Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
От последней империи к республике. Русская история в новой системе координа...
Рассуждения экономиста, историка, социолога об исторических и социально-политич...
№04
(357)
20.03.2019
История
Черные дни оккупации Ростова-на-Дону в 1941-1943 гг.
(№20 [353] 30.12.2018)

      Черные дни оккупации города Ростова-на-Дону: кто такое допустил?

(Не последнюю роль в том, что немцы заняли наш город, сыграли неумелые действия многих военачальников)

   В годы Великой Отечественной войны нашему городу пришлось пережить две оккупации. А это 213 дней (восемь дней в 1941-м и 205 в 1942-1943-м) ужаса, террора, расстрелов, арестов, смертей, голода, холода, угона в рабство. Как же такое могло случиться? Ведь Ростов был в глубоком тылу: без малого 1500 километров от западной границы! Но уже через 108 дней после начала боевых действий гитлеровцы вторглись в донской край…

   После Победы было много чего написано о черных днях Ростова, но литературный жанр это в основном фантазии, а правда осталась в архивных документах того времени, в приказах, в военных донесениях и сводках. Иногда и в мемуарах участников Великой Отечественной войны.

   Опираясь только на документы, попытаюсь ответить на вопрос о том, каким образом Ростов оказывался под пятой оккупантов.

   Летом 1944 года, во время одного из приездов на совещание в Ставку в Москве, маршалу Г.К. Жукову передали запрос начальника Главного управления кадров Наркомата обороны, генерала Ф.И. Голикова. Он просил ответить на тот же самый вопрос. С присущей маршалу прямотой и бесстрашием (что аукнется впоследствии) Г.К. Жуков 22 августа дал такой ответ: «Мы не имели заранее подобранных и хорошо обученных командующих фронтами, армиями, корпусами и дивизиями. Во главе фронтов встали люди, которые проваливали одно дело за другим – Павлов, Кузнецов, Попов, Буденный,   Чередниченко, Тюленев, Рябышев, Тимошенко и другие. На армии ставились также малоизученные и неподготовленные люди... Каждому из нас известны последствия командования этих людей и что пережила Родина, вверив свою судьбу в руки таких командующих и командиров».

   Прошу читателей обратить внимание, что запрос делал генерал, который с января 1940 года и до начала Великой Отечественной войны служил заместителем начальника Генштаба -–начальником Главного разведывательного управления! Он так и не понял, почему немцы уже 8 октября были в пределах нашей области?!

  Если проанализировать фамилии, приведенные в ответе маршала Жукова, то окажется, что из восьми военачальников пять имели отношение к Южному фронту и Ростову. И все пятеро – «первоконники»... Сталин очень любил выходцев из «созданной» им 1-й Конной армии. А ведь в ответе маршала были еще «и другие». Те, кто в 1941—1942 годах воевал безграмотно!

*

  Первый «звоночек» прозвенел для  Ростова  26  сентября 1941  года, когда пал Киев, и враг, не встречая серьезного сопротивления, ринулся к Азовскому морю и на восток нашей страны.

    7 октября немцами был взят Бердянск, 8 октября – Мариуполь. Подойдя к нашей области, нацисты замедлили темп наступления: им стали мешать наши войска. Враг начал нести серьезные людские и материальные потери, но 17 октября всё же ворвался в Таганрог. Это уже был набат: до Ростова оставались считанные километры!

   Ростов к отпору немцев был подготовлен плохо. В городе почти не было армейских частей. Да, вокруг создавались оборонительные сооружения, но в них должны были находиться войсковые части. А войск не было!

    Только 15 октября родился приказ Ставки № 299 «Об образовании управления 56-й отдельной армии». До этого дня армии в Ростове не было, – только Северо-Кавказский военный округ. Любому военному понятно, что округ - не армия: разные функции, разные задачи. Командующим 56-й отдельной армией был назначен генерал Ф.Н. Ремезов. Конечно же, «первоконник»...

  Как же подготовились к отпору? Предлагаю читателям «Вечернего Ростова» выписку из отчета штаба 56-й армии с 17 по 30 ноября 1941 года: «На 17.XI линия обороны 75 км...  Слабые места обороны – фланги и оборонительные позиции в глубину... Нет противотанковых и противопехотных препятствий на переднем крае обороны. Ростов не готов к обороне, наружный обвод не укреплен, баррикад почти нет, постоянного гарнизона, подготовленного к уличному бою, нет...»

*

   Примечателен метод использования командованием 56-й армии прибывающего пополнения. Так, созданная в Баку 317-я дивизия 12 октября получила приказ о направлении на фронт. Два дня спустя дивизия прибыла в Махачкалу (Дагестан), почему-то там разгрузилась и «стала строить линию обороны». 21 октября дивизия получила приказ на погрузку в эшелон и отправку на север. 23 октября прибыла в Батайск и получила приказ занять оборону по реке Дон до города Азова. 27 октября - следующий приказ: «занять линию обороны на подступах к Ростову в районе Красный Город-Сад и срочно приступать к сооружению окопов, траншей, ходов сообщений и блиндажей». 6 ноября поступил новый приказ: выступить в Большие Салы и занять там оборону.

   Направив 317-ю дивизию на передовую, штаб 56-й армии «забыл» о ней, и только 13 ноября решил проверить, что же она там, в Больших Сапах, делает. Офицеры штаба выехали на проверку. Ее результат лег в основу  приказа по армии от 15 ноября.

    Вот его краткое содержание: наблюдение не организовано; управление «полк - батальон» – только телефонное; противотанковая оборона организована плохо, артиллеристы секторов обстрелов не знают, нет запасных позиций батарей, ориентировок нет, площадки орудий завалены посторонними предметами, расчеты работают медленно, маскировка орудий – плохая, конский состав не укрыт; бойцы не обучены, как делать ячейки, из уже отрытых вести огонь по врагу невозможно; состояние оружия – плохое, винтовки ржавые, есть случаи, когда стволы забиты глиной, некоторые пулеметы – в неисправности».

  Вывод был таков: «недостатки устранить к исходу дня 18 ноября и 20 ноября доложить в штаб армии». Этих дней  у дивизии  уже  не было:  к   вечеру   17   ноября   она была разгромлена... 

*

     Некоторые приказы по армии и читать стыдно! Так, приказом № 30 от того же 17 ноября приказывалось «сжечь населенные пункты – Буденный, Сердюков, Волошино, Малый Юдин, Большой Юдин, Константиновка, Бурлаки...». И ничего не сказано о судьбе жителей этих семи поселков. Людей-то куда?!

   Штаб армии судорожно искал возможность усиления обороны Ростова. Так, 19 ноября «вспомнили», что на окраине Красного Города-Сада есть линия обороны, которая в октябре сооружалась 317-й дивизией. Приказом от 19 ноября приказывалось 230-му полку НКВД занять этот подготовленный рубеж от поселка Западный до хутора Семерниково. Но 230-й полк НКВД был полком конвойным, малой численности, и находился на восточной окраине Ростова.

    Пока приказ дошел до полка, немцы около полудня 20 ноября спокойно прошли наши пустые позиции и стали выходить к железнодорожному вокзалу и Новому поселению.

*

   А Ростов в это время продолжал жить обычной жизнью: работали некоторые заводы, фабрики и учреждения, обком и горком ВКП(б) еще ничего не знали, как и начальство железной дороги. Военный комиссар области Д.Д. Малиевский где-то разъезжал, управление НКВД тоже оказалось не в курсе...

    Через два часа немцы расстреляют и начальника железной дороги А.И. Нецветая, и военного комиссара Д.Д. Малиевского, и группу чекистов, посланную на вокзал узнать, что там за стрельба...

     Где же была разведка 56-й армии?!

  «25 ноября. Подхожу к Ростову. В Олимпиадовке попросилась переночевать. Утром 26 ноября пошла в центр города. 27 ноября ночевала в Нахичевани. Утром решила идти к Большому Логу, где пробыла до 29 ноября. Везде ночевала у простых людей», - так писала в своем дневнике еврейская девушка Сара Глейх, которая добрела до Ростова после расстрела в Мариуполе - раненая, в оборванной одежде, без документов. По дороге в Ростов ее никто не остановил и не спросил, кто она.

  Да, красноармейцы и их командиры погибали, мужественно, самоотверженно выполняя свой воинский долг. А генералы... Некоторые из особенностей их командования - в этой публикации, основанной на документальных материалах. Но в конце ноября 1941 года Красная армия и Ростов одержали первую победу в Великой Отечественной войне.

   В декабре замечательный поэт А.Т. Твардовский написал следующие строки: «Настанет срок – народ-герой сметет врага с земли родной! И слава первого удара, Ростов, навеки за тобой!». Кстати, с 1942 года по 1956 год слово «Ростов» было заменено в тексте на «она».

   На много лет наш город словно оказался на задворках истории, пока справедливость не восторжествовала – он получил звание «Город воинской славы».

 

       С.Шелобод, краевед, постоянный подписчик «Вечернего Ростова»

______________________________________

Опубликовано: «Вечерний Ростов», 28 ноября 2018 г.


 

Эпоха фейков заменила книги и телевидение на поле соцмедиа
Статья об опасности информации, строящейся на фейках, использовании ботов и алгоритмов, что создает массовы...
Мотечкины истории о быте и нравах местных обитателей
Миниатюры о провинциальной жизни в Германии, написанные выходцем из СССР. Авторский юмор, ирония, а иногда и с...
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum