Главная
Главная
О журнале
О журнале
Архив
Архив
Авторы
Авторы
Контакты
Контакты
Поиск
Поиск
С Новым, 2023-м, годом!
Календарь на 2023 год факультета журналистики Воронежского государственного унив...
№01
(403)
01.01.2023
Образование
«Это очень интересно!..»
(№12 [402] 01.12.2022)
Автор: Виталий Херсонский
Виталий   Херсонский

Название данной статьи — строчка из известного стихотворения, ставшего песенкой. Юнна Мориц и за ней Татьяна и Сергей Никитины воспели детское любопытство, правильнее сказать, любознательность. Хочу всё знать!                   Удовлетворить такое естественное желание ребёнка призвано образование, в том числе литературное — в семье, в детском саду, школе. В русском зарубежье эта задача имеет дополнительный аспект: желательно сохранить русский язык у детей. Редкая семья, родители, вывезшие из России или родившие ребёнка уже за её пределами, не заинтересованы в этом. Даже в нынешнее непростое время.

 Двуязычие: необходимое и желанное

В самом конце 80-х, в начале 90-х годов прошлого века в Израиль прибыла мощная волна алии из Советского Союза (алиЯ, буквально «восхождение» с иврита, трактуется как знаменательное возвращение на историческую родину), и в стране появились русскоязычные детские садики. Их открывали  педагоги, бывшие работники детсадов, а иной раз и просто люди с гуманитарными, педагогическими наклонностями, не имевшие специального образования (но приобретшие его уже на новом месте). Это были энтузиасты, искренне любящие детей и понимающие, сколь важна пора детства в человеческой жизни.           Многие из репатриировавшихся в Израиль отдавали своих малолетних чад в местные, ивритоязычные сады, что казалось естественным: ребёнок должен был окунуться в новую языковую среду, овладеть языком страны. Но и спрос на «русские» садики оказался устойчив.                                                                    Немало было родителей, рассуждавших так: иврит, конечно, важен и необходим, но хорошо бы детям не потерять родной по рождению, семейный русский язык[1]. Я разделяю такую позицию. На мой взгляд, семья и особенно старшее поколение — бабушки и дедушки — должны быть заинтересованы в том, чтобы ребёнок сохранил общий с ними язык — язык общения. Общение (в первую очередь, в семье) — не просто роскошь, как считал Экзюпери, но жизненно важная вещь. Поэтому следует в раннем детстве заложить хорошую языковую базу, погрузив своё чадо в макросреду, где его сверстники и взрослые говорят по-русски.           Язык страны проживания — иврит, равно как английский, немецкий — никуда не денется. В тех же «русских» садах ежедневно проводятся уроки иврита. По телевизору дети смотрят израильские и дублированные на иврит американские мультики, общаются с друзьями — носителями языка на детских площадках, в кружках и спортивных секциях. А в пять лет наши дети в обязательном порядке переходят в ивритоязычный садик, где их в течение года на равных с детьми коренных израильтян готовят к школе по  государственной программе. В этой учёбе, в общении с ровесниками, для которых иврит — родной язык, практически все дети быстро овладевают достаточной ивритской лексикой.                              Как во всяких дошкольных учреждениях, в «русских» садах детям обеспечивают общее развитие: проводятся уроки музыки, танца, рисования, спортивные занятия. Ну и между делом читают сказки и стишки, какие есть под рукой. Жаль только, что в многочисленных хрестоматиях для детских садов и начальной школы наряду с достойными образцами поэзии и прозы для детей встречаются плоские, примитивные, неталантливые тексты. Воспитатели зачастую читают всё подряд. Дети, конечно, слушают, заучивают стишки… Но о воспитании читательской культуры и литературного вкуса, осознанной тяги к чтению, о желании и умении проникнуться замыслом автора тут говорить не приходится.

Со временем наиболее прозорливые руководители детских садов приходили к мысли, что такие спорадические занятия русским языком, простая бытовая лексика в общении с детьми недостаточны для формирования как пассивной, так тем более активной, полноценной русской речи.                                                    В один из таких садиков я был приглашён вести литературный кружок — дважды в неделю по одному академическому часу. Садик назывался «Кузя», и это подсказало название кружка: «Литературный кузовок».

Нажмите, чтобы увеличить.
Детский сад "Кузя"

Поделюсь опытом приобщения малышей 4-5 лет к хорошей литературе. Как утверждает учёный, педагог и поэт В.А. Левин, чтение проверенных временем книг талантливых писателей и фольклорных произведений закладывает основы хорошего вкуса, воспитывает чуткого мыслящего читателя. И наоборот, низкопробные стишки и рассказы формируют невзыскательные вкусы детей.        Перефразируя знаменитые слова Гайдара (на последней странице «Чука и Гека»), можно сказать: чтó такое хорошая литература — это каждый понимал по-своему. Мне импонирует мнение Маршака, которое я приведу ниже.

 Здравствуйте, дети!

Как начинается занятие?
— Здравствуйте, ребята! — Здравствуйте, Виталий Юрьевич[2]!                         

— Вы понимаете, что значит слово «здравствуйте»?                                             Это теперь мои литературные кузи знают, понимают добрый и важный смысл русского приветствия, а поначалу на такой вопрос отвечали: «Привет» или «Здрасьте». Я объяснял, заходя издалека.                                                           — Вот почему стол так называется? Он стоит, правда? А подушка? Потому что её кладут под ушко! (Ненаучная, народная этимология легко понимается и принимается четырёхлетками). 

— А когда говорят вам здрааавствуйте (специально растягивал слово), значит, желают здравия, здоровья. Вот солдаты в России так и приветствуют своего командира: «Здравия желаю, товарищ капитан!»  И я подкреплял новое знание ясными, доступными строчками Маршака из стихотворения «Пожелания друзьям»:

Желаю вам цвести, расти,
Копить, крепить
здоровье. (Выделял голосом).
Оно для дальнего пути —
Главнейшее условье.                                                                                                                  
— А как здороваются на иврите?                                                                            Дружный хор:                                                                                                  

— Шалом! (Знаменитое ивритское «шалом» переводится как «мир». Не вселенная,   для второго значения русского «мир» в иврите другое слово).             

— А что это значит?                                                                                             Раньше в ответ раздавалось то же «привет». А пяти-шестилетки уже догадывались: — Мир! Желаем мира! — И если просил, поясняли:                          — Чтоб не обижать друг друга, не ругаться, не драться, не ссориться…  Чтобы  не стреляли ракетами… (Последнее толкование — увы! — отражение реалий нашей прекрасной, но не простой действительности).

Нажмите, чтобы увеличить.
Рисование иллюстраций
Поздоровавшись, якобы озабоченно спрашиваю:                                                   

— Вы знаете, вы не забыли, как называются наши занятия?

— Ли-те-ра-ту-ра! — нараспев.                                                                              — А что это такое «литература»?
— Сказки, стихи, рассказы, загадки, иллюстрации…                                                — А кто сочиняет стихи и сказки?                                                                        — Писатели и поэты. — Это все усвоили в течение первых недель занятий.         — И вы знаете много поэтов и писателей?                                                            — Много! — раздаются уверенные голоса.                                                            — Ну, назовите!                                                                                                  — Пушкин! — и пауза. Но по наводке называют:                                                 — Лев Николаевич… Толстой!                                                                                 — Корней Иванович… Чуковский!                                                                         По таким подсказкам мои эрудиты (правда, не все, только продвинутые) могут назвать фамилии других классиков и современников: Маршака, Барто, Носова, Вадима Левина.

 «Так начинают жить стихом» 

Далеко не все люди увлекаются поэзией, но, по утверждению  Чуковского, «в мире существует одно — правда, очень обширное — племя, которое любит поэзию… и с утра до вечера упивается ею. Это племя — дети в возрасте от двух до пяти». 

Эту цитату из Чуковского я нашёл в одной из статей В.А. Левина.
Имя Вадима Александровича Левина, кандидата психологических наук, разработчика программы и методики Начального литературного образования (НЛО), оригинального поэта, известно многим учителям и родителям, кому близка тема воспитания любви к чтению. Его стихи издаются и переиздаются. Он составитель нескольких замечательных хрестоматий (в том числе двух в соавторстве с Ренатой Мухой) и автор обстоятельных предисловий в них.. Посещая страны русского зарубежья, он проводит творческие встречи, мастер-классы. Будучи в Израиле, Вадим Александрович давал показательные уроки для детей, родителей и воспитателей в детских садах «Кузя» и «Гармония». Вспоминая о встрече с Маршаком, Вадим Александрович привёл мудрое суждение классика о стихах для детей (вот оно обещанное): «Детские стихи должны проверяться дважды. Одна проверка — это сами дети. Вторая — взрослый человек с тонким вкусом. Если стихи нравятся и тем, и другому — всё в порядке. Если только взрослому, это, вероятно, не детские стихи. Но если они нравятся только ребёнку, это не стихи вообще…»

 В нашем «Литературном кузовке» мы читаем, учим наизусть стихи Бориса Заходера, Валентина Берестова, Эммы Мошковской, Романа Сэфа, Генриха Сапгира, Михаила Яснова, Виктора Лунина, Вадима Левина… Стараемся избегать напевно-механического, ритмичного чтения, на которое так и тянет детей, чутких к ритму. Учимся вслушиваться, вдумываться в слова и передавать своё понимание собственным исполнением. 

Плачет киска в коридоре,
У неё большое горе:
Злые люди бедной киске
Не дают украсть сосиски!
(Б.Заходер. «Кискино горе»)

Предваряю чтение этой славной миниатюры историей собственного сочинения.     — Пошла хозяйка в магазин, купила сосиски. Дома положила сосиски на стол и отправилась в ванную (зачем? Правильно!) мыть руки. Придя с улицы, из магазина, мы обязательно моем руки, правда? А кошка тем временем вскочила на стол, схватила одну сосиску и бежать! А сосиски-то все хвостиками связаны! Входит хозяйка — что за чудо?! Сосиски, как живые, уползают со стола! А, это наша любимая кошка! Ай-я-яй! Тааак, кошку — за шкирку (в глазёнках недоумение. Показываю нежно на одном, другом малыше, они счастливы! «И я! И меня за шкирку!») — и вон из кухни! Вот и плачет киска в коридоре…                                                                                                                                 Читаю стихотворение медленно, с выражением. И начинаем рассуждать, думать!
— Плачет киска — надо её пожалеть? Или нет? А почему она плачет? Ах, ей не дали сосиски? А она попросила? Нет? Взяла без спросу?! (Округляю глаза!..) А если бы сказала «мяу», хозяйка дала бы, правда?                                                 Стишок поняли, выучили, теперь можно представлять.                                       Плачет  «Плачет киска в коридоре» — пальчиками показываем, как текут слёзки по щекам. «У неё большое горе» — хватаемся за голову и раскачиваемся влево-вправо. «”Злые” люди бедной киске…» — известным жестом двумя пальчиками поднятых рук показываем кавычки. «Не дают украсть сосиски!» — грозим указательным пальцем воображаемой кошке.

Нажмите, чтобы увеличить.
Ну-ну-ну, киска!
Истории про кошек и мышек — в числе самых любимых. Они же нередко встречаются в детских стихах Вадима Левина.

 Раз-два-три, четыре-пять!
 Кошка учится считать.
 Потихоньку, понемножку
 Прибавляет к мышке кошку.
 Получается ответ:
 Кошка есть, а мышки нет!

После обсуждения, куда делась мышка — кошка съела? убежала? (предпочитают второй вариант) — это стихотворение без труда разыгрывается парой детей. А вот из другой очаровательной миниатюры В.А. Левина делаем маленький спектакль.
Итай-кот укладывается перед забором из стульчиков и «засыпает». А стихи пока читает Арик.

 Спал кот у ворот,
 Загораживал проход.

Появляется мышка Элия.                                                                                                                             
Арик:

Прибежала  мышка
 И сказала…

Элия всплескивает руками: 

 — Ишь как
 Развалился на пути…

С большим чувством:

 Даже в дом нельзя пройти!

Элия вздыхает, морщит лоб, иллюстрируя исконно русский вопрос «Что делать?» Решение найдено! Девочка  на цыпочках подбирается к спящему коту и говорит шёпотом:

Щекотнула мышка
У кота подмышкой.
Щекочет и отбегает.

Кот Итай:

 Кот проснулся,
 Кверху хвост,
 Потянулся,
 Сделал мост…

Итай старательно выгибает спинку.
Элия:

Мышка шмыг под мостом
 И — в дом!

Проползает под «мостом» и дальше между стульчиками, будто в щель в заборе. С той стороны «забора» встаёт и радостно — последнюю строчку:

Правда, хитрая мышка?

Только отыграл первый состав, тянут пальчик Лиор, Йонатан, Николь, Ванечка, Тимур… (дети разных народов!..)                                                                           — Я! И я! Меня! (В Израиле желание сказать, выступить дети выражают поднятием указательного пальца).

Нажмите, чтобы увеличить.
И я хочу в театрончик!
К.И. Чуковский   называл «задачей немалой» воспитать в детях чувство юмора – «драгоценное качество, которое, когда ребёнок подрастёт, увеличит его сопротивление всякой неблагоприятной среде и поставит его высоко над мелочами и дрязгами» (хочется воскликнуть: золотые слова!) И ещё, выводя из своего богатого опыта общения с детьми, Корней Иванович отмечал: «У ребёнка вообще есть великая потребность смеяться. Дать ему добротный (курсив мой. — В.Х.) материал для удовлетворения этой потребности — одна из непоследних задач воспитания».

Весёлые, озорные и умные стихи помогают мне в решении этой «непоследней задачи».

 «Сказка ложь, да в ней намек…»

Сказки все дети любят не менее, чем стихи. Нельзя объять необъятное! Для дошкольного этапа начального литературного образования (НЛО, по В. Левину) выбрал у Пушкина  «Сказку о царе Салтане» и «Сказку о рыбаке и рыбке» в пересказе и фрагментах текста. А русских народных и авторских в нашем «кузовке» много: от «Теремка», «Жихарки», «Лисички со скалочкой» до «Морозко», «Лягушки-путешественницы» и «Айболита» (не знакомое всем стихотворение, а менее известная, но увлекательная большая повесть Чуковского). Почитав стихи, послушав сказку, рисуем иллюстрации.

Бывает, возникает проблема: начинаю рассказывать (чтения избегаю, должен всё время видеть лица и по реакции, эмоциям детей оценивать понимание текста, корректировать рассказ. Но книгу держу в руках, чтобы рассказы мои всегда с ней ассоциировались)… Так вот, только начинал рассказывать, как раздавались голоса:

— А я эту сказку знаю, я мультик смотрел! И я смотрела! И я!..                               Тогда я — с гордостью за литературу! — объяснял, что «вначале было слово»:   — Вот молодцы, я рад, что вы смотрите русские мультики. Но мы же учим литературу, а не кино. Книги были раньше всего! Сначала писатель сочинил историю, а потооом (нажимаю) уже сделали мультик или в театре представление. Книги важнее всего! На первом месте!                                          

Вот завожу знакомый практически всем «Теремок». Чтобы удержать внимание моих «знаек» и придать нужный мне воспитательный смысл незатейливой истории, насыщаю до словечка знакомую сказку придуманными и при том поучительными бытовыми подробностями. Например, мышка-норушка, зайдя в теремок, навела там порядок. Лягушка просится в теремок, мышка спрашивает, что та умеет делать. Отвечает, мол, буду куховарить. Зайчик в нашем теремке бегает на рынок, в магазины за продуктами, волчок-серый бочок — охранник, стоит на входе в теремок (дань, увы, современным мировым реалиям). Словом, сказка ложь, да в ней намёк — юным слушателям урок жизненного опыта.                                                                                                                                      Так же поучительна и любима детьми (готовы слушать не раз и не два) другая история: «Гуси-лебеди». Прослушав её, обсудив-осудив проступок девочки, оставившей братика без присмотра, а после похвалив её же за то, что выручила братика из беды, непременно устраиваем импровизированный спектакль. Нарасхват и главные роли — сестричка, братик, баба яга — и роли второго плана: яблонька, печка, речка, ёжик. И гуси-лебеди: куда как охота побегать-полетать!   Но вообще-то стараюсь подбирать менее популярные сказочные истории — чтобы расширить литературный кругозор и дать почувствовать моим кузям некоторое превосходство над теми детьми, кто не учит «литературу», придать значимость нашим занятиям.                                                                                 Русская народная сказка «Жихарка», «Колосок» и «Пых», пришедшие в русский фольклор из, соответственно, украинского и белорусского, венгерская «Два жадных медвежонка» — эти и другие поучительные, весёлые и драматичные сюжеты с удовольствием слушаются детьми и зачастую пополняют репертуар нашего Театрончика. (На иврите театр — «тиатрон». Тут и родилось наше ласковое словечко).

 «Что наша жизнь? Игра!»

А у детей — тем более. В игре, как общеизвестно, дети познают мир, готовятся к взрослой жизни. Но я сейчас о других играх.                                                         Сорокапятиминутное сосредоточение детям четырёх — пяти лет не по силам. Смена видов учебной деятельности, ритма, характера занятия необходимы. И ещё — чисто игровые паузы! Но не поперёк литературы как темы, а — в русле.             Некоторые игры придумались как закрепление учебного материала.
Одну я назвал «Хлоп-топ»: хороший литературный персонаж — плохой.
Айболит — хлоп ладошками, Бармалей — топ ножкой.
Снегурочка — хлоп, Лиса — топ, Круть и Верть — топ. И т.д.

Нажмите, чтобы увеличить.
Хлоп-топ! Веселая игра.
В порядке пополнения словарного запаса — «Вредная игра»: надо подобрать антоним.       

— Мало… много! — Плохой… хороший! — Чистый… нечистый!                                  — Э, — говорю, так нельзя, надо придумать новое слово!
…грязный! — Правильно! —Сладкий… горький. — А ещё? — По подсказке: — …солёный, кислый.

Эту игру-стишок подарил нам В.А. Левин.

Стенка, стенка, потолок,— слегка касаюсь одной щёчки ребёнка, другой, потом лобика.  Две ступеньки и — звонок.— Также едва дотрагиваюсь до подбородка и «подносика» -  верхней губки.                                                                               Динь-дилинь! — Прижал носик.
Хозяин дома?

Ребёнок отвечает:
— Дома!
                                                                                                             — Гармонь готова?                                                                                                    — Готова!                                                                                                           — Можно поиграть?

Сердчишко замирает в предвкушении:

— Можно!

Берусь руками за ушки и, нежно растягивая их, напеваю «Маленькую ночную серенаду» Моцарта:                                                                                              Трам! Тарам! Тарам-тарам-тарам! Трам! Тарам! Тарам-тарам-тарааам!                 Или песенку крокодила Гены, или популярную израильскую песенку про обожаемый детьми праздник Пурим, развесёлый карнавал!                                    — А теперь давайте разобьёмся на пары и друг с дружкой поиграем!

Наконец, игра «Я — не я» — подводка к следующей части урока:

Кто очень любит слушать сказки? — Дружно: «Я!»

Кто утром моет щёчки, глазки? — Я!

Кто, книжку порвав, говорит: «Ну и пусть»? — Не я!

Кто учит и знает стихи наизусть? — Я!
— 
И какие же стихи вы знаете? Хором или по отдельности читаем, заучиваем: как кошку грамоте учили, про киску, которая была у королевы у английской, про ёжика колючего, про кискино горе и т.д

Один час в детском саду

В заключение как конкретный пример работы над литературным произведением приведу сценарий одного из занятий в детском саду «Кузя».

Тема урока: С.Я. Маршак и его стихотворение «Багаж».

Продолжительность: 45 минут (в зависимости от готовности детей, их поведения урок может занять два академчаса).

Контингент учащихся: дети 4 — 5 лет.

Предметное обеспечение: книга стихов Маршака с иллюстрациями и с вклейкой — фотографией поэта, портрет Пушкина (репродукция), бумага для рисования А5, цветные карандаши или мелки, клейкая лента.

Вводная часть (3-4 минуты)

Учитель (У). Здравствуйте, дети!

Дети (Д.) (как принято в России) Здравствуйте, Виталий Юрьевич!

У. Вы помните, что означает слово «здравствуйте»?

Д. Желаем здоровья! Будьте здоровы!

У. Вот хорошо! Здоровье — самое главное в жизни человека. Если человек здоров, он хорошо работает, учится, у него хорошее настроение. Я знаю про это одно доброе стихотворение, вот послушайте:

 Желаю вам цвести, расти,
 Копить, крепить здоровье!
Оно для дальнего пути —
Главнееейшее условье.
 (Маршак «Пожелания друзьям»)

Вы знаете, кто сочинил эти стихи?

Дети думают, потом кто-то обязательно скажет: «Пушкин!»

У. Нет, не Пушкин. Александр Сергеевич Пушкин — великий русский поэт. Мы читали его знаменитые сказки о рыбаке и рыбке,  о царе Салтане. Я рад, что вы помните Пушкина. Вот его портрет. Это не фотография,  Пушкина  нарисовал художник. В то время, когда жил Александр Сергеевич, ещё не изобрели фотоаппарат.

Пушкин жил очень давно, почти двести лет тому назад. А стихотворение про здоровье (читаю отрывок ещё раз) написал наш современник за-ме-ча-тель-ный русский поэт Маршак. Правда, лёгкая фамилия — Маршак. Давайте позовём Маршака!

 Дети охотно кричат: «Маршак! Маршак!».

У. Нет, Самуил Яковлевич Маршак не придёт, он уже умер. Но его стихи — не умерли! Их читают и любят все дети в России и в других странах, где живут люди, знающие русский язык. Самуил Яковлевич Маршак жил в России и сочинял стихи и для детей, и для взрослых. Когда придёте домой, спросите маму, папу или бабушку, дедушку, знают ли они Маршака. Вот его фотография. Правда, такое доброе, умное лицо у Самуила Яковлевича?

И вот сегодня я вам прочитаю одно из самых известных стихотворений Маршака «Багаж».

Чтение стихотворения с пояснениями и последующей проверкой понимания текста (15-16 минут)

Чтение предваряю коротким рассказом о железных дорогах в такой большой стране как Россия. В рассказе объясняю незнакомые слова и показываю картинки-иллюстрации: саквояж, картонка, перрон, носильщик, станция. 

Прочитав, устраиваю мини-викторину для проверки понимания и закрепления текста. Один из вопросов викторины побуждает детей к размышлениям.

У. Ребята, как вы думаете, почему щенок удрал из вагона? — Начинаем вместе рассуждать: — Непослушный он что ли, балованный? Испугался чего-то или кого-то? Обиделся? На кого, за что? Вы же знаете, что мы не просто читаем сказки, стихи… Мы читаем и…                            Хором радостно:

— И думаем! — Это «мы думаем» моими учениками уже усвоено и нравится, равно как весёлое имя Пушкин. 

Прошло около двадцати минут в  разговорах, надо дать разрядку.

УРебята, пока поезд едет в город Житомир, давайте поиграем! Становитесь в кружок. Хотите «Хлоп-топ!» или «Вредную игру»?  Играем.

Рисование иллюстраций (14-15 минут)

У. Ребята, вы любите рисовать?

Д. Да!

У. А ил-лю-стра-ци-и вы умеете рисовать? Помните, что такое иллюстрация?

Д. Да! Помним! Картинки в книжке.

У. Вот давайте сейчас нарисуем иллюстрации к стихотворению Маршака «Багаж». Нарисуем вещи, которые дама сдавала в багаж. Помните, какие? (Читаю рефрен стихотворения, потом вместе с детьми). А кто хочет, пусть нарисует поезд, в котором дама ехала в город Житомир, и саму даму, и собачонку, и огромного пса.

Пока дети рисуют я пишу на листах бумаги большими печатными буквами «Москва»,    «Станция Дно», «Город Житомир» и клейкой лентой креплю на стенах в разных местах комнаты. Непременно спросят:

Д. Виталий Юрьевич, а что вы делаете?

У. Скоро узнаете. Сейчас мы устроим представление по стихотворению Маршака «Багаж». Все вы получите роли, как настоящие артисты.

Театрончик (9-10 минут)

У. Теперь давайте распределим роли. Кто будет дамой? А кто маленькой собачонкой? А кто будет давать даме квитанции, грузить вещи в багажный вагон?..

Если возникает спор и борьба за ту или иную роль, дело решается считалочкой. Обычно это коротенькая: «Стакан — лимон, выйди вон! Стакан воды — выйди ты». Но сегодня мы говорим о Маршаке, поэтому в качестве считалки — его стишок:

 — Эй, кузнец-молодец,
 Захромал мой жеребец.
 Ты подкуй его опять!
 — Отчего ж не подковать?
 Вот гвоздь,
 Вот подкова.
 Раз-два — и готово!

Детей расставляю в соответствие с ролями по местам, обозначенным листами на стенах. Медленно, с выражением читаю текст, дети в движении, жестами, мимикой и частично словами с моими подсказками разыгрывают импровизированный спектакль. При этом используют свои рисунки, которые держат в руках, поднимая  их  в соответствующих местах стихотворения. На последующих занятиях дети выучат стихотворение наизусть.

Заключение (2 минуты)

У. Ребята, вы очень хорошо сыграли спектакль по стихотворению «Багаж». А кто написал эти стихи, не забыли? Маршак! Придёте домой, обязательно расскажите родителям про то, что мы сегодня делали на занятии по литературе. Может быть, у вас дома есть книжки Маршака? Попросите маму или папу почитать другие стихи Самуила Яковлевича Маршака. А на прощание давайте вспомним, чтó «дама сдавала в багаж».

Д. (хором)

Диван,
Чемодан,
Саквояж,
Картину,
Корзину,
Картонку
И маленькую собачонку. 

Если остаётся минутка - чистое веселье из интернет-фольклора. Становимся в круг,   говорим и делаем:

Вперёд четыре шага,
Назад четыре шага!
 Кружится, кружится наш хоровод.
Ручками похлопаем,
Ножками потопаем,
 Плечиком подвигаем,
А потом попрыгаем!

 

Примечания

[1] Вспомнились строчки Маршака, написанные по другому поводу и совсем иному адресату, но всё же созвучные нашей теме:                                                                Хорошо, что с чужим языком ты знаком,                                                                Но не будь во вражде ты с родным языком.

[2] В Израиле нет понятия «отчество», в иврите нет вежливой формы обращения «вы», и дети называют и ровесников, и взрослых только по имени. Желая внедрить в сознание малышей русский школьный этикет, я представляюсь им по имени-отчеству. И что только не выделывали они поначалу с трудным для них «юрьевичем»: юливич, люливич, рюривич (почти Рюрикович).  И  вершина бессознательного, но удачного словотворчества — то, что когда-то  с трудом выговорил четырёхлетний Хэн: «Виталий Литературович»!

________________________

©️Херсонский Виталий Юрьевич 

Гений и муза
Очерк о любви в жизни Людвига ван Бетховена
Мир глазами фотохудожника – 5
Представлены 29 художественных фотографий израильского программиста Аллы Лефонде
Интернет-издание года
© 2004 relga.ru. Все права защищены. Разработка и поддержка сайта: медиа-агентство design maximum