Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
Мир в фотографиях
фотографии из социальных сетей
№12
(365)
05.10.2019
Общество
Без права выжить
(№7 [61] 08.04.2001)
Автор: Татьяна Абрамова
Татьяна   Абрамова
Вот уже 57-й год продолжается чудовищный эксперимент фашистских палачей над жительницей Таганрога Лидией Гавриловой. Она легла под нож нелюдей в белых халатах 20-летней узницей концентрационного лагеря Берген-Бельзен. Несколько минут на столе мрачного барака обрекли ее на годы мучений. "Множественный рак кожи", - сказали врачи. - "Привитый..." В борьбе за жизнь Гаврилова перенесла 15 операций. Последнюю - весной 2000 года.

В тылу, как на фронте

Истерзанное тело с каждым годом отзывается новой болью. Но усталая память гонит прочь жестокие события 1944 года... Чаще она видит себя маленькой девочкой в счастливые довоенные годы. Мама работала в Таганрогском драмтеатре дежурной по сцене. Лидочка здесь дневала и ночевала - даже уроки делала в элитной ложе. Рано научилась читать и, как губка, впитывала в себя пьянящую театральную атмосферу. Шиллер, Гете, Гейне... Для нее это были не просто фамилии. Пробовала писать сама. В девять лет стала лауреатом олимпиады одаренных детей. А еще - половину Канатной улицы за собой водила! Ребятня безоговорочно признавала авторитет суматошной, но волевой девчонки. В 17 лет ей казалось, что жизнь только начинается.... А началась война.

"Девочек на фронт не берем", - сказал ей молоденький лейтенант. Лида до вечера просидела на ступеньках военкомата, пока тот не сдался и не устроил ее на курсы сандружинниц. Когда пошли эшелоны с ранеными, работала в госпитале - в той самой четвертой школе, где раньше сидела за партой. Оккупация обрушилась на город в октябре 41-го. Через пару месяцев пришла повестка - явиться для регистрации на биржу труда. "Как же, ждите!" - и Лида ушла из дома. Скрывалась почти месяц - вернулась, когда узнала, что мать забрали в гестапо... А потом был пеший марш в колонне обреченных на "лучшую жизнь в Германии" и скотские вагоны поезда, уходящего в рейх. В Бресте они прошли первую дезинфекцию...

Голые девочки молча сидели на табуретках напротив ржущих от восторга парней в немецкой форме. С опрыскивателями в руках те распыляли специальный порошок на волосы. Везде. "Господи, какой стыд!" - простонала Лидия. Она не могла знать, что жизнь уготовила ей большее испытание.

Из огня да в полымя

Лангебохум - трудовой лагерь в Вестфалии. 19 месяцев каторжного труда в шахте - по колено в мокрой угольной жиже. За все это - литр похлебки из брюквы или шпината с червями, ломтик эрзац-хлеба с примесью бурака и опилками, пара кружек эрзац-кофе. Раз в неделю (как великая роскошь!) ложка сахара и кусочек маргарина. И как закон - цветущий туберкулез. У таких шансов на жизнь не было: заболевшую Лидию отправили в лагерь уничтожения - спалаг. И тогда она сбежала в... Лангебохум. А куда еще было идти больной испуганной девчонке, которая только и сумела-то запомнить обратный путь? Ее избили и бросили в подвал - перебирать гнилую брюкву.

Ее страшно невзлюбил начальник лагеря - старый лагерфюрер. За то, что, несмотря ни на что гордо держала голову. За Шиллера и Гете. За то, что не хотела быть молчаливым рабом. Любая заварушка, и он срывался на крик: "Эта партизанка Лидия!" Первая провокация - и он решил покончить с непокорной русской девчонкой. Удар кованного сапога пришелся в позвоночник, Лида рухнула, как подкошенная: "Теперь в спалаг точно пойдешь!" Она приползла в подвал и выла от боли. В тот же вечер - бежала. Переводчик Владимир из Донбасса и его подруга Тамара помогли пролезть под колючей проволокой, снабдили надежным адресом...

Судьба дала ей еще один шанс. Зажиточный немецкий крестьянин согласился оставить ее на своем хуторе. Даже - за пару кур и кусок окорока - подкупил жандарма, и тот сделал Лидии документы на чужое имя. "Стукнул" кто-то из хуторян. За ней приехали на "черном вороне". Только там этот несущий смерть фургон назывался "черная Берта".

Операция в бараке смерти

Осень 44-го. Время, которое она хочет забыть навсегда. Берген-Бельзен - лагерь смерти, где с 1939 года планомерно истреблялись неугодные рейху люди. Нечеловеческие страдания мужчин и женщин, стариков и детей. Надежды - только на чудо. Лидия попала в экспериментальный барак, где надежд не было. Здесь на живых людях проходили богатейшую практику выпускники медицинских академий и лагерные медики. Счастьем считалось, если подопытный получал наркоз... Два дюжих санитара бросили Лидию на стол, привязали руки, ноги и, коротко бросив "Фертинг!" ("Готово!"), отошли в сторону. Кто-то взял ее за голову. Она от страха закрыла глаза, почувствовала укол и подумала: "Мое счастье, что меня анестезировали..." Что-то процарапало по лбу, и потекла кровь. Потом ей чем-то холодным покапали в рану, чем-то помазали и стянули кожу металлической скобой. С отекшим лицом и страшными головными болями, она несколько дней отлеживалась на старом соломенном тюфяке. Потом была еще одна операция. Очнулась Лидия на той же соломе. Болели ноги: кто-то практиковался на венах, оставив страшные развороченные шрамы...

С изуродованными ногами и лицом она пережила 14 последних дней до прихода англичан. Все это время лагерь не кормили. Спас дождь - это была вода. А ели полуистлевшую солому из тюфяков.

Привитый рак

После освобождения Лидия весила 38 килограммов при росте 169 сантиметров. В чем только жизнь теплилась! В госпитале, развернутом на территории лагеря для нетранспортабельных больных, ей вырезали шишку, образовавшуюся на лбу. Долго лечили ноги - чистили многочисленные нагноения от колен до бедер. За два года она сменила семь госпиталей Международного Красного Креста. Молодость брала свое. Казалось, самое страшное осталось позади....

Главный хирург Таганрога, осмотрев ее ноги, сказал: "Этот подарок из Германии - на всю жизнь". И... запретил рожать. А Лидии так хотелось подарить сына мужу Георгию, который буквально носил ее на руках! Когда сделал ей предложение, она вздохнула: "Да какая я жена..." И услышала: "Я буду рядом". Она родила мальчика, несмотря на бесконечные тромбофлебиты. И это было не самое страшное. В начале 50-х Лидия впервые заметила красненькое "зернышко" на носу. Подумала - родинка. Но пятнышко стало кровоточить и разрастаться... В диагнозе врачи не сомневались: рак кожи. С годами в истории болезни появилась приписка - множественный. Только на носу ей удалили семь новообразований. Но коварные "зернышки" стали появляться на спине. Лидия перенесла 15 операций, прошла 26 лечебных учреждений, 16 раз ей вливали донорскую кровь. Последний раз оперировали весной 2000 года - вырезали "зернышки" в четырех местах на спине. Врачи говорят, что скоро снова придется резать. Причина появления пожирающего ее кожу рака до жути проста - привит в ходе эксперимента.

"Пою соло..."

Судьба сыграла со мной в "фифти-фифти" - дала шансов 50 на 50, - говорит бывшая узница лагеря смерти, 77-летняя Лидия Павловна Гаврилова. - Я прожила долгую жизнь, в которой были и любовь, и семейное счастье. Между больницами я даже умудрилась заработать 13,5 лет трудового стажа. Много писала. В 95-м была признана лучшим рабочим корреспондентом города. Шесть раз занимала призовые места в городских литературных конкурсах... И все эти годы я была и остаюсь подопытным кроликом в жутком эксперименте.

Так случилось, что после смерти мужа она оказалась в одиночестве. Продукты приносит работница собеса. Два ящика лекарств с медикаментами - всегда под рукой. Последние восемь лет она практически не выходит из дома. А друзей и знакомых с каждым годом становится все меньше. Однажды попыталась узнать, почему пенсия такая маленькая - 523 рубля. Позвонила в собес и услышала: "Не мешайте работать! У нас полно людей"...

Она и сейчас гордо держит свою седую голову. "Живу, как Бог даст, - и горько добавляет. - Пою соло..." Ее "песня" - рукопись книги, которую Лидия Павловна назвала "Дважды преданные". Уникальные воспоминания обо всем пережитом. В 1993 году в Таганрог приезжали немцы из Люденшайда - города-побратима. Предложили издать книгу на двух языках - у себя и в России. Чиновники из местного "Белого дома" составили такую смету, что немцы ахнули. Сейчас книга переведена на немецкий язык и готовится к изданию в Германии.

- Я всем хочу рассказать, что такое фашизм, - говорит Лидия Павловна. - Пока живу и помню.

Кто сказал, что война закончилась?..

_______________________________________________
© Абрамова Татьяна
Как живут пострадавшие при взрыве дома в Волгодонске спустя 20 лет
Статья о социально-псилогических последствиях взрыва в Волгодонске в 1999 году
"Там все рушится". Как оптимизируют медицину в провинции
О проблемах провинциальной медицины. К чему приводит политика оптимизации медицинских учреждений
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum