Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
Россияне высказали, что они думают о пенсионной реформе
За несколько дней граждане России собрали миллионы подписей под петициями против...
№08
(341)
20.06.2018
Общество
Две жизни Ашота Симоняна
(№2 [335] 15.02.2018)

https://takiedela.ru/2018/02/dve-zhizni-ashota-simonyana/

Автор - Татьяна Григорьева

 

    Белгородец Ашот Симонян с семьей готовился к переезду в США, когда внезапно узнал, что на самом деле он давно сидит в тюрьме.

   История эта началась еще в 2006 году, когда был вынесен первый приговор Ашоту Симоняну. Но сам Симонян узнал о приговоре лишь в 2014-м.

    Белгородский предприниматель в 2013 году вместе со своей семьей принял участие в розыгрыше грин-карт, дающих право на проживание и работу в США. Ашот с женой и двумя сыновьями стал одним из победителей и уже паковал чемоданы, когда вдруг узнал, что он, оказывается, трижды судимый грабитель. Это было указано в справке из УМВД, которую Ашот Симонян получил, собирая документы для переезда в Америку.

 Сидит и не знает

    Ашоту сообщили, что первый приговор за грабеж ему вынесли в Дорогомиловском районном суде Москвы в 2006 году, а в 2008-м, почти сразу после выхода на свободу, он сел еще на пять лет по приговору Нагатинского районного суда Москвы, тоже за грабеж с применением насилия. В 2015-м получил третий срок и отправлен в колонию по приговору Чертановского суда столицы.

    «Я стал писать жалобы в разные инстанции и даже провел собственное расследование, — Симонян темпераментно разводит руками. — Выяснилось, что у моего одноклассника Рубена Геворкяна, который помог мне продать машину, осталась ксерокопия моего паспорта. Когда Геворкяна задержали московские полицейские, у него нашли эту ксерокопию. Ее и приобщили к уголовному делу. Недавно я узнал, что Геворкян еще в 2007 году написал письмо прокурору Валуйского района Белгородской области и сообщил, что он сидит под чужим именем. К сожалению, я не знал об этом во время суда, состоявшегося в конце октября 2017-го, на котором с меня сняли одну судимость. Геворкян и в этом суде по видеосвязи из колонии заявил, что сообщал о том, что он не Симонян. Про мою историю написали несколько изданий, и в некоторых из них, к сожалению, было сказано, что Геворкян обманул следствие. Но я хочу подчеркнуть, что этот человек может быть преступником, только это еще не значит, что нужно вешать на него всех собак. И это не значит, что он специально воспользовался моими документами».

   Прокурор Валуйского района направил запрос в московскую прокуратуру, но это не помогло.  То ли прокурор не довел дело с запросом до конца, то ли в Москве все заглохло. Ашот Симонян говорит, что в любом случае должны были запросить в паспортном столе форму № 1 с его анкетными данными и фотографией и проверить личность задержанного. Этого не сделали ни разу.

    К слову, Геворкян и Симонян совсем не похожи внешне и перепутать их, взглянув на фото, очень сложно. Кроме того, коллег настоящего Симоняна должны были допросить для составления характеристики, но они, как уверяет Ашот, ни разу не общались со следователями на эту тему.

    «Уже будучи “рецидивистом, сидящим в колонии”, я cвободно передвигался по России и ездил за рубеж. А если бы Геворкян сбежал и вместо него схватили бы меня? Мне бы еще сложнее было доказать, что я не преступник, сидя за решеткой», — говорит Ашот Геворкович.

      Прощай, Америка

    Пока бесконечно длится эта кафкианская история, жена и дети улетели за океан, а Ашот остался в одиночестве в съемной квартире в центре Белгорода. Здесь он три года пытается достучаться хоть до кого-то, кто сможет поставить точку в его «двойной» жизни.

«Сотрудники прокуратуры общаются со мной только через журналистов, дают какие-то отписки. Они уже пишут откровенную чепуху, видимо, не знают, что еще сочинить. Это дурдом! Я отказываюсь комментировать этих идиотов! — Ашот срывается на крик, стучит кулаком по столу, сверкает глазами. — Знаете, что будет ответом? Ответом будет отмена приговора!»

     Спокойно говорить о случившемся Ашот уже не может, нервы на пределе. Наш разговор прерывается телефонными переговорами с родственниками и знакомыми, которые поддерживают Симоняна все эти три года. Благодаря им он еще не пал духом окончательно.

«Пока я не революционер. Но боже мой. Не будите во мне дух революционера, не надо. Мы — армяне, у нас горячая кровь!»

  Днем Ашот Симонян общается со множеством людей: адвокатом, СМИ, правоохранителями, чиновниками, но голоса самых родных и близких услышать не может. Из-за разницы во времени с сыновьями и женой, находящимися в США, он общается по скайпу лишь ночью. И так уже около полутора лет.

    «Я сильно психованный, да? Скоро будете меня в психушке навещать», — мрачно шутит Ашот и идет на кухню за кофе, пытаясь немного остыть и отвлечься от печальных мыслей.

Неизвестно, как кричал бы другой человек, который раньше был успешным юристом и предпринимателем, а теперь живет полтора года без семьи, потерял бизнес, лишился квартиры и работает на оплату адвоката.

       Конструктор из группы лиц

     В 2015 году выяснилось также, что паспорт самого Симоняна теперь недействителен, так как новый паспорт с его данными выдан заключенному Геворкяну.

«В банке, когда я собирался перечислить деньги, мне сказали, что новый паспорт я получил в 2009 году. Оказалось, что Геворкяну, сидевшему в колонии, по заявлению сотрудников УФСИН выдали паспорт с моими данными, а мой паспорт признали утерянным. Паспорт выдало УФМС России, отделение № 3 УФМС России по Белгородской области. Почему выдали они, когда я прописан в Шебекине? И почему выдали паспорт с фото Геворкяна, хотя в предыдущих документах, которые должны храниться в УФМС, есть мое фото?

Нажмите, чтобы увеличить.
Ашот с сыновьями, когда все еще были вместе. Фото: из личного архива

    Мне сообщают, что на моих документах в паспортном столе в так называемой форме № 1 была переклеена фотография и заменена на фото Геворкяна. Я видел эту форму сто раз! Такого не может быть! Мне кажется, наши государственные органы словно соревнуются — “сможем мы подавить личность человека или не сможем?” Вместо того чтобы исправить ошибку, которую они допустили, они совершают потом еще две, вынося два новых приговора».

   Пока Ашот Симонян добивался (и добился) выдачи нового паспорта и аннулирования паспорта, выданного Геворкяну, ему пришел еще более странный ответ из УМВД. Сообщали, что под анкетными данными Ашота Симоняна в базе УМВД находятся отпечатки пальцев нескольких лиц. Все эти лица были осуждены с данными Ашота Симоняна, хотя ни одни отпечатки не совпадают с отпечатками настоящего Симоняна. Но этот конструктор из заключенных продолжает существовать безо всяких объяснений.

    Суда три года ждут

   Ашот с 2015 года писал жалобы в Прокуратуру города Москвы, Генпрокуратуру, Администрацию президента РФ, но суд состоялся лишь в октябре 2017-го, после того как к ситуации подключились журналисты.

    В итоге 27 октября прошлого года был отменен приговор Чертановского районного суда от 22 апреля 2015 года, а председатель Московского городского суда Ольга Егорова обещала взять дело под свой контроль. Но бюрократическая машина разворачивается долго. На сегодняшний день дело направили прокурору, а тот передаст его в следственные органы. Следователи, в свою очередь, должны возобновить производство по вновь открывшимся обстоятельствам и расследовать преступление, которое теперь уже числится за Рубеном Геворкяном. Затем дело отправят в прокуратуру для утверждения обвинительного заключения. Только тогда с Ашота Симоняна снимут одну судимость.

    Следующим этапом должно стать направление в президиум Мосгорсуда уголовных дел Дорогомиловского и Нагатинского районных судов столицы для снятия еще двух судимостей. Лишь после отмены приговоров информационно-аналитический центр УМВД РФ внесет правки в документ о наличии судимостей. Когда это будет выполнено — неизвестно.

    «Если бы я не решил отправиться на ПМЖ в США, то, может, до сих пор бы не знал, что я “рецидивист”, — устало говорит Симонян. — Только после получения справки из УМВД я начал вспоминать странные моменты. В 2008 году, когда я получал загранпаспорт, мне задавали в паспортном столе вопросы: терял ли я паспорт, был ли в Москве, совершал ли преступления. А так как в 2001-м я действительно паспорт терял, то не придал значения этим вопросам».

     «Нет жизни для меня»

    «Я работал юристом, а также открыл кафе. Но когда захотел взять кредиты на развитие, мне внезапно стали отказывать в каждом банке без объяснения причин. Я не мог понять, почему так происходит, ведь я же был успешным бизнесменом и кредитная история не испорчена. В итоге кредиты не дали, а потом пришлось закрыть кафе».

    Чтобы снимать квартиру в Белгороде и содержать семью в США, Ашоту пришлось продать квартиру в Армении. Он три года добивался отмены одного приговора и теперь может представить, с какой скоростью ему предстоит бороться за отмену еще двух. Самостоятельно подать в суд Симонян не может, на это имеет право лишь прокуратура. К тому же по документам он все еще трижды судимый рецидивист. Надежды на развитие нового бизнеса мало.

Нажмите, чтобы увеличить.
Ашот помнит сыновей такими, хотя они уже американские школьники. Фото: из личного архива

   «Так как у моей семьи нет средств на перелет из США, а кроме того, по условиям, на которых предоставлена грин-карта, они не имеют права на протяжении определенного времени выезжать за пределы страны, общаемся мы только через интернет. Из-за разницы во времени я выхожу на связь ночами и по скайпу воспитываю детей», — грустно описывает свою семейную жизнь Симонян.

   Мы пьем кофе и рассматриваем фотографии: вот его и молодую супругу осыпают лепестками роз на свадьбе, вот молодожены с радостными лицами выходят из церкви, вот Ашот лежит на диване в обнимку со своим первенцем, а здесь он уже с двумя малышами — Аленом и Арно. 39-летний мужчина едва не плачет, разглядывая фотографии из жизни, в которой не было никаких судов и запросов прокуратуры.

    «Я не смог проводить сыновей в первый класс. Полтора года вижу жену и детей только через монитор. Как тут можно говорить о нормальной жизни? Хотя еще не окончательно потерял веру в это государство и надеюсь, что виновных накажут до того, как я дойду до ЕСПЧ». Ашот Симонян надеялся, что правозащитники и депутаты придут к нему на помощь, но пока его ситуацией  заинтересовались лишь журналисты. Симонян вместе с адвокатом направил ходатайство о проведении проверки в отношении лиц, причастных к расследованию уголовных дел против «двойника», и потребовал возбудить дисциплинарное производство и привлечь судей к ответственности. Но ответа так и не получил. «Администрация президента, куда я обращался, держит нейтралитет. Они пересылают направленные жалобы в прокуратуру и не вмешиваются. Я хочу еще раз обратиться к Владимиру Владимировичу через СМИ и заявить, чтобы его сотрудники более внимательно подошли к этому вопросу!»

       Система убивает

     «Иногда мне кажется, что мне лучше сесть в тюрьму, чтобы они исправили ошибки и я стал настоящим рецидивистом, в соответствии с документами. Еще лучше, чтобы я совсем исчез.   Если честно, я сейчас ожидаю чего угодно, любой подтасовки фактов, любого исхода. К примеру, Геворкян написал письмо в Валуйскую районную прокуратуру, которое было официально зарегистрировано и в колонии, и в прокуратуре. Опасаюсь, что письмо может исчезнуть».

Нажмите, чтобы увеличить.
Ашот не знает, когда в следующий раз у него будут совместные фотографии с семьей. Фото: из личного архива

  Симонян говорит, что понимает: он борется не против отдельных следователей и прокуроров, а против системы. Поэтому сложно добиться отмены приговоров. И можно биться об эту глухую стену бесконечно. 

    «Если судебная система, правоохранительная система в целом, говорит, что ошибиться не может — она обречена. Это говорит об отсутствии обратной связи между человеком и правоохранительными органами», — убежден «трижды судимый» Симонян.

     За справедливостью Ашот готов пойти в Европейский суд по правам человека и требовать компенсации морального ущерба.

    «Хочу подчеркнуть, что в ЕСПЧ я пойду из любви к России. Когда сейчас очень многие в России говорят, что не нужно учить нас жить, то они ошибаются. Потому что нужно. Я хочу, чтобы Россия стала цивилизованной. И не надо закрывать глаза и уши, сопоставлять себя с Западом и говорить, что у нас все не так, потому что у России свой путь. Давайте договоримся, что закон должны соблюдать везде, и в России тоже.

     Мой дед и моя бабушка участвовали в Великой Отечественной войне, проливали кровь за эту страну. Для чего? Для того чтобы какие-то непрофессионалы на высоких должностях устраивали дурдом? Я не кровожадный человек, я не хочу, чтобы они сели в тюрьму. Но я бы отнял у них дипломы, дал в руки веник — и пусть подметают улицы по утрам!»

Прогулка с Мартином Борманом в Цюрихе
Воспоминание кинорежиссера Григория Катаева о необычной встрече в Цюрихе
Домашние информационные войны во время мира
Обзор методик и вариантов применения информационных войн во время мира
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum