Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
Вся жизнь – для этой победы. Джо Байден становится 46-м президентом США
7 ноября 2020 года Джо Байден достиг цели, которой добивался 30 лет – набрал дос...
№09
(377)
01.11.2020
Творчество
Хищник. Рассказ
(№9 [377] 01.11.2020)
Автор: Евгений Жироухов
Евгений Жироухов

Генетика сказалась, похоже. От отца перенял ту тягу к жизни свободной и к золоту в свободном намыве на брошенных отвалах старых приисковых разработках. Отец из старых колымчан, но не потомственный, а из тех, который из «забайкальских комосомольцев», зэка, которые, короче.

Но любил отец свободу, и золото любил всю жизнь, в нём чувствуя возможность жить более-менее свободно. Пока на свободе. Но хищником настоящим, по характеру и навыкам, отец не был. Кладоискателем банальным слыл в семье. Романтик, одним словом. Сам золотишко не мыл, клады искал, когда-то кем-то из бывших лагерных узников припрятанные в сопках неподалёку от золотых рудников. В стеклянных бутылках в схронах прятали, как пираты когда-то, те свои тайники мастырили.. Папашка наслышался таких легенд и уже знал по удачным практикам, что в одной поллитровой ёмкости содержится до двух килограммов песка, шлихового золота.

 Но чаще не находились чужие закладки, и чтобы кормить семью отец сам на хищницкий промысел выходил иногда, то есть занимался хищничеством, как на колымской территории называли тех, кто без лицензии от государства сам, на свой страх и риск, намывал золотишко, а потом сбывал помимо государственных золото приёмных касс заинтересованным частным лицам, верящим жёлтому металлу больше, чем руководящим указаниям очередного партийного съезда в Москве и красноречивым заверениям местного руководства. Ну, короче, это как грибы в тайге собирать. Однако ж считалось то преступлением, хоть и в тюрьму не сажали, а просто штраф давали в тысячу рублей по тому, старому уголовному кодексу. 

 Так и жили с папашкой пока он свои клады искал, а я в школе учился при полной убогости жизни от батиной невезучести в его романтике розыска зэковских схронов. Но освоил каким-то собственным чутьём навыки, как золото моют в горах бродяги. И в те бродяги легендарные подался ещё с восьмого класса школы. И погоняло «хищник» приклеилось как фамилия, даже в журнале классном так записали, по всему Олонскому району под той кликухой знаменит стал. Чуть было и паспорт на то погоняло не выписали потом.

Ментовская власть как нюхом чуяло, что  хищник природный, колымский во мне зародился и что ни день, то карманы мои на улице щупало, то с обыском нагрянет в наш балок на окраине посёлка и начинает при понятых вырезать подкладки из моей одежды для направления в разные экспертизы, где, как известно, при сожжении в определённом спектре покажет наука, сколько золотишка побывало в тех карманах и даже с каких приисков удачный хабар случился. 

 Сами же и научили, как осторожным хищником сделаться. Умнел со временем. Учился жизни и профессии. С участковым местным  и опером из службы соответствующей почти приятелями заделались, друг друга с одного взгляда понимали, что и лишних слов не надобилось. Он мигнёт, а я уже весь нараспашку, как младенец новорожденный, чуть ли  на погон ему не писаю от чувства полной искренности.

Ну, и пусть хищником кличут. Пусть. Свободу люблю, даже больше, чем золото. Хищники  в стаде не живут, они желают на свободе своими тропами блуждать. А золото и нужно для свободы. Чтобы поднакопить нужную сумму, своим хребтом заработанную, и уехать в тёплые края у морского побережья и жить там в полной свободе, ни от кого независимо, без начальников и командиров, как настоящий вольный хищник. На колымской земле так веками велось, кому выжить удавалось и рублей поднакопить на домик у моря.

После школы поднаторел, сам задумавшись, как жить дальше при романтизме папашки-кладоискателя. Мамашка болеть начала от климата, как говорила врачиха, и скудости питания.

Сам-то я на скудость питания полное ноль-внимания изображал, научился дарами тайги кормиться с детства. И рыбой, особенно на путину сезонную. Но главной «путиной», несущей удачу в судьбе становилось то, что на золоте свою судьбу и сможешь сам сделать. Суметь только надо.

     2

     Зажурчали ручьи, народ повсеместно чихал и щурился от солнечных лучей, отвыкнув от такой благодати за пять месяцев полярной зимы. 

Начал готовиться в большую экспедицию, куда-нибудь подальше в тайгу по местам заброшенных приисков. По тем местам ведь недаром проверки геологические в своё время проводили, выявляли промышленные объёмы залегания жёлтого металла. И такая мысль была, что в тех местах осталось, конечно, если покопаться тщательно, и на долю свободного старателя-хищника с килограмчик золотишка за сезон, пока снег не ляжет, и ручьи не замёрзнут. Золото, слушок был, опять в цене попёрло у скупщиков подпольных. Называлось – «металл подорожал, времена смутные близко». И не называли золото золотом. «Метал» – так выражались деловые люди в наших местах колымских.

 Из всего заготовленного для нужд экспедиции набралось уйма всякого имущества: ведь и провианта набрать нужно на месяца три-четыре пропитания, инструмент и всякой другой необходимой для таёжной жизни мелочёвки. Столько много, что одному не дотащить. Да и с напарником, понятно, сподручней и эффекту может быть больше в намыве металла. Только выбрать правильного кореша нужно в напарники: ошибка в характере смертельной может быть. Жизнь у хищника такая. Опасная жизнь.

Булка вполне подходил. Этого одноклассника с кличкой «Булка» давно приметил. Силёнка у него имелась, в самом было живого веса под центнер, штангу тягал в секции какой-то там, когда взбрыкнул от постоянных насмешек школьной пацанвы и решил за себя постоять. По натуре спокойный и даже слегка тормозной. Из семьи поселковой интеллигенции: мама – директор столовой, которая ближе к вечеру переименовывалась в ресторан, папа – что-то вроде бухгалтера на комбинате местном ГОке. Как-то, когда уже решил окончательно про экспедицию, отвёл Булку в сторонку и напрямую предложил пойти в напарники к фартовому хищнику. Обещал четвертинку от общего фарта по концу сезона. Обещал, кучу всякой романтики и прочей чепухи интересной для ребёнка из интеллигентной семейки.

– Денег будет столько, что все девчонки только слюни будут пускать, глядя на тебе. Сам понимаешь, сейчас время крутых парней, а не хлюпиков-студентов очкастеньких. Думай, давай, такие вакансии редко в жизни случаются. Хочешь стать богатым?

Булка думал несколько дней, но затем неуверенно согласился, простонав немного про институт, в который его направляют родители и попытался поднять себе цену, мол четверть дохода от прибыли его не устраивает.

– Ну, может, и больше получишь. Как пахать будешь. Учтётся. Но и имей в виду, что ученики при настоящем деле на большее и не рассчитывают. Науку по ходу дела приобретаешь, понял? Матёрым хищником станешь…

     Договорились о дне отъезда в экспедицию.

         3

    Ранним солнечным утром стояли у обочины и до рези в глазах всматривались в извилину трассы, дожидаясь появления попутной машины.

   Дальние по трассе посёлки постепенно вымирали, пустели, народ уезжал на материк, потеряв стимул вернуться богатым и под старость лет наконец-то зажить, исполняя мечту молодости о достойной жизни. Смешно, ей-богу: ожидать исполнения мечты, сидя на месте. Вот и получили по результату

   Недоспавший свою норму Булка широко зевал. Посматривая на его большую, но пухлую фигуру  краем взора, Хищник спросил:

Ты чего-нибудь взял с собой, кроме вот этого бушлата? Из жратвы, в смысле?

Взял, - кивнул Булка, - и вынул из свёрнутого старого солдатского бушлата палку копчёной колбасы. – Вот. Вдруг по дороге есть захочется.

   Глава экспедиции громко хмыкнул и опять устремил всё внимание на трассу. Два грузовика уже останавливали, но они следовали от Магадана совсем в близком расстоянии. А требовалось подальше, чуть ли не к границе с Якутией. В совсем обезлюденные края, где мало вероятности попасть под наблюдение  всяких контролирующих тайгу органов.

   Вскоре из-за поворота трассы показался синий МАЗ, Хищник замахал ему  просительными жестами. Грузовик остановился, громко прошипев тормозной системой. Выглянул из кабины мужик лет сорока, в солнцезащитных очках, в кожаной курточке с сильно протёртыми локтями.

– До Тал-Юряха не докинешь?

– Как получится. Мне как раз в ту сторону плюхать. Садись, пацаны, для веселья в пути.

    Покидали рюкзаки и баулы в кузов, сели в кабину, и Булка сразу перебрался назад, на водительскую спалку. 

 – На промысел, что ли, собрались? Лето наступило? – со смешочком спросил водитель. – Я давно на Колыме, знаю местные забавы. А чем ещё в здешних краях позабавиться. Или на охоту, или на рыбалку, или хищником золотишко на халяву намыть. Скупают ещё барыги дикое золотишко, а?

  Хищник сделал нейтральную физиономию. На вопросы водилы не ответил, просто пожал плечами и покачал неопределённо головой.

Раньше, помню, много было барыг по золоту, - продолжал водитель. - Процветал бизнес. Но тогда вовсю заполонили наш клондайк мафии и ченская, и ингушская, и грузинская. Процветали. И ничего им сделать нельзя было, ни выселить, ни в тюрьму запрятать. За свои права человека упорно стояли и чуть что жалобы слали во все концы, даже в этот, международный трибунал. Большими капиталами ворочали. Говорят, даже Ельцин им помогал, а они ему, за что он им обещал  дать  полный суверенитет… Но вы – молодые и этого не помните.

   Разговорчивый попался водила. Из магнитолы тихо звучала музыка. Дорога переваливалась с сопки на сопку беспрестанными спусками и подъёмами. На верхушках сопок ещё поблёскивал ярко оледеневший снег, и отражённые от него лучи солнца слепили, как вспышки электросварки.

– Прямо курорт, хоть ложись и загорай, - водитель поправил на носу чёрные очки и предложил попутчикам: - Анекдот хоть какой рассказали бы, а то в сон клонит от занудливой дороги. Нам ещё шестьсот вёрст плестись по этому шершавому грейдеру. Будь он проклят своими взрывными отсыпами. Вот взрывают скалы и на отсыпку трассы ту щебёнку наваливают, которая резину сдирает, как наждачка. Замучаешься баллоны менять… Предлагали же японцы одно время, ещё при советской власти, что могут морозоустойчивым бетоном покрыть всю трассу и даже бесплатно. Только разрешить грунт, что на трассе, переработать для извлечения золотишка. Но наши начальники не согласились… А зачем нам столько золота, спрашивается, если вот всё тут вокруг сплошное золото  в земле, - и водитель ткнул пальцем в пейзаж за лобовым стеклом. Но Хищник сделал вид, что его тема золота совсем не интересует. Водитель спросил скучающе: Ну, пацаны ,знаете, хоть какие анекдоты? Расскажите, что ли.

– Булка, ты анекдоты знаешь? Давай рассказывай. По библиотекам, что ль зря шастал всё время пока учились?

    Напарник покорно принялся рассказывать вполне усердно какой-то анекдот, пригодный для младшеклассников. Принялся было за второй, но водитель зевнул и отмахнулся.

Неинтересные какие-то анекдоты у вас… Эх, молодёжь, скучно живёте и анекдоты у вас скучные, – и он сделал погромче звук магнитолы.

    Вкусно  запахло в кабине колбасой. Это Булка зачавкал домашним припасом. Отломил два кусманчика и протянул их на передние сиденья.  На ум Хищнику пришла вдруг тревожная мысль, что родичи Булки могут впасть в панику из-за пропажи сыночка и объявят его в розыск по всей области. Могут отследить их маршрут – и пропала экспедиция.

   Ехали уже часов шесть. Остановились у трассовской столовой, съели по два гуляша из трубача и дешёвый рыбный супчик из того же трубача, размяли затёкшие ноги. Хищник Спросил у напарника, не будут ли его папа с мамой  громкий кипишь поднимать о пропавшем сынульке. Булка со значителным видом объяснил, что не полный дурак и дома оставил записку, будто поехал в Магадан на подготовительные курсы в институт устраиваться.

Это ты охеренно правильно придумал. Молоток! – похвалил Хищник напарника, – пока концы сведут, мы  с экспедицией закончим, может быть. Как, конечно, дела пойдут… В нашем деле загадывать нельзя. Опасное дело и непредсказуемое.

    Тронулись снова в путь. И кругом всё тот же мрачный пейзаж  в серо-синих тонах,  точно предвещающий собой неминуемую опасность,  будто одну картинку поставили квадратом друг против друга, и всё однообразно, одинаково.

              4

    Под вечер прибыли к тому месту, куда и была намечена экспедиция. Было ещё светло от наступившего периода полярных белых ночей. Окружающая обстановка напоминала пейзаж Луны, так как это показывали по телевизору. Никаких человеческих фигур и только ломаные силуэты бывших шахтных конструкций. Тут когда-то был шахтёрский посёлок, теперь – пусто. Отсюда следовало пройти пешком до расположенного неподалёку бывшего прииска, тоже совсем обезлюдевшего под стать лунного пейзажа. За прииском должен быть полигон с отработанными песками. Туда и держали путь. Не самим  же без бульдозера рыть грунты в поисках выхода золотой жилы. Настоящий хищник должен знать свою задачу и не изображать из себя весь трест легендарный «Северо-восток-золото». Настоящий хищник и есть сам по себе тот весь трест, просто мозгой самостоятельно шевелить нужно.

 Большую часть экспедиционного багажа тащил на себе Булка, сам руководитель экспедиции шествовал налегке с рулоном полиэтиленовой плёнки на плече. Осматривал окружающий пейзаж и, как будто, принюхивался по-звериному ко всему, что открывалось в пространстве с очередного спуска с таёжной сопки.

Тут и остановимся, - голосом опытного, матёрого знатока объявил начальник экспедиции. – Подходящеее место. И  издалека видно, и  рядом никто быстро не подберётся.  Самое то, тут лагерем и станем…

  Они остановились почти на склоне сопки. Внизу просматривался полигон разработанного карьера со вскрытыми песками и даже оставленным гидро-элеваторным прибором. Вывороченные когда-то бульдозером грунты теперь и представляли собой объект работы для свободных хищников – бери и промывай щепетильным образом. У подножия сопки как раз и виднелось небольшое озерко скопившейся воды.

   Булка с облегчением скинул со своего загривка все рюкзаки и баулы, присел прямо на землю, тяжело дыша. Пухлое лицо, точно шарик со спущенным воздухом, осунулось, щёки впали. Жёсткий ёжик коротких чёрных волос на черепе блестел от пота.

Отдыхай, завтра начнём работать, – сказал начальник экспедиции.

 И Булка посмотрел снизу вверх на Хищника взглядом загнанной до невозможности лошади.

   Когда Булка проснулся, то увидел уже возведённый шалаш из нескольких брёвнышек и покрытый поверх плёнкой. Хищник сосредоточенно возился над сооружённой из нескольких листов железа проходушкой. Он буркнул недовольно:

– Хватит спать. Работать надо. Бери вёдра и таскай мне грунт вот оттуда, от отвала около ГЭПа. А потом воду из озерка  внизу. Усёк задачу? Начинаем процесс, сейчас проверим процент залегание золотишка.

    Принесённый грунт начальник экспедиции засыпал в проходушку, корыто, как называлось это сооружение у профессиональных хищников, а потом грунт заливался водой, размешивался лопатой, затем мутная жижа сливалась, и снова корыто заливалось несколькими вёдрами воды. 

– Давай, давай, таскай воду! – кричал повелительно Хищник на Булку, - Воды много надо.    

   В полдень, судя по солнцу, заварили в котелке на костре жиденькую кашу из горохового концентрата, пообедали, и Хищник после обеда со сосредоточенным видом принялся возиться голыми руками в остатках грунта на дне корыта. Долго возился, а потом объявил почти торжественно, посмотрев в свою ладонь:

– Ну вот, есть начало удачи, граммов пять, кажись, намыли.

Пять грамм? – разочарованно переспросил Булка. – Я больше ста вёдер земли перетаскал и всего пять грамм получилось?

Воду давай таскай! – гаркнул Хищник. – Воды много надо.

  Комары, слепни и мошка, злыдни тайги, атаковывали беспрестанно. Булка даже начал постанывать как капризный детёныш. Проклинал в голос всю летающую тварь. Щёки у него опали и повисли, будто у собаги-бульдога, и глаза смотрели так же,  как у разозлённой до крайности собаки.

   Хищник, мотая головой и часто сплёвывая попавшие в рот злыдни, упорно мешал лопатой в корыте. Под вечер он ещё раз обошёл пространство приискового полигона, а потом показал напарнику то место, откуда завтра нужно брать грунт, объяснив:

Там грунт, прошедший промывку на приборе. Может, там больше содержание будет? Посмотрим завтра.

  Устало потянувшись, начальник экспедиции полез в шалаш, а напарнику велел поискать поблизости в тайге грибов. Для разнообразия в питании, сказал.

  Утром сварили супчик из пакета, добавив в котелок собранные Булкой грибы, и Хищник не велел мыть после завтрака  тот котелок. Он залил его холодной водой и принялся медленно засыпать горстями туда новый грунт, а  потом ложкой собирать с поверхности всплывшие блёстки. Несколько раз провёл такие операции над котелком и сказал удовлетворённо напарнику:

Булка, пляши, корешесть результат хороший. Это я здорово мозгой пошевелил, насчёт того с какого места грунт брать. Учись ,кореш, премудростям старательским древним. Богатым станешь скоро.

  Укладываясь спать, обмотав головы кой-каким тряпьём для защиты от комаров, разговаривали бубнящими голосами, как бы мечтая о богатой добыче и как ею можно будет распорядиться.

Я уже придумал, - рассуждал Булка с затаёнными интонациями в голосе из-под тряпья. – Я на свои деньги от этой экспедиции куплю круиз на шикарном теплоходе туристическом. По миру поплыву, мир посмотрю. Ну и вообще шикарную жизнь себе устрою… А примерно, сколько деньжат на мою долю выйдет? – обычно спрашивал после таких своих мечтаний Булка.

Четвертинка от общего навара. Как и договаривались, – отвечал всегда небрежно Хищник. – Главное, как и обещал – ты науку приобретаешь. Станешь сам свободным старателем, вот тогда и мечтай о лайнерах шикарных

Ну, я же вижу, что ты уже десятый пакетик с золотом запаковываешь и в тайге прячешь, – нудил в ответ обычно Булка.

– Так нужно для хищников. Чтобы внезапно не накрыли вдруг облавой всякие там менты и не  отобрали всё оптом.  Пусть по отдельности лежит до конца сезона. У настоящего хищника враги кругом всегда, - засыпая, вяло поучал напарника начальник экспедиции.

А сколько у нас там уже припрятано? – всё интересовался постоянно, чуть ли не каждый вечер Булка.

 Хищник хмыкал в ответ:   

– Эх, жадноват ты становишься, как посмотрю. Это на тебя так блеск золотого металла действует… Да мало, мало у нас ещё металла. Граммов двадцать, если наберётся. Впереди ещё много времени. До осени с килограмчик, может, намоем. И это будет отлично. Но ещё и сбыть нужно. И это тоже опасное дело, учти. Запросто могут при том деле и глотку перерезать вот такие, одуревшие от блеска золота хмыри разные. В нашем деле, Булка, кругом враги и ухи надо востро держать. Наше колымское золото дорого ценится, даже в кустарных отливках не очищенных ему ставят пробу в три девятки. Учти, салага…

Почти каждый вечер, засыпая, завернувшись в бушлат и постанывая от усталости, Булка мечтал, как бредил, о том, как он в своей каюте круизного лайнера качается на морских волнах. И никаких институтов по родительской указке не нужно, купит себе любой диплом, на какой денег хватит.

Сколько у нас уже в пакетиках? – толкал он иногда сопящего рядом Хищника.

         5

 В один рабочий день, ещё до полудня, Булка вдруг психанул. Швырнул в стороны вёдра с грунтом и тонко, похоже на капризного ребёнка, закричал, топая ногами:

Да что я негр в катакомбах!.. На хрена мне это всё. Не хочу, не буду больше!.. Давай мою долю и я ухожу…

Иди, – спокойно сказал Хищник, даже не посмотрев на напарника. – Иди, а твоей доли ещё нет. Ты на мою провизию питался всё эти два месяца.

Хищник невозмутимо продолжал ковыряться лопатой в корыте. Через некоторое время сказал, как бы примеряюще:

Ну, ладно. Понимаю, Булка, что запарился ты с непривычки. Это тебе не штангу в спортсекции тягать для удовольствия. Работа у хищников тяжкая, каторжная… Ну иди, прогуляйся в тайге, грибов насобирай, и голубика уже пошла. Иди, погуляй. Сделаем большой перекур.

 Уже и ужин сварил Хищник, и костёр догорел под котелком, но Булка всё не возвращался.

А я уже между делом подумал, что тебя медведь задрал, - сказал начальник экспедиции, когда увидел взбирающегося по склону сопки напарника. – А ты что такой довольный, как самородок нашедший? – добавил второй вопрос Хищник, всматриваясь в чрезвычайно довольное, улыбающееся лицо Булки.

   А тот поставил перед ногами сидящего перед шалашом Хищника узелок с грибами и сказал:

А вот посмотри вот это, - и сам вытащил из кучки грибов в узелке стеклянную бутыль, протянул  её Хищнику.

   Хищник покачал на ладони стеклянную бутылку, обмотанную на горлышке тряпкой и заполненную под срез горлышка чем-то тёмно-желтым сыпучим и сказал восхищённо:

Ну-у, ты, Булка, на зэковский схрон наткнулся, тот клад, которые мой папашка всю жизнь ищет. Повезло! И вправду есть примета, что новичкам в нашем деле везёт. Тут килограмма два будет отборного шлихового металла. Где добыл? Может, там ещё есть бутылки такие?

Напарник, улыбаясь, поведал скороговоркой:

Там под старым пнём каким-то грибов увидел целую грядку. Стал их собирать, вокруг пня ползать – и вдруг вижу, из-под корня вот эта штука проглядывает. Сначала испугался, непонятно ведь. Но потом ковырнул её и по весу догадался. Всё обшарил там, вокруг пня. Но больше ничего не обнаружил. На обратном пути даже заплутал в тайге маленько.

Всё верно, – медленно проговорил Хищник. – На этом дальнем прииске самая, похоже, зэковская зона была.  Вот те горемыки и делали свои закладки, надеясь со временем и когда власть сменится отыскать свои клады припрятанные, чтобы кучеряво зажить на воле. Душу в мечтах грели им эти закладки, как мечта, в которую веря, легче жить получалось у них и невзгоды переносить… Вот нам и хабар, что называется, подвалил нежданный…

А какая мне теперь будет доля прибыли? Ведь я эту бутыль нашёл, – вопросительно глядя в лицо Хищника спросил его напарник.

Доля прибыли, ха, – хмыкнул Хищник. – Твоя доля так и остаётся – четвертинка. То, что ты делаешь, это я мог и без тебя справиться. А ты без меня ноль без палочки. А мне ещё и сбытом заниматься, на риск идти смертельный. Так что, четверть навара твоя и всё… Понял?  

Но я ж нашёл бутылку, – уже совсем плаксиво заканючил Булка. 

– Это чужое золото, чужим трудом добытое. А настоящие хищники свободные и вольные свои деньги своим хребтом зарабатывают. Понял, Булка?.. Так что пашем дальше, до конца сезона экспедиция будет. Пока вода идёт, до снега… Я сюда лыжи навострил не ради этой чужой бутыли. У меня планы большие, а не как у моего папашки – чужие клады находить случайно. То халява, а не работа.

  Хищник уже замечал что у его напарника совсем пропала охота к работе. Спускаясь с вёдрами со стороны полигона, он останавливался и долгим взглядом смотрел в ту сторону, откуда они сюда и пришли два месяца назад.

Эко тебя, кореш, халявское золото расслабило, что и всё из рук валится. Говорю же тебе, не верь в халяву. Халява слабит человека и он стержень теряет. Был у меня один корешок знакомый, который самородок случайно нашёл на автобусной остановке вблизи трассы. Случайно совершенно. Килограмм на пять, говорили, потянула та булыга грязным весом. Ему большие деньги выдали. Так он быстро их спустил на всякую херню и превратился потом в полнейшего бомжару .А чуть погодя замёрз зимой на автобусной остановке. Тоже смерть его нашла на автобусной остановке. Вот такая случайность случается иногда от халявы. 

     Вечером Хищник возился у костра, готовя супешник из концентратов на ужин. Булка сидел, закутавшись в бушлат, у шалаша и каким-то потерянным взглядом смотрел в тайгу, на то место, куда на днях начальник экспедиции отнёс найденную бутылку с золотым песком. Хищник позвал Булку на ужин, и он медленно поднялся со вздохом, аккуратно пододвинул ко входу в шалаш большущий гранитный булыжник, найденный ещё вчера на отвалах приискового полигона. Похлебали супчику у догорающего костерка. Булка не смотрел на Хищника, а уставился замерзшим взглядом в тлеющие угольки.

Ладно, спать пошли, – сказал, потягиваясь Хищник. – А то, смотрю, совсем сник… Эх, рохля, не по тебе наше вольное ремесло. Булка ты есть – Булка.

   Дождавшись, когда из шалаша послышится похрапывающее сопение, Булка поднялся и пошёл в ближние заросли, к тому месту, где, похоже, Хищник и припрятал бутылку.

  Долго искал в сумерках,  пытаясь угадать подходящее место для вторично спрятанного клада. Долго искал, почти до самого утра, про себя решив, что если не найдёт, то просто уйдёт в одиночку на трассу. Но всё-таки нашёл, вытащил холодную бутылку из трухлявого ствола сгнившего дерева, подержал её в руке, приятно ощущая тяжесть золотого песка в бутылке. Направился обратно к шалашу медленным шагом, набираясь решительности для задуманного поступка.

   Гранитный булыжник у лаза в шалаш тоже сначала подержал в руке, чувствуя его сокрушительный вес. Рука дрожала. Невольно изобразив на лице гримасу решимости, пролез в шалаш. И со всего размаху обеими руками ударил гранитной корявой каменюкой по замотанной от комаров какой-то тряпкой голове Хищника. 

   И сразу же выбрался из шалаша наружу. Задышал глубоко и надрывно, осмотрелся вокруг, словно опасаясь ненужных свидетелей. Зябко передёрнулся всем телом, как от утренней прохлады. Чтобы забрать свой бушлат пришлось снова залезть в шалаш.

   Стараясь не смотреть на тряпку пропитанную забуревшей кровью, быстрым движением дёрнул бушлат и выполз из шалаша. Одел бушлат в рукава и в один рукав сунул бутыль с золотишком, почувствовав от её тяжести прилив уверенности. Поплёлся медленным шагом, вспоминая дорогу до приискового посёлка, потом – до посёлка угольщиков и дальше до трассы. Шёл чуть покачиваясь, представляя каюту на круизном лайнере и кучу деликатесов, которые он себе накупит на вырученные деньги. 

   По дороге Булку два раза вырвало, будто от переедания сверх меры теми деликатесами.

_________________________

© Жироухов Евгений Владимирович

Мир в фотографиях из социальных сетей и фото наших авторов
Фотографии авторов Релги, друзей в фейсбуке – авторские и в порядке поделиться
Мозг и ничего кроме: существует ли человеческое «я» объективно?
Философские рассуждения о сущности и мышлении
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum