Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
Главлит придет, уверенно и беспощадн
Воспоминания и размышления журналиста и деятеля СЖ СССР в связи с приказом ФСБ...
№10
(388)
07.10.2021
Творчество
Российские туристы в Фенноскандии. Путевой фотоочерк
(№17 [235] 20.10.2011)
Автор: Елена Сафронова
Елена Сафронова

…И так хочется плакать…

      Вообще-то из туристической поездки в Фенноскандию я вернулась почти месяц назад. За это время можно было написать, наверное, книгу с картинками (таковыми могли бы послужить фотографии, которых я наснимала более двух тысяч!). Тем не менее, я неприлично долго не могла взяться за такое – само собой разумеющееся для журналиста-публициста! – дело, как написание путевых заметок. Да ещё на основе первой в моей жизни зарубежной поездки. Если не считать советскую Прибалтику и постсоветские Украину и Белоруссию. А вот с «настоящей» заграницей мне до сих пор не везло. 

Теперь повезло. И что же? Вместо того, чтобы строчить восхищённые отчеты и все социальные сети завешивать фотографиями из Финляндии и королевских замков Швеции, собираюсь с мыслями и силами, как будто собираюсь написать антикоррупционное расследование…

Обдумав причины промедления, догадалась.

У неглавного, скажем так, члена общества, родившегося в СССР и снабженного «по умолчанию» психологией «совка», поездка за рубеж ассоциируется с единственным откровением: как «у нас» все фу-у! – и как «у них» всё ого-го! После чего теряешь в глубинах собственной психологии без того ничтожные остатки «национального самосознания» или «государственного престижа». И не слишком-то хочется пороть трюизмы…

А что сделаешь, если так и есть?..

Но – по порядку, взяв себя в руки и формулируя то, что хочется сказать, даже нелицеприятное.

 

…Сборы

Для современного россиянина, не наделённого правом (или, того хлеще, обязанностью) ездить за границу постоянно, не имеющего такой возможности проводить уик-энды, туристический выезд – целая процедура, которая ощутимо бьёт по чувству собственного и национального достоинства. Я имею в виду оформление визы, требующее соблюдения «железобетонных» формальностей: подтвердить свой социальный статус, наличие работы, денежных накоплений или спонсора, оплачивающего твой круиз. Понятно и ёжику (самым тугодумным объяснят менеджеры турагенства), что зарубежные развитые государства боятся «наших» и хотят подстраховаться от шанса, что «наш» захочет сменить место жительства. Конечно, подстраховка происходит не только на российской стороне, в странах Скандинавии жёсткие иммиграционные законы, несанкционированных «гостей» выставляют вон без особого политеса. Как случилось, например, с россиянкой Ириной Антоновой, которой финские власти не разрешили доживать свой век в Финляндии у дочери, за что теперь будут отвечать в Европейском суде по правам человека (http://echo.msk.ru/news/802477-echo.html). Но при подготовке себе «цивилизованного отдыха» не раз и не пять ощутишь, что тебе банально не доверяют! А проверяют – твою работу, зарплату, счета… Но как им не проверять, когда Николай Карамзин, идеалист и монархист, старавшийся историю государства Российского елико возможно возвысить, брякнул русским эмигрантам во Франции (на вопрос, как дела в России): «Воруют!»? И покаянная самокритика сделалась крылатым выражением, пошла по Европе… Интересно, вздумай Карамзин соврать, а) поверили бы ему бывшие соотечественники и их потомки? б) сложилось бы к россиянину принципиально другое отношение? в) не было ли тогда уже других, более весомых доказательств для Европы, что с «нашими» надо держать ухо востро? Полагаю, были. 

Если старушка цивилизация относительно спокойно пережила явления советских туристов, лишавшихся дара речи от увиденных чудес, и их профсоюзных, партийных, дипломатических и прочих руководителей, то «новые русские» в малиново-золотом оперении заставили даже Шпенглера, предрекавшего закат Европы, перевернуться в гробу. Сейчас Европе только-только показывают иные поколения россиян – образованных, культурных, уверенных в себе… не устрашающих, иными словами… Интеллигентных – сказала бы, имея в виду похвалу, да почему-то многие соотечественники это слово принимают за оскорбление; видимо, хорошо потрудилась сами понимаете какая пропаганда над образом «русского интеллигента». Но Россия – страна крайностей. Как сказал М. Жванецкий? «Нет ничего хуже нашего хама, нет ничего лучше нашего интеллигента». Не скрыть от мирового сообщества новый всплеск преступности, порой декорированный в рамки (тесные) политических и идеологических кампаний… Не объяснить логику ставших внезапно повальными убийств прохожих – кикбоксерами (не только в Москве, но и в Саратове было такое жуткое дело)… Вы все еще хотите безвизового режима в Европу для «наших»?..

На мой счёт принимающая сторона могла быть спокойна – документы в порядке. Кто выезжает на отдых – они непременно в порядке. Но, конечно, задумываешься: за что «они» так хлопочут?.. 

Тут ещё следует пояснить, что я не понимаю валяние на пляже, и потому меня совершенно не прельщает Турция, Египет (даже со сказочными скидками за форс-мажорное обстоятельство в виде зимней революции) и прочие лазурные берега – мне хотелось познавательного и вместе с тем эстетического отдыха. Но и для вылета в жаркие «пляжные» страны требуется солидный статус, неоднократно говорили мне подруги, оформлявшие справки о должностях и доходах. Замечу в скобках, что к себе горячая принимающая сторона не применяет таких высоких требований – вон сколько шуму наделало нападение сантехника на российскую туристку, а главное – апатия правоохранительных органов Египта (http://hurgada.in/news/?ELEMENT_ID=3040 )!..

Хотелось верить, что вояж к северным соседям – совершенно другая история. Наивная, я собиралась за воплощённой историей средних веков, которой «болела» в детстве. Более опытные товарищи по путешествию собирались за содержимым финских и шведских магазинов – и, судя по количеству багажа на обратном пути, не прогадали. И никаких ни у кого историй на грани фола – если не считать какого-то эпизода в сауне шведского отеля, когда женщины оказались шокированы видом мужика в костюме Аполлона и побоялись зайти вместе с ним в парную… но это был смех, а не страх. 

А давайте, пригасив чувство неловкости за то, что мы, якобы, рылом не вышли для «просвещённой Европы», попробуем понять, за что же «они» хлопочут, проявляя строгость к русским туристам.

 

…Финляндия

      У нашей группы была великолепный гид – Елена Генриховна Фокина. Большое спасибо ей за то, что давала полноценные исторические очерки обо всех территориях, которые проезжал наш автобус – об Ингерманландии, о Финляндии, о Турку, о Стокгольме, о городах Лидчепинге и Вадстене, о королевских дворцах Грипсхольм и Дротннингхольм! Исключительно подробные рассказы. Исключительно приятный гид, настоящий профессионал! Дай Бог в следующей поездке, буде она состоится, опять напасть на такого же сопровождающего! 

Разумеется, все сведения, которыми наделила нас Елена Генриховна, повторять я не буду, информация, слава Богу, не закрытая, легко доступная… 

Правда, для тех, кто интересуется историей и политикой, эта информация имеет полярную окраску. Начиная с финской границы. С точки зрения «собирания земель» под началом великой державы нынешняя самостоятельность Финляндии – нож острый. А я скажу так: сколько Советский Союз ни пытался испортить Финляндии жизнь, ему это, к счастью, не удалось. За исключением сейчас российской территории 150 км в ширину, где стоит город Выборг – «откуп» маршала Маннергейма после поражения СССР в «зимней» войне 1939-1940 года, «странной» войне, начатой советским командованием. Как говорят, пожертвовав малым, Маннергейм спас большое – самостоятельность страны. Но более 400 тысяч финнов не смирилось с переходом части Финляндии в «государство рабочих и крестьян», собралось и ушло на север. Что творится в умах и сердцах тех, кто остался тогда жить в Выборге, либо их потомков… лучше не думать!.. Ведь Выборг откровенно разрушается. Его красивые исторические кварталы, сформированные с европейскими средневековыми требованиями к застройке, выглядят осыпающимися декорациями. Сквозь стрельчатые окна первых этажей можно увидеть небо. Булыжные мостовые явно не менялись и не укреплялись со времён Маннергейма; но там, где асфальт – еще хуже. Что, если всю эту русскую периферийную разруху наблюдают те, кто помнит город живым, деятельным и обихоженным не по-русски?..

Хотя, может быть, время всё залечило… 

Нажмите, чтобы увеличить.
Вид на Финляндию

Финская граница была отодвинута от Питера на 150 км, и во время блокады Ленинграда при обстреле была наиболее опасна сторона, открытая немецкому наступлению – со стороны Финляндии артснаряды не летели, сказала Елена Генриховна, петербурженка. Далеко не все страны воевали с СССР, тем более начиная первыми, несмотря на политические уверения, что «кругом враги».

Отношения же с царской Россией были у Финляндии (Великого княжества Финляндского) почтительными. В XVIII веке Финляндия из шведского наместничества сделалась российским, а в 1809 году сейм (высший государственный орган) признал её автономией в составе Российской империи, с наличием своей конституции и законов, но – с верховной властью российского императора. А в 1863 году был волей российского императора признан государственным языком Великого княжества Финляндского – финский. Оба российских императора, подарившие права и свободы Финляндии, Александр I и Александр II, увековечены в памятниках в столице Финляндии. 

Нажмите, чтобы увеличить.
Здание сейма и Александр I

Нажмите, чтобы увеличить.
Александр II

 

В Хельсинки спокойно соседствуют православные и лютеранские храмы. Вообще, анекдоты про «горячих финских парней», наверное, имеют житейское основание – в том смысле, что финны от природы спокойны и миролюбивы. И поразительно терпеливы! Семь веков (в середине II тысячелетия) терпели шведскую волю, позволяли шведам пользоваться своей территорией – впрочем, не слишком богатой, не обильной полезными ископаемыми; до сих пор основное богатство Финляндии – лес и его обитатели. От этих обитателей вдоль всех автодорог стоят проволочные сетки… Заботятся и о людях, и об оленях. В России я такое видела лишь… вдоль железных дорог в Ленинградской области. Вероятно, прямое заимствование у финнов.

Пожалуй, явственнее всего напоминает о долгосрочном анклаве Финляндии и Швеции, в котором Финляндия занимала, скажем так, не лидирующее положение, термин «финский швед». Он касается всех уроженцев Финляндии, шведов по крови. По иронии судьбы, большая часть знаменитых людей Финляндии – композитор Йохан Сибелиус, политик Каарло Юхо Стольберг, автор первой финской конституции и первый президент, писательница Туве Янсон, «мама» мумии-троллей, и многие другие – «финские шведы». Такую же этнически-ментальную загадку представляли собою все четыре президента Финляндии, начиная с 1919 года. Только пятый, нынешний президент, Тарья Халонен – чистокровный финн. Так вот, численный перевес «финских шведов» в политике и культуре, говорят, предмет постоянного расстройства финнов… но оно не действенное. Вон, любимый финский герой ХХ века Карл Густав Эмиль Маннергейм – вообще этнический немец, служивший в русской имперской армии. 

Все знаменитые финские деятели, со шведскими корнями или без них, были изображены на купюрах финской марки, с которой страна простилась в 2002 г., при переходе на евро. Тогда по всей Финляндии были развешаны плакаты с крупными копиями марок, а деятели, изображенные на них, плакали. Так они сопротивлялись «глобализму»… Но, кажется, с переходом с марки на евро рядовые финны не пострадали материально. По словам нашего замечательного гида, в Финляндии средняя зарплата – порядка 2 тысяч евро. Про доход, допустим, от бизнеса, речи нет – там другие цифры. Сравнивая с нами… нет, лучше не сравнивать! 

В пути нам показали советско-финский фильм Л. Гайдая «За спичками», экранизацию одноимённой повести Майю Лассила – русскоязычную версию. На земле, о которой идёт речь в фильме, это кино смотришь другими глазами, и удивляет то, о чём раньше не задумывался: почему в совместной экранизации повести финского писателя на финскую тему ведущие роли играли российские актёры, а финским достались эпизоды и второстепенные персонажи?.. Если бы речь шла об экранизации «Конька-Горбунка» П. Ершова – тогда такой расклад был бы естественным. А тут… как-то странно… Естественно, турист видит страну из окна экскурсионного автобуса, а если и выходит из него, то в местах заведомо приглядных и показанных «лицом». Слушает рассказы гида. Да вспоминает из интернета, что современная Финляндия – парламентская республика на уровне прочих европейских стран. То бишь претендовать на полное знание жизни в государстве, где гостит, не может. Но есть нюансы, с которых обычно начинаются разочарованные вздохи туристов. Например, чистота улиц (не идеальна, безусловно; в Хельсинки грязнее, чем в Стокгольме, но чище, чем в Выборге, Питере, о Москве промолчим), ровность дорожного покрытия, аккуратность уличных кустарников, ухоженность исторических памятников, обилие уличных туалетов и практически стерильность внутри них… при том, что часто они открываются без символического взноса в 5-10 евроцентов. Да и та же самая проволочная сетка, разделяющая автомобилистов и животных… Скажем, у нас с подругой в Тверской области был случай – чуть не наехали в темноте на лося. Мёртвого. Не хотелось представлять в деталях, что досталось тем, кто наехал на него живого… В Финляндии столкновение с лосем если не исключено, то маловероятно. И, казалось бы, что сложного сетку поставить!.. 

Не столько зарплатам финским хочется завидовать, сколько организации их жизни и быта. Например, бесплатному высшему образованию. Как заметила Елена Генриховна, «платное образование – наше изобретение». Налаженному малому бизнесу, ведомому спокойно в рамках законодательства, без экзотики вроде рэкета, коррупции и взяток. А слово «откат» финские предприниматели, не исключено, понимают только в контексте волн Балтийского моря. Мы покупали рыбу почти на границе (оттуда – сюда, а не наоборот). Небольшой коптильный завод и при нём рыбный супермаркет отбою не знает от покупателей – туристов. Потому что красная рыба (в том числе осетрина) по нашим меркам стоит вовсе недорого. Почему она стоит недорого?.. Полагаю, потому, что… см. выше. 

Но я что-то зациклилась на том, что в России называется бытовухой, а в Европе – бытом. Финляндия – очень красивая страна; для тех, кто, как Константин Паустовский в Мещёре, умеет видеть в невзрачном – прекрасное. Её пейзаж – в основном лесной и скалистый; постоянно видишь воочию, что значит метафора «на камнях растут деревья». Сосны и ели вырастают на протяжении всей дороги до Хельсинки прямо из базальтового (а может, гранитного, я не геолог) плато. Огромные валуны, «наследство» ледника, прокатившегося здесь 13 тысяч лет назад, разбросаны тут и там. Вид такой, что хочется произвести «фотошоп» - убрать из пейзажа аккуратные домики, зеленеющие поля (и без того нечасто встречающиеся), машины, вышки связи, наш автобус – и насладиться «дикою красой», замерев перед абсолютной гармонией суровой природы. 

Нажмите, чтобы увеличить.
В маленьком городе

 

Маленькие городки Финляндии очень уютные… но, наверное, жить в них скучновато. Но финны, скорее всего, так не считают. У них «хуторское» сознание, а не «общинное». Может быть, они сами не шибко стремятся в города, может быть, экономика не требует переезда в мегаполисы… только город типа Турку, с населением в 200 тысяч человек для Финляндии (с населением порядка 9 миллионов) – крупный. Тогда Хельсинки (свыше 4 миллионов) – город-гигант! Красивый и нарядный город, производящий безошибочное впечатление, что его жители довольны им, что у них взаимная любовь и взаимная гордость. Хельсинки, как и положено столице, - город, сочетающий застройку разных эпох и продолжающий расти – потому окраины его вполне современные, то есть не привлекающие особого внимания. Центр, конечно, куда более живописный, богатый памятниками старины. Интересно, что только в столице Финляндии есть такая «достопримечательность», как трамвай. Воздух в Финляндии везде кристально чистый. Ну, в поле – ладно, но как им в мегаполисе это удаётся?! Хельсинки – зеленый город, полный парков, скверов, бульваров; знаменитый памятник Сибелиусу (в виде органа) стоит посреди парка; дворы сплошь засажены деревьями, при этом вылизаны – ни одной бесхозной веточки не валяется! Но зелень – о чудо! – даже в сентябре была нежно-зеленой, свежей, а не пыльно-желтой и свернутой в трубочки, как на Бульварном кольце. Она побеждает углекислый газ, а не наоборот. Наверное, тому причиной слабое автомобильное движение (и наличие в автомобильном топливе катализаторов, «растворяющих» вредные примеси, которые у нас выпускаются в огромное небо). Автомобилей на улицах Хельсинки и Стокгольма на несколько порядков меньше, чем в Москве и Питере. При том, что они, бывает, едут поодиночке на целую улицу, этот единственный автомобиль обязательно притормозит и замрёт, если ты стоишь на краю тротуара. А не обрызгает тебя грязной водой из лужи (лужи в Финляндии есть, но не «миргородские»). И не подрежет пешехода. И не поторопит тебя гудком, звучащим, точно оскорбление. В лучшем случае – приглашающе помигает фарами…

Жаль, что в Финляндии мы были проездом по пути в Швецию и из Швеции, и на все про все красоты обеих финских столиц были считанные часы. Я хотела бы вернуться и погулять по Хельсинки, никуда не спеша. Подышать национальной флегматичностью и, наконец, расслабиться! 

Правда, лучше это делать – расслабляться, оттаивать душой, приобщаться тишины и покоя, слушать ход времени и никуда не спешить, etc., в Турку. Эта первая столица Финляндии, возникшая стихийно (точнее, возникавшая в течение многих веков как торговая «точка» на перепутье нескольких важных путей, морских и сухопутных, с юга на север Европы), дышит средневековьем. Центральная, древняя часть турку, как я поняла, не так уж велика – легко обойти пешком за несколько часов. Самые прекрасные архаичные здания старого Турку – кафедральный собор, который окружают миниатюрные на его фоне дома горожан, аутентичные XVI – XVII векам, забавные и серьезные, как лилипуты перед Гулливером. Собор основан в 1229 году. 

Нажмите, чтобы увеличить.
Кафедральный собор Турку

 

Основание его – крупные, кое-как обтёсанные (будто обгрызенные! Что породило местную легенду о великанах, начавших строить для себя церковь, а потом возжелавших ее же разрушить) серые камни; середина и верх – тёмно-красный кирпич. Внутри вечный полумрак, и, сколько ни запрокидывай голову, потолок теряется в густеющей темноте. Основание же собора – сплошное кладбище: почти все важные жители Турку нашли здесь последний покой, а также шведская королева Катарина. Ведь шведы, занявшие Финляндию в XIII столетии, возлагали на Турку большие надежды как на форпост; с фортификационной целью и был основан замок Або. Так иной раз называли при шведах и весь город Турку. Шведы очень долго воевали с Россией – началась эта вражда, ещё когда Россия называлась Русью, а основным их противником было Новгородское княжество (Новгородская феодальная республика, называл это государственное образование Борис Рыбаков). В 1318 году руссы даже сожгли Турку, борясь со шведской экспансией… м-да, сложная у нас взаимная история. Потом, когда Финляндия стала российской провинцией, в Турку недолгое время была резиденция генерал-губернатора – как в столице Великого княжества. Через три года столицу перенесли в молодой город Хельсинки. Вовремя – вскоре в Турку случился ещё один пожар, на сей раз страшенный; выгорело все, кроме каменного «сердца» города-крепости. 

Вокруг кафедрального собора лежит эдаким серым ожерельем прямоугольная, обкатанная до тусклого блеска временем брусчатка. В тени собора стоит памятник финскому богослову и просветителю Микаэлю Агриколе, переведшему латинское богослужение на родной язык и создавшему литературный финский. Похоронен Агрикола… в Выборге. Это ещё ничего – философ Иммануил Кант похоронен в городе Калининграде… А на скромного, опустившего долу очи богослова в сутане через площадь заносчиво смотрит надменный господин в лихо заломленной шляпе с пером. Это генерал-губернатор Пер Брахе (иногда пишут Браге), который в 1640 году основал Абоскую академию — первый в Финляндии государственный университет. Этот же деятель повелел составить первый план города, зафиксировав исторически сложившуюся структуру застройки — вблизи собора на левом берегу Ауры и вдоль дороги, пересекавшей реку через единственный мост. Памятник Брахе поставлен в 1888 году. На памятнике выбиты слова: «Я был доволен страной, и страна была довольна мною». Потому Брахе так и красуется… 

Нажмите, чтобы увеличить.
Микаэль Агрикола

Нажмите, чтобы увеличить.
Памятник Сибелиусу

Нажмите, чтобы увеличить.
Пер Брахе

 

Интересно, почему Турку не испытывает никаких дорожно-транспортных неудобств из-за того, что волевой губернатор некогда на веки вечные сохранил узко-уличную планировку старинного города? Может, потому, что большинство горожан ходит пешком либо ездит на велосипедах и не мается проблемой, куда приткнуть свои здоровенные лимузины?..

Прощание с Турку для нас состоялось перед замком Або. Ввиду позднего времени (по Хельсинки это было 19.00, по Москве – 20.00) замок для посещения был закрыт. Хотя вообще открыт. Как мрачный памятник эпохе придворных интриг и королевских братоубийственных войн между шведскими правителями. Здесь попеременно пребывали сыновья шведского короля Густава Васы Эрик и Йохан. Эрик Йохана заточил в замке Грипсхольм и создал ему там более комфортные условия заточения, нежели Йохан Эрику в замке Або (тот отбывал заключение вместе с женой, а этот – в полном одиночестве; я ещё, помнится, читала, что Эрик умер в заточении, а спустя века в его костях нашли гиперосадки мышьяка). В связи с тем, что короли все искали замку Або утилитарное применение, он и достраивался и реконструировался аж до середины прошлого века.

Но, сказать по правде, замок Або на меня сильного впечатления не произвёл. Благодаря, видимо, тому, что собран, как паззл, из «кусков» разных эпох, и тому, что его первоочередной задачей была не красота или величие, а оборонная стойкость, это «просто» довольно длинное здание неправильным «покоем». Одна сторона замка повыше и постарше другой. Вторая с виду напоминает пакгуаз. Я вспомнила, как поразил моё юношеское воображение некогда Тракай, литовский замок на острове, и немного расстроилась: не такой!..  

Нажмите, чтобы увеличить.
Башня замка Або

Нажмите, чтобы увеличить.
Замок Або


Впрочем, разочарование объясняется не только тем, что в детстве деревья были большими. На следующий же день шведская архитектура вызвала «пандат» челюсти и немой восторг. А пока мы только медленно, но верно двигались к парому серии «Викинг лайн», курсирующему через Балтику в Стокгольм. Напоследок полюбовались яхтами на причале порта Турку. Одна из яхт, красавица неописуемая, так и стоит на приколе – не для плавания, а для эстетики, для усиления впечатления от порта, вероятно. Да, это здорово. 

Паром – огромный плавучий город, где есть, кажется, все для удобной жизни, от ресторанов до казино (и магазины, само собой; в связи с тем, что в Швецию ввоз спиртного в багаже ограничен, а все уже закупились в дьюти-фри, гид настоятельно просила не покупать на пароме бутылок на сувениры). 

Порой забываешь, что это корабль – так плавно и бесшумно он движется. Только вот каюты нижних палуб довольно тесные, так, что четырём пассажирам вставать и совершать утренний туалет надо по очереди. Но это логично – «у них» всё просто: за что платишь, то и получаешь. Решили сэкономить на каюте? Получай «пенал». При всей своей убористости, он достаточно эргономичен; и койки подвесные – мягкие и удобные. А ужин на пароме – шведский стол – заслуживает отдельной похвалы! «Руссо туристо» колбасная нарезка с парома поддерживает весь следующий день, признаться…  

 

…Швеция. Стокгольм.

 

Какие первые ассоциации у среднестатистического россиянина со Швецией? Малыш  и Карлссон! Но Карлссон немыслим без высокой черепичной крыши, под которой громадный чердак, его законный домик. 

Вот эти крыши – первое, что видишь, любуясь панорамой Стокгольма со смотровой площадки. Островерхие здания, стоящие густо, плечом к плечу, так, что видится нечто воинственное – и их отражение в воде, которая в Стокгольме повсюду, и невозможно толком сказать, стоя на берегу водоёма, что это – залив моря или рукав озера Меларен. Стокгольм стоит на 14 крупных островах… визуально кажется, что их гораздо больше… Перспектива Стокгольма, каким я его видела, - суровая, но благородная… Архитектурные красоты шведской столицы (и других городов, что мы видели) – не слащавы и не вычурны, а сдержанно-достойны. Они удивительно гармонируют с бледным северным небом, с холодной даже на вид водой и холмистым ландшафтом. 

Нажмите, чтобы увеличить.
Панорама Стокгольма 1

Нажмите, чтобы увеличить.
Панорама Стокгольма 2

Нажмите, чтобы увеличить.
Панорама Стокгольма 3


От громады стокгольмской ратуши дух захватывает, хотя обычно я не страдаю гигантоманией. Но чем-то покоряет эта краснокирпичная, потемневшая с веками, ставшая цвета запёкшейся крови, величина. С одного крыла ратушу венчают шпили с золотыми стилизованными изображениями дневного и ночного светил. Башни  Луны и Солнца – исторические элементы ратуши; возможно, память о праначале Швеции, о викингах с их языческим пантеоном и обожествлением сил природы. В викингах, хоть они и держали в страхе всю раннесредневековую Европу, то симпатично, что выбирали себе королей по достоинству, а умирали с мечом в руке (то есть в бою). Иными словами, заботились о своей репутации прижизненной и посмертной, и умели нести за себя ответственность… Башни ратуши – также смотровые площадки, откуда, пишут другие туристы, открывается божественный вид на четыре главных острова, где стоит Стокгольм. Нам не посчастливилось туда подняться. 

У стен ратуши могила одного известного нам викинга – Ярла (герцога) Биргера, того, которого убил молодой новгородский князь Александр в Невской битве, за что и получил своё прозвание. 

Нажмите, чтобы увеличить.
Стокгольм. Ратуша

Нажмите, чтобы увеличить.
Ратуша Ярл Биргер


Недалеко от ратуши – и другая достопримечательность Стокгольма (впрочем, развитая сеть этих достопримечательностей чудом кажется только нам – общественный туалет со всеми, так сказать, удобствами, которыми не все областные центры России балуют своих жителей; и кто мы после этого?..). Для мужчин вход бесплатный, для дам – пять крон.  Причину такой дискриминации я поняла сразу. Но мне не было жаль пять крон… проблема состояла в том, что у меня мелочи шведской не было! Я попыталась скормить монетоприёмнику пять евроцентов… десять… Это больше, чем пять крон, и дверь не открылась. Зато… подъехал на автомобиле суровый викинг, отпер дверь и сделал приглашающий жест. Откуда он меня увидел?! Где у них встроенные камеры?! Я пыталась ему всучить десять центов – не взял. Как приятен был этот пустяк!..

И, чтобы закончить туалетную тему, вечно актуальную для моих больных почек, доложу читателям, у кого схожие проблемы, что в Швеции общественные туалеты есть везде – в столице и провинции, в парках и скверах, в музеях, магазинах и на улицах. Пять крон – цена только уличного туалета, остальные бесплатны - сумма плёвая. Они появляются после первой же покупки, истратить их с толком можно либо на это самое, либо на открытку с видами Швеции. Потом понимаешь, что купить открытку можно было и за крону… Но я несколько раз столкнулась с тем, что шведки, выходя из туалета на улице, гостеприимно придерживают дверь для очередника, приглашая разделить их пять крон. А также в шведской столице есть два туалета… XVI века. Бесплатные, конечно. Устройство их элементарно: железная будочка и дырка вниз. Такое же, как на автовокзале в райцентре Спас-Клепики Рязанской области. Но гораздо чище, чем в Спас-Клепиках. Моют, чистюли, уличные кабинки со щелочами!..

Сдаётся мне, с этого и начинается цивилизация…

 

После ратуши поехали изучать старый Стокгольм. Он весь обитаем. В домах XVI века живут люди. Это очень престижный район, жильё – в собственность ли, в аренду – стоит недёшево. Владельцы домов делают всё, чтобы сохранить их первозданный вид снаружи – как ни крути, национальная гордость, исторический облик столицы. Если снаружи дом безупречно архаичен, внутри делай что угодно – так обитатели этих домов и поступают. Но, идя по улице в центре Стокгольма, ощущаешь физически, как с каждым шагом проваливаешься в прошлое, и трудно вообразить, что за этими стенами скрываются плазменные телевизоры… 

Закон об охране памятников старины и бережном, сохраняющим внешний вид объекта, использовании, должен работать во всём мире. Но в России то и дело сталкиваешься с тем, что инвестору либо пользователю «не в жилу» возиться с древностью, поэтому вековые дома либо сносятся, либо горят… Куда делись многие старинные храмы Руси, вообще молчу! Их сейчас, правда, активно восстанавливают, да что толку – рукотворная красота уже утрачена, руки современных строителей не могут, хоть расшибись, возвести храм так же, как возвели его за год до татаро-монгольского нашествия пращуры – не знавшие грамоте и на глазок!.. 

Самая старая церковь Стокгольма – церковь святого Николая, а также на обиходном шведском — Стурчурка, Большая церковь, стоит наискосок от королевского дворца не менее 8 веков – потому что в конце XIII века уже упоминается в завещании, то есть действует! В ней короновали шведских королей до 1873 года. В ней провозглашал торжество Реформации шведский реформатор Олаус Петри (памятник ему поставили у восточной стены храма в XIX веке). В ней по сей день поражает копьём змия святой Георгий (чьи мощи хранятся в церкви как драгоценнейшая реликвия). Оригинал сложнейшей средневековой скульптуры изготовлен из кости лося и дерева и позолочен так искусно, что кажется золотым. Копия, полностью из металла, установлена неподалеку на перепутье нескольких улиц. Копия тоже впечатляет. 

Но более всего, скажу честно, впечатляет овеществлённая история – бережно хранимая и любовно демонстрируемая туристам. Это касается и города-музея Лидчепинга; и города-машины-времени Вадстены (которые мы посетили на следующий день); и всех королевских дворцов, городских и загородных; и крохотной фигурки мальчика - самой маленькой уличной статуи Стокгольма, если не мира (он сидит в уютном дворике по деревьями; его надо погладить по голове и продумать заветное желание, и мальчик поможет мечте сбыться); и самой узкой улицы Стокгольма - Гамла Стан - Мортен-Троцигс-грэнд (у неё два названия, одно – в честь когда-то поселившегося здесь немецкого купца); и группы музеев в районе Шеппсхольмен - под открытым небом и в специальных помещениях (дня не хватит все их обойти, мы и не обошли). Мы посетили самый популярный музей Швеции – корабля «Васа», 1628 года постройки; пробывший на воде не более часа и не исполнивший своего актуального предназначения, этот флагманский корабль более полувека исполняет историческую функцию. К нему не остывает интерес учёных самых разных специальностей. Рядом были Северный музей, торжественный, как дворец, музей этнографии Скансен, музей героев Астрид Линдгрен… Но в музеях всегда есть что-то нарочитое. Из одних музеев духа города не постигнешь. Мы же с мамой пошли в парк, прогулялись по дорожкам, посыпанным гравийной крошкой, посидели на скамейке, посмотрели, как истово шведы следят за своим здоровьем – со счёта сбились, сколько мимо нас пробежало спортсменов обоего пола. Шведы без комплексов бегают, да не трусцой от инфаркта, а вполне профессионально. Кстати, повседневная одежда шведов похожа на спортивную. В спортивных костюмах тренируются, в простой, удобной и, видно, дорогостоящей, занимаются делами. Путаницы стилей нет. Есть ощущение, что всей нации инсталлирован хороший, но сдержанный вкус. 

Однако, несмотря на всеобщую любовь к спорту, в общественных местах стоят урны-пепельницы, и мы видели людей с сигаретами в толпе – несмотря на то, что нас пугали, будто курить на Западе в общественных местах нельзя. Может, конечно, это были туристы… Сигареты и крепкое спиртное продают в специализированных магазинах, имеющих на эти товары лицензию; в супермаркетах курево продают автоматы, насколько я поняла, поштучно. Купить их таким интересным образом не удалось: мелочи необходимой не нашлось. 

Считается, что табачные изделия там дороги… не дороже денег, честно говоря! По меркам шведской зарплаты сущие гроши – ведь средний швед, опять же, не предприниматель, зарабатывает в месяц по 25-30 тысяч крон, что в переводе на евро – порядка 4 тысяч, а в переводе на рубли… не будем о грустном. Больше всех в Швеции «получает» - именно так, а не зарабатывает – королевская семья: страна платит им пособие в 20 млн. крон в год. За то, что они просто есть. Проживают в замке Дроттнингхольм, не стесняя парламентской монархии (шведский парламент называется риксдаг и мирно соседствует с королевским дворцом). Вообще, короли Швеции исторически привыкли жить, скажем, экономно – в стокгольмском дворце стенные украшения искусно нарисованы на стенах, так, чтобы казалось, что это мраморная резьба. Может быть, и 20 млн. крон в год на королевскую чету и троих детей – не так уж много. Но уж как сложилось! Главное, все довольны, и никто никому не завидует. В Швеции со времён короля Густава III, короля-эстета, жившего в конце XVIIIвека, принята полная финансовая прозрачность налогов и доходов, которая никого не смущает – все декларируют свои доходы и платят с них положенные отчисления. Для русского слуха, согласитесь, звучит дико. Но заманчиво!..

Любопытно, что король, предложивший эту честную систему, сам же за неё поплатился – был убит своими офицерами на балу, когда его траты на прекрасное (строил театры, собирал картины, коллекционировал античные скульптуры) переросли предел терпения подданных. Король был застрелен, убийца его – казнён, но приобретениями Густава III Швеция до сих пор хвалится туристам… Это, кстати, единственный шведский король, убитый своим народом. Погибших в династических интригах не считаем. Как и короля-солдата Карла XII, побеждённого русскими под Полтавой, погибшего спустя девять лет в норвежском походе – хотя есть версия, что шальная пуля, поразившая его, была на самом деле выпущена кем-то из подданных, уставших от бесконечных разорительных войн, что составляли единственную радость короля. Но это всего лишь версия… Памятник Карла XII в начале улицы Конунггарден (Королевский Огород) рукой показывает на восток, в Россию…

После старого города нам показали смену караула у королевского дворца. Это прекрасное музыкальное шоу, на которое любопытные занимают «места» за час до начала действа. Части королевской охраны маневрируют в плотном кольце зевак. Но с ноги не сбиваются. Русских обычно шокирует и будирует, что среди охранников много женщин. Они так красиво играют марши на духовых инструментах и двигаются в такт, что можно подумать - их главная задача – не столько охранная, сколько декоративная. Но проверять не советую!..

Новые кварталы Стокгольма похожи на все современные районы всех городов мира. Но есть одно отличие, которое я не могла разгадать почти всю поездку. Вот стоит дом – высокий, этажей 16. У него все, как у нас – крыша плоская, окна квадратные… и все же что-то не так!.. 

Оказалось, у шведских домов почти нет балконов. Это я не сразу осознала. А бросается в глаза «культура» пользования окнами. Окна шведских квартир, без разницы, в высотках или в «землескребах» - лишены штор. Похоже, шторы у них исключены из дизайна квартир как класс. Единственным исключением бывают жалюзи. Но и они днем чаще всего подняты либо повернуты так, чтобы не мешать. И на подоконнике обязательно стоит лампа! Вечерами они светятся. Когда во всем квартале горят лампочки на окошках – зрелище феерическое. А рядом с лампой - какая-нибудь декоративная ерунда: куколка, цветочный горшок, аромалампа, даже открытка. И все! Чистое, открытое, украшенное окно порождает – возможно, нелепые, наивные – представления, что за ним и жизнь – чистая и красивая.  

У частных лавочек в старых домах окна выполняют роль витрин. Без лишних изысков там выставлены товары, которыми торгуют внутри. Многие лавочники свой товар выносят на улицу. Видимо, уличное воровство у них не развито… перед окнами-витринами, само собой, стоят, глазеют, прохожие. В магазинах более современной планировки есть «настоящие» витрины с продуманной экспозицией.  

И если глаза – это зеркало души, а окна – глаза дома, то невольно просится аналогия о ментальной пропасти между «ними» и «нами». 

Её лишь усугубляет постоянное интернациональное приветствие «Хэй!», которое слышишь, чуть переступив порог магазинчика, кафе, музея, подойдя к продавцу или кассиру. Поди, разбери, по долгу службы приветствуют тебя – или от души радуются.  Невольно веришь во второе, памятуя, что бытие определяет сознание. 

У шведов вообще жизнь выглядит основанной на некоем «общественном договоре» взаимного уважения и доброжелательности. Об этих почти эфемерных для нас вещах дают представление так называемые стокгольмские пробки – аккуратные вереницы машин, спокойно, без истерик, движущиеся в нужном направлении в строгой очередности! В этих пробках нет заполошных гудков, рулад экспрессии водителей и попыток перехватить у соседа место повыгоднее. Таким образом, что характерно, пробки рассасываются куда быстрее, чем когда каждый хочет проскочить первым… На дорогах в обязательном порядке намечены полосы для велосипедистов. Гид не советовала нам «ловить ворон», стоя на этих дорожках – могут сбить и будут не виноваты, потому что для пешеходов есть своя зона – тротуары. 

Оказывается, соблюдать порядок движения очень просто – и очень эффективно! Понятно, что в Стокгольме не могло произойти ни трагедии по типу «столкновение на Ленинском проспекте», ни трагедии, как на Каширском шоссе, с вылетом на тротуар машины с пьяным водителем (в узком и опасном месте, где и трезвые водители порой не справляются с рулём!). 

По вечернему Стокгольму, по его новому району, мы с мамой ходили в супермаркет за продуктами с удивительным для самих чувством безопасности. Хотя страна чужая, а мы – гости непрошеные и «без языка».

Чего еще нет во всей Швеции – так это бездомных собак и кошек! А вот породистых и ухоженных, с хозяевами, по столице гуляет множество. Три вывода: хозяева понимают, что они в ответе за тех, кого приручили; не являются проблемами приюты для животных; и площадки для выгула собак с «гигиенической» целью, так как под ногами чисто. Кроме, будем объективны, площади королевского дворца, которую объезжает конная стража. Следы протопавших лошадей не спутаешь ни с чем…

 

…Швеция. Провинция.

 

Лидчёпинг, куда от Стокгольма ехать автобусом часа два – третий по величине город Швеции, авиацентр. И он же – тщательно сохранённый город позапрошлого века. Две части города – разделённые рекой - отлично уживаются друг с другом. Город-музей полностью соответствует условиям двухсотлетней давности: там нет воды, газа, отопления (кроме печного), электричество подведено избирательно – в домах, реконструированных в первозданном виде, его нет, но в турцентре – есть. Работает телевизор, на котором показывают репортажи о жизни городка-музея. А по улицам ездит забавный, как игрушка, грузовичок с небольшим кузовом – почтовая машина. Ей управляет молодой парень.  В отличие от «Почты России», где сотрудники – сплошь женщины (конечно, кому ещё в нашей стране таскать – а не возить - тяжести!), да к тому же предпенсионного возраста. «Заманить» в письмоносцы молодого русского человека нереально – даже армия не так страшит!..

Нажмите, чтобы увеличить.
Главная площадь Лидчёпинга


Кроме турагентства, в музее есть лавки, почта, начальная школа, крестьянские дома с ухоженными садами, дома ремесленников – гончара, плотника… Все, кроме церкви. Но с такими вещами не шутят – в Лидчёпинге есть действующий кафедральный собор епархии Линчёпинга Шведской Лютеранской Церкви. Ему приблизительно 800 лет, он сильно реконструирован и теперь представляет собой готическую постройку, кажется, вторую по высоте в Швеции. А «декоративной» церкви в музее, видимо, решили не создавать. Может быть, это было бы исторически неверно – скорее всего, прихожане оттуда ходили в главный собор.

Дело было в понедельник, всемирный выходной день музеев, и мы не увидели живых, одетых в национальные костюмы гончаров, плотников и прях. Зато увидели другое – отлично «законсервированную» старину, которой гордятся, которую берегут изо дня в день, а не от случая к случаю.

Правда, ещё больше Лидчёпинга мне понравилась Вадстена – миниатюрный городок на берегу озера Веттерн. Разница тонкая: старый Лидчёпинг специально сохранён, как музей, а про Вадстену я такого не слышала – тем не менее, город производит впечатление целого музея под открытым небом. В Вадстене есть несколько экскурсионных объектов. 

Первый – одноимённый замок Вадстена Слот, построенный в эпоху Возрождения, королевская резиденция первых Васа. Замок красоты и величия неописуемого! Неподалёку от замка обычно разворачиваются туристические автобусы. И там на обозрение туристов представлен рельефный план городка. Чтобы не заблудились… 

Нажмите, чтобы увеличить.
Лидчепинг. Собор

 

Второй - действующий монастырь, основанный в 1346 году святой Биргиттой, очень почитаемой в Швеции святой, единственной канонизированной шведкой. Аристократка, придворная дама, преданная жена, мать восьми детей, она после смерти мужа удалилась в монастырь, а спустя два года после пострига основала новый монастырь в Вадстене. На месте королевского дворца. Королевская чета прислушалась к «видениям», которыми прославилась Биргитта, уступила дворец монастырю. Церковь в монастыре была возведена по чертежам самой Биргитты, которые явились ей в момент откровения (стоит до сих пор!). «Революционным» для той эпохи было, что монастырь был «смешанным» - мужским и женским. Не надо скабрёзного «хи-хи»! – строже устава, чем в монашеском ордене биргиттинок, поискать!.. С королевского дворца, ставшего женским «корпусом», счистили все украшения, из бывших покоев вынесли все предметы роскоши, в храме не завели дорогостоящего инвентаря; монахи и монашки попадали в церковь по тайным ходам и встречались только на службе. Это аббатство дольше всех в Швеции было католическим, но все же уступило Реформации. А потом потеряло и культовое предназначение, сделавшись приютом для инвалидов войн (в XVII столетии, раньше, чем в нашей стране – постоянном спарринг-партнёре Швеции задумались о призрении немощных солдат). Теперь в бывших монастырских кельях музей (жутковатый, надо признать, в своей аутентичности), а в храме – приходская лютеранская церковь. Да ларец с мощами святой Биргитты. Также в ларце хранятся останки многих сподвижников святой, начиная с её дочери, продолжившей материнское дело. 

Неожиданно было увидеть в шведских приходских храмах «детский уголок» - маленькие столики, стульчики, даже игрушки. И, каюсь, с удивлением узрела во всех кирхах православные иконы. Оказывается, с 1930 г. шведские церковные иерархи держат курс на равное почитание всех мировых религий. Интересно, как бы это откомментировали наши верующие?

В «музейной» части Вадстены находятся также кладбище инвалидов (включая участников Полтавского сражения), начальная школа в старинном здании, дом скорняка Якоба 1520 года постройки, бывшая психиатрическая лечебница, а ныне медицинский музей этого скорбного терапевтического направления. Старинная улица продолжается и приводит в центр городка. А там – будто с территории музея и не выходили!.. Городок почти «пряничный». Старина сохраняется не досками с надписями «охраняется государством!» - не загадочными структурами с труднораспознаваемыми функциями, а реальными людьми. Эти люди предпринимают реальные меры. И вот результат. В Вадстене можно кино снимать с историческим сюжетом, и диссонировать с фоном будут разве что велосипеды – любимый транспорт шведов, как и финнов (даже чиновники высокого ранга ездят на службу на велосипедах). Но ведь велики легко вывести из кадра!

По пути до этих городков Елена Генриховна рассказывала о современном состоянии Швеции. Запомнилось, что школьное образование здесь имеет две ступени: начальную школу, где к учащимся относятся «толерантно», не напрягая уроками, стараясь, чтобы они знали три дисциплины: родной язык, математику и английский. Их готовят к тому, что они станут «гражданами мира». В хорошем смысле слова. 

 
Нажмите, чтобы увеличить.
Вадстена

Нажмите, чтобы увеличить.
Вадстена. Аббатство


Мне в Швеции было ужасно стыдно за мой школьный советский английский. Доброжелательные лица шведских собеседников не менялись, когда я ломала язык и по три раза переспрашивала, привлекая на помощь артикуляцию и мимику, но самой-то было противно… Я училась в простой советской спецшколе с «углублённым изучением английского языка». Так называлась фикция, по которой мы получали пятёрки. Лишь немногие представители советской элиты могли по праву рождения претендовать на школы с подлинными иностранными языками – с прицелом на МГИМО. У них, наверное, английский с детства ставили так, чтобы был лёгок и бегл. А остальных детей, особенно живущих в провинции, готовили к тому, чтобы они провели всю жизнь за железным занавесом, веря официальной пропаганде об ужасах мира капитала. Не вина преподавателей – они сами языком владели кое-как, их тоже не хотели видеть «гражданами мира». Этим летом я уже получила щелчок по носу, когда полезла в разговор эмигрантов с какой-то конструкцией, что нам в классе преподносили за английскую идиому… а она была, оказывается, идиотской… Унижение в поездке было более протяжённым. Но я ещё хоть как-то вякаю на условном английском. Маму когда-то учили языку Бальзака, который она благополучно забыла. И в одном из магазинов её при покупке что-то спросили, она развела руками, а девушка-продавщица понимающе поинтересовалась: «Рашн?». Мама кивнула. Что скрывать - раз безъязыкий, значит, «рашн»… 

В возрасте, когда русские дети поступают в 9-й класс, шведские ребята тоже делают выбор: учиться в школе следующей ступени либо идти работать. Большинство выбирает дальнейшую учёбу, несмотря на то, что в этой школе уже будут требовать по всей строгости. А за школой второй ступени логично следует институт. Высшее образование и профессии, на которые оно даёт право, здесь в почёте. И оплачивается, как и должно быть, как и есть – везде, кроме 1/6 части суши – выше, чем неквалифицированные специальности. Но и те, кто стал рабочими, не бедствуют. Позволить себе они могут все «житейские удовольствия». Самое дорогое из них – жильё. На первом месте по престижу – коттедж, в городе или вне него, на втором – так называемый «рядный коттедж», на третьем – квартира в многоэтажном доме. Рядные «инкубаторские» коттеджи очень похожи на те, что наше правительство строит для погорельцев прошлого года – только качественнее. Но если не удаётся приобрести жильё в собственность, шведы не сильно расстраиваются, так как можно всю жизнь снимать квартиру или коттедж, не будучи при этом ущемлённым в правах либо удобствах… 

В общем, ясно, где царит настоящий социализм – только иначе называясь? Социализм как государственную идею-призрак не стоит путать с социализмом как общественным укладом, направленным на поддержание высокого уровня жизни граждан. Реальный социализм – только второй; первого, как мы убедились, не может быть, когда государство не считается с людьми. Для полноты иронии: муниципальные образования в Швеции называются… коммунами. Члены коммун – а это, по умолчанию, все жители района – активно участвуют в «местном самоуправлении», решая собственные коммунальные проблемы. Господи, это ведь так элементарно!.. Но – не для нашего «пирамидального» сознания, ждущего милостей от доброго царя…

Кстати, несмотря на довольно строгие правила въезда в Швецию, тем паче – на постоянное жительство, на не пользующихся спросом должностях (в особенности – в сфере услуг, официантами, уборщиками, грузчиками) трудятся индусы, индонезийцы, филиппинцы. Рыба ищет, где глубже – а человек – где лучше. Наши же соотечественники порой, мечтая перебраться за бугор, видят себя там новоявленными мессиями (чаще всего - в культурном плане), и на то, чтобы мыть посуду и таскать тележки, не рассчитывают. Хотя всякий театр начинается с вешалки…

Все время шведского вояжа мне вспоминалось стихотворение Николая Гумилёва «Швеция»:

 

«Страна живительной прохлады

Лесов и гор гудящих, где

Всклокоченные водопады

Ревут, как будто быть беде.

 

Для нас священная навеки

Страна, ты помнишь ли, скажи,

Тот день, как из Варягов в Греки

Пошли суровые мужи?

 

Ответь, ужели так и надо,

Чтоб был, свидетель злых обид,

У золотых ворот Царьграда

Забыт Олегов медный щит?

 

Чтобы в томительные бреды

Опять поникла, как вчера,

Для славы, силы и победы

Тобой подъятая сестра?

 

И неужель твой ветер свежий

Вотще нам в уши сладко выл,

К Руси славянской, печенежьей

Вотще твой Рюрик приходил?»

 

Стихотворение написано летом 1917 года, за четыре года до расстрела Гумилёва. По нему виден, как бы это помягче, душевный раздрай, что переживал поэт и офицер, утративший жизненные ориентиры и иллюзии. По крайней мере, осознания величия России, которым дышат военные стихи Гумилёва, здесь уже нет ни грана. Основной русской трагедии ХХ века еще не произошло… но Россия уже свернула с пути конституционной монархии, а очень скоро не станет парламентской республики… а что станет, всем нам известно. Теперь вот выкарабкиваемся из ямы; а бывший министр финансов Алексей Кудрин получил разнос на высшем уровне за то, что предрек: для выхода из кризиса нужно ещё полвека! Такая перспектива, ясно, не может обрадовать никого. Но в большей степени – тех, кто «внизу».

И хотя норманнская теория оскорбляет русское национальное сознание, так, что её начинают варьировать и искать подтверждения тому, что Рюрик, к примеру, был славянином по крови, а на новгородский престол был призван по праву рождения, как внук Гостомысла, - но для меня, например, несомненно, что России есть чему учиться у Швеции. Особенно – сейчас! Предание о призвании варягов сегодня обретает особый смысл. Может, пусть бы нынче они принесли нам социализм?.. 

Прекрасны королевские замки Швеции Грипсхольм и Дроттнингхольм, прекрасен парк вокруг Дроттнингхольма, скопированный с Версаля и потому похожий и на парк Петродворца (частью – «французский» геометрически выверенный, частью «английский», приближенный к природному). Прекрасны неправильной формы дворы Грипсхольма. Замок строился, разумеется, как крепость, однако всё больше использовался в качестве тюрьмы для особ королевского рода или как убежище королев. Только Густав III использовал Грипсхольм как резиденцию и культурный центр, облагородив внешний вид (сделав его дворцом, а не бастионом) и оборудовав в замке театр – в специальной круглой комнате на 100 зрителей. Теперь это своего рода портретная галерея шведских монархов и выдающихся шведов (Греты Гарбо, Альфреда Нобеля, квартета «Абба» и сотен других, не менее славных, но менее известных нам персоналий). Фотографировать внутри нельзя – картины и старинное убранство, особенно деревянные панели, сохранившиеся со средних веков, вспышки и излучения не любят. Но полукруглый каменный коридор я не смогла преодолеть соблазн сфотографировать!.. 

Нажмите, чтобы увеличить.
Грипсхольм

Нажмите, чтобы увеличить.
Грипсхольм. Внутренний двор

 

Памятники, объекты культурных паломничеств – это, безусловно, прекрасно! Однако бывает, что выйдешь из пышного дворца – а кругом «эти бедные селенья, эта скудная природа». В Швеции не окунаешься в «мерзость запустения», покидая дворец или музей. Прошлое и настоящее одинаково нужно этой стране, её правителям, её народу. И вот тут, как поётся в романсе Алексея Жемчужникова, «сердце рвётся с груди, и так хочется плакать…». Мы привыкли жить в обстановке, когда никто никому не нужен. Индивиды  дают симметричный ответ на тотальное равнодушие к людям системы – каждому в отдельности ничего для общества тоже не нужно. Особенно в плане сохранения исторического наследия. Единицы, кому нужно, любовно называются «шукшинскими чудиками». Или «Захаром Калитой» - есть такой чудной персонаж у Александра Солженицына…

За уклад государства, в котором свободные личности осознают свои права, обязанности и необходимости, и умеют жить по «общественному договору», наверное, «они» и хлопочут, устрожая правила миграции и предъявляя даже к туристам на неделю повышенные требования. 

 

…Возвращение

…Когда мы повернули домой, я увидела…

Нет, сначала лирическое отступление! Задумалась о том, что люблю путешествовать, и даже поездки по России воспринимаю, как «перемену мест». Наверное, глаз, не привыкший к столь резким переменам, как при выезде за границу, тоньше улавливает нюансы. Так вот, в своих поездках по России часто вижу города, организованные лучше, чем Рязань, место моей «постоянной регистрации» (доживу, интересно, до поры, когда её в реальности, а не в перспективе отменят?!). Как правило, это крупные города, хотя и не всегда. В одном городе чище и больше благоустройства, в другом – активнее культурная жизнь, в третьем – больше сохранившихся памятников старины, в четвёртом, наоборот, бытовая сторона устроена комфортнее… Но встречаются и небольшие городки, райцентры, пребывающие в стагнации, сравнимой с анабиозом. Вообще-то это российская геополитическая проблема… Но преимущества всех российских городов, вместе взятых, как раз и организуют общий уровень жизни в европейских странах! А ведь нет за границей ничего сверхъестественного! Ничего такого, чего нельзя было бы воссоздать у нас! Надо сущую ерунду – желание жить по-человечески. И – чуток посложнее – понимание, что национальный престиж состоит не в том, что «мы делаем ракеты, перекрываем Енисей», не в балете и не в футболе – а в заботе об удобстве и комфорте граждан на всех этапах их существования!.. 

Почему этого понимания днём с огнём не сыщешь в странах, поражённых «государственной» идеологией, доктриной первенства государства, а не личности? Не будем обобщать – не сыщешь «в одной, отдельно взявшейся, стране…» (В. Вишневский).

Мне кажется, те, кто живут в России, в своих прошлых жизнях совершили страшные прегрешения – и теперь для их искупления направлены сюда. И только от их «текущего» поведения зависит, задержатся ли их перевоплощения здесь, либо смогут переселиться в более комфортные зоны…

Современное христианство отрицает существование реинкарнации, так как не находит подтверждения о нем в Святом Писании. Но Святое Писание сложилось где-то в середине I тысячелетия н.э., а существуют доказательства того, что в раннехристианских текстах было упоминание о реинкарнации. Более того - раньше христианство реинкарнацию души признавало или, по крайней мере, не отрицало наотрез!.. Родоначальники христианства, как Григорий Нисский (257- 332 гг.), Климент Александрийский (150- 220 гг. н. э.), святой Иероним (340 -420 гг.) – автор перевода  Библии на латынь, или Арнобий (ок. 290 г.), или Юстиниан Мученик (100 -165 гг.), Ориген (185 — 254 гг.) говорили о существовании реинкарнации – и их учения сохранились в малочисленных, мистических христианских сектах (катары, павликаны, богомилы). Мало кто знает, что великий средневековый поэт и философ Джордано Бруно поплатился сожжением на костре не только за учение о многомерности вселенной, но и за… тезис о возможности реинкарнации! Хотя христианство признавало доктрину о переселении душ с самого своего возникновения, вплоть до Второго Константинопольского Собора, состоявшегося 5 мая в 553 г.н.э,. на котором председательствовал патриарх Константинопольский. На этом соборе святые отцы всерьёз (насколько можно всерьёз говорить об умозрительном) обсуждали, признавать или нет перед паствой доктрину о «сансаре» - и решили не популяризовать её. Скорее всего, из соображений не вполне религиозных – монотеистическая религия всегда, к сожалению, суть орудие «покорения» человека, приведения его к послушанию и материальному повиновению. И надежда на перерождение в «лучшей версии» исчезла из арсенала религии, называвшейся тогда «католической», то есть «всемирной, вселенской». Характерно, что английский писатель XVIII в. Генри Филдинг написал философско-сатирический роман «Путешествие в загробный мир», основанный на идее реинкарнации, остроумно совместив христианскую догму воздаяния за грехи с колесом сансары. Один из главных героев романа – небезызвестный Юлиан Отступник, до времени жизни Филдинга возвращающийся на Землю всё в новых обличьях, но никак не искупающий грех своего отступничества… А диакон Андрей Кураев посвятил этой проблеме книгу «Куда душа идёт», склоняясь, конечно же, к официальному толкованию единичности бытия – но и не забыв, что раннее христианство принимало реинкарнацию наряду с воздаянием за грехи (по той самой схеме, которую описал Филдинг!). 

Так что я, прости меня, Господи, свою теорию еретической не считаю!.. Особенно по следам путешествия. В ближайших к нам европейских странах живут, вероятно, наделённые телами души, которые подтвердили «там» свою благонадежность. 

Так вот, возвращаясь к увиденному…

…В центре Хельсинки, на площади, где сходятся важнейшие нити жизнедеятельности города, куда выходят разом вокзал, драмтеатр и музей, где грустит уже столетие обросший благородной медной зеленью национальный поэт Алексис Киви, и откуда отправляется большинство автобусов, туристических и рейсовых, я обратила внимание на мальчика в красной куртке. Он увлечённо играл в мяч. Маленький, точно теннисный, мячик, как и положено мячу, увёртывался от хозяина, прыгая по лужам. Гоняясь за ним, мальчик выкрикнул некое слово на букву «с»… Мало ли, подумала я, какие финские слова так похожи на русские и означают примерно то же. Но тут мальчик уронил мяч в большую лужу и возмущённо заорал: «Б..!». Повеяло родиной во весь русский дух.

То ли мальчик был русский (турист? эмигрант? жертва образовательного обмена?), то ли культурная экспансия России в Финляндию такая мощная…

Ещё сильнее стало чувство родины на русско-финской границе. Со стороны Vaalimaa на таможне всё было по-фински. А вот со стороны Торфяновки в туалетах… уже не было туалетной бумаги, одноразовых сидений и полотенец. 

И правильно! Побаловались – и будет! Нам жить здесь. Нам надо быть крепкими и закалёнными. 

Нажмите, чтобы увеличить.
Хельсинки. Драмтеатр и Алексис Киви

Нажмите, чтобы увеличить.
Хельсинки. Железнодорожный вокзал

Нажмите, чтобы увеличить.
Хельсинки. Церковь в скале

Нажмите, чтобы увеличить.
Хельсинки. Церковь в скале

Нажмите, чтобы увеличить.
Новый Хельсинки

Нажмите, чтобы увеличить.
Хельсинки. Двор

Нажмите, чтобы увеличить.
Пейзаж Финляндии

Нажмите, чтобы увеличить.
Финский пейзаж

Нажмите, чтобы увеличить.
Лидчёпинг. Велосипедная стоянка

Нажмите, чтобы увеличить.
Старый Лидчёпинг 1

Нажмите, чтобы увеличить.
Старый Лидчёпинг 2

Нажмите, чтобы увеличить.
Вадстен.Главная площадь

Нажмите, чтобы увеличить.
Вадстена. Слот

Нажмите, чтобы увеличить.
Дроттнингхольм

Нажмите, чтобы увеличить.
Дроттнингхольм. Парк

Нажмите, чтобы увеличить.
Аббатство. Храм

Нажмите, чтобы увеличить.
Святой Георгий

Нажмите, чтобы увеличить.
Смена караула

Нажмите, чтобы увеличить.
Св. Биргитта

Нажмите, чтобы увеличить.
Мощи Биргитты

Нажмите, чтобы увеличить.
Гробница Катарины

Нажмите, чтобы увеличить.
Памятник Карлу XII

___________________________________________

© Сафронова Елена Валентиновна - текст и фотографии

 

Виноградари «Узюковской долины»
Статья о виноградарях Помещиковых в селе Узюково Ставропольского района Самарской области, их инициативе, наст...
Человек-эпоха. К 130-летию Отто Юльевича Шмидта
Очерк о легендарном покорителе арктики, ученом-математике О.Ю.Шмидте.
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum