Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
Активизм и политика: корректировать или менять Систему?
Статья об общественно-политической ситуации в обществе, оценке протестных движен...
№13
(366)
01.11.2019
Культура
Роман КАРЦЕВ: «Интернет приучает к мысли, что можно вторгаться в личную жизнь»
(№15 [195] 20.10.2009)
Автор: Виктор Борзенко
Виктор Борзенко
В последние годы артиста театра и кино Романа Карцева не часто увидишь по телевидению. Однако творческую деятельность он не оставил и не только выступает с сольными программами, но и выпустил недавно книгу своих юмористических рассказов. О том, почему он не участвует в развлекательных передачах, о финансовом кризисе и бесконечных телевизионных шоу Роман КАРЦЕВ рассказал в интервью «Релге».

- Роман Андреевич, мир озабочен финансовым кризисом, а у нас в стране по телевизору с утра до вечера идут юмористические передачи…

- Вы думаете, что-то изменится? Я поначалу наивно
Нажмите, чтобы увеличить.
полагал, что кризис встряхнет страну и людей, и вся шелуха, безвкусные передачи с примитивным юмором отсеются. Но недавно я записал в дневнике: «Чем масштабнее кризис, тем больше юмора у нас на телевидении». Сейчас уже танцуют утром, днем и вечером - только бы отвлечь внимание от серьезных проблем. И иногда один артист смешит публику одновременно по трем программам. Или Задорнов читает свои произведения шесть часов подряд. Причем руководство телеканалов охотно закупает эти концерты, не думая о зрителях. Им главное рейтинг и беспредельное веселье. А предложить что-то серьезное, умное телеканалы не хотят.

- А что вы смотрите по телевизору?

- Очень люблю программу Жванецкого «Дежурный по стране». Не перестаю удивляться Мишиному таланту – метко, язвительно, с юмором говорить о самых разных вещах, о политике, коррупции, чиновниках, эмигрантах… А остальные программы, как вы уже поняли, особой радости не доставляют.

- Получается, что вы их и не смотрите?

- Мне достаточно полминуты, чтобы понять: стоит это смотреть или нет. В один из вечеров я насчитал 15 юмористических программ. Оказывается, есть такое шоу, как «Голые и смешные». Девочка раз – сбрасывает лифчик - и грудь торчит. Мужики делают вид, что жутко стесняются. А потом все страшно хохочут. Страшно представить, для кого эта программа. Недавно появилась еще более несуразная передача «Ты смешной». Сидят два чудика из Comedy Club и оценивают «номера», которые им показывают простые люди из глубинки. Причем едут за свой счет с Дальнего Востока, из Хабаровска, из Воркуты, чтобы нести с экрана, извиняюсь, настоящий бред. Говорить не хочется, но все это – поколение Comedy Club. Мои внуки смотрят такие передачи, к сожалению. Кроме того, появился Интернет – очень пагубная штука, от которой не скрыться. Она засасывает молодежь и приучает к мысли, что все можно купить и что вторгаться в личную жизнь – это в порядке вещей. Такие понятия, как скромность и стыд, в Интернете вообще неприемлемы. Из-за него все, что писатели нарабатывали годами, может исчезнуть в один миг.

Такие печальные прогнозы были во все времена. Например, когда зарождалась эра телевидения, говорили, будто оно вытеснит литературу и живопись, но этого не произошло

– Да, но молодежь сегодня не знает произведений Гоголя, Салтыкова-Щедрина, Бабеля или того же Жванецкого. А на этом юморе мы учились. Мы вышли из него, а Comedy Club вышел из Америки. Это американская программа, где выступают люди с улицы, ругаются матом, и все жутко хохочут. Такой юмор теперь плодится на всех телеканалах. И лишь изредка появляются хорошие передачи. Мне сначала понравился «Прожектор ПэрисХилтон», где молодые артисты с иронией обсуждают прессу за неделю. Но и к этой программе у меня возникли кое-какие претензии, потому что нет хороших авторов. Передача построена на принципе быстрой шутки. Смех должен раздаваться каждые восемь секунд.

- Вы начинали в театре миниатюр Аркадия Райкина. Публика по сей день помнит миниатюры в исполнении Ильченко и Карцева. Тексты писал Михаил Жванецкий. Но переломным для вас оказался 1970 год, когда вы ушли от Райкина…

Нажмите, чтобы увеличить.
- Да, мы работали с ним в Ленинграде восемь лет… Но ушли потому, что под крылом мэтра почувствовали себя скованно, да и сам Аркадий Исаакович ревностно относился к нашим успехам, поэтому мы расстались и вернулись в Одессу. Делали программу «Как пройти на Дерибасовскую» и надеялись стать знаменитыми, поскольку нас тогда еще мало кто знал. Это было лето 1970 года. Но когда программа была почти готова, город накрыла холера. Все сидели в обсервации, никого на улицах не было. И только мы втроём счастливые ходили по городу. За несколько дней до премьеры нас вызвали в обком партии и сказали: «Уезжайте из Одессы». Мы стали сопротивляться: мол, как же так, у нас ведь программа на носу?! Но обкомовцы были неумолимы: «Уезжайте на гастроли, а то страна думает, что Одесса вымерла». И нам пришлось собирать чемоданы.
У нашего директора был приятель в Ростове-на-Дону – директор филармонии. Позвонил, представил нас как ребят из театра Райкина. На том конце провода сказали: «Пусть приезжают». Мы приехали, но нас боялись, как огня. Ростовчане спрашивали у нас, правда ли, что в Одессе на улице валяются трупы. Ни одного трупа мы не видели, но я уверен, что этот слух распустили сами одесситы. В Одессе всегда так: никто ничего не видел, но разговоров много...

- Как вас принимали на первых гастролях?

- В первый день на наш концерт в филармонию пришли всего тридцать человек.

- Это провал

- Да, но мы добросовестно сыграли спектакль. А потом нам предложили показать его в Ростовской области. Помню, один из администраторов посмотрел нашу программу и сказал: «Вы слабые артисты и напрасно приехали. На Дону хорошо идут только цыгане и лилипуты». Ему не нравились наши миниатюры «А вас?», «Везуйчий-невезучий», «Кассир и клиентка». Поэтому он говорил: «Давайте на концерт не спешить, помогите мне лучше разгрузить продукты». И возил нас на грузовике по деревням, мы помогали ему выгружать картошку и свёклу, которую он продавал... И когда мы с опозданием подъезжали к дому культуры, то не могли попасть на собственное выступление. Администраторы запирали дверь на ключ и не пускали «опоздавших». Объяснять же, что мы артисты приходилось очень подолгу.

- Вы так бы и погрязли в глубинке, если бы…

- Да, да, если бы не поездка в Москву. Мы поехали на конкурс артистов эстрады, где завоевали второе место. Первое получил человек, который читал письма Ленина. Нас как победителей сразу же показали по телевидению, записали целый ряд миниатюр, и в Ростов мы вернулись знаменитыми. Что тут началось! Публика плюнула на холеру и стала ломиться в филармонию. Не было свободных мест. У входа в филармонию и за кулисами дежурила конная милиция. Ее вызвал администратор, чтобы не прошли безбилетники. Конечно, это была счастливая пора нашей жизни. Мы сыграли двадцать спектаклей при полных аншлагах, после чего въехали в Москву на белых конях…

- Сегодня вы не часто появляетесь на экранах, но ведь не оставили творчество?

- Нет, я и не думал его оставлять. Четыре года назад я сыграл в спектакле по произведениям Семена Альтова, снялся в «Мастере и Маргарите». Я часто выступаю с сольными программами, но широкая публика обо мне не слышит, потому что я еду туда, куда хочу. Большие вечера бывают на гастролях. Я люблю выступать в Петербурге, в Одессе, в Израиле, в Америке, но играю спектакли и в Ереване. Иногда ко мне подходят на улице: «А вы еще выступаете?» Просто у нас менталитет такой: если человека нет на телевидении, то, значит, он умер или спился.

- А старые ваши миниатюры публика просит исполнить?

– Да, на концертах иногда просят исполнить «Раков». Но я этот монолог давно не читаю, потому что всему свое время. Да и как исполнять? Вчера видел раков по 583 рубля за килограмм. Это большие. А сегодня маленькие – по 240. Не совпадают цены. Но все равно приятно, что люди помнят, и не только «Раков». «Собрание на ликероводочном заводе» долго помнили или «Наш человек на складе», «Где ты был с 8 до 11». Но «Раки» и «А вас?», конечно, побили все рекорды. Это заслуга Жванецкого.
Нажмите, чтобы увеличить.


Недавно вы выпустили очередную книгу юмористических рассказов, но она продается только на концертах…

– Книга вышла тиражом в две тысячи экземпляров, и я забрал себе весь тираж, потому что не хочу, чтобы она продавалась на вокзалах. Я продаю ее нормальной публике, которая это действительно прочитает. Я стал писать еще и потому, что с Мишей мы сейчас почти не работаем, он сам выступает, а мои рассказы тоже понравились зрителям. У меня 60 своих миниатюр, и бывают вечера, на которых я по два часа читаю свои вещи. Честно говоря, не могу их даже выучить, потому что противно учить собственные тексты. А так я читаю как бы с листа.

Вы говорили не раз, что после смерти Виктора Ильченко помогаете его вдове…

– Да, я отдаю ей деньги от продажи кассет, где записаны наши с Витей номера. Миша тоже старается помогать, потому что ей нелегко. Исполнилось 17 лет, как с нами нет Вити. Мы ходили на кладбище, возложили цветы, помянули. И пока я тружусь, буду помогать этой семье.
_______________________
© Борзенко Виктор Витальевич
Фотографии из личного архива Р.Карцева
Физика в поисках эффективной теории
Эволюция взглядов на происхождение вселенной: от простейших законов к Мультиверсу и модельно-зависимому реализ...
Мегапроекты нанокосмоса
Статья о тенденциях в российских космических программах на основе материалов двух симпозиумов в Калуге
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum