Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
Главлит придет, уверенно и беспощадн
Воспоминания и размышления журналиста и деятеля СЖ СССР в связи с приказом ФСБ...
№10
(388)
07.10.2021
Общество
Формула жизни
(№12 [18] 21.06.1999)
Автор: Александр Акопов
Александр Акопов

ШКОЛА ВОРОВИЧА

Вспоминаю давнее впечатление от посещения одного научного мероприятия. Стены большой комнаты сплошь обвешены листами ватмана, которые плотно заполнены математическими формулами. Вдоль формул перемещается человек с указкой и, с трудом скрывая волнение, что-то рассказывает, рассказывает без конца... Если внимательно следить за движением указки, ничего не пропуская, то постепенно формулы начинают плыть перед глазами, накладываться друг да друга, превращаясь в черную паутину мертвых символов. Но это для непосвященных, вроде меня. Остальные люди (их около сорока), сосредоточенно вслушиваются в каждое слово, всматриваются в символы, провожая глазами каждое движение указки. Они задают вопросы, комментируют, обсуждают. Больше всего удивило, что речь шла о конкретных вещах - поведении материала, его температуре, прочности, долговечности, других физических процессах. Значит, - подумал я, - они видят сквозь сеть символов живое дыхание жизни! И тут до меня начинает доходить смысл надписи над входом в платоновскую академию: "Не знающий математики да не войдет сюда". С таким же успехом этот лозунг можно было написать на двери кафедры теории упругости Ростовского государственного университета, где проходит очередное заседание семинара под руководством заведующего кафедрой Иосифа Израилевича Воровича. В тот раз на семинаре обсуждалась докторская диссертация приезжего коллеги. Для многих ученых вообще стало правилом: прежде чем защищать диссертацию или представлять к опубликованию какую-нибудь серьезную работу по определенной тематике - апробировать её на "семинаре Воровича", как его называют специалисты.

Теперь И.И. Ворович - крупный ученый в области механики и математики, безусловно признанный всем мировым математическим сообществом, автор около трехсот (!) научных работ, в том числе крупных монографий и учебников, изданных и переизданных во многих странах мира. Его ученики уже давно стали известными учеными и воспитали десятки собственных питомцев. Среди них, как считает И. И. Ворович, ученыe мирового масштаба академик РАН, ректор Кубанского госуниверситета Владимир Бабешко, выдающийся исследователь в области гидродинамики профессор Виктор Юдович, известные теоретики Ю. А. Устинов, А. В. Белоконь, Л. М. Зубов, Л. П. Лебедев, А. С. Юдин и другие. В течение последних лет В. А. Бабешко, В. И. Юдович, Л. П. Лебедев регулярно читают лекции в университетах США, Франции, Германии, Греции, Гонконга и других стран. Плеяда соратников, научных "детей" и "внуков" И. И. Воровича представляет сейчас большую школу, утвердившую и разрабатывающую целые направления в механике сплошной среды. В его школе 20 докторов физико-математических наук, 17 из которых выполнили свои исследования при его непосредственной консультации, 75 кандидатов наук вошли в науку под его руководством. Теперь ни одна научная международная конференция не обходится без представителей школы Воровича. Постоянно идут приглашения на различные съезды, симпозиумы, советы, заседания, поступают просьбы отрецензировать статью, книгу, диссертацию, оказать помощь, дать консультацию.

Иосиф Израилевич Ворович - доктор физико-математических наук, профессор, действительный член Российской Академии наук, заведующий кафедрой теории упругости Ростовского государственного университета, председатель Отделения математики и механики Северо-Кавказского научного центра высшей школы, директор Научно-исследовательского института механики и прикладной математики, возглавляющий большой коллектив исследователей с целым рядом различных научных направлений, член редколлегии ряда научных журналов и т. д. Работы его сотрудников отмечены многими медалями ВДНХ, дипломами, грамотами, премиями. Сам Иосиф Израилевич лауреат двух Государственных премий, автор открытия. Наряду с фундаментальными нашли признание и получили высокую оценку прикладные разработки, часть которых получила широкое внедрение в промышленности и строительстве. За свой многолетний труд и участие в Великой Отечественной войне И.И.Ворович награжден правительственными наградами - пятью орденами и двенадцатью медалями.

Теперь все это есть: и признание в научном мире, и звания, и награды. Но для того, чтобы понять откуда все пошло, последуем совету Козьмы Пруткова: "Отыщи всему начало и ты многое поймешь!"

НАЧАЛО

Когда-то В.М. Шукшин, будучи известным актером, режиссером и писателем написал "Слово о малой родине", где передал свои чувства к месту, где родился. Примерно такое же ощущение вины, неловкости и тихой необъяснимой грусти и у Иосифа Израилевича перед своим маленьким Стародубом, где он родился и жил до окончания средней школы. Родители его были простые, скромные люди, к математике отношения не имеющие. Мать умерла, когда младшему сыну Иосифу было десять лет, отец, простой служащий, сразу после смерти жены переехал в Ленинград к дочери. Мальчик остался у тети, которая работала санитаркой в госпитале. Так что искать истоки математических способностей Воровича в генетических каналах, как видно, бессмысленно. Если не считать, конечно, деда-скорняка, который занимал его старинными математическими задачками на сообразительность и твердо надеялся, что внук станет "ученым человеком".

Сам же Ворович истоки своей математической судьбы видит в стародубской школе. Стародуб - небольшой городок Брянской области, имевший в те времена не более десяти тысяч жителей.

- Только тот, кто родился в таком маленьком городке среднерусской полосы, может сохранить к нему на всю жизнь самые светлые воспоминания, самые теплые чувства, какие могут быть. Как назвать это, как объяснить - я не знаю, - говорит Ворович.

Ну, конечно, в Стародубе все было особенное, главным образом, люди - и учителя, и врачи, и школа, и ученики, которые потом сплошь становились знаменитостями! Но скептицизм мой тут же рассеивается, как только я начинаю читать трогательные письма тогдашнего директора школы, написанные И. И. Воровичу сразу после юбилейной встречи выпускников довоенных лет. О встрече, как выражается Иосиф Израилевич, "отдельная повесть". Но насчет знаменитостей - факт. Действительно, среди бывших стародубских школьников - и крупные ученые, и государственные деятели и писатели.

- Учителя считались самыми уважаемыми людьми в городе, - вспоминает Ворович. - Они были очень квалифицированными специалистами и в то же время прекрасными педагогами. Они умели разглядеть в ученике его наклонности, помочь проявить и развить эти наклонности, (кстати, мне кажется, не всегда школьная педагогика видит в этом свою задачу - найти в человеке его призвание и помочь реализовать это призвание). А тут еще и школа маленькая, учеников немного, все на виду. И когда, примерно с седьмого класса, я начал обнаруживать стремление к углубленному изучению математики, учителя сразу это поддержали, стали помогать мне, отдельно со мной занимались, сочиняли индивидуальные программы и задачи. Если бы такого не случилось, учителя не заметили бы моих наклонностей, не поддержали, не помогли, может быть, моя жизнь сложилась бы иначе. Так что мне повезло.

Занимаясь по индивидуальному плану, он в 9-м классе закончил математический курс средней школы и приступил к более сложному материалу. К тому времени он уже был признан в школе как знаток математики, поэтому, когда заболел педагог, директор однажды попросил Иосифа вести в течение месяца занятия в 9 м и 10-м классах. Спустя 40 лет этот директор скажет: "Вы стали именно таким человеком, каким я представлял вас еще тогда, когда вы были учеником. Я и тогда был уверен, что вы станете большим ученым".

Окончив в 1937 году среднюю школу, Ворович поступил на механико-математический факультет Московского университета. Он не знал еще, что уезжает из Стародуба навсегда, что с его отъездом рвутся последние связи с его "малой родиной", домом, родными и близкими людьми.

Пока он будет учиться, умрет и отец, и по родным улицам всей своей смертельной тяжестью прокатится война. И увидит многострадальный Стародуб за два года фашистской оккупации то, чего не видел за 700 лет вражьих нашествий. И будут сражаться одноклассники и учителя Воровича. И упадут от фашистских пуль на декабрьский снег четыре стародубских "молодогвардейца", четыре мальчика из той же родной школы. И любимую тетю Соню тоже расстреляют фашисты, а другая тетя - Роза в замусоленной телогрейке, будет ночами пробираться к партизанам, затем служить в партизанском отряде до самого освобождения Брянской области.

А он ничего не будет знать об этом. И только уже в конце войны больно кольнут в сердце слова случайно повстречавшегося московского товарища: "Ты знаешь, я ведь проходил через твой Стародуб. От города фактически ничего не осталось. Так вот стоишь на вокзале - и весь город виден насквозь". И много лет Воровичу будет сниться один и тот же навязчивый сон, как стоит он на железнодорожных путях и смотрит на город, где среди руин просматриваются отдельные уцелевшие дома.

Но все это - позже. А пока - Московский университет.

ЭКЗАМЕН НА ЗРЕЛОСТЬ

Мало найдется учебных заведений в мире, которые могли бы конкурировать с Московским университетом в подготовке механиков и математиков в 30е-40е годы. Это не удивительно. Традиции преподавания на механико-математическом факультете были заложены великим Н. Е Жуковским. Во время учебы И. И. Воровича в МГУ еще читал лекции академик Сергей Алексеевич Чаплыгин - один из учеников и соратников Н. Е. Жуковского, крупный ученый, сделавший большой вклад в механику и математику, один из организаторов, а впоследствии и директор знаменитого Центрального аэрогидродинамического института. Читали лекции и такие корифеи математики и механики, как академики И. Г. Петровский, С Л. Соболев, А. И. Некрасов и Л. С. Лейбензон.

- Это все были люди, которые создавали математику и механику двадцатого века. Но еще вот в чем повезло нашему приему. Дело в том, что периодически, примерно каждые десять-пятнадцать лет, происходит коренная ломка в преподавании, видимо, всех наук. Я могу уверенно сказать о математике, механике, точных науках. Это закон развития, закон диалектики. Раз в десять лет взгляды, которые созревали в науке, уже прорываются в преподавание, отражая сложившиеся новые концепции. Как раз к тому времени, когда мы пришли в университет, это и произошло, и нам начали читать курсы, более соответствующие современному уровню науки. Нам читали лекции, по которым не было учебников, затем по нашим конспектам уже писали новые учебники. Вот в этом смысле нам, конечно, повезло - рассказывает Иосиф Израилевич.

Новый, более высокий теоретический уровень преподавания должны были обеспечить представители молодого поколения педагогов, которые непосредственно занимались со студентами. И вот наряду уже с признанными корифеями науки начинают преподавать еще молодые М. В. Келдыш, Л. И. Седов, Ю. Н. Работнов, С. В. Ильюшин, А. Ю. Ишлинский в другие. Имена известные. Все стали академиками, всемирно признанными учеными, каждый из которых внес существенный, фундаментальный вклад в развитие механики и математики.

Четыре года учебы в такой обстановке, у таких педагогов, конечно, остались на всю жизнь. Но началась Отечественная война. Студентов естественных и технических факультетов ведущих вузов призвали в армию и направили в различные военные академии для продолжения учебы. Эта мера была предпринята с целью подготовки высоко-квалифицированных специалистов для ведения войны в новых условиях, когда начало осуществляться коренное перевооружение армии. И Ворович попадает в Военно-воздушную академию имени Н. Е. Жуковского.

- Таким образом, повезло мне уже третий раз в жизни, потому что из всех высших технических учебных заведений, не только военных, но и вообще, это было самое сильное, передовое. Так получилось, что традиции развития механики в Московском университете были заложены Н. Е. Жуковским, и он же являлся основателем академии. И я опять столкнулся с этими традициями. В академии были собраны такие кадры в области науки и техники, которые по квалификации не уступали университетским, но работали в прикладных направлениях, - вспоминает Ворович.

Значительную часть учебного времени слушатели проводили в научно-исследовательских лабораториях при кафедрах, где под руководством крупных специалистов вели различные работы. Много прекрасных педагогов было в академии, но наибольшее впечатление произвели на Воровича два человека - Дмитрий Александрович Вентцель и Владимир Семенович Пугачев, которые сыграли, по его мнению, решающую роль в его жизни. Оба были в то время профессорами, оба читали лекции и одновременно руководили большими научными исследованиями.

Д. А. Вентцель, профессор, действительный член Академии артиллерийских наук, теперь уже давно покойный, в то время был крупнейшим специалистом по баллистике.

Воспитанник Военно-воздушной академии, профессор, впоследствии действительный член Академии наук СССР В. С. Пугачев во время Отечественной войны руководил важнейшими исследованиями по статистической теории процессов управления, теории случайных процессов. За эти исследования он был удостоен Государственной премии СССР и высоких правительственных наград. Иосиф Израилевич считает, что В. С. Пугачева можно назвать одним из основоположников прикладной кибернетики.

Иосиф Израилевич вспоминает о Вентцеле и Пугачеве с теплотой и даже, я бы сказал, с сыновней нежностью не только потому, что они были крупными исследователями, но также людьми высокой морали, исключительной честности, порядочности и большой душевной доброты.

Естественно, такая обстановка как нельзя лучше способствовала формированию молодого исследователя. Работать в таком коллективе было очень интересно и полезно. Но война есть война: Воровича направляют в действующую армию. Механик самолета, техник звена на Волховском фронте, затем старший техник эскадрильи на Дальнем Востоке, в районе Порт-Артура. Основательная теоретическая подготовка очень пригодилась авиационному инженеру Иосифу Воровичу.

Служба длилась и после окончания войны. Инженер-капитан Ворович наряду с практической деятельностью занимался научными исследованиями и вскоре защитил кандидатскую диссертацию. Но тянула "чистая" наука, хотелось попасть в вуз, преподавать и заниматься самостоятельными исследованиями. И возможность такая представилась. Народное хозяйство крайне нуждалось в квалифицированных специалистах, и было принято решение демобилизовать часть из них из армии для укрепления народного хозяйства. В 1950 году И. И. Ворович вместе со своим другом Н. Н. Моисеевым, демобилизовавшись после 9 лет воинской службы, обратился в Минвуз СССР с просьбой направить их на работу. Обоих направили в Ростовский университет. Начался новый, самый главный и значительный период в жизни И. И. Воровича.

ПЕДАГОГ

И. И. Ворович стал работать старшим преподавателем кафедры теоретической механики почти одновременно с Н. Н. Моисеевым, Л. А. Толоконниковым, А. С. Космодамианским. Это были молодые, хорошо подготовленные специалисты, кандидаты наук. Благодаря творческой атмосфере, они активно работали в разных областях, возглавив затем целые направления. В результате такой увлеченной творческой работы они защитили в течение нескольких лет докторские диссертации, затем стали профессорами, известными учеными. Впоследствии И. И. Ворович и Н. Н. Моисеев получили звания членов-корреспондентов Академии наук СССР, А.С. Космодамианский - члена-корреспондента Академии наук Украинской ССР. Затем все стали академиками.

Получив широкое поле деятельности, И. И. Ворович жадно принялся за работу. И сразу два рода деятельности овладели им безраздельно: преподавание и научная работа. Два увлечения, две неразделимые части его жизни, две половины его существа.

Не всегда, далеко не всегда настоящий исследователь является одновременно и глубоким, любящим свое дело педагогом. И, наоборот, настоящий педагог не всегда бывает еще и талантливым ученым. В некотором роде это разные качества. Но у И. И. Воровича как раз налицо то счастливое сочетание, которое является идеальным для работы в вузе. Поговорим вначале о Воровиче-педагоге.

Педагог он, конечно, милостью божьей. Почти пятьдесят лет читает лекции в университете и всякий раз, идя на лекцию, очень волнуется. Если вы повстречаете его перед лекцией, он поздоровается, будет, как всегда, вежлив и внимателен, но в глазах застынет напряжение, потому что думает он в этот момент только о лекции. Он уйдет на лекцию с любого, самого важного совещания. Если его пытаются остановить какими-то текущими вопросами, то какие бы важные ни были эти дела, он вырывается, бормоча: "Братцы, братцы, мне же на лекцию, что вы! Я на лекцию опаздываю!"

Ворович разработал целый ряд новых курсов, которые читает много лет. Теперь он, директор научно-исследовательского института, отягощенный такой огромной нагрузкой вне учебного процесса, продолжает читать лекции, вести занятия со студентами, принимать экзамены. Студенты любят Воровича-педагога и добросовестно изучают его курсы потому, что они интересны и оригинальны, всегда содержат историю вопроса.

Одна из главных особенностей Воровича-педагога - тонкое чутье в распознавании талантов и наклонностей. Еще на втором-третьем курсах он выявляет талантливого студента, привлекает его к научной работе, и к поступлению в аспирантуру это уже не новичок в науке, а человек с опубликованными работами, со сложившимися научными интересами. Именно такой путь прошли, например, В. И. Юдович, В. А. Бабешко, В. М. Александров, А. В. Белоконь, Ю. А. Устинов, ставшие известными учеными. Однако попасть в число его учеников не так просто. Надо обладать не только большими способностями, но и огромным трудолюбием. Кроме того, Иосиф Израилевич считает важными, необходимыми чертами исследователя абсолютную добросовестность, "фантастическую преданность науке", умение глубоко проникнуть в проблему и увидеть главное, существенное.

- Преподавать я очень люблю. Мне очень нравится это дело, - говорит И.И.Ворович и после паузы добавляет: "Но я не отделил бы его от научных исследований."

ПОИСК В НАУКЕ

Попав в Ростовский университет. Ворович буквально набросился на задачи теории упругости. Наиболее значительная его работа 50-х годов - нелинейная теория оболочек.

Не будет большим преувеличением сказать, что оболочки - самая распространенная конструкция в окружающем нас мире. Корпус автомобиля, корабля, самолета - оболочки; перекрытия выставочных павильонов, театров, цирков, крытых стадионов, рынков обычно тоже изготавливаются из оболочечных конструкций.

Первые основания нелинейной теории были заложены крупнейшим русским корабельным инженером, основоположником строительной механики корабля И. Г. Бубновым. Затем крупный вклад в развитие этой теории внесли: Т. Карман, С. П. Тимошенко, Б. Г. Галеркин. Позднее В. З. Власов, В. В. Новожилов, В. И. Феодосьев, А. С. Вольмир и другие значительно продвинули решение нелинейных задач.

Однако строгой теории устойчивости применительно к оболочкам не существовало. Громоздкие уравнения со сложными зависимостями можно было решать лишь приближенно. Причем степень погрешности оставалась неопределенной. Задача тщательного математического обоснования методов исследования уравнений нелинейной теории оболочек встала с особой остротой. Этим и занялся И. И. Ворович, который начал исследования нелинейной теории оболочек методами современной математики. Данная проблема нашла продолжение в работах его учеников.

Этой же теме была посвящена его докторская диссертация, успешно защищенная в 1958 году. Диссертация и цикл работ по нелинейной теории оболочек сразу были приняты и высоко оценены в научном мире. Наибольшее впечатление на ученых произвело взаимное проникновение математических и механических подходов, а также большие математические трудности, для преодоления которых Воровичу пришлось использовать самые разные вопросы функционального анализа.

Высоко оценивались специалистами в работах И. И. Воровича стиль доказательств и точность результатов. Как выразился однажды известный механик профессор Л. Л. Балабух, "все привыкли смотреть на работы И. И. Воровича, как на исключительно эталонные, с которыми сравнивают различные приближенные решения, чтобы проверить их на точность, апробировать на этой основе!".

Докторская диссертация И. И. Воровича сразу выдвинула его в число видных ученых-механиков. Кафедра математической физики Ленинградского университета в официальном отзыве писала: "В диссертации разрешен ряд основных проблем нелинейной теории оболочек. Несомненно, что содержащиеся в ней результаты найдут самое широкое применение в практике". Академик Ю. Н. Работнов высказал мнение о том, что "исследование И. И. Воровича представляет большой и важный вклад в теорию оболочек, существенное достижение в области механики".

Другая крупная теоретическая проблема, которой занимался И. И. Ворович - контактная прочность. Это задачи о взаимодействии двух тел или частей, деталей машин и механизмов.

Главная особенность контактных задач - в исключительной математической трудности. Решение их требует очень высокой математической культуры, мастерства и в определенной степени таланта. У И. И. Воровича, который в это время занимался оболочками, интерес к контактным задачам возник не случайно. Еще накануне Отечественной войны, будучи студентом третьего курса МГУ, он получил задание от профессора (впоследствии академика) А. Ю. Ишлинского. Профессор предлагал решить задачу о давлении квадратного штампа на полупространство. Студент Ворович, увы, не смог решить эту задачу. Хотя в тогдашней, сугубо теоретической постановке задача была явно не студенческая, неприятное ощущение от этого осталось. Прошло 15 лет. И в академии, и в армии, и уже в вузе Иосиф Израилевич решил множество задач, но та задача о квадратном штампе, как незаконченное дело, не давала покоя. Ее нельзя было решить, не найдя принципов, методов решения контактных задач. Для этого, прежде всего, понадобилось перестроить психологию, перейти от попыток найти точное решение к приближенным методам. Этим и занялся И. И. Ворович со студентами Ю. Устиновым и В. Александровым. В ряде случаев нужно было изменить и постановку задачи, приблизив ее к реальным условиям. Например, вместо полупространства занялись полосой, слоем, что гораздо ближе к реальным условиям, скажем, при воздействии фундамента на грунт.

Затем к решению контактных задач подключился еще один студент - Владимир Бабешко. Он прошел тот же путь, что прошли В. И. Юдович, Ю. А. Устинов и В. М. Александров: студенческая наука, аспирантура, кандидатская и докторская диссертации. Как итог этой громадной работы - две большие по объему и значительные по научному уровню монографии, вышедшие в издательстве "Наука" и получившие всеобщее признание.

Теперь кафедра теории упругости - один из признанных научных центров по контактной прочности и теории оболочек. Естественно, эти крупные проблемы разрабатываются и в других городах, но Ростовский университет здесь, бесспорно, занимает одно из ведущих мест в современной науке.

ПРАКТИЧНОСТЬ ВЫСОКОЙ ТЕОРИИ

Расширялся круг исследователей - учеников и сотрудников Иосифа Израилевича. Они работали над проблемами механики, ставили свои проблемы и пытались их решить, писали диссертации и защищали их. Накопилось много теоретического материала. Ворович создает при кафедре научно-исследовательскую лабораторию с целью внедрения теоретических разработок в народное хозяйство. Одной из первых в университете лаборатория начала крупные хоздоговорные работы. Но этого было мало. Дело заключалось не в отдельных работах. Для того чтобы развернуть научные и экспериментальные работы во всю мощь на фундаменте имеющихся теоретических результатов, потребовался дополнительный штат сотрудников, возникла необходимость в современных испытательных машинах, электронной технике.

Возникла идея об организации научно-исследовательского института.

Постановлением правительства в 1971 году и был создан Научно-исследовательский институт механики и прикладной математики при Ростовском университете. Создание института в рамках Центра обеспечило широту тематики, учет народнохозяй-ственных потребностей края и специфики высшей школы.

И. И. Ворович долго "проектировал" институт, представлял себе его будущее: направления исследований, методы работы, материально-техническую базу. И все это тщательно обсуждалось с Юрием Андреевичем Ждановым, от которого было получено много ценных идей, а также с рядом известных ученых страны.

Научно-исследовательский институт механики и прикладной математики при Ростовском университете стал широко известен и признан в стране, а по некоторым работам - и за рубежом. Свидетельство тому - высокие оценки крупных советских и иностранных ученых, посетивших институт, участие сотрудников института в международных конференциях, творческие связи с самыми передовыми научными коллективами в России и за рубежом.

Среди многих разработок НИИ механики и прикладной математики математическая модель Азовского моря, созданная совместно с Азовским НИИ рыбного хозяйства, была удостоена Государственной премии СССР в 1983 году.

ВЕЗУЧИЙ ЧЕЛОВЕК

Послушать Иосифа Израилевича - так ему все время в жизни везло. В первый раз повезло, когда учился в школе, хорошие учителя попались, заметили, помогли. Во второй раз повезло в Московском университете, в третий - в академии имени Н. Е. Жуковского, в четвертый раз повезло на научных руководителей, в пятый - на учеников...

А я мысленно возвращаюсь к Началу, где десятилетний мальчик остался один на один со своей судьбой и перед ним лежал весь его предстоящий жизненный путь. И как же он не был усеян розами! И до чего нельзя было надеяться на удачу!..

Из моего героя, между тем, нельзя вытянуть и слова о трудностях, нельзя выжать ни одну жалобу. Он доволен своей судьбой. Хотя и такие слова, о судьбе, он никогда не употребит, они покажутся ему излишне громкими. Да, скромность, пожалуй, одно из достоинств ученого Воровича.

И тут я не могу не привести письмо одного из выпускников РГУ 50-х годов, теперь профессора, посланное Воровичу в 1970 году, сразу после избрания его в члены-корреспонденты Академии наук СССР:

"...Я проснулся и после этого долго не мог уснуть, все думал о Вас... Я думал о том, откуда исходит Ваше обаяние, в чем первооснова его. Я думал о том, что дело здесь совсем не в Вашей учености, сколь она ни велика. Одна лекция, которую Вы однажды прочитали нам в 1952 г., заменяя А. С. Космодамианского, пара Ваших докладов, прослушанных мною на понедельниках конца 50-х-начала 60-х годов - вот, пожалуй, и все личные впечатления, которые хранит моя память о Воровиче-специалисте. И это естественно, так как я далек от Вашей тематики. Но невозможно описать то многообразие впечатлений, которое хранит моя память о Воровиче-Человеке. Всегда очень занятый, всегда думающий о чем-то очень важном, всегда куда-то спешащий. Вы все-таки находили время взглянуть своими умными и добрыми глазами в душу каждого, кто хоть в какой-то мере заслуживал Вашего внимания, сказать ему нечто для него очень важное, помогающее, такое, что не забывается никогда. Поэтому-то, не видя Вас уже два года, я увидел Вас во сне так ясно, как будто расстался с Вами накануне. И еще я подумал о том, что, то ли боясь показаться излишне сентиментальными, то ли из-за занятости, которой нет конца и которая все растет, но мы, люди, так редко говорим друг другу о том хорошем, сокровенном, что храним друг о друге у себя в душе... И я почувствовал, что посланная на днях Вам телеграмма, достаточная в большинстве аналогичных случаев, совершенно недостаточна, коль скоро речь идет о Вас. Вот почему Вы читаете сейчас это несколько необычное мое письмо. Всего Вам самого счастливого, Иосиф Израилевич!"

А директор стародубской школы после встречи довоенных выпускников в 1976 году писал: "Радовался я не только тому, что среди Вас - моих учеников есть ученые, люди, занимающие высокие и довольно ответственные государственные посты. Это одна сторона медали и, на мой взгляд, - не самая важная. Важно другое! Все вы очень скромные люди. И первый пример скромности - это ты, Иосиф Израилевич. Ты - ученый, академик, а я встретил тебя таким же близким, как и 40 лет назад, когда мы все любовно звали тебя "Ёся".

В этих словах верно подмечено одно важное качество Иосифа Израилевича: он не меняет своего поведения никогда, ни при каких обстоятельствах. И не слышит голоса медных труб. Вот защитил Ворович докторскую, вот получил орден, вот избрали в члены-корреспонденты, в академики... Всякий раз после такого события окружающие внимательно всматриваются в его лицо, одежду, манеру говорить, поведение. И неизменно убеждаются в том, что ничего в его поведении и в отношении к людям не изменилось, абсолютно ничего. Тот же скромный взгляд исподлобья. Та же застенчивая улыбка, то же заинтересованное внимание к каждому человеку, умение войти в контакт с ходу, причем одинаково непринужденно с рабочим и академиком. Та же внутренняя интеллигентность и неизменное чувство юмора.

ЧТО ЖЕ ТЕПЕРЬ?

Познакомясь с фактами разных лет, читатель может подумать, что речь идет о прошлом, когда наука занимала лучшие позиции в обществе, чем теперь, когда быть ученым и педагогом было престижно, когда в научные командировки ездили даже аспиранты, когда зарплата позволяла научным работникам каждый год ездить на курорт и покупать научную литературу. Что же теперь? Отсутствие финансирования не позволяет покупать оборудование, приборы для исследований, посещать научные форумы, встречаться с коллегами и т. п. Уровень зарплаты упал ниже всякого мыслимого минимума.

Научные коллективы разваливаются, ученые разбегаются в другие сферы деятельности, уезжают за границу - одни на время, другие насовсем. "Наука в коме", "наука разваливается", "наука в руинах" и т. п. - темы выступлений прессы и ученых бесед. Увы, эти разрушительные процессы коснулись и Воровича как руководителя научных коллективов. Об этом я говорю с ним за три дня до выхода в свет этой публикации.

Он не отрицает: да, часть людей, в том числе серьезных ученых, уехала за границу. Видимо, будут уезжать и дальше. Другая часть ушла в предпринимательство. Это неизбежно. Если бы им удалось обеспечить хотя бы минимальный уровень для содержания семей, многие из них остались бы ради занятия наукой именно здесь. "Да и уходят со слезами на глазах, с надеждой вернуться. Готовы числиться хоть на десятую, хоть на сотую долю ставки, только бы не рвать связей!"

Но с мрачными оценками состояния науки и образования, тем не менее, не согласен. "Сейчас часто говорят о возрождении России. Что это такое - "возрождение России"? Для меня показателем возрождения является то, что молодые люди идут в вузы учиться, идут в науку, занимаются исследованиями, защищают диссертации. Именно это сейчас и происходит. Конкурсы на математические специальности возросли, в аспирантуру поступает все больше людей, защищают диссертации. У нас в 1998 г. защищено 2 докторских диссертации, еще две докторских будут защищены до конца 1999 года. Вот, пожалуйста (показывает на вошедшую молодую женщину) - Ольга Донатовна Пряхина - одна из первых на Дону женщина - доктор физико-математических наук, недавно защитилась. А уж о кандидатских диссертациях и говорить нечего. Какой же это развал?"

Особый интерес представляет кафедра теории упругости. Это просто невиданный источник подготовки научных кадров. Десятки докторов наук за многие годы, неизменно высокий научный уровень - это понятно. Но ведь работа не останавливается ни на день. Постоянно защищаются. 10 профессоров, работающих одновременно на одной кафедре!

Ворович объясняет это просто. "Понимаешь, наука не умрет никогда. Что бы ни случилось, наука будет жить и развиваться. Человек так устроен: если уж он выбрал такую стезю, он будет думать всегда. Лично я не помню ни одного дня, когда бы я не думал. У меня и во время войны были записные книжки, куда я постоянно, каждый день записывал…(в этом месте я испытал легкий трепет от предвкушения чтения таких уникальных записей: шутка ли - дневники времен Отечественной войны, но следующие слова охладили мой пыл - А.А.) - записывал задачи по механике. Так что это просто такое свойство ума".

- Да, но что делать с отсутствием денег?

- Ну, мы стараемся особенно не тратить. Конференции проводим у себя. Приглашаем коллег. Они все понимают, и расходы берут на себя. А мы научный уровень обеспечиваем. Кроме того, мы регулярно выигрываем разные международные и российские гранты, что позволяет поддержать существование и приобретать понемногу хорошее оборудование. Вот компьютеры у нас очень хорошие…

- Иосиф Израилевич, а как получилось, что Ваша кафедра подготовила трех ректоров, из которых два действующих, успешно возглавляющих более 10 лет крупные государственные университеты (А.В.Белоконь в Ростове и В.А.Бабешко в Краснодаре)? Что, механика способствует развитию управленческих способностей?

- Конечно, способствует. Одно время в СССР ректоры многих ведущих вузов были математики и механики. Примеры - пожалуйста: Петровский в Москве, Ильюшин в Ленинграде, Нужин в Казани, Савин в Киеве, Амбарцумян Сергей в Ереване, Векуа в Тбилиси, Халилов в Баку - и так далее, список можно продолжить. Так что это не случайно. Видимо, этот вид образования развивает системное аналитическое мышление…

Я подумал: наверное, секрет успеха в том, чтобы непрерывно работать. Несмотря ни на что. Кроме тех, что бросили науку, многие же в нынешних условиях просто заленились: мало пишут, не работают над собой, не развиваются как исследователи. Не скажешь этого о Воровиче, хотя годы и положение позволяют ему остановиться или хотя бы приуменьшить объемы и темп работы. Не тут-то было. В 1990 году он получает звание академика Российской Академии наук, в 1992-1993 - председатель Южного отделения Инженерной академии, председатель Головного Совета по механике в Минвузе России, в 1994 - становится одним из авторов открытия "Явление высокочастотного резонанса в полуограниченных телах с неоднородностями", в 1996 - научная школа Воровича вошла в перечень ведущих научных школ России, в этом же году вышла фундаментальная монография - L.P. Lebedev, I.I. Vorovich, G.M.L. Gladwell "Functional Analysis (Applications in Mechanics and Inverse Problems)". Dordrecht - Boston - London; в 1998 - И. И. Ворович - председатель оргкомитета трех научных конференций, лауреат второй Государственной премии; в 1999 в Нью-Йорке еще один фундаментальный труд - "Нелинейная теория оболочек" (I.I. Vorovich "Nonlinear Theory of Shallow Shells", Springer, New York 1999). Не перечислишь всех дел. Ведь это наряду с чтением лекций, руководством аспирантами, кандидатами и докторами наук, семинарами, учеными советами...

Что дальше будет? Все ясно: до конца года выйдет в свет еще одна монография в издательстве "Научный мир" в Москве ("Динамика массивных тел и резонансные явления в деформируемых средах"). А на столе лежит рукопись учебника по механике для университетов. Пачка листов, аккуратно исписанных простым карандашом, который он во время всего разговора вертит в руках. На верхней странице написано: "Лекция №59. "Система координат, связанная с Землей". И.И.Ворович объясняет: "Понимаешь, все в мире связано с вращением Земли... Земля вращается. Время бежит. Человек работает. Жизнь продолжается..."

Человек-эпоха. К 130-летию Отто Юльевича Шмидта
Очерк о легендарном покорителе арктики, ученом-математике О.Ю.Шмидте.
Мир в фотографиях. Портреты и творчество наших друзей
Фотографии из Фейсбука, Твиттера и присланные по почте в редакцию Relga.ru
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum