Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
Ростов-на-Дону. Фотоочерк Дениса Демкова
20 фотографий с видами города Ростова-на-Дону с сайта Дениса Демкова с его обращ...
№04
(372)
01.04.2020
Естествознание
ВРАЧ: профессия, призвание, милосердие, долг
(№3 [371] 01.03.2020)
Автор: Вил Акопов
Вил Акопов

Основы практической медицины, упускаемые при подготовке и функционировании современного врача                           

    Профессия настоящего врача, в отличие от всех других, тесно связана с человеком, его здоровьем, жизнью, а часто с его судьбой. Каковы должны быть взаимоотношения между врачом и его пациентом – «человеком по другую сторону преграды», а также болезнью, их разделяющей и сближающей одновременно? 

         Прежде всего, хотелось бы сразу отметить, что медики должны знать полный современный объём теоретических и практических знаний, в пределах своей специальности, а также в отдельных смежных вопросах. Дать такие надежные знания задача преподавателей высших и средних учебных заведений. Эту безусловно злободневную проблему, нередко затрагивают СМИ, мы её касаться не будем.

    Наша задача обратить внимание и разобрать известные, но упускаемые в последние годы, составные медицинской специальности, которые стали вроде бы не главными, необязательными, ибо прямых клинических знаний и без того достаточно. Между тем, с древних времен без этих «околоклинических» знаний и умений, врачевание либо совсем не даст результатов, либо будет неполноценным. При таком подходе к профессии врача  больной, не испытывая  тяжелого состояния может просто набрать имеющиеся у него симптомы на компьютере и, получив примерный диагноз, спросить умную машину, чем и как его лечить. Надо отметить, что некоторые больные, представив похождения по поликлиникам, так и делают. Причем иногда такое лечение их выручает, часто запуская и осложняя процесс.

     Начнем с таких основ врачебной профессии, как милосердие, медицинская этика, деонтология, медицинская психология, которые уже пару десятков лет  стали предметом нашего внимания. Ведь задача образовательных медицинских учреждений, независимо от медицинской специальности, состоит в профессиональном воспитании, (что упускается далеко не всегда опытными преподавателями, владеющими практикой врачевания), а не только в профессиональных знаниях. Однако, наряду с качественными знаниями, настоящий врач должен обладать системой понятий и представлений, основанных на моральных принципах, что, может помочь ему в практическом использовании освоенных знаний. Следует отметить, что у истоков медицины всегда были взгляды, наставлявшие врача быть добрым и сострадательным, терпеливым и мужественным. 

     Признано, что обязательным качеством врача является сострадание, милосердие, всё реже применимые при общении с больным. Великому реформатору медицины Парацельсу принадлежит известное изречение: «Сила врача в его сердце, величайшая основа лекарства – любовь». Основатель отечественной терапии М.Я.Мудров писал: «Врожденное человеку побуждение в сострадании себе подобным, было и должно быть первым источником врачебного искусства». Далее он замечает: «Есть душевные лекарства, которые врачуют тело». По мнению наших современников Ф.И.Комарова и А.В.Сучкова врач должен быть профессионально сильным…, быть милосердным. Показательно, что они ставят милосердие  на второе место в отличие от приведенных выше слов М.Я Мудрова. Всё-таки, даже у признанных специалистов, век нынешний сдвинул милосердие на второе место, хотя и опередив многие другие качества врача.

    Определенную роль в утрате человеколюбия и милосердия имело изгнание веры из душ людей и осквернение церкви. Прославленный хирург и ученый Н.И. Пирогов, человек глубоко верующий, во времена зарождающегося на Руси безверия, считал, что любовь к Христу приводит к милосердию, направленного к больным. 

    Даниил Гранин в статье «О милосердии», (1988), отмечал, что от нормальной отзывчивости мы перешли к равнодушию и бездушию, что  распространенное в России слово милосердие исчезло из лексикона, потому, что исчезло понятие милосердие. И далее: «Уверен, что человек рождается со способностью откликаться на чужую боль. Думаю, что это чувство врожденное, данное нам вместе с инстинктами, с душой. Но если чувство не употребляется, не упражняется, оно слабеет и атрофируется». Даниил Александрович не мог представить, что спустя 30 лет это чувство станет ешё большей редкостью, а имеющие исключения подтверждают этот печальный факт.

    Первые, дошедшие до нас обобщенные и четко сформулированные принципы поведения врача, оказавшие существенное влияние на воспитание поколений медиков и явившиеся основой современных учений о медицинской этике, были: древнеиндийская система медицинских взглядов, признанная Всемирной Организаций здравоохранения (ВОЗ) – в труде «Аюрведа»; древнекитайском произведении «Чжуд-ши»; в работах Гиппократа, вобравших  мудрость 18 поколений его предков. Заслуга его в  обобщении и формулировках нравственных норм медика. Особенно большое значение имеет «Клятва», не потерявшая значения через тысячелетия. 

        Д.С. Аврамов в книге «Профессиональная этика журналиста» (1991) пишет: «В лоне медицины развивалась медицинская этика и деонтология, и занимались ими врачи. В сфере педагогики – педагогическая этика. Этику судебную создавали юристы. Каждая частная этика складывалась по мере становления самой профессии и накопления в ее недрах опыта разрешения специфических, профессиональных трудностей. Поэтому вряд ли справедливо мнение, будто профессиональная этика врача, юриста, журналиста и других специалистов формировалась в недрах общей этики и будто у общей и профессиональной морали нет двух разных историй». Прав Андре Моруа, подчеркнув, что  «милосердие не является непременным украшением физика или химика. Но оно обязательно для врача - терапевта или хирурга».

   Слово врача, обращенное к больному, может оказать могущественное – положительное или отрицательное действие. Оно настолько своеобразно, что различают иатрогенные заболевания», возникшие от непродуманных слов врача (от греческого слова «иатер» – врач).  

    Более того, помимо общеврачебной деонтологии существуют свои особенности норм поведения врача в зависимости от ряда обстоятельств и условий. Не может быть одинаковым поведение и тактика врача по отношению к взрослому человеку и больному ребенку, к женщине, страдающей гинекологическим заболеванием, или к юноше, получившему спортивную травму, к пациенту с легким, требующим амбулаторного наблюдения заболеванием, или к безнадежному, умирающему больному. 

    Более расширенная и обязательная часть медицинской  этики возникла на её основе позже, в виде прикладной науки о должном профессиональном поведении медицинских работников – медицинская деонтология (от греческого слова deon – долг). Деонтология учит, как для каждого больного выбрать наиболее эффективный психологический подход с целью достижения конечного результата излечения. Таким образом, в отличие от медицинской этики, врачебная деонтология включает должностные обязанности, определяющие нравственное поведение медицинского работника, соблюдение регламентированных требований. Из всего изложенного ясно, что работа врача, как и других медицинских работников, особенная. Она требует от него такого комплекса личных качеств, такой специфики профессиональных действий, которые отличают его должностные поступки от поведения других специалистов, создавая предпосылки для выделения врачевателей в отдельную отрасль специальностей. 

       В зависимости от степени образованности больного врач обязан доступно объяснять больному необходимость быть на его стороне.   Просто, но мудро это  излагал известный сирийский медик XIII века Абу-аль-Фарадж, он  говорил, обращаясь к своему пациенту: «Нас трое – ты, болезнь и я. Если ты будешь с болезнью, вас будет двое, я останусь один - вы меня одолеете. Если ты будешь со мной, нас будет двое, болезнь останется одна – мы ее одолеем».  Расширил участников, влияющих на лечебный процесс, и  Гиппократ, который в одной из работ отметил, что «...не только врач должен совершить все, что от него требуется, но и больной, и окружающие, и все внешние обстоятельства должны способствовать врачу в его деятельности».

      Используя медицинскую этику, врач должен завоевать доверие больного. Евгений  Евтушенко делился впечатлениями после пребывания в больнице: «...лечению моему помогало искреннее доверие к врачам. Впоследствии я называл это самолекарство шутливо – «антиболезнин». Больной должен помнить, что в диагностике и в лечении успех во многом зависит от него. Выработать свой «антиболезнин» способен только он. 

     Немало полезного в этом отношении можно почерпнуть в замечательных произведениях Дейла Карнеги. В книге «Как завоевать друзей и оказывать влияние на людей»? он рекомендует правила, как  склонить людей к вашей точке зрения, убедить больного в правоте врача, в правильности его слов и действий, ведь по некоторым данным более 11% пациентов совсем не выполняют указания врача. Поэтому целесообразно медику следовать  следующим правилам:

С самого начала, избегая фамиллярности, придерживаться дружеского тона;

– Проявлять уважение к мнению своего собеседника;

– Дать высказаться своему собеседнику;

 – Не говорить ему прямо, что он неправ;

– Относиться  сочувственно к его мыслям и желаниям;

– Подавать свои рекомендации уверенно и  эффектно.

     Из Нового завета мы знаем, что Христос лечил больных, в том числе телесных, через исцеление душевное. Но исцелял Христос только тогда, когда душа больного исповедовала: «Верую, Господи!».

    Наряду с медицинской этикой и врачебной деонтологией основой медицинской профессии является медицинская психология, своеобразная врачебная дипломатия, которая составляет основу отдельной специальности –психотерапии. Однако основами её применения должен владеть любой специалист. Сама психология в нашей стране раньше не признавалась, хотя ею давно и широко пользуются в западных странах, как в государственных учреждениях, так и в частном порядке. Только в 2004 г. в вузах появилась такая специальность, открылись факультеты, а приказом МЗиСР № 541 от 23.07. 2010 г.,  утвержденным Единым квалификационным справочником должностей работников здравоохранения введена такая специальность.. Готовят психологов в гуманитарных вузах, их деятельность направлена на взаимодействие с человеком - здоровым и больным, его проблемах, на повышение психических ресурсов и адаптационных процессов людей, восстановление и профилактику  болезней. Клинические психологи связаны с медициной и проходят подготовку в медицинских вузах.  Имеется несколько разделов медицинской психологии и отраслей психотерапии. В России как психология, так клиническая психология, не получила заслуженного авторитета и распространения. И это, несмотря на то, что ведутся научные исследования, издаются специальные журналы. 

         Прекрасно показана роль психологии в поведения и слов врача во время больничного обхода больных, в «Раковом корпусе» А.И. Солженицына, который сам с подозрением на рак находился в палате онкологической больницы и наблюдал за врачами во время их обхода. Он обратил внимание как осторожно употребляли они слова, понятные лишь для медиков. Некоторые филологи считают, что слово «врач» в русском языке произошло от слова «врать», которое в старину означало «говорить», «заговаривать».

      Казалось бы, при чем тут дипломатия? Ведь это наука о взаимоотношениях государств. Но мы вправе, перенести этот термин и на взаимоотношения людей, особенно клинических медиков, каждый из которых  должен быть в какой-то степени дипломатом, чтобы сохранить их нормальный уровень. Недаром В.И. Даль, раскрывая значение этого слова, приводит эпитеты: тонкий, скрытный, изворотливый. При этом надо учесть, что своеобразие характеров пациентов, различных по возрасту, полу, образованию, воспитанию, социальному положению, помноженное на особенности болезни, её этапа и тяжести течения, а также последствия болезни –приводит к сложному многообразию отношений, которые должны регулироваться поведением и словом врача. 

   Во многом эти правила полезны всем, но для врача буквально каждое из них – руководство к действию. Неплохо воспользоваться также и весьма полезным произведением Нормана Казинса «Врачующее сердце». В нем, в частности, отмечается, что мудрый врач, наряду со средствами лечения, пускает в ход все свое мастерство, чтобы укрепить волю больного и заставить его помогать самому себе, отмечая необходимость акцента на положительный результат, даже в самых тяжелых случаях. Важным для больного, кроме слова, является все, что касается внешнего вида врача, его манер, жестов и мимики.  В этом отношении важно определение В.М. Бехтерева: «Если больному после общения с врачом не становится легче, это не врач».

      Большое значение имеет не только содержание сказанного врачом, но и культура речи, отражающая уверенность, спокойствие, интонацию и эмоциональность. Бернард Шоу отмечал, что есть только один способ написать слова «да» и «нет», но 50 способов их произнести. Хорошо определил значение этих простых слов известный армянский поэт Геворг Эмин: «Короче слов, чем «да» и «нет», не сыщешь, обойди весь свет, но, если молвить нужно «да» или отрезать «нет», нам не хватает иногда всей жизни на ответ».

       Искусство выбрать модель информации – показатель врачебного мастерства. У нас по-прежнему чаще используется распространенная в советское время патерналистская (отцовская) модель больного, когда врач, определив состояние больного, устанавливает приемлемое лечение, убеждает его и добивается согласия. Но она приемлема лишь в критических ситуациях, например, когда речь идет о жизни и смерти. Предпочтительнее пользоваться совещательной моделью, когда согласие достигается при совместном обсуждении: врач, вовлекает больного в диалог и, в зависимости от его компетенции, разъясняет альтернативные варианты лечения и выбор оптимального. По-видимому, в зависимости от ситуации, выбор модели  информации может быть различным. Главное – не отказывать больному в информации, ибо это противоречит правам пациента. 

    При установлении «плохого» диагноза надо сохранять самообладание и надежду. Во-первых, потому что подавляющее большинство болезней излечимо; во-вторых, в ряде случаев, особенно при многочисленных заболеваниях и других факторах диагноз может оказаться ошибочным, а ваше упадочное настроение только усугубит состояние. Такое положение мастерски описано в произведении Владимира Солоухина «Приговор», в котором приводится состояние человека, имеющего множество планов и неожиданно узнавшего о страшном злокачественном заболевании (впоследствии не подтвердившемся). 

        Особой дипломатия требуется от врача информация при смертельном исходе болезни.  Еще Гиппократ завещал: «Оставь больного в неведении того, что ему угрожает». Этого принципа придерживался и С.П.Боткин, отмечая,, что «непозволительно врачу высказывать больному свои сомнения в возможности благоприятного исхода болезни».  Однако через века положение усложнилось в связи с внедрением в здравоохранение медицинского права. В ст. 22 Информация о состоянии здоровья Федерального Закона «Об охране здоровья граждан в РФ» указывается, что информация о неблагоприятном,  смертельном исходе болезни с согласия больного должна быть предоставлена ему или указанным им лицам в деликатной форме. Эти противоречия постулатов этики и права создают необходимость врачу дипломатический  деликатный подход к такой  информации. 

     Признанный знаток врачебной морали, автор замечательной книги «О врачевании», академик И.А.Кассирский писал: «Не надо забывать, что болезнь – большая драма со многими действующими лицами». И хотя о взаимоотношениях их пишут с Гиппократовских времен, эта проблема не потеряла свою злободневность и в наше время. Важен вопрос об участии больного, а при невозможности его близких, в принятии врачебного решения. Положение, когда мнение больного не имеет никакого значения и с ним не считаются, не согласуется с принятой в медицине моралью. Но это уже другая проблема.

      У большинства больных само заболевание и связанные с ним врачебные действия вызывают страх, который травмирует психику и препятствует выздоровлению, ибо, угнетая ее, отягчает состояние больного. Действительно, «единственное, чего следует бояться, – как сказал Ф.Д. Рузвельт – это сам страх», добавим, что особенно это должен помнить врач, общаясь с больным.

      Неправильное поведение врача, неудачная формулировка  диагноза или исхода болезни могут вызвать своеобразный невроз. Это дало основание Цигену выразиться резко: «Без психотерапии можно только починять сапоги или прививать растения, но ни в коем случае нельзя лечить...». Между тем, в наших вузах психологии общения с больным, как правило, не придают значения, часто ограничиваясь конкретной  симптоматикой болезни.

       Хорошо писал врач Н.А. Магазанник (1991) «Психотерапия,– важное орудие в работе врача любой специальности, которым он пользуется сознательно или не отдавая себе в этом отчета – ежедневно и ежечасно. Врач, пренебрегающий психотерапией; как бы стоит на одной ноге: утомительно, неудобно и бессмысленно!».

      Несмотря на сохранение основных принципов врачебной морали, время меняет облик врача, как и медицину в целом, хотя основные принципы остаются с древних веков. Впрочем, изменяется не только современный врач, но и сегодняшний пациент. Профессор Н.В. Эльштейн выделял следующие особенности современного больного.

1) Множественность болезней. У больных старше 60 лет при обследовании в поликлинике выявлено не менее трех заболеваний.

2) Высокая частота неврозов. По данным ВОЗ, в развитых странах ими страдает 10% населения. 

3) Высокая частота аллергозов. В среднем десятая часть населения страдает различными проявлениями аллергии.

4) Ожирение. Оно вызывает беспокойство, так как увеличивает вероятность заболеваний сахарным диабетом в 4 раза и в 11 раз чаще приводит к инфарктам миокарда.

5) Частота хронических инфекций, нередко встречающихся при болезнях зубов, небных миндалин, после гинекологических или других заболеваний.

6) Атипичность и стертость клинических проявлений болезней, чему способствуют самолечение и применение множества разных лекарств.

      В наше время приходится отмечать, что больной нередко находится в неблагоприятных условиях и не всегда его окружают профессиональные и добросовестные медицинские работники. Вероятно, нелегко оставаться спокойным в такой обстановке. Но надо помнить, что критические замечания врачу, как и жалобы на него, должны быть обоснованы и тактичны, ибо не все зависит от медиков.

       Ещё одна проблема врачебной дипломатии возникла в постсоветское время, когда цены на некоторые лекарства стали для большинства людей недоступными и он не выполняет по этой причине назначение врача. При назначении лечения врач должен учитывать какого больного по обеспеченности он принимает, знать аналоги лекарств с учетом их стоимости доступной для него, как это изложено в притче: «К врачу обратились три женщины с одной и той же болезнью. Первой, жене коммерсанта, он сказал: – Лучшее лекарство для вас,– море, фрукты, покой...  Второй, – жене рабочего, он посоветовал: – Фрукты и покой. Жене же безработного было  сказано:– «Свежий воздух, воздух и только воздух!».

     Как уже выше указано, «Самая большая ошибка врачей,– состоит в том, что они пытаются лечить тело человека, не пытаясь вылечить душу; душа и тело – единое целое, и их нельзя лечить порознь» (Платон). Внимание больному необходимо отнюдь не только из вежливости, но как дополнительное средство лечения с помощью самого больного. Ибо, как пишет Нормам Казинс, «врач не просто лекарь, прописывающий больному лекарство, он символ всего, что может дать человек человеку». Итак, в основе общения врача с больным должно быть уважительное, заинтересованное, доброжелательное отношение. Это обязательная часть врачевания. Не всякий врач владеет этим искусством, а ведь именно он является инициатором складывающихся взаимоотношений. 

     Недоверие и обиду больного вызывает торопливость врача, который подчас нетактично прерывает важные, по мнению больного, высказывания, торопится с выводами и назначениями. При этом он, пациент, должен знать, что врач основывается на приказе МЗиСО о выделении ему до 15 минут на первичного больного и 70% от этого времени на последующих, как в поликлинике, так и на дому, с учетом оформления документации. Причем это касается как врача общего профиля, так и специалиста, врач учитывает это в зависимости от сложности случая примерно. 

       У нас всегда была и остаётся медицина для элиты: чиновничьей, а в последнее время для представителей бизнеса, звезд эстрады, спорта, словом, для богатых. Однако следует помнить: какое бы положение ни занимал пациент, какое бы звание или заслуги ни имел, он должен помнить, что перед врачом он рядовой. Это важно не только с точки зрения этики, но и успехов во врачевании. Во многом отношения людей зависят от их личных качеств. Понятное человеческое желание получить благодарность за свой труд, особенно если проявление усердия и достигнутого успеха остается невознагражденным и даже незамеченным, приводит к изменению отношения врача к больному. Однако последуем совету Д. Карнеги: «Вместо того, чтобы переживать из-за неблагодарности, не ожидайте её. Помните, что Христос исцелил десять прокаженных за один день и только один из них поблагодарил его. Почему мы должны ждать большей благодарности, чем получил Христос?»

     Правильно считают, что настоящим врачом может быть человек, имеющий призвание. Значит, надо бы суметь отобрать таких среди абитуриентов, при поступлении в медицинское образовательное учреждение. Однако, несмотря на многочисленные льготы при поступлении – призвание не значится. Неоднократно участвуя в приёмных комиссиях в медуниверситете, я понял, что такие попытки бесполезны, да и нет таких правовых основ. Призвание может быть учтено у бывших младших и средних медработников, с учетом их отношения к пациентам в процессе работы. Значит, вся надежда на воспитание в медицинском вузе или колледже. 

      Падение уровня милосердия, доброты, чуткости,  я  постоянно наблюдал у будущих врачей уже в течение 45 лет преподавания в медуниверситете. Вот один из примеров. Ежегодно читая лекции студентам выпускного курса о профессиональных правонарушениях медицинских работников и останавливаясь на вопросе об уголовной ответственности за неоказание медицинской помощи, я несколько лет привожу одну и ту же судебно-медицинскую экспертизу в производстве, в которой я участвовал.

Врач скорой помощи, приехав вечером к старой, крайне бедной женщине по вызову её соседей, отказался ей помочь. Он уехал, несмотря на настойчивые просьбы оказать помощь и доставить одинокую женщину в больницу. К утру она умерла. Врач в ходе судебного разбирательства пояснил, что не оказал помощь, так как больная была неопрятна и завшивлена.   Врач  был осужден районным судом по ст. 124 УК РФ «Неоказание  помощи больному» без уважительных причин лицом, обязанным её оказывать в соответствие с законом к трём годам лишения свободы условно. Я вижу, как с годами менялась  реакция наших студентов. Никакого сочувствия к одинокой, бедной и больной женщине, за редким исключением, я не замечал и раньше. Но в конце 1990-х годов впервые услышал от нескольких студентов шумное возмущение… не поведением врача, а тем, что его осудили, хотя почему-то условно. Ошеломленный такой реакцией, я тут же, прервав  лекцию, попросил объяснения. И с мест услышал дружную защиту преступного бездействия врача, не пожелавшего «возиться с грязной женщиной», а также возмущение соседями – «не специалистами, чтобы знать, кого и когда следует направлять в больницу». Я спросил: «Есть ли другое мнение, не жаль ли вам старую женщину?» В ответ услышал циничный смех и возгласы: «Лирика», «А кто пожалеет врача?» и т. д. 

    Читать лекцию дальше уже не было желания. Долго после этого меня преследовали мысли о бесполезности знаний, если у будущих врачей отсутствует элементарное чувство милосердия, чуткости и доброты. Пугала реакция студенческой аудитории, оправдывающей преступное поведение врача и делавшей это без стеснения, открыто. Это значит, что тяжкий урок, преподанный  правосудием, для других врачей прошел даром, и все может повториться.

     Прошедшие после этого годы еще более ухудшили ситуацию, и я вижу во многом оправданное  отрицательное отношение к врачам, многие из которых не заслуживают его, на фоне худшей подготовки медиков без акцентирования внимания на милосердие к больному и медицинской деонтологии. Ибо уровень врачевания зависит, во-первых, от личных качеств, которые надо суметь заметить у абитуриента при отборе в образовательное учреждение или суметь воспитать нужные качества, а не довольствоваться только знанием и умением. Кстати, при выпускном государственном экзамене врачи также оцениваются только по качеству знаний, без учеты итогов  профессионального  воспитания врачей.

     Среди других требований к врачу следует указать на отмеченное академиком А.Ф.Билибиным творческое начало: воображение, вдохновение, интуицию, импровизацию. Хороший врач - всегда исследователь у постели больного.

     Наконец, врач или медсестра обязаны учиться всю жизнь, это требование – единственное за века дополнение в клятве Гиппократа. Современный врач обязан повышать свой профессиональный уровень каждые 5 лет (Приказ Минздрава России №66н п.4 от 03.12.2012) с получением сертификата. На смену сертификации, согласно Приказу от 21.12.2018 г. придет аккредитация.

      Только врач из гражданских специалистов дает Клятву честно выполнять свой врачебный долг, быть всегда готовым оказать медпомощь, быть внимательным и заботливым к пациенту. Это предусмотрено ст.71 ФЗ №323ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан РФ» в ред. от 13.01.2020 г. Однако принятие Клятвы врача России необязательная формальность, на неё никогда и никто не обращает внимание, ни при каких обстоятельствах она не используется. Её надо или отменить или  использовать при профессиональных нарушениях с отсутствием признаков уголовного преступления. 

     В заключение следует отметить, что ни одна специальность не имеет столько сложностей и трудностей, не приносит столько моральных переживаний, не имеет основания на предложенную в эпоху Возрождения Гульпиусом эмблему с горящей свечой и девиз: «Светя другим, сгораю сам» как медицинская и, в первую очередь, врачебная. Устранение приведенных недостатков восстановит требования к медицинской профессии и повысит уровень медицинской помощи. Недаром великий русский писатель-врач А.П.Чехов писал: «профессия врача – подвиг, не всякий способен на это… она требует самоотверженности, чистоты души, чистоты помыслов».

__________________

© Акопов Вил Иванович

Далекий путь к сердцам друзей. Памяти Наума Коржавина
Портретная зарисовка - воспоминание о поэте Науме Коржавине.
Из истории донского конезаводства: братья Михайликовы
история возникновения и развития коневодства в Ростовской области: документы, воспоминания
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum