богородицы» (с. 232). В 1796 году 12 июня он подал прошение. И далее все пошло по описанному выше сценарию, который мы здесь повторять не станем. Отметим лишь, что разрешение получено было в 1797 году, в том же году церковь была построена, а освящена 27 июня 1798 года.

Оберпровиантмейстер Дмитрий Васильевич Змиев успел все это проделать на год раньше, чем Блазо. Николаевская церковь в его имении Сазальник начала действовать уже в 1797 году, а деревня по сему случаю была переименована в Ново-Николаевку (впоследствии, после смерти Д.В.Змиева, последовавшей в 1809 году, это имение было продано Шабельским и переименовано в село Шабельское) .
     
Перечислим населенные пункты, в которых в XVIII-XIX веках были построены церкви, давая по возможности известные нам детали (известные, к сожалению, не по всем церквям).

Приводимые ниже сведения почерпнуты в основном из архивных страховых документов фонда: ЦГИА РФ (СПб.). Ф.799, оп. 33, д. 475, 477. Страховые документы на церковное имущество по епархиям и уездам (Фондодержатель: Хозяйственное управление при Синоде).

Приводятся выдержки из документов по состоянию на осень 1910 г. по населенным пунктам Задонья. Населенные пункты расположены в алфавитном порядке. В данной зоне церкви относились к двум благочиниям – 1-му и 2-му. Здесь принадлежность церкви к благочинию не указывается. Данные страховых документов иногда расходятся со сведениями из других источников, о чем дается примечание в скобках. По некоторым церквям, не попавшим в нашу выборку из страховых документов, сведения даны из других источников, которые указаны под описанием.

АЗОВ

В Азове, окончательно вошедшем в состав российских земель в 1669 г., было построено две церкви: одна – на территории собственно крепости, другая – в посаде. Ниже сведения приводятся из страховых документов.

Д. 475. Л. 5–5об
Иоанно-Предтеченская церковь.

Кирпичная, на каменном цоколе. Длина с колокольней – 18 саж., ширина (наибольшая) — 10 саж., высота до верха карниза – 31/2 саж..

Иконостасов – два: верхний 11 арш. длины, в высоту 14,5 арш., нижний во имя пророка Ильи – длина 2 арш., высота 3,5 арш. Здание двухэтажное, одноглавое. В верхнем этаже окон 12 шт.

Дата постройки – 1879 г.

Колокольня в 1 ярус высотой до верха карниза 8 саж. 2 арш.

Л. 7
Успенская церковь в Азове

Кирпичная, на каменном цоколе, оштукатурена. Купол и два яруса колокольни обиты железом. Длина с колокольней 24 саж. 1 арш., ширина 9 саж., высота до верха карниза 4 саж.

Главы: большая 1, малая 1 (над алтарем).

Иконостасов 4 шт.: Успенский (длина 13,5, высота 9,25 арш.), Николаевский (длина 4, высота 7 арш.), Митрофаниевский (длина 4, высота 7 арш.). Константино-Еленинский (длина 11,5, высота 7,5 арш.).

Имеется три печи.

Колокольня в два яруса общей высотой до верха карниза 13 саж. Дата постройки не указана.

АЛЕКСАНДРОВКА, Азовск. р-на.

Первая церковь, деревянная, устроена в 1821 г., новая, кирпичная, – в 1863 г. Название, к сожалению, не зафиксировано.

БАТАЙСК

Имелось три церкви: Архангело-Михайловская (1802 г.), Одигитриевская (1871 г.), Покровская (1910 г.). До Окт. рев. открыто 4 школы типа церковно-приходских народных училищ.

Л. 9
Одигитриевская церковь.

Двухпрестольная, второй престол – в память сошествия Св. Духа. Кирпичная, на каменном цоколе. Длина с колокольней 37,5 саж., высота до верха карниза 7,5 саж., ширина 15,5 саж. Одна большая глава и четыре меньших. Окон больших 49 шт., дверей 7 шт. Иконостас высотою 20 арш., длиною 25 арш., оценен в 10000р.

Печей нет. Колокольня в три яруса высотою до верха карниза 22 саж.

Построена в 1871 г. (В «Справочной книге Екатеринославской епархии» за 1913 г. указана иная дата постройки церкви – 1864 г.)

Л. 11
Архангело-Михайловская церковь (на 24 июля 1910 г.)

Деревянная, обложенная кирпичом. Длина с колокольней 13 саж., ширина 10,5 саж, высота до верха карниза 2,5 саж. Главы: одна большая и одна малая. Иконостас длиной 4,5 и высотой 4 арш.

Колокольня в один ярус высотой 5 саж.

Построена в 1802 г. (В «Материалах для историко-статистического описания Екатеринославной епархии. Церкви и приходы VIII столетия. Вып. 2». Екатеринослав, 1880 г. утверждается, что строительство церкви начато в 1799 г., а завершено 27 октября 1800 г.)

Л. 13.

Покровская церковь в Батайске.

Из жженного кирпича, внутри оштукатурена. Длина 13 саж., ширина 10 саж., высота до верха карниза 11 саж. Главы: одна большая и четыре маленьких. Иконостас длиною 13 арш., высотой 14 арш.

Построена в 1910 г.

ВАСИЛЬЕВО-ПЕТРОВКА

Д. 475. Л. 12-17об.
Александро-Невская церковь.

Деревянная, рубленая, обита железом, на кирпичном фундаменте, окрашена снаружи, внутри. Крыша железная, покрашена. Длина с колокольней 12 саж. и 1 арш., ширина 6 саж. 1 арш., высота до верха карниза 3 саж.

Главы: одна большая и одна малая над алтарем.

Колокольня в два яруса, высота 3,5 саж.

Построена в 1892 г. (В советское время здание церкви было занято под клуб.)

Здание второклассной церковно-приходской школы построено в 1896 г. Здание деревянное, двухэтажное. На первом этаже размещались учительская, столовая, кухня и три квартиры для учителей, на втором этаже – три классные комнаты и две спальни для учащихся.

ВЕСЕЛАЯ ПОБЕДА – см. ПОБЕДА

ВЫСОЧИНО

Л. 23 – 23об.
Рождество-Богородичная церковь.

Кирпичная, на каменном цоколе, снаружи оштукатурена, внутри оштукатурена и окрашена масляной краской, покрыта железом, окрашенным зеленой масляной краской. Длина церкви, считая и колокольню, 141/2 саж., наибольшая ширина 5 саж. 2 арш., высота до верхнего карниза 5 саж. На церкви зиждется одна большая глава и четыре меньших, над алтарем одна малая главка; больших окон 13 шт., малых 9 шт. Дверей наружных створчатых обитых железом 3 шт. и одна малая; внутренних деревянных 3 шт. и одна малая; с южной и северной стороны приделаны деревянные застекленные коридоры по одной двери в каждом. Иконостас длиною 113/4 арш., высотою 10 арш. (оценен в 3000 руб), печей нет. Колокольня в два яруса общей высотой до верха карниза 11 арш. Ближайшая к церкви постройка общественный дом для псаломщика находится с западной стороны на расстоянии 45 саж.

Церковь построена в 1879 г.

Имелась церковная сторожка, кирпичная, на кирпичном цоколе, длиною 14 арш., шириною 91/2 арш., высотою 5 арш., покрыта железом, окрашенным зеленой масляной краской; дверей створчатых 5 шт., окон с двойными рамами – 11 шт., одна голландская печь. При доме крытый железом навес. Дом построен в 1900 г.

(В 1940 г. колокольня и купола были разрушены, но здание сохранилось и нуждается в серьезной реставрации.)

В материалах А.П.Зимина: «Церковь Рождества Богородицы в с. Высочино. Сооружена в XIX в. Стиль – неоклассицизм, оштукатурена. Кровельная часть здания разрушена. Необходимо взять на консервацию с последующей реставрацией и приспособлением под общественное здание, с учетом сохранения внешнего архитектурного облика». (см. фото)



Фото из альбома Совета по делам Русской православной церкви  --- Нажмите, чтобы увеличить.
Фотография церкви Рождества Пресвятой Богородицы в селе Высочино. 1954 г.




Фото из архива --- Нажмите, чтобы увеличить.
Наружный ремонт высочинской церкви в 1955 г.




Нажмите, чтобы увеличить.
Высочино. Тыльная сторона школы и общий вид церкви. На врезке увеличено – сохранившаяся главка над алтарем




ГЛАФИРОВКА, село. Расположено у Ейского лимана, на земле, которая называлась Ейской пустошью и была генерально обмежевана в XVIII в. генерал-майору Николаю Николаевичу Трегубову. Основана в 1810 г. помещиками Норецкими (Нарецкими), т.е. вскоре после того как в 1809 г. земля Трегубова с деревней Водяной перешла во владение к Глафире Васильевне Норецкой. Норецкие стали активно переселять сюда своих крестьян, частично из Курской губернии, но больше из Малороссии: за 15 лет было переселено свыше 700 душ м.п. В 1845 г. в Глафировке проживало 612 душ м.п. и 503 ж. п., а вместе с Водяной Балкой насчитывалось 892 души м.п. (138 русских и 756 украинцев). С 1832 г. Норецкие сами постоянно проживали в Глафировке, где «к тому времени уже были построены постоялый двор, 5 мельниц, амбары, харчевня и питейный дом».

В 1841 г. был заложен храм Пресвятой Богородицы «честныя Иконы Ея Ахтырской». С 1842 г. деревня получила статус села (местечка). Вот как о сооружении церкви рассказывалось в «Земледельческой газете» (1845, № 65–66): «Неусыпно заботясь о благоденствии и нравственном развитии подчиненных своих, гг. Нарецкие признали за настоятельнейшую потребность иметь в Глафировке храм Божий, который и заложен был 26-го апреля 1841 года во имя Пресвятой Богородицы честныя Иконы Ея Ахтырской. Сооружение церкви было произведено в одно лето, так что в 11-й день ноября того же года была освящена она ростовским протоиреем с собором окрестного духовенства. Для жительства священника и диакона с причтом построено 4 приличных домика по одному плану и фасаду. (Глафировские владельцы составили из дворовых людей хор певчих, между которыми есть хорошие голоса)». (ГАРО, ф. 213, оп. 1, д. 15308 (Экономическое описание Рост. уезда…); ф. 229, оп. 1доп., д. 107; оп. 1, д. 2259; оп. 2, д. 1. Земледельческая газета. 1845. 14 авг. (65). (Сведения из «Земледельческой газеты» получены по Интернету из Москвы от Дениса Матерновского, уроженца Глафировки.), Списки населенных мест… С. 111).

ГОЛОВАТЫЙ (с. Головатовка)

Д. 477. Л. 12
Успенская церковь

Первоначально церковь (деревянная) была приобретена в с. Маргаритовка в 1882 г. Затем в 1895 г. была построена новая, тоже деревянная, но на кирпичном фундаменте, снаружи обшита тёсом и покрашена. Внутри оштукатурена. Длина с колокольней – 12 саж., ширина 8 саж.. высота до верха карниза – 9 саж. Одна глава.

Иконостас длиной 12 аршин, высотой 9 арш.

Колокольня в 3 яруса общей высотой 6 саж.

ЕЙСКОЕ УКРЕПЛЕНИЕ

Селение изначально заселялось представителями разных конфессий, поэтому здесь мы встречаемся с культовыми сооружениями разных религий.

В 1778 г. татары построили здесь свою первую мечеть, армяне – григорианскую церковь; в 1779 г. была создана и первая православная церковь – временная, «походная» – из полотна; имелись сведения о наличии здесь ветхой церкви из дерна (в 1790 г.). В 1814 г. сооружена деревянная церковь во имя Св. Троицы с деревянной колокольней. В 1895 г. построена каменная церковь, деревянная продана в Кубанскую обл. (Свед. из «Материалов для историко-стат. описания…»

ЕКАТЕРИНОВКА, с.

Имелось две церкви: в честь Святителя Николая с 1798 г. и во имя Рождества Пресвятой Богородицы – с 1885 г. Построены на средства прихожан. (То же).


ЕЛИЗАВЕТИНСКАЯ, ст-ца

Было 2 церкви – одна в станице – приходская, другая – в Усть-Койсуге – приписная. Церковь во имя Покрова Богородицы построена в 1824 г. на средства прихожан, в Усть-Койсуге – в 1897 г. хуторянами. Первая церковь была деревянная, купленная в станице Аксайской и перенесенная в Казачий стан в 1793 г., освящена в 1797 г. (ГАРО, ф. 697, oп. 2, д. 77, с. 113об. Балуев П.С. Историческое и статистич. описание станиц и городов Области Войска Донского. Новочеркасск, 1900).


ЕЛИЗАВЕТОВКА, с.

Церковь построена в 1816 г. на средства прихожан. В состав прихода входили близлежащие частновладельческие селения Сонино, Машино, а до 1890 г. и Отрадовка, Григорьевка, Царедар и Платоновка. (Принадлежавшие помещикам Ковалинским.)
(ГАРО, ф. 697, oп. 2, д. 77, л. 169-181, 182; ф. 229, oп. 2, д. 218.)

ЗАИМО-ОБРЫВ

Д. 475. Л. 49
Преображенская церковь

Кирпичная, внутри оштукатуренная и раскрашена. Крыта железом, главный купол оцинкован. Длина с колокольней 16 саж. и 2 арш., ширина 10 саж., высота 5 саж.

Главы одна большая и 4 малых

Иконостас длиною с уступами 34 арш., высотой 12 арш.

Колокольня в два яруса, высота до карниза 40 арш.

Построена в 1909 г.

Из материалов А.П. Зимина: «Преображенская церковь в с. Заимо-Обрыв. Церковь сооружена в конце XIX в. по проекту архитектора Студеникина в нововизантийском стиле. Хороша в деталях и пропорциях. Центральный купол и колокольня (над входом) разрушены. Необходимо взять на учет как памятник архитектуры. Требуется консервация с последующей реставрацией и приспособлением под общественное здание без нарушения архитектурного облика».

КАГАЛЬНИК

Л. 25.
Покровская церковь

Это первая из церквей, построенных в с. Кагальник, причем она имела драматическую историю. Сооружена была в 1783 г. из дерева, в 1789 г. сгорела, затем была восстановлена в следующем, 1790 г., освящена в 1791 г. Просуществовала до 1842 г., когда было построено новое, кирпичное здание церкви, на каменном цоколе. Новое здание было оштукатурено снаружи и изнутри, покрашено масляной краской, покрыто железом, окрашенным зеленой краской. Длина церкви с колокольней – 181/2 саж., ширина наибольшая – 121/2 саж. Высота до верха карниза – 51/4 саж.

Главы: одна большая и одна малая над алтарем.

Иконостас длиной 11 саж., высотой 4 саж.

Колокольня в два яруса общей высотой до верха карниза 9 саж.

В материалах А.П.Зимина сказано: «Покровская церковь в с. Кагальник. Сооружена в XIX в. в стиле неоклассицизма. Оштукатурена. Церковь действующая. Необходима тщательная реставрация ввиду искажения первоначального архитектурного облика послевоенными пристройками»

Л. 27
Троицкая церковь

Деревянная на кирпичном фундаменте, снаружи обшита железом, окрашена снаружи и внутри масляной краской. Длина с колокольней 141/2 саж., ширина 10 саж., высота до верха карниза 3 саж. Покрыта железом.

Главы: одна большая и одна малая.

Колокольня в один ярус, общая высота до карниза 4 саж.

Иконостас длиной 5 саж., высотой 3 саж. Печей не было.

Построена в 1863 г. Церковноприходская школа открыта в 1878 г.

КОЙСУГ

В Койсуге имелось две церкви – Успенская и Вознесенская, причем Успенская строилась дважды: вначале, в 1783 г., была построена деревянная, а в 1852 г. было начато строительство кирпичной, завершившееся в 1861 г. Окончанию стоительства сопутствовали определенные перипетии, нашедшие отражение в архивных документах, выдержки из которых представлены выше. Здесь же даны краткие справки из страховых документов.

Л. 29
Успенская церковь

Кирпичная, на каменном цоколе. Длина, считая трапезную с колокольней, 25 саж., ширина 101/2 саж., высота до верха карниза – 71/2 саж. Главы одна большая и 4 меньших.

Больших окон 48, дверей 5 шт. Иконостас высотой 17 арш., длиной 28 арш. Печей нет.

Л. 31.
Вознесенская церковь

Деревянная на каменном цоколе. Окрашена внутри и снаружи. Крыта железом, покрашенным зеленой краской.

Длина церкви 45 арш, ширина 191/2 арш. Высота до карниза – 10 арш. На церкви зиждется одна большая глава.

Колокольня кирпичная на каменном цоколе, в 3 яруса, окрашена внутри (1 ярус) и снаружи (см. выше фото развалин). Длина 13 арш., ширина 25 арш., высота до верха карниза 60 арш. Главы – одна большая и 4 меньших. Печей нет.

Построена в 1873 г.

КРУГЛОЕ

Первая церковь, деревянная, построена в 1851 г., в 1855 г. сгорела до основания. После этого был построен деревянный молитвенный дом (в 1859 г.). В 1905 г. построено кирпичное здание Вознесенской церкви с колокольней. (ГАРО, ф. 697, oп. 2, д. 77, л. 82-94; ф. 229, oп. 2, д.1; д. 218; oп. 1доп., д. 87.)


ЦГИА РФ (СПб.), ф. 799, oп. 33, д. 477. л. 24.

Вознесенская церковь

Кирпичная, покрыта железом, окрашена масляной краской, а колокольня и главы покрыты оцинцованным железом.

Длина церкви, считая колокольню, 20 саж., ширина 14 саж., высота 6 саж.

Главы: одна большая и 4 малых, а также 2 малых над боковыми выходами.

Иконостас длиной 44 арш., высотой 4 саж.

Печей нет.

Колокольня в 3 яруса, высота 14 саж.

КУГЕЙ

Л. 13
Петропавловская церковь

Деревянная на каменном фундаменте, покрыта железом, окрашена снаружи и внутри. Длина церкви с колокольней – 13 саж. 1 арш., ширина 10 саж. Высота до верха карниза – 2 саж. и 2 арш. Одна глава.

Иконостас длиной 213/4 арш., высотой 111/2 арш.

Колокольня в 3 яруса общей высотой до карниза 6 саж.

Построена в 1867 г.

КУЛЕШОВКА

Л. 33
Георгиевская церковь

Деревянная, обитая железом, на каменном фундаменте. Снаружи и внутри окрашена.

Длина с колокольней – 42 арш., , ширина – 22 арш. Высота до верхнего карниза – 25 арш.

Одна глава большая и три малых: над алтарем и с северной и южной сторон.

Иконостас длиною 20 арш., высотой 15 арш.

Построена в 1861 году. (В советское время здание церкви использовалось под клуб. Лет двадцать назад здание сгорело.)

МАРГАРИТОВКА

Первая церковь во имя Благовещения Пресвятой Богородицы построена Маргаритом Блазо в 1797 г. (освящена в 1798 г., 27 июня). Примечательно, что, по описанию, колокольня этой церкви имела форму корабля. Вдова внука Блазо – Глафира Сарандинаки в 1882 г. построила новую Благовещенскую церковь, каменную, а старую разобрали и продали жителям х. Головатого (см.). В архиве сохранилось фото церкви 1882 г. (см. ф. 697, оп. 2, д. 77, л. 167,182).

Неподалеку от церкви находилась усадьба хозяев – помещиков Сарандинаки, в которой была построена часовня, а в ней имелся семейный склеп.

Церковно-приходская школа открыта в 1894 г.

Ниже приводим описание церкви по страховым документам:

Л. 26.
Благовещенская церковь

Кирпичная, крыта железом. Длина с колокольней 10 саж., ширина 4 саж., высота – 51/2 саж.. На церкви зиждется 5 глав, одна – средняя – большая. Иконостас длиной 22/3 саж., высотой 7 арш. Колокольня в 3 яруса общей высотой до карниза 71/2 саж.

Ближайшая к церкви постройка – дом помещиков Сарандинаки – в 35 саженях.

Церковь построена в 1882 г.

НОВОАЛЕКСАНДРОВКА (под Азовом)

Поселение основано немцами колонистами в 1879 г.

В 90-е годы XIX в. здесь было построено здание лютеранской церкви.

НОВО-БАТАЙСК

В селе имелось две церкви – Вознесенская и Преображенская.

Л. 36
Вознесенская церковь

Кирпичная на каменном цоколе, оштукатурена внутри, снаружи окрашена, покрыта железом. Длина с колокольней 69 арш. 8 вершков, ширина 34 арш. Высота до верхнего карниза 15 арш. Одна большая глава.

Иконостас длиной 13 арш., высотой 221/2 арш.

Печей нет.

Колокольня в два яруса, общей высотой до верхнего карниза – 15 арш.

Построена в 1892 г. В этом же году построена церковная школа.

Л. 38
Преображенская церковь

Деревянная, обшитая тесом, на каменном цоколе, снаружи и внутри окрашена. Крыта железом, окрашенным зеленою краской.

Длина церкви с колокольней 35 арш., ширина 21 арш., высота 7 арш.

Одна глава большая и одна малая.

Иконостас длиной 21 арш., высотой 113/4 арш.

Колокольня в два яруса общей высотой 11 арш.

Построена в 1817 г. Есть церковная школа, построенная в 1892 г.

НОВОНИКОЛАЕВКА, на р. Кагальник

Село основано жителями с. Койсуг, первым здесь обосновался Т.Е. Кирбыт, по имени которого селение называлось хутором Кирбыта. Первая церковь деревянная в честь Николая Чудотворца построена в 1834 г., а хутор переименован в село Новониколаевка. Деревянная церковь просуществовала до начала 90-х годов XIX в., когда была сооружена новая кирпичная церковь, описанная в страховых документах

ЦГИА РФ (СПб.), ф. 799, oп. 33, д. 475, л. 40.

Николаевская церковь

Каменная на каменном фундаменте Длина 22 саж., ширина 11 саж., высота до карниза 18 арш., высота колокольни 30 аршин; (на топографических картах отмечалась высота церкви по куполу – 22,4 м). При церкви имеется каменная сторожка.

Сооружена в 1891 г.

В 30-е годы XX в. церковь была полностью разрушена.

НОВО-ТРОИЦКОЕ

Л. 42
Церковь живительного источника

Деревянная, обшитая тёсом, окрашена снаружи и внутри. Покрыта железом. Длина церкви с колокольней 27 арш., ширина 20 арш., высота 71/2 арш. 5 глав, одна большая и четыре малых.

Иконостас длиною 10 арш., высотою 19 арш. Печей две.

Построена в 1893 г. При ней имеется церковная сторожка.

ПЕШКОВО

К 1858 г. в Пешкове насчитывалось до 150 дворов (в 1860 г. – 185), составивших 3 улицы, и пешковцы решили выйти из-под административной и духовной опеки с. Кагальник и обратились за разрешением устроить в своем хуторе церковь, а лет через 5 здесь образовалось свое сельское правление. Церковь строилась на средства общества, построили ее в 1863 г. крестьяне того же села Данила Белань и Андрей Роменcкий. Все прихожане – малороссы, живут «довольно порядочно – на двор приходится по паре лошадей и две пары быков рабочих». Отмечены большие заслуги священника Дм. Чехранова – при нем построена церковь, устроены два придела, поднят купол, поставлена железная ограда, открыта школа. По его же инициативе построен мост через р. Кагальник (священник называет ее Каялой). Эти сведения в общем совпадают с другими архивными данными, однако в страховых документах сказано, что Иоанно-Богословская церковь, деревянная, на каменном цоколе, была построена в 1843 г. (видимо, здесь ошибка). (ГАРО, ф. 697, oп. 2, д. 77, л. 57об., 184-184об.; ф. 229, oп. 1доп., д. 87; oп. 2, д. 218; ф. 376, oп. 1, д. 25, л. 3об., п. 7-8. Списки населенных мест... С.113.Справочная книга Екатериносл. епархии.)

Описание по страховым документам:
ЦГИА РФ (СПб.), ф.799, oп. 33, д. 477. л.37.

Иоанно-Богословская церковь

Деревянная на кирпичном фундаменте, обшитая тёсом снаружи и покрашена краской. Покрыта железом. Длина церкви с колокольней 18 саж., ширина 10 саж., высота до верха карниза 3 саж.

Одна большая глава и 4 малых.

Иконостас длиною 10 арш, высотою 9 арш. Печей нет.

Колокольня в 3 яруса общей высотою до верха карниза 7 саж.

Построена в 1843 г.

ПОБЕДА

Л. 53
Всехсвятская церковь

Кирпичная на каменном фундаменте, цоколь снаружи отделан цементом. Внутри церковь оштукатурена, пол асфальтовый, а в алтаре и на амвоне – ксилолитный (искусственный камень). Покрыта белым железом.

Длина колокольни 2 саж. и 12 вершков, притвора 3 саж. 1 арш. и 4 вершка, длина храма 5 саж. 1 арш. 14 вершков, алтаря 2 саж., а общая длина храма 13 саж. 1 арш. 4 вершка, ширина храма и колокольни – 5 саж. 1 арш. 8 вершков. Главы: одна большая на куполе, 4 по углам и одна на колокольне. Во втором ярусе колокольни просвет без рам и стекол, в 3-м ярусе, где колокола, 8 просветов с железными до половины решетками.

Иконостас медный, посеребренный, длиной 4 саж. 11/2 арш., высотою 1 саж. 21/2 арш.

Колокольня в 3 яруса общей высотой до верха карниза 7 саж. 1 арш.

Построена в 1896 г.

ПОРТ КАТОН, с.

По сведениям священника В.Гемберовского, относящимся к самому началу ХХ в. (из материалов Х.И.Попова), первая церковь во имя Св. Равноапостольных царей Константина и Елены построена в 1852 г.

Взамен ее в начале ХХ века была построена огромная каменная Покровская церковь с высокой (по преданию – свыше 70 м) колокольней. Церковь разрушена в начале Великой Отечественной войны.

ГАРО, ф. 697, oп. 2, д. 77, л.138-153, л.179.
Списки населенных мест... С.113.
Сб. стат. свед. по Екатериносл. губ. С.51.

САМАРСКОЕ

Л. 44.
Свято-Духовская церковь.

Деревянная, однопрестольная двухклирная; колокольня к ней пристроена из жженого кирпича, обитая железом, окрашена.

Длина церкви (без колокольни) – 40 арш., ширина 311/2 арш., высота 23 арш.

Главы: одна большая и одна малая и по одной главе на северной и южной сторонах.

Иконостас длиною 30 арш., высотою – 16 арш.

Колокольня кирпичная на каменном цоколе общей высотой 39 арш.

Построена в 1852 г. Церковноприходская школа – с 1895 г.

ГАРО, ф. 697, oп. 2, д. 77, л. 339-406; ф. 229, oп. 1доп., д.85, 108; ф. 429, оп.1, д.38; ф. 99, oп. 1, д. 33, л. 11–14; ф. 376, oп. 1, д. 5, пункт 58.
ЦГИА РФ (СПб.), ф. 799, oп. 33, д. 475, л. 44-44об.
Списки населенных мест... С.112.

СЕМИБАЛКИ

Л. 38
Николаевская церковь

Деревянная на каменном фундаменте. Длина с колокольней 13 саж., ширина 8 саж., высота 4 саж.

Иконостас длиною 12 арш., высотою 12 арш.

Печей нет.

Колокольня в 3 яруса, общей высотой 8 саж.

Построена в 1879 г.

ШАБЕЛЬСКОЕ

Селение было основано ростовским оберпровиантмейстером Д.В.Змиевым, усердием которого здесь в 1797 г. была сооружена первая деревянная церковь в честь святого Николая Угодника, а селение переименовано в Николаевку. После смерти Змиева имение приобрели Шабельские.

Местный священник Симеон Алексеев в исторической справке для Х.И.Попова писал, что к этому селу «приписаны были д. Глафировка и сельцо «Милость», ныне Порт-Катон». Он сообщает также, что в 1848 г. вместо деревянной церкви построена каменная, во имя всех святых, «выстроена вместе с прихожанами помещиком Шабельским. В ограде церкви есть склеп, где похоронен гроб строителя храма Шабельского и его жены» Церковь – в виде корабля...

По страховым документам:

Л. 45
Всехсвятская церковь

Кирпичная на каменном фундаменте, крытая железом. Длина 13 саж., ширина 8 саж., высота 6 саж. Имеетс большой куполкаменный и четыре малых главы деревянных. Иконостас длиною 7,5 и высотою 4 саж.

Построена в 1848 г. По состоянию на сентябрь 1910 г. сохранилась хорошо.

2. Закрытие церквей.

В советское время борьба с церквями велась по крайней мере трижды: после Октябрьской революции, в 30-е – начале 40-х годов и в 50-е – начале 60-х. Активно и по-варварски церкви уничтожались в конце 30-х годов. Именно тогда был нанесен непоправимый урон архитектурным памятникам страны.

В годы Великой Отечественной войны Сталин, учитывая лояльность церкви и ее несомненное влияние на патриотические чувства населения, разрешил открыть церкви и вести в них богослужение. (Патриарх всея Руси Алексий I, как известно, за заслуги перед Отечеством в годы войны был даже награжден орденом Ленина.) Именно в разгар войны в распоряжение граждан-прихожан были возвращены «национализированные» ранее и сохранившиеся (полностью или частично) здания церквей и молитвенных домов. При этом в населенном пункте разрешалось открывать церковь, если набиралось не менее двадцати душ верующих, согласных взять на себя ответственность за сохранность помещения и проведение в нем богослужений. Это были так называемые «двадцатки». Члены двадцатки заключали с районной администрацией – тогда это были райисполкомы – договора, в которых определялись условия передачи церковного здания верующим и порядок его использования. В договоре особо подчеркивалось, что ни для каких целей, кроме богослужения, здание церкви или молитвенного дома не может быть использовано. Здание передавалось в бессрочное и бесплатное пользование, что находило свое отражение в начальном тексте договора. Вот, например, как об этом сказано в договоре «двадцатки» из Высочино:

«Мы, нижеподписавшиеся граждане с. Высочино Азовского района Ростовской области, заключили настоящий договор с исполнительным комитетом Азовского Совета депутатов трудящихся в лице его полномочного представителя зав. общим отделом Нидерштрассера Александра Эмильевича в том, что 25 июня 1944 г. приняли от исполкома Азовского Совета депутатов трудящихся в бессрочное, бесплатное пользование находящееся в с. Высочино кирпичное одноэтажное крытое железом церковное здание с находящейся при нем кирпичной сторожкой одноэтажной и сарай саманный с богослужебными предметами по особой, нами подписанной, описи на нижеследующих условиях…»

Любопытно отметить, что эти договора носили односторонний характер: в них фиксировались обязательства только одной стороны – верующих, обязательства государства в лице исполкома никак не оговаривались. (см. в качестве примера в приложении договор с двадцаткой села Высочино).

Однако прошло всего каких-то десять лет после войны, как церкви вновь стали закрывать. Причем официально церкви никто вроде не трогал, но выдвигались всякие изощренные способы, чтобы повсюду сократить их количество.

В качестве примера рассмотрим судьбу церкви в селе Высочино Азовского района Ростовской области. Церковь эта, построенная в 1879 году, по мнению специалистов, представляет интересный архитектурный памятник (описание церкви приведено выше). Несомненно, что это было одно из лучших церковных зданий среди окрестных селений (если не считать полностью разрушенную в 1936 году церковь в соседнем селе Новониколаевке).

Документы о закрытии церквей хранятся в Госархиве Ростовской области в фонде Р-4173 – уполномоченного Совета по делам русской православной церкви при Совете Министров СССР по Ростовской области. Этот Совет был создан в советское время для того, чтобы контролировать деятельность религиозных общин и осуществлять практическую связь между государством и религиозными организациями. В разные годы Совет назывался по-разному: одно время как совет по делам религиозных культов, потом – как совет по делам русской православной церкви. В последние годы до распада СССР – как совет по связям не только с религиозными общинами, но и с различными общественными, национальными организациями и даже с казачеством. Ныне этот Совет упразднен.

В фонде уполномоченного Совета по Ростовской области среди прочих хранится и дело о церкви Рождества Богородицы в селе Высочино (РД-33, единица хранения № 92). В нем собраны материалы с 1942 по 1959 годы, отражающие историю открытия церкви после немецкой оккупации. Здесь собраны протоколы заседаний общины прихожан с. Высочино, списки членов «двадцатки», членов церковного совета, ревкомиссии, анкеты на «служителей культа», регистрационные документы на церковь, на совет, на церковнослужителей, документы о назначении и смещении священников, переписка по этим вопросам между управлением епархии и уполномоченным и ряд других, а также три фотографии церкви, сделанные в 1954 и 1955 годах.(см. фото выше)

Для нас наибольший интерес представляют материалы о закрытии церкви в 1959 году. Это событие на памяти многих ныне живущих, но, видимо, не все знают всю подоплеку дела. Собранные материалы проливают свет и на то, как на самом деле власти относились к провозглашаемой ими свободе совести и вероисповедания. Известно, что жители Высочино в те годы написали немало жалоб в разные инстанции, в том числе и в Москву, но вряд ли кто знает, что все эти жалобы хранятся в архиве. Выдержки из некоторых из этих документов приводятся здесь.

Надо иметь в виду одно обстоятельство: закрытие церкви в Высочино не было единичным фактом. В те годы, хотя это явно и не афишировалось, проводилась очевидная очередная кампания по закрытию церквей. Делалось это в разных селах под разными предлогами: малочисленность прихожан, потребность в имеющемся церковном здании для других нужд (использовать под клуб или школу), неблагочестивость некоторых церковнослужителей и т.п.

Самым правдивым поводом для закрытия церкви следует признать малочисленность прихожан. Именно по этой причине трудно было заманить сюда хорошего священника, а если кто и приезжал, так это были либо прохиндеи, либо авантюристы. В послевоенные годы в Высочино священники, как видно из документов, сменялись один за другим и служили в церкви всего от нескольких дней до нескольких месяцев и, ссылаясь на отсутствие прихожан и ничтожные доходы, бросали службу. Среди них был, например, один человек, 42 года проработавший на железной дороге кондуктором, безграмотный, на старости лет решивший податься в пастыри. Какой из него священник? Бывало, что церковь часто несколько месяцев, а то и больше года не имела священника и стояла закрытой. Люди все меньше и меньше думали о церкви, а молодежь вообще забывала об истинном назначении здания…

…По весне, когда становилось тепло и за церковной оградой весело зеленела травка, школьники задолго до начала занятий во второй смене потихоньку пробирались за ограду и грелись у стен на теплом солнышке, а чтоб не терять время «попусту», занимались святотатством: пацаны с медными трешками и пятаками играли на деньги «в подстенку», а девчонки на паперти развлекались мячиками, причем нередко в роли мячика выступал стальной шарик от подшипника (всамделишные мячи в те годы у нас была редкость). Паперть была выложена из плит шлифованного песчаника, и на нем стальные шарики очень здорово прыгали! Все это весьма не нравилось всегдашнему охранителю церкви Алексею Васильевичу Князеву, жившему неподалеку от церкви. А надо сказать, что Алексей Васильевич был человек невысокого роста, широковат, круглолиц, с седой бородкой и усами, но главное – с больными искривленными ногами. Двигался он с трудом, опираясь на две палочки. Был исключительно и беззаветно предан нашей церкви и в едином лице исполнял при ней разные обязанности – он был и церковным старостой, и сторожем, и звонарем, и хранителем документов. Завидев негодников, Алексей Васильевич со всей возможной проворностью устремлялся к церкви, издали выкрикивая недобрые слова в адрес вероломных пришельцев, потерявших всякий стыд и совесть: подумать только – в церковной ограде и даже на паперти игры устраивать! Да к тому же и здание портят: штукатурку и краску сбивают шариками да пятаками! Детвора его побаивалась и старалась заранее ретироваться. Алексей Васильевич не успокаивался и шел следом в школу, где весь свой гнев, все возмущение и негодование свое обрушивал на учителей, так плохо воспитывающих своих учеников. Выйдя из школы, он некоторое время обычно стоял на верхней ступеньке крыльца, пытаясь отдышаться и успокоиться. В один из таких моментов я оказался совсем рядом с ним. Он тяжело дышал, его лицо было красным от возбуждения, а в серых глазах все еще кипел гнев, и вместе с тем в его облике было что-то, что вызывало уважение и сочувствие, – ведь он был прав!

Алексея Васильевича в Высочино всегда уважали. Он казался воплощением (а может, даже, как модно сейчас говорить, гарантом незыблемости) неких вековечных нравственных устоев общества, в частности церкви. Князев прекрасно понимал, что люди отходят от церкви, а это плохо, поскольку по устоявшимся житейским понятиям без церкви рушится духовная и нравственная основа человека. Нам надо давать себе отчет в том, что для таких людей все происходившее с церковью было поистине трагедией. Сам Князев нежелание людей ходить в церковь с горечью выразил словами, которые стали почти крылатыми: «Звоню-звоню до церкви, – говорил он, – звоню-звоню, а придут – поп, Горпина да я!» (Горпина была старой больной женщиной, худощавой и тощей, как жердь; руки у нее были поражены параличом – одна не разгибалась в локте, а кисть другой все время подергивалась так, как будто она непрестанно пряла веретеном пряжу. Эта женщина беззаветно была предана служению Богу и никогда не пропускала ни одного молебна в церкви.)

Как видим, снижение числа верующих само по себе приводило к тому, что церковь переставала функционировать, и вроде бы в таком случае в принудительных мерах к закрытию церкви не было никакой необходимости. Однако компартия вела непримиримую идеологическую борьбу за высокие идеалы коммунизма, а остатки религиозного сознания в народе были несомненной помехой в этом деле. Поэтому и надо было закрыть церковь – эту, как выразился один наш идеолог, «цитадель средневекового мракобесия» – как основу возможного возрождения религиозных чувств населения. Тем более что для возбуждения интереса людей к церкви некоторые церковники использовали не cамые благовидные методы, делая ставку на суеверия и невежество определенной части населения, преследуя при этом далеко не бескорыстные цели.

Однажды в те годы разнеслась весть о чуде, свершившемся в деревне Верочкино (Верная) в конце 50-х годов – там обновилась икона! Весть об этом мгновенно разнеслась по окрестным селам, и многие поспешили в Верочкино к той бабе, в доме которой чудо произошло, чтобы своими глазами убедиться в данном факте.

Обновлению икон в православной традиции всегда придавалось большое значение. Обновление икон – нечастое явление, но это и не досужий вымысел, как можно подумать, причем ничего сверхъестественного в этом нет. Для людей верующих обновление иконы – акт благоволения высших сил, схождение благодати божьей к тем, кто почитает данный образ святого (святой) и поклоняется ему. В самом деле, представьте себе, что в вашем доме десятки лет в углу висит икона Николая Угодника или другого святого. И вот однажды вы замечаете, что краска на иконе начинает шелушиться и осыпаться, а под ней проступает новый лик, свежий и красочный. В действительности это означает, что ваша икона кем-то когда-то была переделана. Иконы писались на досках – специально обработанных и хорошо высушенных, отшлифованных, пропитанных специальными составами и покрытых особыми грунтовками или тканью. Только на так обработанной доске можно писать икону (или другую любую картину), иначе краска со временем может потрескаться и рассыпаться. Чтобы краски не тускнели на воздухе, их покрывают специальным лаком. Но и лак от времени темнеет и даже чернеет и «портит» икону так, что изображение становится почти неразличимым. Сейчас такие иконы передают на реставрацию крупным специалистам, а в старину над этим не задумывались и на протяжении веков по несколько раз поновляли иконы новым изображением, нанося его поверх старого. Идея простая: изготовление новых досок дело хлопотное, а тут уже все готово – и грунт, и основа. И художник пишет поверх старого новый лик, и такая икона поступает либо в другой храм, либо потребителю как новая. Именно такая икона таит в себе феномен «обновления». Дело в том, что новый слой краски и лака оказывается менее устойчивым к воздействию температурно-влажностного режима воздуха, чем нижний. Многое зависит от условий хранения иконы, а также и от качества работы богомаза, от материалов, которыми он пользовался, от состава пигментов (красителей) и связующих, т.е. клеевых материалов. Вот и наступают иногда условия, при которых верхний слой начинает шелушиться и осыпаться. Но краска при нанесении как химический реагент вступила во взаимодействие со старым слоем лака, т.е. «прилипла» к нему, и сейчас, осыпаясь, она увлекает с собой и слой старого лака, обнажая нам «новый» старый лик во всей его красе… Художники-реставраторы, работающие над восстановлением старых икон или картин, нередко обнаруживают по несколько слоев изображений на одной доске или полотне, причем бывают случаи, что на одной доске находится не один шедевр, а то и два-три. Раньше реставраторам приходилось уничтожать верхние из них, чтобы восстановить самый древний. Сейчас уже разработаны методы, позволяющие реставраторам в случаях, например, темперной живописи, разделять слои и переносить их на другую основу. Были нередки случаи, когда шедевры древнерусских иконописцев, скрытые под заурядной мазней каких-нибудь авантюристов от искусства, вывозились за границу, подвергались реставрации, а затем продавались за бешеные деньги каким-нибудь частным коллекционерам. Сейчас существуют уже определенные методы обнаружения скрытых изображений, например с помощью рентгеновских лучей, которые помогают не только выявить наличие скрытого изображения, но и определить химический состав красок… Так вот, обновлению иконы можно и «помочь», если (тайком от несведущих) протирать икону тампоном, смоченным в растворителе, предназначенном для снятия слоя старого лака.

Трудно сказать, что произошло у той женщины в Верочкино. Люди приходили и видели, что, да, икона обновленная (а может, и просто другая, кто ж знает!), а как это случилось, неизвестно. Но если верить архивным документам, это была специально спланированная акция священника из Василе-Петровки А.М.Ильницкого и его подручной Лысак, приехавшей из Украины и поселившейся у одной женщины в качестве квартирантки в Верочкино. Оттуда же, из Украины, был родом и священник. Обновление иконы было решено отметить как великий праздник местного значения с широким застольем…

На эти события быстро отреагировало местное руководство. Председатель сельсовета Маринченко и секретарь парткома колхоза (он тогда назывался колхозом им. К.Маркса) Федченко 14 мая 1959 года отправили в с. Самарское в райком партии и райисполком депешу, в которой, в частности, сообщалось (привожу текст во всей красоте его стиля):

«Настоящим ставим Вас в известность, что в хуторе Верном в доме колхозницы Фоменко Лукерьи Григорьевны обновилась икона, по этому поводу священник Ильницкий А.М. устроил служение молитвы на дому гр. Фоменко, где и был устроен обед.

На молитву пришли граждане с хуторов Верный, Еремеевка, Песчаный. Слух об обновлении иконы прошел по всей территории с/с и за ее пределы, кроме этого уже в гр. Лысак в х. Верном начинается обновляться икона. Мы посетили ее дом и после беседы гр. Лысак согласилась, что это ложь. Священник Ильницкий сопровождает покойников от дома и до кладбища, а также ходит по дворам со службой в каждый дом.

Мы считаем, что обновление иконы было нацелено со стороны священника, так как гр. Лысак сказала приходите в понедельник, т.е. через пять дней она будет новой».


Такое вот художественное послание местного начальства.

Деятельность священника Ильницкого на посту здешнего пастыря окутана была многочисленными скандалами, связанными с его неблагочестивым поведением. Внешне начинал он вроде с неплохих вещей: стремясь якобы поднять и укрепить престиж церкви, он решил создать крепкий актив единомышленников, куда вошла наиболее податливая и приверженная вере часть населения, а именно женщины. Свой женский актив поп собирал почти ежедневно по вечерам, просвещая и наставляя их на путь праведный. По архивным сведениям, он был мужчина видный из себя и привлекательный. И стали селяне замечать, что некоторые женщины посещают попа не только коллективно, но и по отдельности, индивидуально, и стало закрадываться подозрение, что у него с женщинами дела отнюдь не только церковные…

Примечательно, что в тот же день – 14 мая 1959 года – в сельсовет поступило любопытное заявление жителя Еремеевки Погребняка Василия Захаровича (фамилия изменена), в котором тот просит исполком «исходатайствовать о принятии мер со стороны вышестоящих организаций к священнику… с тем, что вместе с женой Погребняк Любовь Семеновна жили нормально, а с приходом священника Ильницкого в церковь… семейная жизнь разладилась». Жена, пишет он далее, была «вовлечена в веру бога, где начала посещать всякие поминки покойников, именины, вечеринки, где и там же присутствовал поп, где вёл с ней агитацию. После этого жена стала совсем другой, стала чаще ходить в церковь и не пропуская ни одной службы, были случаи, когда жена уходила с дому в ночь якобы на служение, а находилась в его доме, т.е. в доме, где живет поп.

Прошу исполком и вышестоящие организации восстановить мое семейное положение, где из-за того, что жена стала другой, у нас был предварительный развод, но это не подействовало на жену. В нас дочь, которая учится в 10 классе, мне позор и стыд за мою жену, а ее мать, и за все это я с попом Ильницким имел стычку за жену вплоть до битья. Я считаю, что вышестоящие организации найдут меры согласно заявления к попу Ильницкому, и чтобы плохого между ним и мной не было, уберите его от нас с территории. К сему Погребняк. 14.5.59».


События вокруг попа и обновленной иконы развивались стремительно. Были подключены соответствующие органы, в районной газете появился фельетон под названием «Ловкач в рясе», в колхозе по бригадам были проведены летучие собрания трудящихся, которые «под копирку» клеймили позором ловкача и его сподвижницу и требовали от властей принять незамедлительные меры и т.д. и т.п… Слова «под копирку» сказаны неспроста: в архиве хранятся протоколы этих собраний, текст каждого протокола совпадает слово в слово, выполнен под синюю копировальную бумагу. Отличаются лишь номера бригад и ферм, где проходили собрания.

Согласно архивным документам, и поп А.М.Ильницкий, и его сподвижница Лысак давно находились под наблюдением соответствующих органов власти. Они «гастролировали» по стране, часто меняя место своей деятельности, нигде подолгу не задерживаясь, но всюду, где останавливалась на проживание эта «гр. Лысак», происходило одно и то же чудо – обновлялись иконы…

Такие авантюристы хотя и оживляли на время интерес населения к религии, но они наносили несомненный вред православию, подрывая авторитет церкви у населения и провоцируя, в частности, местные власти на скорейшее закрытие церквей. Церковь в Василе-Петровке была закрыта тем же летом, гораздо быстрее, чем в Высочино (здесь надо заметить, что в Василе-Петровке здание деревянной церкви еще в 30-е годы было переделано под клуб, после войны сельчане получили разрешение переоборудовать под церковь купленный у некой Марфы Смачной дом, в архиве хранится проект переделки этого дома в церковь).

В Новониколаевке поводом к закрытию молитвенного дома послужило якобы своеволие прихожан. После разрушенной в 1935 году церкви здесь осталась церковная сторожка, которую отдали под школу. В последние годы войны, когда было разрешено открывать церкви, прихожане использовали эту сторожку под молитвенный дом. После войны их упрекнули в самоуправстве, в самозахвате школьного помещения – сторожку отобрали и вернули школе, а верующим разрешили подыскать другое строение для молитвенных целей. Тогда они, верующие, приобрели дом у колхозника Михайличенко, а поскольку эта хата оказалась тесноватой для молитвенного дома, ее расширили, сделав пристройку. Этот факт – сооружение пристройки – и послужил причиной для гонений: новониколаевцев снова упрекнули в своеволии. Оказывается, надо было получить разрешение вышестоящих органов на такую переделку дома, а этого сделано не было, и молитвенный дом закрыли в 1962 году.

Приведу другие факты, свидетельствующие о том, что в 50-е – начале 60-х годов проводилась целенаправленная кампания по закрытию церквей в ближайших к нам селениях. В с. Самарском Свято-Духовский молитвенный дом был закрыт в 1960 году, в Батайске Никольский молитвенный дом – в 1961, в Кугеях – еще в 1950 году, в Пешково – в 1958, в Головатовке – в 1960, в эти же годы были закрыты церкви и молитвенные дома в Порт Катоне, Елизаветовке, Заимо-Обрыве и др. населенных пунктах.

В свое время на архивных папках с документами о закрытии церквей были поставлены литеры «ОЦ» – «особо ценное» и «СФ» – «секретный фонд», т.е. документы были засекречены и не выдавались. Только недавно доступ к ним стал возможен, хотя, как вы увидите, ничего особо секретного тут нет. Очевидно, что в таком насильственном закрытии церкви тогда не было необходимости, люди и так в церковь почти не ходили. Вспомним приведенные выше слова А.В.Князева: «Звоню-звоню, звоню-звоню, а придут – поп, Горпина да я!». Засекретили, чтобы скрыть эту бессмысленную акцию. Ведь те «благие» намерения, во имя которых якобы и хотели закрыть церковь в Высочино, не были исполнены (говорили о необходимости переоборудовать здание церкви под школу).

Подготовка к закрытию церкви в Высочино началась, судя по всему, еще с зимы – весны 1959 года. События эти развернулись после известного решения партии и Правительства о введении в школах политехнического образования. Но подобные решения, как известно, обычно не подкреплялись никакой материально-технической базой. Для политехнического образования школам нужны были дополнительные помещения, нужно было соответствующее оборудование, нужны были кадры… А в селе Высочино действующая школа-семилетка располагалась в старом обветшалом здании, построенном более полувека назад для начальной церковноприходской школы. Само это здание по признанию спецкомиссий находилось в аварийном состоянии и было уже непригодно для использования. Логика местных руководителей сводилась не к тому, чтобы принять решение о строительстве новой школы, а к поиску объектов, которые можно было бы «отобрать и приспособить» под школу.

И тут, как нельзя более кстати, вдруг появляется письмо родителей села Высочино, в котором те просят власти закрыть церковь и переделать ее под школу. Вот что говорилось в «письме родителей»:

Л.116
ИСПОЛКОМУ АЗОВСКОГО РАЙСОВЕТА
ОТ ГРАЖДАН села ВЫСОЧИНО


Мы, граждане села Высочино, просим исполком Азовского района рассмотреть наше письмо и удовлетворить нашу просьбу. Просьба наша в нижеследующем.

На территории села Высочино имеется семилетняя школа, здание которой уже на протяжении 7 лет не пригодно к эксплоатации, а в нем все же учатся наши дети. Мы требуем это здание закрыть. На территории Красногоровского сельсовета, к которому мы относимся, не имеется средней школы, и дети не имеют возможности получить среднего образования, а ведь теперь задачи нашей партии большие, и ясно сказано, чтобы наши дети и после окончания школы выходили специалистами. В других населенных пунктах дети могут еще легче добраться до города, хотя это не так легко, дорог нету, везде грязь. Особенно в тяжелых условиях находится наш населенный пункт в отношении сообщения с железной дорогой. Наш населенный пункт со всех сторон окружен речками, хотя они и небольшие, но круглый год вода. и вот представьте себе по этим болотам круглый год ходят наши дети в школу в другие села и другого района, надо пройти 10–12 км, а город находится в 40 км. В селе Высочино имеется возможность открыть среднюю школу, у нас в Высочино имеется церковь, до войны здание церкви принадлежало колхозу, где находилась школа, колхоз для переоборудования этого здания под школу затратил большие средства, это мы можем подтвердить, что составило 85 тысяч рублей.

В период оккупации немцами нашего села Высочино здание школы было опять превращено в церковь. Но надо сказать, что на протяжении всего послевоенного времени Высочинская церковь работает с большими перебоями, а особенно последние 3 года, а в 1958 году она не работала с июня месяца и по настоящее время. Под нашим постоянным наблюдением церковь посещают всего 10-15 человек и то. как говорят в народе, по большим праздникам. Граждане, которые посещают церковь, могут религиозные потребности удовлетворять в селе Ново-Николаевке. которое находится в 2-х км от нашего села. Высочинская церковь не соответствует своему расположению: она находится в центре села в 100 метрах от школы, 100 метров от клуба. 70 метров от парка, где находится памятник павших воинов в годы Отечественной войны, а рядом с церковью 20 метров стоит здание больницы. Вопрос о передаче здания церкви под школу или, вернее, чтобы здание было возвращено колхозу, ставился неоднократно на общегражданских собраниях, на партийных собраниях, на сессиях сельского совета. Родители неоднократно по этому вопросу обращались в исполком райсовета, почему этот вопрос остается до настоящего времени не разрешен.

Нам, как родителям, которые должны беспокоиться постоянно об образовании своих детей, обидно, что на наши просьбы так плохо отзываются. Просим Исполком района вступить в ходатайство перед вышестоящими органами нашей области и добиться такого положения, чтобы в 1959 году у нас была средняя школа и наши дети больше бы не ходили в другие села по грязи, чтобы наши дети могли дома спокойно учиться.

С большой просьбой обращаются к вам родители:

В чем и подписуемся: Игнатенко, Высочин, Бондаренко, Литовченко, Игнатенко, Игнатенко, Бережная.

В этом письме обращает на себя внимание следующее:

1. Дата написания письма не указана, но ясно, что сделано это не позднее 23 марта 1959 года;

2. Подписи неразборчивы, инициалы не указаны;

3. Вместо подчеркнутого в тексте слова «школа» первоначально в письме было слово «клуб», которое затем подчищено и исправлено на слово «школа». Но хорошо известно, что церковь у нас никогда специально не использовалась ни под клуб, ни под школу. Правда, перед войной был небольшой период, когда в церкви демонстрировали фильмы – в то время клуб еще не был построен.

4. Обращает на себя «идеологическая» угодливость авторов письма. Чего, например, стоят рассуждения о том, что «церковь не соответствует своему расположению»: мол, и больница (амбулатория) рядом, и клуб, и парк, и школа. Но хорошо известно, что здание амбулатории – это бывшая церковная сторожка, а школа находилась в помещении бывшей церковноприходской школы; клуб же построен частично из материалов разрушенной для этого церковной колокольни и ограды… И парк, и клуб появились далеко позже церкви, и уж они-то вряд ли соответствовали своему расположению.

Письмо явно кем-то было инспирировано, ибо его тезисы бездумно повторяются в переписке чиновников, использовавших письмо «граждан села Высочино» как аргумент в пользу закрытия церкви.

Наряду с этим письмом фигурирует и ходатайство районного отдела народного образования, озабоченного тем, что на территории колхоза, включающего в свой состав 9 населенных пунктов, нет ни одной средней школы и что таковую надо открыть в Высочино, оборудовав под нее здание церкви.

Прилагались также справки и заключения заведущего райстройотделом Носова, считавшего существующее здание высочинской школы непригодным для эксплуатации, а церковь при соответствущей небольшой переделке – вполне подходящей для использования под школу

23 марта за подписью зам. председателя райисполкома в Облисполком поступило письмо следующего содержания:

№ 132 23 марта 1959 г.

ЗАМЕСТИТЕЛЮ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ РОСТОВСКОГО ОБЛИСПОЛКОМА
тов. КАПУСТИНУ М.В.

Исполком Азовского райсовета направляет Вам ходатайство группы родителей с. Высочино Красногоровского сельского совета, ходатайство РайОНО и решение Исполкома Райсовета о закрытии церкви в селе Высочино и открытии в ней средней школы. Одновременно Исполком Райсовета Вас просит рассмотреть данный вопрос на заседании Исполкома Облсовета.
Председатель Райисполкома                РОВЕНСКИЙ
Секретарь Райсовета                В.Олефиренко

(Документ подписан заместителем Ровенского Ломакиным)

Через день Ломакин Присылает дополнение:

«В дополнение к решению исполкома райсовета № 82 от 23/III направляю ходатайство родителей с. Высочино о закрытии в с. Высочино церкви. Зам. председателя райисполкома Н.Ломакин».

Хотя в первом письме от 23 марта речь идет прежде всего о ходатайстве группы родителей из Высочино, но, видимо, в спешке это письмо забыли!

Дальше в деле произошла непонятная заминка: уполномоченный Совета по делам Русской православной церкви при Облисполкоме Усанов, написав свое заключение по данному вопросу, 19 мая отправил документы в Москву на утверждение, но почему-то при этом не оказалось решения Облисполкома. Поэтому документы вернули, указав, что они не могут быть рассмотрены без решения Ростоблисполкома, а присланное им решение Азовского райсовета не может служить основанием.

В своем заключении Усанов повторял некоторые измышления, фигурировавшие письме родителей: о том, что церковь до войны якобы использовалась под школу, что колхоз потратил на ее реконструкцию большие деньги и т.д. Правда, он пишет, сам выезжал на место, т.е. в с. Высочино, беседовал с людьми, знакомился с обстановкой. И все же он ухитрился неверно истолковать суть договора, заключенного в свое время между двадцаткой и райисполкомом. Так, он пишет: «В 1944 году Азовский райисполком заключил договор с группой верующих о передаче ей во временное пользование указанного здания», что, как мы помним, неправда, так как в договоре речь шла о бессрочном и бесплатном пользовании.

В то же время Усанов справедливо отмечает: «Как в прежние годы, так и особенно в последнее время церковные службы проводились с большими перерывами, посещало молитвенный дом небольшое число верующих и то только в большие религиозные праздники.

С момента регистрации этой церкви в ней сменилось 12 священников, которые, пробыв непродолжительное время, оставляли этот приход из-за очень малых денежных доходов. Например, священники Иванов Василий Александрович оставил приход через 9 дней, Крикунов Василий Сергеевич – 10 дней, Прудников Николай Никитович – 17 дней, Панфилов Василий Матвеевич – 3 месяца, Урбанович Феодосий Федорович – 5 месяцев, Васильев Петр Григорьевич – 8 месяцев и т.д.».

Он также утверждал, что «наличие церкви в селе Высочино не вызывается острой необходимостью, так как церковь работает нерегулярно, с большими перерывами, в последнее время она не работает более 8 месяцев. В период служения церковь посещают 10-15 верующих, которые смогут вполне удовлетворить свои религиозные обряды в церкви, находящейся в двух км – в селе Николаевке».

Здесь же Усанов ссылается на мнение благочинного: «Благочинный Азовского района протоиерей Яковлев Виталий Иванович в своем рапорте пишет:

«Высочинский приход состоит из 350 дворов. Приход маленький. Самостоятельно обеспечить священника не может. Поэтому можно обеспечивать запросы верующих только объединением с одним из соседних приходов». Против такого утверждения со стороны архиепископа Иннокентия возражений не встречалось.

Исходя из вышеизложенного прошу Совет разрешить снять с учета недействующий молитвенный дом Рождества Богородицы, расположенный в селе Высочино Азовского района Ростовской области и разрешить использовать это здание для указанных целей» (т.е. под школу. – В.Л). Отметим разнобой: в личном письме Яковлева, хранящемся в деле, написано, что приход состоит из 500 дворов…

Усанов быстро исправил свою оплошность с решением Облисполкома – такое решение тут же нашлось, оно было датировано 9-м июня и 15 июня отправлено в Москву. Но уже 10 июня Совет по делам Русской православной церкви при Совете Министров СССР постановил: «Согласиться с заключением Уполномоченного Совета т. Усанова И.А. и разрешить ему снять с учета действующих Рождество богородицы молитвенный дом в селе Высочино Азовского района Ростовской области». Но письмо об этом отправлено Усанову 20-го числа.

Обращает на себя внимание расстановка дат в документах: решение Облисполкома Усанов отправил в Москву15 июня, а постановление Совета принято 10-го. Выходит, постановление принято и без наличия этого документа?

27 июня в райисполком пришло конфиденциальное письмо И.А.Усанова, сообщавшего об официальном закрытии (снятии с учета) церкви Рождества Богородицы в селе Высочино: «Считаю необходимым поставить Вас в известность о том, что Совет по делам русской Православной церкви при Совете Министров СССР своим решением от 10-го июня 1959 года, протокол № 11, утвердил наше представление о закрытии молитвенного дома Рождество Богородицы в селе Высочино и одновременно разрешил снять его с учета действующих церквей и молитвенных домов.

Прошу Вас вызвать в райисполком бывших членов исполнительного органа этой общины граждан Назаренко Ефима Лаврентьевича, Базолий Федора Дмитриевича, Потий Нестора Тихоновича и в устной форме объявить им о данном решении Совета».

В письме содержались инструкции и рекомендации о дальнейших действиях: «Для приема и передачи молитвенного дома, имущества и предметов религиозного культа должна быть создана комиссия из представителей местного советского органа, районного финансового отдела Ростовского Епархиального управления, от бывшей религиозной общины и от той общины, которая будет принимать предметы религиозного культа.

Поэтому Вам необходимо выделить в состав этой комиссии представителя от местного советского органа и райФО, что касается представителей от церковных организаций, то таковые будут выделены управляющим Ростовской епархии. О дне их приезда в район будет сообщено дополнительно.

Разъясняю, что предметы религиозного культа (иконы, кресты, лампады, подсвечники, кадила и т.п.) в соответствии с пунктом «И» ст. 5 Положения о порядке учета и использования национализированного, конфискованного, выморочного и бесхозяйственного имущества (Пост. СНК СССР от 30-го июня 1944 г. №801) могут быть переданы другой общине верующих по ее ходатайству.

Передача должна быть оформлена составлением акта в 5 экз. с указанием в нем, что принятые общиной перечисленные в приемосдаточном акте предметы должны быть занесены в инвентарную опись культового имущества.

Акты подписываются всеми представителями, участвовавшими при приеме и передаче имущества ликвидированной общины.

Если окажутся предметы религиозного культа, а также и другие вещи из платины, золота, серебра, драгоценных камней, а также предметы обиходные (колокола, мебель, ковры, скатертя, платки, покрывала, полотенца и т.п.), то таковые подлежат зачислению в государственный фонд и передаются местным финансовым органам с соответствующим оформлением. На 1-е апреля на текущем счету общины числилось 3440 руб., которые зачисляются в госфонд.

Здание бывшего молитвенного дома должно быть передано и взято на баланс местного советского органа».

Особого внимания заслуживает последняя фраза письма: «Прошу Вас эту работу провести так, чтобы исключена была всякая возможность активизации вокруг этого вопроса верующих». Чего боялись чиновники? Почему церковным активистам об этом решении надо было сообщать обязательно в устной форме?

Однако без скандала не обошлось. Судя по письмам верующих, местные власти не смогли провести работу по закрытию церкви деликатно и цивилизованно. Вот как процедура закрытия церкви представлена в одной из многочисленных жалоб (здесь и далее цитаты приводятся в орфографии оригинала): «Второго июля к нашей церкви подъехали три человека потребовали открыть церковь, зашли переписали все церковное имущество вплоть до ведерка, повыбрасывали некоторые книги и грамотки, в которых поминаются усопшие, работали грубо обращались с народом, толкали стариков и старух, наносили народу оскорбление, взбунтовали народ и сичас церковь стоит открыта. Что касается уполномоченного по церквам также обращается с народом дерзко». В другой жалобе на имя Ворошилова верующие пишут: «Предъявили словесно безо всяких на то документов мы мол проверим церковное имущество отобрали ключ в церковного старосты, открыли храм, приступили к своим действиям. Они вместо того чтобы проверить, сейчас же обезглавили церковь, стали выбрасывать на двор иконы. Поставили охрану вокруг церкви. Председатель забрал одних только свечей, венчиков, крестиков на 15000 руб., тут же их и сломал, вынес на улицу гробницу, сел на двухколку, положил на нее гробницу и с насмешкой говорит «Я буду уезжать». Окружающий народ видит – безобразия, на такие поступки сошлось народа масса стали у них требовать свои родительские памятки, которые находились в церкви, они стали народ запугивать разгонять и угрожать. Был случай применили физические действия против гр. инвалида Сидора Григорьевича Солонищенко, угрожая его был бы ты не инвалид мы сейчас бы тебе место нашли.

Иконы выбросили на двор погрузили на машину перевезли в другое селение, где и сбросили возле сараев, а в здании храма часть побили окон, собравший народ был этим поступком сильно возмущен, доходило до крайно натянутом положении».

А вот свидетельство члена комиссии протоиерея Матвейчука, который в своем рапорте архиепископу пишет:

Доношу Вашему Высокопреосвященству, что верующих, собравшихся у Храма с. Высочино, было до 50 человек, были устные возражения .со стороны некоторых и недовольство было заметно на их лицах, но каких-либо более грубых эксцессов со стороны верующих не было, и передача произошла спокойно.

Для получения необходимых вещей из храма с. Высочино мною был приглашен настоятель прихода в селе Кулешовка, и он прибыл вместе со своим старостой, но в выдаче им каких-либо вещей комиссия отказала, ссылаясь на то, что выдачу таких вещей отдельным храмам будет производить райисполком, на основании их письменных ходатайств. На том же основании и мне было отказано в выдаче свечей и товаро-материалов, имевшихся в храме, которые я предложил передать в благочиннический склад.

Осмеливаюсь доложить, что подобная передача враждебно настраивает верующих против духовенства, поэтому нахожу, что в таких случаях изъятие св. Даров должно производиться заблаговременно, а для разрешения недоуменных вопросов в среде членов комиссии должно присутствовать не менее двух священников.

Смиреннейший послушник Вашего Высокопреосвященства протоиерей Феодосий Матвейчук

с. Кагальник, дня 3 Июля 1959 года.

Верующие неоднократно писали в Москву, в Патриархат, в Президиум Верховного Совета СССР, на имя лично К.Е.Ворошилова. Вот одно из писем, блистающее своей наивной непосредственностью:

Климент Ефремовичу Ворошилову
от стариков, прожив. с. Высочино
Азовского р-на, Ростовской обл.

Дорогой Климент Ефремович мы старики обращаемся к Вам, надеемся, что Вы нам поможете.

Вот в нашем селе была церковь, которая служилась. Никогда задолжности не имела перед государством.

Нам старикам очень обидно и как-то непристойно оставаться без церкви.

И вот 9/VII-59 с церкви сняли кресты, убирают иконы и хотят сделать там клуб.

Притом пишут, что церковь сдали добровольно, ведь это неправда.

Мы старики очень просим Вас, помогите нам вернуть церковь. Разберитесь и помогите нам.

Очень просим Вас помочь нам, старикам.
10/VII-59


Для передачи писем по назначению отряжали в Москву доверенных. На все письма и жалобы несмотря на их эмоциональный накал, на сквозившую в них боль и чувство незаслуженной обиды, приходил холодный, равнодушный ответ, вроде следующего:

Село Высочино
Азовского района Ростовской области,
Гр-ну Потий Н.Т.

Ставлю Вас в известность, что адресованные Вами заявления в Верховный Совет СССР направлены из Москвы в Облисполком.

Эти заявления рассмотрены. Мне поручено сообщить Вам, что Вашу просьбу удовлетворить не представляется возможным.


УПОЛНОМОЧЕННЫЙ СОВЕТА           
                                         (УСАНОВ)
2 сентября 1959 –
Исх. № 16/60

Что тут еще можно сказать? Sapienti sat! – разумеющему достаточно. Но мы всё же добавим. Церковь закрыли. Стояла она некоторое время совсем бесхозная, с открытыми дверями. Потом всё-таки решили использовать ее под колхозную кладовую. Сюда свозили и зерно, и семена подсолнечника, и стройматериалы, цемент. Ухода за зданием не велось никакого. Со временем кровля обвалилась, наружная штукатурка осыпалась… (см. фото)



Здесь и далее– фото автора --- Нажмите, чтобы увеличить.
Вид церкви в 1992 г.




В начале 90-х силами сельчан решили церковь хоть как-то реанимировать: починили крышу, заменили оконные рамы, настелили полы, внутри решили стены поправить и покрасить, оставляя нетронутыми росписи. Пытаются штукатурить и снаружи, нарушая первоначальный облик. (см. фото)



Нажмите, чтобы увеличить.
Наружный вид церкви в 2005 г. Попытки штукатурить…




Нажмите, чтобы увеличить.
Внутренний вид церкви – от амвона в сторону трапезной Результат восстановительных работ




Это, конечно, варварство. Нужна настоящая реставрационная работа: надо восстановить колокольню, купол, снесенные главы. В Ростовской архитектурной академии была защищена дипломная работа по проекту реставрации высочинской церкви. На всё это нужны немалые деньги, но их нет…(см. фото).



Нажмите, чтобы увеличить.
2003 г. Ростовская архитектурная академия. Дмитрий Дубинин защищает диплом по проекту реставрации Рождество-Богородичной церкви в с. Высочино




Нажмите, чтобы увеличить.
Южный фасад восстановленной церкви по проекту Дм. Дубинина




Церковь работает, но прихожан мало. Деньги на ремонт сдаются неохотно, да и какие сейчас на селе деньги? – Общественное хозяйство развалено, заработка нет, молодые стремятся в город, где проще найти работу, в селе остаются всё больше одни пенсионеры да дачники…

___________________________
© Литвиненко Виктор Исидорович
Крошка-сын к отцу пришел
Комментарий к интервью Никиты Михалкова Юрию Дудю
На глинистом краю. Стихи
Сегодня тыщи звёзд дрожат в небесном сите,/Промерзшие насквозь, мечтают о тепле,/И смотрит грустный Бог, как т...
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum