Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
Главлит придет, уверенно и беспощадн
Воспоминания и размышления журналиста и деятеля СЖ СССР в связи с приказом ФСБ...
№10
(388)
07.10.2021
Образование
Qui tacet – consentire videtur: кто молчит, тот считается согласившимся
(№3 [259] 15.02.2013)
Автор: Светлана Синицына

 

Наука – это, кроме всего прочего, школа честности и мужества...

О.Н. Писаржевский   

 

Последние два-три месяца смотрю, слушаю, читаю новости из жизни России с непреодолимым и всё нарастающим ощущением дежавю, приглушить которое отчасти помог давний исторический анекдот. Помните, князь Горчаков спрашивает Карамзина: «Так, что же происходит в России?» И получает откровенно-краткий ответ: «Как обычно. Воруют-с». 

Казалось бы, получая очередной скандал о воровстве то в сфере вооруженных сил, то в науке и образовании, то в коммунальном хозяйстве Санкт-Петербурга…, самое время традиционно произнести про себя речь о загадочной русской душе и также привычно обреченно признать, что поэтому нам до Германии, Румынии, Франции, Чехии и прочих – далеко. А можно ещё поставить логически закономерный вопрос: почему воровство в нашем, казалось бы, цивилизованном обществе XXI столетия, стало неотъемлемой частью бытия? Наверное, можно в этом плане согласиться с Леонидом Сухоруковым, который считает, что ворами не рождаются, они выращиваются государственной бездеятельностью. Причем, наглость, цинизм и явный обман фигурантов преступлений XXI в. мало чем отличаются от ситуации трёхсотлетней давности. Приведу несколько строк из интервью с министром обороны Сердюковым в 2010 г., данного им «Newsweek» http://forum.tambovnet.org/showthread.php?tid=16810&...;. Они почти дословно повторяют карамзинское признание: «Воруют. Когда я пришел в Минобороны, то, откровенно говоря, был обескуражен объемами воровства. Это ощущение не прошло до сих пор. Финансовая распущенность, безнаказанность людей, которых никто никогда не проверял. Причем, эта система так укоренилась, что стала уже образом мысли. Мы выстраиваем эффективную систему контроля. Не скажу, что сегодня проблему искоренили полностью. Но результаты есть, и весьма ощутимы». Действительно, если посмотреть на ситуацию уже в 2013 г., то анекдот продолжает успешно жить: «систему контроля» выстроили эффективную, главное «результаты ощутимы»: согласно официальным сообщениям, многомиллиардное воровство бюджетных средств, о чем неустанно твердят масс-медиа. 

Тогда-то вновь настойчиво проявляется дежавю, которое заставляет спросить: а действительно ли проблема только в эффективной системе контроля? Ведь и в самом деле: если найдём механизмы и принципы этого, то карамзинская эпоха станет полностью историей, а мы – европейски цивилизованным государством? Но ответ снова огорчительно-констатирующий: нет! Воровать продолжат, если только кардинально не изменится ментальность и общественные запросы общества, заставляя меняться и социально регуляторные, правовые институты, в том числе и законодательную базу. И особенно очевидно в сфере тонких и возвышенных материй, как принято было изъясняться в карамзинские времена, – в науке и образовании. Такие идеи всё больше обнаруживают свою актуальность и стратегическую жизнеспособность именно под давлением откровенно циничных, скандальных и при этом системных фактов интеллектуального мошенничества и воровства, о которых каждый день в течение последних месяцев сообщают отечественные масс-медиа. Не стоит особо напоминать, что последствия такого воровства, мошенничества или, иными словами, плагиата, не менее тяжкие, а иногда, возможно, и более тяжкие, чем последствия воровства имущества и денежных средств даже в особо крупных размерах. К счастью, наше правительство, судя по последним бурным реакциям на плагиат и всё, связанное с ним, начинает это понимать. Но достаточно ли этого, чтобы перестали воровать, хотя бы там и так, где это особенно очевидно? К сожалению, нет. И наиболее наглядно этот комплекс интеллектуально-нравственных и общественных проблем демонстрирует российское законодательство, обнажая зияние ментальных катастроф.  

Итак, за такой специфический вид воровства, как плагиат (и, прежде всего, в диссертациях) практически нельзя привлечь к уголовной или административной ответственности, потому что оно не связано с целью извлечения доходов, о которых говорится в ст.7.12 КоАП, и не причиняет, как правило, крупный ущерб (ст. 146 УК РФ). Причем, данная статья допускает разночтения, толкования. А это недопустимо в уголовном праве. Юридическая ответственность за такой вид воровства предусмотрена в основном гражданско-правовая (ГК РФ от 18.12.2006 N 230-ФЗ - Часть 4, Закон РФ «Об авторском праве и смежных правах»). Что это значит в переводе на язык наших повседневных проблем?

Например, трудно себе представить, что ученый, занятый наукой, загруженный в вузе преподавательской, педагогической деятельностью, имеющий семью и, как правило, негативное представление о попытках отстоять свою интеллектуальную собственность, решится защищать свое авторское право в судебном порядке. Тем более, что судебные споры связаны с определенными, иногда немалыми финансовыми затратами (экспертиза текстов и материалов, поиск доказательств, свидетелей и т.д.). При этом обзор судебной практики по авторскому праву говорит о том, что суды еще не имеют достаточного опыта в рассмотрении такого рода дел. Обусловлено это нашими культурно-историческими реалиями, комплексом ложного страха интеллигентного человека перед мошенником, интеллектуальным вором, да ещё и перспективой судебных тяжб. Сказывается ментальная и, естественная, правовая неразработанность подобного рода правовых норм, малочисленность прецедентов таких дел. Именно поэтому рассматривать в судах дела данной категории непросто. Суды еще не научились правильно оценить собранные доказательства по авторскому праву в их совокупности, в том числе и результаты экспертных исследований. Поэтому они зачастую руководствуются ответом коллегиального органа ученых диссовета, экспертного совета или специалистов ВАКа, которые фактически и присудили незаконно степень плагиатору. Диссоветы, защитившие плагиатора, как правило, не пытаются проявлять честную, принципиальную научную позицию, а защищают лженауку и, главное, себя. Образуется порочный круг или же принцип домино, когда нечестность, мошенничество одних приводит к их страху перед разоблачением и наказанием, с одной стороны, и откровенным унижением, уничижением тех, кто за кругом, с другой. Создаётся отчаянный и опасный общественный и правовой инцидент. Такой подход и «круговая порука», вседозволенность, обман, беспринципность, как показали последние события в Московском педагогическом институте, объясняются и разрешаются просто. Действующие в этих органах коррупционные схемы по присуждению «липовых» диссертаций показали всем наглядно, что наука стала «доходным местом», извлечением прибыли предприимчивыми людьми, которые называют себя высоким именем ученого. Это с той, одной стороны. А с другой – невыносимость публичного и откровенного интеллектуального и нравственного издевательства над теми, кто отказался принимать принцип «голого короля» (верить, что идентичные тексты могли писать и публиковать разные ученые, что есть масса дополнительных номеров научных журналов, что можно не заметить сотни страниц тождественных текстов-клонов), привела к расследованию, взрыву общественного мнения и ряду громких отставок, а возможно последуют и резонансные судебные разбирательства. Как, например, в Украине с плагиатом Сони Кошкиной. 

Важно заметить то, что именно неконтролируемые институты аттестации научных кадров высшей квалификации создали ныне существующую и процветающую «плагиаторскую науку», которая больше не в состоянии обеспечить потребности общества в квалифицированных кадрах. Это во-первых. А во-вторых, это породило (по принципу всё той же замкнутой системы) ученых, не принявших правила игры, не согласившихся униженно и глупо молчать в ответ на прямое оскорбление. Руководство государства при таких обстоятельствах не сможет провести не только модернизацию, но и не сможет дать качественное образование, профессиональную медицинское обслуживание, вырастить хороших политиков, менеджеров, экономистов, юристов. Отсюда тривиальный и трагический вывод: самолеты терпят крушение, люди умирают от врачебных ошибок, отбывают наказание из-за неправосудных решений судей, выученных лжеучеными, экономика в стагнации, образование – без знаний, государство – без настоящего. Мы сейчас уже перешли ту черту, которая еще позволяла надеяться, что, может быть, и не упадём. Цинизм очевидности интеллектуального воровства и принятие его научной интеллигенцией – это показатель зараженности научно-социального организма, которое ещё можно локализовать, пойдя на жесткую ампутацию больных частей и органов. 

Кажется, что в научной сфере воруют все: начиная со студентов и заканчивая академиками, группами и в одиночку. Сейчас трудно найти подлинного автора и крайне редко – оригинальные тексты. В Интернете, в традиционных СМИ ученые, не играющие по принципу «голого короля», кричат SOS, взывают о помощи долгие годы, просят пресечь этот беспредел в науке, от которой осталось только одно название.

 http://maxpark.com/user/1220335144/content/643159

http://trv-science.ru/2012/12/25/soavtory-ne-vozrazhayut/

http://trv-science.ru/2011/12/06/ot-plagiata-k-profanaciyam/

http://trv-science.ru/2011/11/08/gruppovojj-plagiat-ot-studenta-do-ministra/

http://trv-science.ru/2011/03/29/ob-etike-uchenogo/

http://onr-russia.ru.u5993.moko.vps-private.net/content/%D0%B8-%D1%81%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%B0-%D0%BE-%D0%BF%D0%BB%D0%B0%D0%B3%D0%B8%D0%B0%D1%82%D0%B5

А некоторые из этих «внекруговых», «несистемных» ученых просто уже не верят в торжество разума, в то, что когда-то можно будет гордиться нашими учеными, нашей наукой. А. Акопов написал несколько лет назад статью с проникновенно обречённым названием – «Реквием по интеллектуальной собственности, или Прощание с темой» http://www.relga.ru/Environ/WebObjects/tgu-www.woa/w...;level1=main&level2=articles. И написал он это после соприкосновения с нечистоплотностью, беспринципностью, бесстыдством украинских коллег, обворовавших для защиты докторской диссертации очень системной заведующей кафедрой журналистики из Донецка, почти два десятка российских видных, знаменитых, известных, молодых, перспективных исследователей, да и просто студентов различных вузов «от Москвы до самых до окраин…» 

Почему же это происходит? Кто виноват в таком положении дел? Только неэффективность системы контроля, попустительство воровитого и трусливого «научного» начальства? Нет. Скажу откровенно и со всей ответственностью: виноваты все мы, кто равнодушно смотрит на такие факты, кто отказывается бороться с научной недобросовестностью, не пытается привлечь научную общественность для решения этой жизненно важной проблемы, не имеет принципиальности уличить и обличить во лжи и фальсификации оборотней от науки, кто просто рабски и покорно принимает унижения от «системных коллег», с чувством «лучше кабы чего не вышло ещё хуже». И честь тем ученым, которые считают своим долгом и обязанностью, научной и, главное, личной честью, совестью, именем (что для них почти тождественно) делать всё, чтобы избавиться от этого трудно излечимого хронического заболевания в научном сообществе с диагнозом плагиат или несанкционированное копирование, заимствование, компиляция, копипаст. Суть этого уродливого и заразного явления, которым сегодня больна отечественная наука, требует уже хирургического вмешательства, если продолжать медицинские аналогии. И чем быстрее, тем лучше. 

Несколько успокаивает тот факт, что сейчас поднят вопрос о плагиате как серьезной угрозе науки министром Минобрнауки Д. Ливановым. Важно то, что его и ученых, переживающих за науку, услышал премьер-министр РФ Д. Медведев. Он сделал страшный вывод, подписав, по сути, приговор нынешнему состоянию науки и научному сообществу, точнее многочисленной группе «системных людей»: «Количество «липовых» кандидатов и докторов наук зашкаливает за все возможные пределы». Положительным фактом явилось то, что его проект на «очищение науки» стал реализовываться в жизнь. Результаты уже ощутимые. Комиссия Минобрнауки сказала свое слово и сделала правильные выводы по плагиаторам в МГПУ. Сейчас, как никогда, нужно активизировать все усилия и поступать так, как поступил профессор А.В. Федоров, который открыто, честно, проявив гражданскую и научную сознательность, личностную готовность противостоять комплексу ложного страха и псевдоинтеллигентности, сказал правду о плагиате в кандидатской работе представителя власти, депутата государственной Думы господина В. Бурматова: http://www.mediagram.ru/news/text_439.html.

Акцентирую внимание читателей. В подобного рода ситуации всеобщей зараженности плагиатом скромничать, находить отговорки в какой-нибудь там вендетте или каких-то личностных отношениях, чтобы только не вмешиваться в конкретные и, как правило, очевидные факты плагиата, сидеть и ждать, когда всё чем-нибудь да закончится, уже нельзя. И в первую очередь, без угрозы разрушения собственного репутационного капитала. В сложившийся за последние года три ситуации в науке вокруг проблемы плагиата понятно, что тот, кто, знает о факте плагиата, молчит в основном по трём причина. Первая – банальная: это малодушие, беспринципность, хамелеонство и даже подлость. Как правило, ею руководствуются те, кого факт плагиата задевает по касательной, так сказать, из-за принадлежности той или и иной сфере научных знаний. Вторая – симптоматическая: это элементарный страх перед публичным и скандальным, естественно, обнаружением причастности к «системно-круговым учёным» с последующим наказанием. Как правило, в ней упорствуют те, кто еще надеется, что устоит на краю, кто думает, что почти произнесенные вслух подозрения коллег и несознательно проявляемая агрессивная неловкость перед ними, мало что значат по сравнению с судьбой, например, знаменитого ныне плагиатора А. Андриянова, председателя диссертационного совета Д212.154.01 или, по словам И. Федюкина, «фабрики диссертаций» под руководством А. Данилова, да и участи бывшего председателя ВАК РФ Ф. Шахмалова.  

В этом плане особенно показателен конкретный и давно обсуждаемый российской научной общественностью пример докторской диссертации завкафедрой журналистики Донецкого национального университета И. Артамоновой, о которой много уже было сказано масс-медиа. Г-жа Артамонова неоднократно, систематически, идейно последовательно неправомерно заимствовала чужую интеллектуальную собственность российских ученых, выдав за собственную оригинальную работу, не имеющую аналогов в украинской науке по специальности «социальные коммуникации». http://www.relga.ru/Environ/WebObjects/tgu-www.woa/w...;level1=main&level2=articles

http://ukrday.com/novosti.php?id=7863

http://www.relga.ru/Environ/WebObjects/tgu-www.woa/w...;level1=main&level2=articles

http://www.chaskor.ru/article/lyubitelyam_legkoj_zhizni_pora_uchitsya_dumat_samostoyatelno_29452

http://www.chaskor.ru/article/nepravomernoe_zaimstvovanie_29884

В этом, на первый взгляд, тривиальном факте плагиата сконцентрировалась и отобразилась комплексная, триединая научно-общественно-правовая проблема, которая и не даёт карамзинскому ответу князю Горчакову стать прошлым. Почему? Отвечу тезисно. Потому что, во-первых, о факте масштабного плагиата г-жи Артамоновой знает почти вся украинская и российская научная общественность, он – откровенно скандальное достояние научно-публичной и образовательной сферы. Во-вторых, отсутствует публичная реакция на обвинения в плагиате и со стороны Артамоновой, и со стороны спецсовета, экспертного совета ВАКа Украины, её руководителя и по совместительству рецензента на монографию профессора Киевского национального университета им. Шевченко В.Иванова, её официальных оппонентов, что на аналогичных фоне российских скандалов с плагиатом выглядит странно (http://www.relga.ru/Environ/WebObjects/tgu-www.woa/w...;level1=main&level2=articles). В-третьих, официальные инстанции РФ и Украины, пользуясь проблемными зонами в государственном и международном законодательствах, отправляют всех обратившихся по факту плагиата, совершенного Артамоновой, в суд. И что? 

Попытки более-менее цивилизованными способами урегулировать этот скандал, предпринятые российскими учёными, можно условно разделить на три группы. Первая – традиционно-правовая: направить официальное аргументированное обращение в МОН Украины, к руководству университета, где работает мошенник от науки, о факте выявленного плагиата (доцент Казанского (Приволжского) государственного университета М.В.Симкачёва, профессор СПбГУ С.Г.Корконосенко, ректорат Южного Федерального Университета). Вторая – традиционно-общественная: опубликовать в масс-медиа ряд разоблачительных статей, доказывающих бесспорность факта интеллектуального воровства и мошенничества (доцент Казанского (Приволжского) государственного университета М.В. Симкачёва, профессор Южного Федерального Университета А.И.Акопов, доцент, заведующий кафедрой новых медиа, Лабораторией конвергенции Московского государственного университета им. Ломоносова, главный редактор Интернет-издания «Частный корреспондент» И.И.Засурский). Третья: модерно-утопическая: используя силу и возможности Интернета, вывесить на открытом бесплатном доступе все квалификационные работы, надеясь, что при очевидности хозяина собственности бессмысленно будет воровать, ибо реакция общественности и правовое наказание должны последовать неизбежно (доцент, заведующий кафедрой новых медиа, Лабораторией конвергенции Московского государственного университета им. Ломоносова, главный редактор Интернет-издания «Частный корреспондент» И.И.Засурский). Все три способа, испробованные российскими учеными, не дали ожидаемого адекватного результата. По крайней мере, с украинской стороны, которая предпочитает игнорировать, пренебрегать этот факт, обращения и заявления российских коллег.

Мной, как не обворованным автором, а гражданином с четкой и принципиальной общественной позицией, правовиком с многолетним стажем, кроме уже обозначенных трёх способов был предпринят ещё один, сугубо консервативный: непосредственное обращение в суд по факту нарушения прав потребителей на качественный достоверный научно-информационный продукт.

Так, я подала иск от своего имени в украинский суд города Запорожья на ректора Классического приватного университета Огаренко за распространение некачественного информационного продукта – статьи Артамоновой, являющейся неправомерным копированием частей студенческих работ факультета журналистики МГУ им. Ломоносова. Суд частично удовлетворил мои требования, признав, что любой потребитель научного информационного продукта, выявивший его недоброкачественность, прежде всего, плагиат, имеет право обратиться в суд за защитой своих прав (см. об этом подробнее http://www.chaskor.ru/article/nepravomernoe_zaimstvo.... Но самое невероятное и абсурдное в данном случае: суд не признал в качестве доказательства электронные версии сборника студенческих работ, вывешенные+ на нескольких официальных сайтах РФ (Лаборатории конвергенции и Общеобразовательном российском портале). Обсуждая эту ситуацию с сотрудниками кафедры новых медиа МГУ им. Ломоносова, в том числе и И.Засурским, я убеждала их, что победить плагиат не так уж и легко теми методами и способами, которые предложены ими. Даже при условии, что они при этом дают прямые ссылки на плагиат и скандальные защиты тех, кто их обворовал и публично унизил пренебрежением, молчанием, прямыми намёками на их причастность к «системно-круговым учёным» (http://www.chaskor.ru/article/pobedit_plagiat_legko_...). Открытость и доступность квалификационных научных работ будет действенным и ценностным способом в борьбе с плагиатом при условии, одновременного и взаимозависимого изменения общественного, научно-этического мнения и законодательной базы в отношении плагиата. В ситуации тотальной зараженности плагиатом, пожалуй, почти нельзя надеяться на адекватную работу этического принципа «презумпции порядочности», следуя которому, каждого человека нужно считать порядочным до тех пор, пока он не докажет обратное. Думается, что уже пришло время для системных действий. Например, в данном случае учредитель МГУ им. Ломоносова – правительство РФ – обязано уже соблюсти норму своего локального нормативного акта, на который даётся прямая ссылка в статье И.Засурского «Победить плагиат легко», и защитить свою интеллектуальную собственность от несанкционированного копирования международных плагиаторов. 

Однако подобного рода действия не должны приобрести эпизодический характер, ассоциироваться для общественного сознания с показательными шоу, политическими акциями. А для этого необходимо менять законодательную базу, в сторону учёта ею потребностей и запросов информационного общества. Российская Федерация является участницей около десяти двусторонних международных соглашений о взаимной охране авторских прав. Все эти международные договоры являются составной частью правовой системы России и подлежат применению при охране и защите интеллектуальной собственности. В связи с этим, проводя работу по борьбе с плагиатом внутри государства, нужно не забывать о том, что оригинальные работы российских ученых стали предметом интеллектуального мошенничества международных плагиаторов (пример Артамонова, зав. кафедрой журналистики ДонНУ, Украина). В настоящее время существуют одновременно идентичные тексты научных работ как в России, так и в Украине, когда зачастую даже названия совпадают стопроцентно. Определить, кто автор (Артамонова или российские учёные, студенты) возможно только в судебном порядке. И то не факт, что украинские суды авторство не оставят за своим гражданином, несмотря на то, что первенство публикации принадлежит российским ученым. 

Результаты творческого труда должны стать предметом прокурорского надзора от противоправного посягательства международных плагиаторов. Прокуратуре следует рассматривать интеллектуальную собственность и нарушение авторского права как одно из приоритетных направлений ее деятельности. Особенно это важно на международном уровне. В интересах государства обеспечить эффективную защиту прав интеллектуальной собственности, содержащейся в Европейской конвенции об иммунитете государства. 

Для защиты научных изысканий ученых нужно срочно менять диспозицию статьи 146 УК РФ, а также в самое ближайшее время внести изменения в Положение о порядке присуждения научных степеней (Постановление Правительства  РФ от 30.01.2002 года № 74 с изменениями от 20.06.2002 г. №475) ст. 42., которого гласит, «Вопросы об обоснованности принятия диссертационным советом решения о присуждении ученой степени, состоявшегося более 3 лет, назад не рассматриваются».

Считаю, что плагиат в научных работах не должен ограничиваться тремя годами. Эта норма чисто коррупционная и неправомерная. Человек с принципиальной гражданской позицией, с чувством долга и ответственности перед своей совестью, обнаруживший плагиат, независимо от сроков, должен иметь возможность опротестовать плагиаторскую работу, в том числе, в аттестационном органе, присудившим ему неправомерно степень. Работа по борьбе с плагиатом должна вестись повсеместно, последовательно и постоянно. А самое главное – научное сообщество должно правильно реагировать на данные факты. 

В этом случае хочется напомнить им, что честью не торгуют.  

___________________________

  © Синицына Светлана Леонидовна

 

 

Виноградари «Узюковской долины»
Статья о виноградарях Помещиковых в селе Узюково Ставропольского района Самарской области, их инициативе, наст...
Человек-эпоха. К 130-летию Отто Юльевича Шмидта
Очерк о легендарном покорителе арктики, ученом-математике О.Ю.Шмидте.
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum